2. глава
Утром, не обнаружив Одри за завтраком, Давид почувствовал, как паника сжимает горло. Её место напротив оставалось пустым и неестественно аккуратным. Он уже знал её привычки - она всегда приходила рано. Её отсутствие резало по нервам, натянутым с прошлого вечера.
Сжимая ключ, он бросился к её комнате. Его шаги гулко отдавались в пустом коридоре.
Сначала он стучал сдержанно.
-Одри? Ты спишь?
Тишина.
Удары становились громче,тяжелее. Дверная рама дрожала.
-Одри, открой! - в его голосе звучало уже не просьба, а требование, сдобренное отчаянием.
Дверь распахнулась так резко, что воздух свистнул.
Перед ним стояла полностью собранная женщина.Строгий костюм, нейтральная помада. Но главное - взгляд лишённый тепла.
-Что тебе, Давид?
Не дожидаясь ответа,она шагнула в коридор. Дверь с сухим щелчком захлопнулась у неё за спиной.
-Опять набросишься? Или утренняя проверка? - голос был ровным. Она скрестила руки на груди.
-Я не... - он попытался встретиться с ней глазами. - Сам не понимаю, что вчера случилось. Это было непростительно.
Одри презрительно закатила глаза.
-Надеюсь, ты удовлетворил своё сиюминутное желание. Для мужчины твоего склада это важно - поставить галочку.
Она развернулась и зашагала прочь. Каблуки отбивали чёткий, безжалостный ритм.
-Снова к нему?! - голос Давида сорвался. Он догнал её в два шага.
Она не остановилась,бросив через плечо:
-К Синнеру? Да.
Давид перегородил ей путь,блокируя коридор своей фигурой.
-Нет. Не пущу. Это не просьба.
-Почему? - её руки взлетели в жесте саркастического недоумения. - Что я, твоя вещь? Он умеет контролировать себя.
-Контролирует, - сквозь зубы согласился Давид. - Но его оружие - слова. Игры с твоей головой. - Его рука потянулась к её щеке, но он с силой опустил её. - Я чёрт возьми пытаюсь тебя защитить!
-Очень убедительно выглядит твоя «защита». Особенно в исполнении человека, который забыл слово «нет».
И прежде чем он нашёл ответ,она совершила резкое движение. Не шлепок, а сильный, целенаправленный толчок - основанием ладони в солнечное сплетение. Он инстинктивно отшатнулся.
Этого мгновения хватило.Она проскользнула мимо, как тень. Он лишь уловил мелькнувший шлейф духов - цветочных, ничего общего с вчерашними.
Её шаги затихли. Хлопок входной двери прозвучал окончательно.
Она ушла. Оставила его стоять в пустом коридоре, с сжатыми кулаками и с осознанием полного поражения.
***
Тишину кабинета нарушил лишь скрип двери, когда Одри вошла без стука.
Она устроилась в кожаном кресле,и только тогда на пороге появился Синнер. В его глазах мелькнуло острое удивление - он не ожидал её так скоро. Но тут же оно скрылось под маской равнодушия.
Он прошёл к столу,перебирая документы с невозмутимостью.
-Похоже, вы поссорились с кем-то.
-Здесь психолог - я, мистер Синнер, - её голос зазвенел сталью.
Его смех прозвучал искренне-восхищённым.
-Бесспорно. К делу.
Он достал из сейфа папку. Жёлтый картон с щелчком лег на стол.
-Ваш иск готов. Можете проверить.
Листы зашуршали в её дрожащих пальцах.Всё было составлено безупречно.
-Вы... очень постарались, - произнесла она. В голове крутился вопрос: Зачем? Какую цену?
-Профессиональная этика не позволяла оставить вас без помощи, - сказал он, усаживаясь напротив. Слова были правильными, но в воздухе повисло что-то тяжёлое.
-Теперь вы хотите расспросить о секте? - выдохнула она.
Уголки его губ дрогнули.
