13 Часть
Пятый хотел уже сказать, что для него она раздевается, но вовремя поймал себя за язык. Не стоит смущать Т/и при матери, ей сегодня и так досталось.
- Тогда ешь бутерброды, пока не остыли, - примиряюще сказал он. - Не заставляй их повторять трагическую судьбу тостов.
Т/и словно невзначай поправила волосы. За это время она успела их помыть и уложить красивыми волнами. Простое и в то же время утонченное платье с широким вырезом оставляло открытой длинную шею и нежный изгиб плеч. Ткань мягко подчеркивала грудь и плотно обхватывала талию, стянутая тонким пояском. Пристальный взгляд Пятого дал Т/и понять, что ее труды не напрасны, но лучше все же оставить провокации до более интимной обстановки.
- Мы начали ужин без тебя. - Лора отпила глоток чая. - Правда, перед этим немного помучились с камином.
- А меня дождаться не могли?
- Что ты, милая, - явно развеселился Пятый, - я был скаутом и отлично умею разводить костры.
- Вот-вот, костры. Ты бы еще книги на растопку пустил, - пробормотала Т/и, изучая бутерброд. - И бекона для бедной больной пожалели.
- Не ворчи, это не идет к твоему платью, - усмехнулся Пятый. - Миссис Т/ф, вы согласны с новой кандидатурой для уборки посуды? По-моему, наша больная вполне для этого сгодится.
- Как скажете, Пятый. Единственное, что я знаю наверняка: какая кандидатура для уборки не подходит вовсе. Это кандидатура уставшей с дороги мамы, которая сейчас пойдет в душ, а потом - отдыхать в гостевую спальню.
-Мне тоже скоро пора уходить, - Пятый с улыбкой смотрел на Т/и- Доедай, и я помогу загрузить посуду в машину.
Стоило наряжаться, подумала Т/и и тут же устыдилась своих мыслей. Пятый был с ней практически неотлучно все эти дни. Столько внимания и нежности ей не дарил еще никто и никогда.
- Спасибо, Пять! За цветы, за твои истории, за то, что возился со мной.
- Выглядит так, как будто ты прощаешься навеки, - заметил Пятый, поднимаясь. - Довольно сантиментов. Я пошел загружать машину.
Когда через несколько минут Т/и появилась на кухне, Пятый уже закладывал таблетку с моющим средством в панель посудомоечного аппарата. Ни одного лишнего движения. Его руки двигались точно и уверенно, это напомнило Т/и кадры из какого-то фильма, где офицер собирал снайперскую винтовку. Несколько коротких движений, щелчок - и оружие готово к бою.
- Эй, что ты так странно на меня смотришь?
- Я? Да так, ничего. Ты даже не мужскую работу умудряешься делать очень по-мужски. Ну, я не знаю, как объяснить...
- Знаешь, а я вот что подумал. Я сегодня весь вечер занимаюсь не мужской работой. Готовлю чай, убираю посуду. Думаю, что ни для кого и никогда в жизни я бы не стал делать такого. И не потому, что это сложно, а потому, что мужчина не должен этим заниматься. - Пятый закрыл дверцу и нажал кнопку пуска. Машина несколько мгновений задумчиво помигала красными огоньками на панели, а потом умиротворенно заурчала.
Значит, когда ты закончишь за мной ухаживать, ты больше никогда не поможешь мне по дому?
- Мне приятно, что ты смотришь на перспективу и видишь там нас вдвоем.
Т/и почувствовала, что щеки наливаются краской. Поспешно отвернулась, делая вид, что занята пристраиванием сахарницы на полку.
- Т/и, я помогаю тебе сейчас не потому, что стараюсь произвести на тебя впечатление и пытаюсь казаться лучше, чем я есть на самом деле.
Т/и почувствовала, как тяжелая сильная ладонь ложится ей на плечо. Замерла, ощущая, как по телу разбегаются искорки-мурашки.
-Я помогаю тебе, потому что это ты. - Он наклонился и едва коснулся губами плеча. - Мне самому хочется делать тебе приятное, оберегать тебя, - отвел он рукой волосы с ее шеи. - И я не понимаю, что ты со мной делаешь...
Я просто люблю тебя. Я люблю тебя, Пятый! - хотела сказать Т/и. И не смогла. Горло словно окаменело. Повернулась к нему. Глянула отчаянными глазами... И разревелась.
