Глава 60
Он коротко рассмеялся, настоящим, низким смехом, который звучал в этом доме нечасто.
— Договорились. Кофе — за мной. Фотографии — только по предварительному согласованию.
— И кольца, — добавила она серьёзно. — На публике — носим. Это теперь наш обязательный реквизит.
— Согласен, — кивнул он. Он ещё раз взглянул на её руку, на своё кольцо. Странное чувство — видеть это на себе в таком контексте. Не как аксессуар, а как символ. Пусть и фиктивный. — Ладно, «жена». Возвращаюсь к работе. А ты... готовься. После такой истории Марья на обед придёт не с допросом, а с праздничным пирогом. Она обожает публичные проявления чувств.
— Справлюсь, — уверенно сказала Элиза, но в её глазах мелькнула тень лёгкой паники при мысли о предстоящем пироге и расспросах.
Дамиан вышел, оставляя её с разбегающимися уведомлениями и новым, тёплым весом кольца на пальце. В кармане его телефон снова завибрировал. Он вытащил его и увидел новое сообщение — уже не из соцсети, а от Марьи. Короткое и ёмкое:
«Видела историю. Молодцы. Пирог с вишней будет к обеду. И скажи Элизе — кольцо ей очень идёт.»
Он улыбнулся, спрятал телефон и продолжил путь в кабинет. Мир, казалось, принял их маленький спектакль. И, что самое странное, ему самому в этой роли начинало быть... не так уж и неловко. Особенно с таким талантливым партнёром по сцене, который не только подхватывал его идеи, но и мастерски развивал их, называя его при этом «Дамианчиком» на весь интернет. Игра становилась всё интереснее.
Дверь в кабинет мягко закрылась за ним, отсекая суету коридора и оставляя в тишине только тихое жужжание компьютера. Дамиан сел в кресло, но вместо того чтобы сразу погрузиться в отчёты, ещё раз посмотрел на сообщение Марьи. «Кольцо ей очень идёт». Он мысленно представил себе тонкие пальцы Элизы, непривычно украшенные металлом. И свой собственный палец. Ощущение было... устойчивым. Как якорь в этой внезапно разыгравшейся буре.
Он отложил телефон, но мысли не отпускали. «Талантливый партнёр по сцене». Это было точное определение. Она не просто согласилась — она мгновенно встроилась, добавила деталей, сделал историю живой и убедительной. Даже это её «Дамианчик», от которого у него в первый момент свело скулы, теперь казалось гениальным ходом. Милым, личным, совершенно убийственным для скептиков.
На экране монитора замигало уведомление о встрече. Работа. Вселенная напоминала о приоритетах. Но сегодня даже привычные цифры и графики казались фоном для другого, более сложного и увлекательного уравнения. Уравнения под названием «фиктивный брак».
Элиза осталась в гостиной, пристально глядя на свой телефон. Уведомления сыпались как из рога изобилия: лайки, комментарии, репосты. Кто-то восхищался «милой парой», кто-то язвительно спрашивал, сколько продлится этот медовый месяц, а пара старых подруг требовала срочных подробностей в личных сообщениях.
Она откинулась на спинку дивана, закрыв глаза. Адреналин начинал отступать, оставляя после себя лёгкую дрожь в коленях и странную пустоту в голове. Она это сделала. Ввязалась в авантюру. С человеком, которого, по большому счёту, почти не знала.
Её пальцы сами потянулись к кольцу, нащупали гладкую поверхность. «Обязательный реквизит». Да, но почему этот реквизит греется от тепла её кожи так быстро? И почему фраза «после такой истории Марья на обед придёт не с допросом, а с праздничным пирогом» заставила её внутренне сжаться не только от паники, но и от какого-то тёплого, глупого любопытства?
Она открыла глаза и увидела на столе свою чашку. Рядом — его. Половина недопитого кофе. Бытовой, почти интимный беспорядок, который выглядел... правдоподобно.
- Справлюсь, — сказала она себе ещё раз, на этот раз тихо, но с твёрдой интонацией. Она поднялась и понесла чашки на кухню. Действие простое, успокаивающее. Пока она мыла посуду, её взгляд упал на окно. Во дворе, у своего крыльца, возилась Марья, что-то переставляя в корзинке. Элиза замерла. Соседка посмотрела в её сторону, широко улыбнулась и помахала рукой. Элиза, автоматически улыбнувшись в ответ, тоже помахала. Сердце ёкнуло. Это уже не просто лайки в сети. Это реальные люди, которые теперь видят их «парой».
Она вытерла руки и решительно направилась к себе в комнату. Если игра началась, нужно готовиться к следующему акту. А следующим актом был пирог с вишней, проницательный взгляд Марьи и необходимость быть убедительной не для абстрактной аудитории, а для человека, который печёт пироги от всего сердца.