-Буду благодарен за любые детали.
-Я почти ничего не помню... - её пальцы сжали папку. Ложь звучала неубедительно.
-Расскажите о детстве. О атмосфере.
Она закрыла глаза.
-Было... своеобразно. Отец верил не в бога, а в... Зверя. В грядущего Поглотителя Миров. Фанатично.
Лицо Синнера застыло. Взгляд ушёл вглубь себя, будто он услышал сакральный пароль.
-Не поймите неправильно! - она резко вдохнула, испугавшись этой перемены. - Он не был болен. Просто... вера у него была такая.
Его ладонь легла поверх её дрожащих пальцев.Прикосновение было тёплым, но от него побежали мурашки.
-Всё нормально, - прошептал он гипнотически мягко. - Расскажите ещё. О ритуалах. О символах.
Её руки ускользнули из-под его ладони.
-Мне не хочется давить. - сказал он, изучая её холодным взглядом.
Малек обошёл кресло и встал позади.Его тень упала на неё.
-Что сделал вчера ваш... друг? - голос прозвучал прямо над её ухом.
-Вы про Давида?
Ей стало стыдно и жарко.
Его руки легли ей на плечи. Пальцы начали медленно скользить по ткани блузки, описывая маленькие круги.
-Как вы относитесь к массажу? - его шёпот был вкрадчивым. - Я немного умею. Снимает напряжение.
Она замерла,тело напряглось как струна.
-Очень успокаивает. Расслабляет... волю.
-В... вроде да... - выдавила она, ненавидя слабость в голосе.
Его губы растянулись в довольной улыбке.
-Что именно сделал Давид?
-Я не хочу говорить об этом. Это личное.
Его руки замерли. Пальцы остановились у основания её шеи.
-Он трогал вас здесь? - вопрос висел в воздухе, как обвинение.
Она сбросила его руку.
-Довольно.
-Хотите уйти? - в его глазах вспыхнула странная искра.
Не дожидаясь ответа,он оказался у двери. Резкий щелчок замка, металлический звон ключей. Сердце Одри ёкнуло.
-Что вы делаете?
-Какое интересное выражение лица... Смесь страха и решимости. Прекрасный материал.
У неё перехватило дыхание. В его глазах, в атмосфере читалось что-то иное. Первозданное.
-У вас тоже... своеобразное выражение, - её голос дрожал.
-Вы боитесь меня? - он прислонился к двери, перекрывая выход.
-Но вам нечего бояться. Я просто хочу... продлить нашу беседу. Без риска быть прерванными.
В голове у Одри щёлкнуло.Его интерес к секте, к её отцу, эта помощь...
-Вы... вы сами связаны с ними? С сектантами? - её дыхание участилось. - Это вы подослали того маньяка?
-Нет.
Ответ прозвучал слишком резко и быстро.Потом - мгновенная перемена. Брови изогнулись в маске изумления.
-Какого маньяка? Я не понимаю.
Притворное недоумение было виртуозным.Но она видела ту долю секунды истины. Он лгал.
-Вы прекрасно знаете! Что вам от меня нужно?
Она вскочила.Путь был перекрыт. Куда бежать? Глухие стены, запертая дверь. Тело оцепенело.
-О чём вы, моя дорогая? Кажется, вам нехорошо... Стресс, - его голос стал сладким.
Он спокойно прошёл к столу.Его рука скользнула по её плечу.
Из шкафчика он достал маленький стеклянный пузырёк с мутной жидкостью.
-Успокоительное. Одна капля - и тревога уходит.
-И вы думаете, я это выпью? - её голос дрогнул от отвращения. - Я просто хочу уйти.
Волна ярости поднялась в ней.Она швырнула папку на стол. Листы рассыпались по полу.
Малек не моргнул.Но в глубине его глаз что-то тронулось.
-Принимайте помощь, как положено. - его голос прозвучал тихо, но в нём звенела злость.
И тогда мир содрогнулся.
