Глава 14
«С чего ты взяла, что я никогда тебя не любил?» — бьётся в голове набатом его вопрос.
Чонгук с каждым разом всё усерднее выбивал почву из-под моих ног, а мне всё труднее становилось на них стоять. Поэтому с этого момента я решаю игнорировать все его вопросы. Полностью.
— Я не стану отвечать на твои риторические вопросы, — произношу равнодушно. — Так, ты приехал на месяц?
— На месяц, — подтверждает Чонгук мои самые худшие опасения. — Возможно, придётся уехать раньше.
Боже, целый месяц.
Моё сердце проваливается в пятки. Моментально.
А голос, не выдержав, начинает хрипеть и угасать - так, что сил на перепалку с бывшим мужем совсем не остается, хотя вопросов в голове роется целая уйма.
— У тебя же бизнес, какой отпуск? — спрашиваю изнеможенно. — В нашем браке у тебя были только командировки - и в те ты улетал только с помощницей.
— Лиса, это действительно были командировки.
— Я верю, — киваю эмоционально. — Командировки с приятным дополнением. Но мне уже всё равно, Чонгук, ведь куда больше меня волнует судьба моей дочери и то, как ты видишь наше дальнейшее взаимодействие.
Чонгук усмехается, и я замечаю, как непозволительно близко он стоит, расслабленно и даже по-хозяйски засунув руки в карманы брюк. Его грудь почти соприкасается с моей, и особенно тесно это происходит, когда я задерживаю дыхание в попытке успокоить своё бешеное сердцебиение.
Только билось оно так отнюдь не от радости встречи.
Заметив нашу близость, я делаю несколько шагов назад и упираюсь лопатками в стену. Миён осталась в гостиной, и я с облегчением замечаю, как увлеченно она разговаривает со своим новым плюшевым медведем. Кажется, она даже пытается накормить его своим недоеденным шоколадным круассаном, поэтому белая морда медведя быстро окрашивается шоколадными штрихами.
Чуть успокоившись, я поворачиваюсь к Чонгуку и произношу:
— Сразу внесу ясность, что я бы хотела свести наши встречи к минимуму. И я не хочу, чтобы ты пытался купить мою дочь.
— Нашу дочь, — поправляет Чонгук жёстко и чересчур громко.
— Нет, Чонгук, — смотрю на него прямо и твёрдо. — Она только моя. Ты отказался от неё, когда я была беременна с ней. А если хочешь дарить ей подарки, то ей всего четыре, и ей можно подарить, например, набор для рисования, или зонтик, или трёхколёсный велосипед! Но не электромобиль. В конце концов, она ещё маленькая и...
— Тогда помогай мне, Лиса. Иди навстречу, а не наоборот, — ловко парирует Чонгук. - Я в этой роли всего второй день варюсь.
— А я четыре года, — перебиваю его. — И хорошо варюсь. Почему бы тебе просто не уехать и не оставить нас? Почему, Чонгук?!
Я замолкаю и пытаюсь отдышаться от своей бурной речи.
Да и дочь, которая уже накормила медведя круассаном, неожиданно направилась в нашу сторону. Смахнув пряди со лба, я отворачиваюсь от Чонгука и вынуждаю себя улыбнуться Миён. Наша перепалка привлекает внимание дочери, и, нахмурив брови, она выглядывает из-за угла.
— Мама, я хочу домой. К своим игрушкам. Выразительно посмотрев на Чонгука, я задерживаю дыхание.
— Отпусти нас домой, Чонгук, — прошу его шёпотом. — Ты нас не купишь.
— Я не собирался удерживать вас, Лиса, — произносит он. - Я отвезу вас домой, но с расчётом на встречу.
Я тихонько выдыхаю, потому что ненароком подумала, что Чонгук станет нас удерживать здесь вечно. Вечность с ним я не вынесу, хотя в свои восемнадцать я о ней мечтала...
— Собирайтесь, Лиса, — приказывает бывший муж.