Пятый, который ожидал чего угодно, кроме этих вот беспомощных слез, поменялся в лице. Выдохнул. Потом прижал ее к себе.
- Т/и, милая, я тебя чем-то обидел? Пожалуйста, не плачь. Я что-то не так сказал? Т/и, объясни же, что происходит.
Ей и самой было не понятно, что происходит, что сжимает ее грудь и выворачивает сердце наизнанку. Ей было ужасно стыдно, и от того слезы становились еще безутешнее.
- Я сейчас, Пятый, не смотри!.. - Она вырвалась из его рук, почти врезалась в раковину. - Сейчас... - Т/и растирала щеки ледяной водой. Господи, как глупо! Как неуместно! Ноги подкашивались, к горлу подкатывала тошнота. - Пять, извини, мне что-то не по себе. Я лягу.
- Ты совсем белая. Давай, я тебя отнесу. - Он попытался взять ее на руки, но Т/и отстранилась.
- Нет, я сама. Прости меня, Пятый. Я не понимаю, что со мной. Наверное, это остатки болезни.
Пятый крепко взял ее под локоть и почти поволок за собой в комнату. Хорошо, что коттедж был одноэтажный и им не пришлось преодолевать испытание лестницей.
- Ты уверена, что тебе не нужна помощь?
- Пытаешься напроситься на ночь? - вяло спросила Т/и. То, что должно было быть шуткой, прозвучало почти как констатация факта.
- Нет. Если я хочу остаться, я остаюсь. - Пятый помог ей лечь. - Я спросил, нужна ли тебе моя помощь. Если нет - я ухожу. С тобой будет миссис Т/ф. И телефон. Если что, звони немедленно.
- Да сэр. - Т/и слабо улыбнулась. Даже теперь, когда ей было так плохо, что во рту стоял вкус железа, даже теперь Пятый казался ей необъяснимо притягательным. И очень похожим на того генерала Харгривза, который сел за ее столик в маленьком сказочном кафе.
Мама гостила еще день. За это время они успели поговорить с Т/и обо всех самых важных событиях, происходивших в жизни у каждой из них. Вечером пили какао и смотрели «Мою прекрасную леди» в постановке нью-йоркского театра «Вивьен Бомонт». Миссис Т/ф вообще любила Бернарда Шоу, а именно этот спектакль по его «Пигмалиону» они смотрели когда-то вместе с Питером. Т/и попыталась осторожно выведать, какое впечатление произвел Пятый на нее, но Лора с непроницаемой улыбкой заметила, что они друг друга поняли.
Звонила Шерил, интересовалась, как дела и куда это запропастилась ее драгоценная подруга. Неужели сбежала с каким-нибудь страстным французом и теперь будет лишь изредка посылать трогательные письма из далекой холодной Европы?
Словом, все было замечательно, вот только Пятый не появлялся. То есть он, разумеется, звонил с утра. Обеспокоенно спрашивал о самочувствии. Узнал, что температуры нет и головокружение не повторялось. Предложил привезти продукты. Потом, услышав, что миссис Т/ф еще у Т/и, облегченно вздохнул.
- Теперь моя совесть будет спокойна, - пояснил он в ответ на недоуменный вопрос Т/и. - Понимаешь, я бы все равно не смог остаться сегодня с тобой.
Приехали представители компании-партнера из Нью-Кастла, я обязан курировать переговоры. А так я знаю, что ты не одна, о тебе есть кому позаботиться.
Т/и возразила, что уже много лет не нуждается в чьей-либо опеке.
- Особенно когда на каждом шагу готовишься хлопнуться в обморок, - сухо заметил Пятый. Потом сказал, что его телефон будет включен даже на заседании, попрощался и повесил трубку.
Т/и в смущении и досаде рассказала о разговоре матери. Лора посмотрела на нее долгим взглядом и посоветовала помедитировать на досуге на тему благодарности. На этом вопрос был закрыт.