Пол под ногами Одри задрожал. Картина на стене закачалась. Она едва удержала равновесие, хватаясь за стол.
Но Малек был неподвижен.Он был подобен твёрдыне среди хаоса. Воздух вокруг него сгустился, зазвенел нездешним звоном.
От него исходила бездонная пустота.
Лампа на столе лопнула с жалобным стоном. Осколки, покрытые узорами инея, задрожали на полу.
Окна за его спиной побелели мгновенно,будто их коснулось дыхание вечной зимы. За матовой пеленой бушевала не снежная буря, а нечто иное, не имеющее имени.
Она не увидела,как он двинулся. Пространство между ними исказилось, скрутилось, как отражение в разбитом зеркале. Его бледный палец устремился к её лбу. Движение было медленным, исполненным ужасающей неизбежности.
В момент касания - как космический вакуум - она услышала безмолвный, всесокрушающий грохот смыкающихся вечных врат.
И сознание её поглотило нечто иное.
***
Одри очнулась в своей кровати в «Астрее». Резкий переход из кошмара кабинета в знакомую мягкость постели был настолько внезапным, что сознание отказывалось его принимать. Ещё секунду назад её лоб жгло прикосновение, а пространство рушилось. Теперь же она лежала здесь, под тёплым одеялом.
В комнате, залитой мягким светом настольной лампы, у камина стоял Микаэль, скрестив руки. У изголовья сидел Давид. Его взгляд был изрезан усталостью. К своему удивлению, Одри больше не чувствовала к нему прежней злости. После пережитого в кабинете Синнера даже его вчерашняя несдержанность казалась пустяком. Он, пусть и грубо, всегда пытался её защитить.
-Как самочувствие? - спросил Микаэль, но его голос звучал отстранённо. - Нам около часа назад звонил профессор Синнер. Сказал, ты во время беседы начала бредить, а потом потеряла сознание.
Бредила? Потеряла сознание?
Одри резко приподнялась на локтях,готовая выкрикнуть опровержение, но в последний момент сдержалась. Признаться, что профессор является чем-то большим, было бы безумием. Это должно было остаться в секрете.
Он что-то подмешал? Ввёл препарат?Но она ничего не пила. В груди сжалось холодное недоумение, смешанное с ужасом. Как он это сделал?
-Что с тобой, ведьмочка? - голос Давида вернул её к реальности. Он наклонился вперёд, и в его глазах она увидела неподдельный страх - не за себя, а за неё.
Она опустила глаза.Чувство вины комом подступило к горлу. Она оттолкнула его, а он всё равно был здесь.
-Всё нормально. Просто... переутомление. Спасибо, что вы здесь.
Микаэль обменялся с Давидом понимающим взглядом.
-Хорошо. Отдыхай, - сказал он и вышел.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
-Я знаю,что между нами уже нет прежнего доверия, - начал Давид, сжимая кулаки на коленях, - но я всё равно волнуюсь.
Одри вцепилась пальцами в одеяло.Всё это казалось абсолютным безумием. Но признаться в этом ему сейчас? Ему, с его прямолинейным взглядом на мир?
-Всё в порядке,Давид. Честно. И... я больше не злюсь на тебя, - сказала она тихо.
Она понимала холодным умом:сейчас, в этом нарастающем кошмаре, важнее всего был хоть один союзник. А он, несмотря на всю свою грубость, оставался самым надёжным человеком из тех, кого она знала.
-Правда? - его лицо осветилось слабой улыбкой, но в глазах мелькнуло что-то острое. Он уловил фальшь в её спокойствии. -Что на самом деле случилось у Синнера?
-Не сейчас...Я не могу, - выдохнула она, чувствуя новую волну слабости.
Она спустила ноги с кровати. Его пальцы - тёплые - осторожно коснулись её руки. Одри не отдернула ладонь. Давид медленно сел на край кровати рядом. От него пахло дымом, кофе и чем-то простым, мужским - безопасным.