А в кабинете Дамиан, закончив срочный звонок, снова взглянул на палец. Кольцо блеснуло в свете настольной лампы. Он покрутил его. Фиктивный символ. Но правила игры, которую они только что установили, были вполне реальны. И, как ни странно, в этих правилах ему начинало дышаться легче, чем в прежней, тихой и одинокой, реальности.
Он отправил короткое сообщение Элизе: «Марья подтвердила. Обед в 14:00. Готовься к вишнёвому допросу с глазурькой.»
Ответ пришёл почти мгновенно. Но это была не смс. Дверь в кабинет приоткрылась, и в проёме показалась Элиза — всё в той же домашней футболке, с чашкой свежего кофе в руке. Она поставила её на край стола.
— Чтобы ты свою роль помнил, «муж», — сказала она спокойно, кивнув на чашку. — И сахар я не клала. Как ты любишь, вроде бы?
И, не дожидаясь ответа, развернулась и вышла, оставив дверь приоткрытой и лёгкий, едва уловимый запах своего шампуня в воздухе. Самый обычный, бытовой жест. Но сделанный так, будто она проделывала это сотни раз.
Дамиан медленно потянулся к чашке. Кофе был действительно без сахара. Он улыбнулся, и на этот раз улыбка была не только на губах, но и в глазах. Игра и вправду становилась интереснее. Особенно когда партнёр играл не по заученному сценарию, а прямо здесь и сейчас, стирая грань между реквизитом и жизнью.
Спустя время послышался голос с кухни:
- Котики мои, пирог готов
Элиза зашла в кабинет. Дамиан сидел, уставившись в монитор, но взгляд его был расфокусированным, погружённым в собственные мысли. Она тихо подошла и положила руку ему на плечо.
— Дами, Марья зовёт. Пирог готов.
Дамиан вывалился из мыслей, моргнул. — М? А, да. Иду, Лиз.
Он поднял на неё глаза и вдруг заметил на её щеке, у самого уголка губ, маленькое пятнышко — цвета ультрамарина. И ещё одно, золотисто-охристое, на тыльной стороне ладони. Краска. Она рисовала эскизы в своей комнате.
Лиза, следуя его взгляду, хихикнула и потянулась чистой рукой к лицу, но не смогла определить, где именно пятно.
— Ну как ты тут испачкалась, — сказал он, и голос его прозвучал тише и мягче, чем он планировал. Почти беззвучно, одним лёгким движением, он обхватил её за талию и посадил к себе на колени, лицом к себе.
Элиза ахнула от неожиданности, но не сопротивлялась. В кабинете повисла тишина, нарушаемая только их дыханием и едва уловимым запахом скипидара и масла, принесённым с ней.
— М?.. — тихо выдохнула она, вопросительно.
— Вот тут, — прошептал он, не отводя взгляда от синего пятна. Он поднял руку и большим пальцем осторожно, почти невесомо, попытался стереть краску с её кожи. Пигмент был уже подсохшим и не поддавался. Движение превратилось в медленное, почти ласковое поглаживание по щеке. Он засмотрелся уже не на пятно, а на её губы, которые слегка приоткрылись от удивления. Расстояние между ними сократилось до сантиметров. В воздухе смешались запахи кофе, свежей краски и её шампуня. Он уже наклонился, уже почувствовал её тёплое дыхание на своих губах, уже...
Как вдруг из коридора послышался громкий, весёлый голос Марьи, приближающийся к кабинету:
— Ребята, а вы где? Мэгги уже себе положила кусочек, не стесняйтесь!
Магия момента лопнула как мыльный пузырь. Элиза вздрогнула и буквально отпрыгнула с его колен, поправляя футболку. Лицо её пылало.
Дамиан медленно опустил руку, ощущая на подушечке пальца тепло её кожи и шероховатость засохшей краски. Он глубоко вдохнул, собираясь с мыслями.
— Кажется, наш обед начинается, — сказал он, и в его голосе снова появилась привычная лёгкая ирония, но в глазах ещё оставался отблеск чего-то невысказанного. — И, судя по всему, ты принесла с собой часть своей вселенной. Ультрамарин тебе к лицу.
— Готова, — выдохнула Элиза, пытаясь вернуть себе уверенность и смущённо потирая разукрашенную щёку. Она бросила на него быстрый взгляд — смесь упрёка, смущения и странного ожидания. — Но после пирога... мы продолжим этот разговор. И я покажу тебе эскизы. Если интересно.
— О пятнах краски и не только? — уточнил он, поднимаясь.
— О всём, — твёрдо сказала она и первой вышла из кабинета навстречу голосу Марьи и запаху свежей выпечки, оставляя за собой лёгкий, творческий беспорядок в воздухе и в его мыслях.
Дамиан последовал за ней, ловя себя на мысли, что предвкушает не столько вишнёвый пирог, сколько возможность заглянуть в её вселенную. Игра теперь велась не только на публику, но и где-то глубоко внутри, на территории, которую они оба ещё не успели обозначить на карте.