Я одеваю дочь как можно скорее, застегиваю на ней пуховик цвета пыльной розы и маленькие ботиночки с рисунком ламы, а затем наспех одеваюсь сама, пока Чонгук не передумал возвращать нас домой.
— А мы заберём медведя? — спрашивает Миён у выхода.
Я оборачиваюсь на плюшевого медведя, который так и остался сидеть за столом с измазанной в шоколаде мордой.
— Возьмём, — киваю обреченно.
Что ж, придётся освобождать для него место в детской, ведь Чонгук даже не поинтересовался, найдётся ли для его гигантского подарка место в нашей крошечной квартире.
Погрузив чемодан в багажник, водитель садится вперёд, а сам Чонгук усаживается на пассажирское. Мы с Миён и её большим плюшевым медведем тихонько едем сзади, и я даже думать не хочу, что когда-нибудь нам придётся сюда вернуться. Всю дорогу я смотрю в окно в надежде увидеть машину Хосока, но в итоге до самого дома я не замечаю никаких следов ночного происшествия, что даёт мне надежду на лучшее.
У дома Дженни выходит нас встречать и, не поздоровавшись с Чонгуком, уводит дочь за собой, а водитель идёт следом, чтобы занести наш чемодан. Мы жили в одном доме, что значительно облегчало нам с Дженни задачи. Здесь же проходили наши бессонные ночи, которых было много на начальных этапах открытия кафе.
Проводив их взглядом, Чонгук обхватывает мой локоть и насильно притягивает к себе в тот момент, когда я порываюсь уйти.
— Она красивая, — неожиданно произносит Рамис.
— Кто? — не понимаю я.
— Миён. Она твоя маленькая копия. И, если ты ещё не поняла, я не собираюсь от неё отказываться, Лиса.
— На её счет у тебя тоже есть история? — вспоминаю слова Чонгука о нежизнеспособности нашего сына.
— Я знал, что ты не поверишь. Прикажу привезти документы из столицы.
Я киваю и вопросительно смотрю на руку Чонгука с многочисленными перстнями.
— Отпусти меня, Чонгук. И впредь не трогай...
— Тогда не совершай глупостей, Лиса. Я не потерплю побегов.
— То есть, ты остаёшься? — спрашиваю, растеряв все силы и веру в лучшее.
— Я собираюсь принимать участие в жизни дочери не меньше, чем ты. Не препятствуй нашим встречам, Лиса. Ты поняла меня?
Я киваю, и лишь после этого, задержав взгляд на моём лице, Чонгук отпускает меня.
Высвободив кисть, я тяжело сглатываю и первая отвожу взгляд, а на месте, где он меня коснулся, неимоверно обжигает.
Я разворачиваюсь, чтобы спешно уйти, когда Чонгук тихо называет моё имя:
— Лиса.
— Что? — выдыхаю, не поворачиваясь.
— Я скучал.
Повернувшись к бывшему мужу, я сжимаю кулаки и невероятно сильно хочу стереть надменное выражение с его лица.
Вот так просто?
Так просто можно вернуться в мою жизнь спустя четыре с половиной года, перевернуть её вверх дном и сказать, что скучаешь?
— А я выхожу замуж, Чонгук, — отвечаю ему, наблюдая, как меняется выражение его лица. — И если с дочерью или с Хосоком что-то случится, то я обращусь в полицию. Вот и всё, Чонгук... Вот и всё...
Забежав в подъезд, я поднимаюсь к нам на этаж и, не раздеваясь, сразу же требую у Дженни телефон, чтобы позвонить в службу спасения.
— Мы его уже нашли, Лиса. Он в первой городской больнице. С переломами, — добавляет тише.
Растерянно кивнув, я опускаю руки вдоль тела и еще несколько секунд перевариваю информацию.
— Когда ты перестала выходить на связь, я поехала за вами на такси. По пути увидела машину и Хосока в снегу. Мы уехали оттуда на скорой.
— Спасибо, Дженн. Я поеду.
— Куда?
— К Хосоку, — решаю я и, поцеловав дочь, выхожу из квартиры.