-Я должен знать,Одри. Вдруг ты в настоящей опасности, - его голос был низким, серьёзным.
В её голосе против воли зазвучало раздражение:
-Я же сказала. Всё нормально!
Её пальцы впились в виски,будто пытаясь выдавить навязчивые образы - побелевшие окна, звенящий холод. Что это было? Галлюцинация? Я схожу с ума?
-Я люблю тебя.
Слова повисли в воздухе, неловкие. Тишина, наступившая после, была густой. Слышно было лишь тиканье часов и собственный учащённый пульс.
Он повторил,уже без дрожи, глядя в пространство перед собой:
-Очень сильно. Давно.
-Что ты...- её голос сорвался. Жизнь решила добить её сегодня окончательно.
Он поднялся с кровати,избегая её взгляда. Всё в его позе кричало о желании исчезнуть.
-Это не взаимно,да? - он бросил фразу через плечо, и она прозвучала как констатация.
-Давид...
Он отвернулся к камину.Не хотел слышать вежливый ответ.
-Ладно.Надеюсь, мы... сохраним рабочие отношения, - произнёс он глухо. Дверь закрылась.
Одри осталась сидеть на краю кровати, ощущая глухую боль в груди. Но она не позвала его. Сначала нужно было осмыслить произошедшее с Синнером. Когда она наконец встала, пол под ногами поплыл. Тёмные пятна поплыли перед глазами - она едва не потеряла сознание.
Мистика? Или отравление?
Слабость была непреодолимой.Одри снова легла, и сон накрыл её почти мгновенно - лёгкий, безмятежный, но с противным, сладковатым привкусом на задней стенке глотки...
Она резко открыла глаза, отдышаться не получалось. В комнате было темно. В полосе лунного света, неподвижный, стоял мужчина.
-Кто вы? - прошептала она, сердце бешено колотилось.
-Не узнаёшь? - фигура медленно повернулась. Лунный свет скользнул по высокому лбу, правильным скулам. Малек Синнер.
-Ты кое-что забыла. Самый важный документ.
Тело её оцепенело.Реальность? Или продолжение кошмара?
Он сделал шаг вперёд и достал из складок пальто папку - ту самую, ядовито-жёлтую. Положил на тумбочку.
-Теперь ты мне должна,Одри. Не деньгами. Памятью. Правдой. Ты отдашь её мне. Всю.
Паника вырвалась наружу.Она швырнула в него тяжёлый латунный подсвечник. Фигура не уклонилась. Подсвечник пролетел насквозь, а образ Синнера рассыпался, как дым. В тот же миг окно с грохотом распахнулось, и в комнату ворвалась стая чёрных ворон. Ветер рвал шторы...
Одри проснулась с криком, зажатым в горле, в ледяном поту. Кошмар. Яркий, жутко осязаемый.
Я окончательно схожу с ума? Это последствия того прикосновения?
Её взгляд метнулся к тумбочке.И замер.
На поверхности лежала та самая жёлтая папка.
Холодный ужас пронзил её.Она не думала. Инстинкт выбросил её из кровати. Босиком, в одной сорочке, она ворвалась в комнату Давида. Дверь была приоткрыта. Он сидел на краю кровати, растерянно потёр лицо.
-Что случилось? - Он вскочил.
-Малек!Он был у меня! Только что! - Она вцепилась в его руки. Её пальцы дрожали.
-Сейчас?Здесь? - В его глазах вспыхнула готовность к действию.
-Да!И эта папка... Она материализовалась! - Рыдания, сдержанные и горькие, наконец прорвались.
Давид,не говоря ни слова, притянул её к себе, крепко обнял.
-Тихо, ведьмочка. Тихо. Дыши. Если он правда был здесь, я найду его. Клянусь.
Он потянулся к рубашке,но она схватила его за запястье.
-Не уходи.Не сейчас.
-Думаешь,он может вернуться? - его голос стал тише.
-Не знаю.Просто... останься. Пожалуйста, - её голос дрожал от чистого, неприкрытого страха.
