11
Густав долго ждал, когда эта улыбка будет именно его. Когда она будет адресована ему. Впервые в квартире стало теплее не от батарей. Он с лёгким подъёмом сходил в душ, приготовил для него завтрак и даже поел с ним, перед работой. Мальчик ведёт себя спокойно и даже смотрит на него не с опаской. Густаву даже не хотелось его прибить за тупость. Мальчику очень понравилась картина, на которой изображён он же. Но не горел так, как должен. Он не восхищался искренне, этот страх мешает Густаву насладиться его мальчиком. Насладиться его восхитительными, светящимися глазами и пламенными веснушками. Нужно было избавиться от страха. Но на это нужно время. Нужно время, чтобы он вбился в доверие к мальчику, и чтобы страх пропал.
Слишком много времени нужно, а Густав хотел сейчас. Он хотел наслаждаться им сейчас. Его злило, что он не взять его. Иначе мальчик будет подавлен, мальчик никогда не зажжётся, если его сейчас сломать. Поэтому Густав решил терпеть. Решил ждать, пока мальчик захочет ему довериться сам. Он уже начал делать первые шаги. Первую улыбку. Немного и он завладеет им. Возьмёт его полностью и присвоит. Наконец сделает его своим. Принявшись за работу, он снова захотел рисовать его. Но не знал, как попросить мальчика позировать ему. Густав мог запросто нарисовать по памяти, но, когда рядом, буквально в десяти шагах сидит оригинал всех его картин за последние полгода, когда его мечта и цель так близко, хотелось его видеть. Раз не брать, то хотя бы смотреть, рисовать. Он протянул так полгода и протянет ещё, пока мальчик не будет готов отдаться ему и тогда он возьмёт его прямо на стуле, на котором он будет позировать. Повернёт к зеркалу во всю стену и заставит смотреть на то, как Густав присваивает его. Он будет брать его по всей квартире, на каждой поверхности, около каждой стены и возьмёт на балконе. Будет заставлять носить его одежду с открытой шеей, чтобы все видели, что этот мальчик его.