На следующее утро Лора уехала, а Т/и почти до полудня провалялась в кровати. Тело было ватным и просило сонного покоя. А еще совершенно не хотелось есть. Одна мысль о еде вызывала дурноту, которую Т/и приписала к еще одному прекрасному последствию болезни. Немножко потягивало живот, чуть увеличилась грудь, как это бывает перед началом месячных. Т/и проверила по календарику - менструация должна была начаться два дня назад. Покопалась в Интернете. На одном медицинском сайте подробно объясняли все возможные причины небольшой задержки, в том числе гормональные сбои, последствия простудных заболеваний и общего нервного стресса, а также беременность. Дорис предпочла остановиться на варианте «б»: стрессов и простуды в последние дни было предостаточно.
Угу, прогнусавил противный внутренний голос, как будто раньше ты никогда не болела и не переживала. Еще как болела, особенно в первый рабочий год. А цикл всегда был как часы. Т/и велела ему заткнуться и врубила телевизор. Поняла, что не смотрела его уже пару месяцев, потом немного послушала новости про убийства, выборы и биржу и тогда вспомнила, почему именно она его не смотрела. Выключила телевизор и пошла готовить себе чай. Пить его не хотелось совершенно. Но нельзя же было потакать внутреннему голосу, который уже принялся перечислять все известные признаки варианта «с». Утренняя тошнота, слабость, головокружение и т. д.
Нужно сказать, что доводы были весьма убедительны. Особенно про тошноту. Т/и брезгливо вылила содержимое чашки в раковину и на ватных ногах пошла в комнату.
А еще слезливость! - обрадовался внутренний голос, очевидно вспомнивший, при каких обстоятельствах уходил в прошлый раз Пятый.
Хватит паники! - цыкнула на свои непослушные мысли Т/и. Будем рассуждать как благоразумные люди. Беременность возникает когда? Когда занимаются сексом без предохранения! - услужливо подсказал внутренний голос. Т/и попыталась вспомнить, предохранялись ли они в ту безумную ночь. Пришла к мрачному выводу, что не предохранялись. Причем несколько раз кряду. И чем она тогда думала? Внутренний голос уже собирался объяснить, чем именно думают сексуально озабоченные кошки на крыше, но вовремя понял, что вопрос был риторический.
Следующий вопрос, который напрашивался сам собой, был уже гораздо более конкретным. Что делать.
- Что же мне теперь делать? - Т/и смотрела на свое растерянное бледное отражение в зеркале. А может, бледность создавалась только неярким освещением ванной комнаты.
Первым порывом было позвонить Пятому и немедленно ему обо всем рассказать. Т/и уже стала вспоминать, где она в очередной раз оставила телефон, когда внезапно осознала всю нелепость ситуации. Вот звонит она сейчас Пятому на работу, отрывает его от гостей из Нью-Кастла (вряд ли они решили все свои вопросы за один день) и взволнованно сообщает ему: милый, у меня задержка два дня. Я еще ничего толком не знаю, но спешу тебе сообщить. Наверняка это укрепит твой рабочий дух и вообще страшно порадует.
М-да. А порадует ли? Зеркало смотрело на Т/и тревожным взглядом: темные полукружья под глазами, осунувшееся лицо. Порадует ли тебя, мой генерал, Пятый Харгривз, что у тебя, возможно, скоро будет ребенок от некоей Т/и Т/ф, простой школьной учительницы, для которой весь мир по большей части состоит из книг и романтических грез. Я ведь даже не умею с тобой толком общаться. То бросаюсь в твои объятия так, словно это последний день в моей жизни, то отталкиваю тебя, пугаясь своих чувств и не умея доверять тебе. Что же мне делать, Пятый? Что же мне делать?..
Миссис Лора Т/ф задумчиво стояла перед пожелтевшей свадебной фотографией. На нее смотрел улыбающийся Питер и она сама, совсем молоденькая и очень счастливая. Такая светлая и чистая улыбка. Безусловное счастье, которое она совсем недавно видела в глазах своей дочери. Питер нежно обнимал ее за плечи, а она, юная Лора, доверчиво прижималась к его плечу. Неужели сейчас с ее Т/и происходит что-то подобное? Ее маленькая дочь в подвенечном платье. Как невероятно быстро пролетела жизнь...
Неожиданный резкий звук дверного звонка заставил Лору очнуться. Она с сожалением отвела взгляд от фотографии, поправила прическу. Судя по времени, это была утренняя почта. Лора заказывала дорогие журналы и каталоги, поэтому ее корреспонденцию не оставляли в почтовом ящике, а передавали лично ей. А может быть, и не только поэтому.
- Здравствуйте, миссис Т/ф!