Давид скрипнул зубами.
-Хорошо. Я останусь. Похоже, тебе нужна охрана.
Хотя часть его,дикая и первобытная, хотела этого - её близости, её доверия - куда сильнее, чем она могла предположить.
-Я понимаю,ты не хочешь... чтобы я был так близко после всего, - начал он.
-Хочу!
-Ты уверена? Просто... - Он стоял скованный.
Её пальцы,всё ещё холодные, начали медленно скользить по его предплечью, а затем под рукав рубашки, касаясь горячей кожи.
-Я помню твои слова,- тихо сказала она. - Просто... я не готова на них ответить. Не сейчас.
-Ведьмочка...- его дыхание перехватило. Он сделал шаг ближе. Одри разглядела его черты в лунном свете - волнистые волосы, резкую линию скул. Он был красивым. По-мужски красивым.
И тогда она ощутила странное,упругое давление своим бедром.
-Что это? - в её голосе прозвучало любопытство.
-Складка!На штанах! - он выдал неестественно громко. -Пора спать, Одри.
Но её пальцы опустились ниже и нащупали ту самую«складку» - плотную, упругую, отчётливо пульсирующую.
-Ого...- её губы растянулись в нервную ухмылку. - Какая интересная «складка». Очень... выразительная.
Давид аж подпрыгнул.Его лицо, шея, уши пылали румянцем.
-Ведьмочка... прекрати. Это же не...
Не в силах держаться он приник к ней поцеловав. Это было коротко. Затем второй - уже глубже.
-Прости.- прошептал он против её губ, его руки неуверенно легли ей на талию.
-Давид...-она прижалась к нему плотнее.
-Если ты не остановишься сейчас...- его голос стал низким.
-Так давай, - её шёпот был вызовом. Её пальцы обвили его шею. - Покажи, на что ты действительно способен.
Его руки скользнули ниже,ладони замерли на её бёдрах - они дрожали от напряжения, но не решались двинуться дальше.
И в этот момент, почувствовав его сдерживаемую нерешительность, Одри отстранилась. Всем существом она ощутила глубокую, гнетущую неправильность. Она использовала его. Использовала его чувства, чтобы заглушить собственный страх. Давид заслуживал ясности, а не быть лекарством от её ночных ужасов.
Но он грубо схватил её за щёки, впиваясь в её губы властным, обжигающим поцелуем. Его губы не ласкали, а жгли. Затуманенный разум полностью подчинил тело. Он притянул её, и его ладонь сжала её ягодицу через тонкую ткань. Одри ахнула.
От его натиска она покачнулась и упёрлась спиной в стену. Вся его фигура излучала напряжение. Сквозь одежду она ощутила его возбуждение. Насколько же животной была его страсть! Она пребывала в лёгком шоке, парализованная этой грубой силой.
Его губы,оторвавшись от её рта, рассыпались по шее, спускались к ключицам, оставляя красноватые отметины. Его сильные руки настойчиво ласкали её грудь.
Его тяжёлое дыхание обжигало кожу:
-Какие мягкие... Идеально.
-Давид,ты слишком давишь, - попыталась она выдохнуть, но голос прозвучал слабо.
-Я хочу пососать их, - прохрипел он в ответ, не слушая.
Им двигало лишь слепое,жадное желание обладать. Он разорвал тонкие лямки её сорочки. Ткань сползла. Возбуждённый Давид с низким стоном приник к её груди. Одри вцепилась пальцами в его плечи, пытаясь оттолкнуть, но её тело предательски выгибалось навстречу.
Подхватив её на руки, он бросил на кровать, своим телом придавив сверху. Он продолжал исследовать её грудь. Затем, приподнявшись, властно приказал:
-Ляг на живот. Подними бёдра.
Она,покорённая его напором, послушалась, сгорая от стыда. Его пальцы спустили её нижнее бельё. Прохладный воздух коснулся кожи.
-Мой член сейчас порвёт эти чёртовы штаны, - пробормотал он, скидывая с себя одежду.
Его губы и язык без промедления впились в её клитор.
Одри невольно издала сдавленный стон,но тут же прикрыла рот.
-Не стесняйся, - он одёрнул её руку. - Я всё равно заставлю тебя сегодня кричать.
-Да что ты? - с фальшивым вызовом бросила она. - Ты уже, наверное, всё обкончал, не дойдя до дела.
Давид лишь усмехнулся и вновь приник к ней,удвоив усилия. Из её уст вырвался новый, неконтролируемый стон. Мужчина, рыча от нетерпения, навалился на неё сверху.
-Приготовься.
-Да я даже не почувствую такой маленький, - соврала она, но её бёдра уже предательски приподнялись навстречу.
-Ты такая дерзкая... - он тёрся головкой, собирая её влагу, серьёзно дразня. Внутренности девушки ныли от пустоты.
-Попроси как следует - и я тут же вставлю.
Он позволил упругой головке лишь на миллиметр проникнуть внутрь,чтобы тут же выскользнуть.
-Давид...ну хорошо... - прошептала она.
-Скажи громче.
-О Боже!Давай уже, пожалуйста! - взвыла она, теряя самообладание.
-Как-то неубедительно,- продолжил он свою жестокую игру.
Она собралась огрызнуться,но в этот миг он мощно, одним движением, вошёл в неё до самого конца. Одри забыла, как дышать. Её глаза широко распахнулись от шока. Давид замер, его лицо исказила гримаса наслаждения.
-Ох,ведьмочка моя... Какая же ты тесная и горячая...
Его бёдра начали движение - плавное, но неумолимое. Каждый толчок был точным и глубоким.
-У тебя...он очень большой... Я не вынесу, - застонала она.
-Если будешь и дальше так сжимать меня изнутри,и я не вынесу, - его дыхание сбилось. - Я кончу раньше, чем захочу.
-Я не могу...это выдержать... так хорошо...
Давид убрал влажные волосы с её лица.Он прильнул губами к её шее, шепча:
-Не теряй сознание, ведьмочка. Всё только начинается.
-Я тебя не узнаю, - сквозь наслаждение прошептала она.
-Конечно,у нас ведь никогда не было секса, - он грубо вцепился в её бедра и поставил её на колени. - Ты не знаешь, как я умею.
Его пальцы нашли её клитор и принялись нежно мять. Одри тихо постанывала, пытаясь сдержаться. Но Давид был безжалостен. Он схватил её за шею, прижимая лицо к простыне, и снова замедлился. Почти полностью извлёк член.
Она вскрикнула от мучительной пустоты.
-Проси, - прошептал он ей в ухо.
-Войди...пожалуйста...
Он соскользнул внутрь одним долгим движением,заставив её выгнуться, и начал не просто двигаться, а как будто выворачивать её изнутри.
-Я сейчас кончу,- на выдохе прошептала она.
-Слишком рано,ведьмочка.
Он резко вынул член,перевернул её на спину и снова вошёл, теперь глядя ей прямо в глаза. Одной рукой он приподнял её бедро, а пальцы другой снова впились в её клитор, но теперь жёстко надавливая, сдерживая нарастающий оргазм.
-Терпи.Ты не кончишь, пока я не разрешу.
-Нет...ты просишь о невозможном...- её тело билось в конвульсиях, но он физически не давал ей переступить пик.
Он наклонился и снова захватил её сосок губами,одновременно ускоряя движения бёдер.
***
Проснувшись, Одри ощутила приятную, глубокую боль в мышцах. Их ночь была дикой и опьяняющей. В памяти остались лишь обрывки: жаркие губы, крепкие руки, низкие стоны. Она не помнила, как уснули.
Тяжёлая рука Давида лежала поперёк её талии, прижимая к себе даже во сне. Его лицо в рассветных сумерках выглядело удивительно невинно. Словно тот человек, что владел ею со страстью, и этот спящий мужчина были двумя разными людьми.
Она аккуратно убрала его руку. К телу прилила волна смущённого стыда, смешанного с лёгким головокружением. Она не представляла, что её отчаянный порыв к безопасности закончится полным растворением в нём. Если бы она заранее знала, насколько Давид окажется властным и требовательным, возможно, никогда не осмелилась бы его дразнить. Но сладкое послевкусие той ночи - ощущение полной отдачи и странного покоя - всё ещё разливалось по телу. И потому, к своему удивлению, она не слишком жалела.
Её волновал практичный вопрос: что теперь? Сможет ли всё вернуться к работе, или эта ночь навсегда проложит между ними неловкую трещину?
Нужно было действовать.
Её шёлковая сорочка валялась у кровати, разорванная в нескольких местах. В памяти ярко всплыло, как он, не в силах терпеть, сорвал её с неё. И она не могла поверить, что в тот миг сама жаждала этой грубости.
Поднявшись, стараясь не разбудить его, Одри накинула его просторную рубашку, пахнущую им. Надела его штаны. Ей отчаянно хотелось поскорее покинуть комнату, избежать утренних объяснений. Но на выходе она обернулась.
Давид спал крепко, его спина медленно вздымалась. Что-то тёплое и тревожное сжалось у неё в груди - что-то вроде признания, которое она была не готова озвучить даже самой себе.
Она бесшумно закрыла за собой дверь.
***
И вот она снова стояла напротив мрачного здания колледжа, сжимая в руках жёлтую папку. Холодный воздух щипал щёки, но внутри горело. Логика кричала, что это безумие - идти в пасть к зверю без плана. Но она искренне желала разорвать связь с Синнером, вернуть этот долг и вычеркнуть его из жизни. Возврат папки казался символическим жестом - отказ от его «помощи», попытка вернуть себе контроль.
Голова была затянута дымкой мыслей о Давиде - о его руках, его голосе. Выкинуть эти образы не получалось. Он прочно врос в её сознание и стал частью уравнения.
Внутри колледжа всё казалось иным. Стены стояли пустыми, будто с них содрали кожу. В коридорах царила гробовая тишина - ни голосов, ни шагов. Будто всё здание затаило дыхание.
Она постучала в дверь кабинета. Почти мгновенно ей открыл Малек Синнер. Он был безупречно одет, но в его внешности была неестественная свежесть.
-Одри? - его брови изящно приподнялись. - Какая неожиданность. Я думал, вам потребуется больше времени на восстановление.
-Я пришла не для беседы, профессор. - её голос прозвучал твёрже, чем она чувствовала себя. Она протянула папку. -Это ваше. Я возвращаю. С этого момента мы квиты.
Синнер никак не отреагировал. Его глаза, серые и внимательные, скользили по её лицу, по её необычному наряду, словно он видел следы чужого присутствия.
Молча он отступил в сторону, уступая дорогу. Папка так и осталась висеть в воздухе.
-Ну что ж, раз уж вы здесь, проходите.
Одри почувствовала, как злость закипает внутри. Ей захотелось швырнуть папку ему в лицо. Но её ноги, будто под гипнозом, сами понесли её вглубь кабинета.
Дверь с лёгким щелчком закрылась за её спиной.
***
Давид завязывал галстук, и каждое движение было наполнено лёгкостью. Он был в прекрасном настроении. Совсем не переживал, что Одри сбежала на рассвете. Напротив, это соответствовало её характеру.
Несколько раз он взглянул в зеркало, поправляя складки рубашки. На секунду его охватило странное, холодное предчувствие - будто тень пролетела за спиной в отражении. Он отмахнулся. Нервы.
Он приготовил на кухне два подноса с завтраком и стал ждать. Но терпение никогда не было его сильной стороной. Через десять минут он решил сам навестить Одри. Возможно, она просто проспала.
Поднимаясь по лестнице, он ощущал, как его охватывает тяжёлое чувство тревоги. Шаги звучали слишком громко в тишине особняка. Он вспомнил о Синнере и той жёлтой папке, о её паническом страхе ночью. Тело само напряглось.
Он постучал в её дверь.
-Одри? Завтрак стынет.
Тишина.
Он постучал снова, уже сильнее.
-Одри, ты там?
Тишина.
И тогда тело поняло раньше разума: её нет. Холодок страха пронзил его насквозь. Всё встало на свои места с ужасающей ясностью: колледж. Она пошла к нему.
***
Одри сидела в кожаном кресле, её поза была расслабленной. Слова Синнера, льющиеся мерным потоком, уже не пугали, а обволакивали, как тёплая вода. Его голос растворялся в воздухе, проникая прямо в сознание.
-Вы сегодня... совсем другая, - с лёгкой ухмылкой наклонился он вперёд. - Спокойная. Податливая. - Его пальцы нежно отстранили прядь волос с её лица, скользнули по виску. - Какая изящная линия плеч.
-По-моему, самые обычные плечи, - безразлично ответила она. Её голос звучал отдалённо.
-Вы ошибаетесь, - возразил он тихо. Он взял её руку - кисть была безвольной - и заставил прикоснуться к твёрдой линии своей ключицы. - А вот это - сила. Контроль. Что вы чувствуете?
-Вы... очень сильный, - её голос прозвучал глухо. Взгляд был пустым.
-Это только начало. Сегодня вы почувствуете гораздо больше.
Он приблизился, и его губы, прохладные и сухие, коснулись её щеки. Затем поцелуй переместился к уголку её рта, а потом и к самим губам. Он был настойчивым, но странно бездушным - словно исполнял древний ритуал.
В этот момент дверь кабинета с оглушительным грохотом вылетела с петель.
В проёме стоял Давид. Одежда помята, волосы в беспорядке, в глазах буря. Увидев Синнера, нависшего над безучастной Одри, последняя нить контроля в нём порвалась.
Он ринулся вперёд и с размаху ударил профессора по лицу.
Глухой звук удара оглушил тишину. Синнер отшатнулся, оперся на стол. Он был поражён не силой, а дерзостью этого вторжения.
Одри вздрогнула и резко выпрямилась, словно вырвавшись из транса. Её глаза метались по комнате.
-Что происходит? - испуганно прошептала она.
Давид замер на секунду, увидев в её взгляде чистый испуг.
-Ты... всё испортил! - прозвучал голос Синнера. В нём, впервые, зазвучала звериная злоба. Он медленно выпрямился, и тень, казалось, сгустилась вокруг него.
-Иди к чёрту! - сквозь зубы процедил Давид.
И тогда Синнер набросился. Они с грохотом повалились на пол, опрокинув массивную вазу.
Холодные пальцы профессора впились в горло Давида с такой силой, что казалось, кости хрустнут.
-Сам отправляйся! - прошипел Малек, его лицо исказила нечеловеческая ненависть. - Прямиком к папочке в ад!
Одри, парализованная ужасом, увидела, как лицо Давида синеет. Она схватила тяжёлую бронзовую статуэтку со стола и с размаху обрушила её на затылок Синнера.
Тупая глухота удара. Тело профессора обмякло, хватка ослабла.
Давид, отчаянно втягивая воздух, сбросил с себя бесчувственное тело и откатился в сторону. Одри кинулась к нему.
-Боже! Давид!
-Всё... нормально, Ведьмочка, - хрипло проговорил он, потирая горло. - Меня... не так-то просто убить.
Она не ответила. Вместо этого крепко обняла его, прижимаясь щекой к его груди. Её тело дрожало мелкой дрожью. Давид, сидя на полу среди осколков, нежно гладил её по волосам, чувствуя, как эта дрожь постепенно утихает.
В воздухе пахло пылью, разлитой водой и страхом, который медленно рассеивался, уступая место другому чувству - необходимости защищать и быть рядом.