- Здравствуйте, мистер Томпсон.
- Билл. Для вас просто Билл.
Это были традиционные утренние реплики, которыми они обменивались на протяжении уже двух лет. Кажется, если что-то в этом мире и оставалось неизменным, так это полноватый добряк Билл Томпсон, пунктуальный, как швейцарский банкир, и бедный, как церковная мышь. Куда девал он свои деньги - оставалось загадкой для всех, кроме него самого. Но его линялая форменная куртка (или летний вариант оной - еще более выгоревшая рубашка с короткими рукавами) была всегда аккуратно выстиранной и отутюженной. А велосипед блистал чистотой, словно это был «кадиллак» столичного мэра.
-Сегодня опять печет (в зависимости от времени года допускались варианты «моросит», «задувает», «льет как из ведра»), - говорил он, протягивая ей сверток журналов.
- Да. Хотите чаю?
- Ну что вы, миссис Т/ф, спасибо. У меня много работы.
- Тогда до свидания, мистер Томпсон.
- До свидания, миссис Т/ф. Доброго вам дня. - И он поворачивался и уходил странноватой, чуть скованной походкой, словно боясь ненароком задеть что-нибудь или занять собой слишком много места на дорожке, предназначенной для всех.
Лора несколько мгновений смотрела ему вслед, и черты ее строгого красивого лица становились нежнее и мягче.
Потом она закрывала дверь и забывала о мистере Томпсоне до следующего утра, когда его короткий звонок прорезал пустоту ее тихого дома.
Т/и, осторожно взобравшись на табурет, поливала цветы, развешанные в кашпо по стенам гостиной. Она принималась за это занятие каждый раз, когда нужно было сосредоточиться, пренебрегая рекомендациями цветоводов о желаемом времени суток и частоте полива. Странно было только то, что цветы в подобных условиях не только существовали, но умудрялись цвести и кучерявиться густой зеленью. «Аура дома!» - как многозначительно заявляла Шерил.
Но сегодня цветочная терапия играла явно не по правилам. В голове Т/и толпились мысли, толкаясь и требуя, чтобы обратили внимание именно на них. Сама собой всплывала напыщенная фраза из детского мультфильма про сыщиков: «Прекратите панику, сэр! За дело берется мистер Холмс». Значит, берется. И что же он делает? Правильно. Он выясняет обстоятельства преступления.
Т/и методично вылила содержимое леечки в последний горшок. Горшок немного подумал и закапал лишней водой. Т/и ругнулась, затерла шваброй результаты своих трудов и отправилась к гардеробу, чтобы переодеться. Довольно уже разгуливать по дому в простеньком халатике. А то еще кто-нибудь наведается...
Наведается, а она растерянная, как девочка, у которой первый раз пошла кровь. Во всем этом явно не хватает определенности. Так, мистер Шерлок Холмс, обстоятельства в нашем случае следующие: секс, отсутствие предохранения. Стоп, а какой это был день цикла? Могло ли вообще произойти оплодотворение?
Так и не выбрав, что надеть, Т/и закрыла гардероб, подошла к ноутбуку и еще немного покопалась в электронных справочниках по гинекологии и акушерству. Посчитала дни, прикинула дату последних месячных. Вздохнула и закрыла ноутбук. Оплодотворение не просто было возможно, а очень даже вероятно. Черт! Тысяча чертей!. У-у...
В груди что-то ёкнуло. А вдруг правда? Вдруг она станет матерью? Лицо само собой стало расползаться в дурацкой улыбке. Т/и положила ладонь на живот. Ничего. Все как обычно. Только как-то очень спокойно и счастливо. То есть снаружи, конечно, буря с громом и ураганным ветром: что делать? Как сказать Пятому? Что же будет дальше? А внутри спокойно-спокойно. Как будто тело уже все знает. И счастливо изменяется навстречу новой жизни.
Та-ак, мисс Т/ф, довольно фантазий. Пора совершить набег в ближайшую аптеку. Т/и рывком поднялась с кресла, немного постояла, восстанавливая равновесие, усмехнулась своей неловкости и возобновила процесс одевания. Топ на тонких бретелях, шорты, сандалии. Самое то по такой жаре. Ух как кружится голова! Может, стоит сделать заказ по телефону. Ничего подобного, подумала Т/и, закрывая входную дверь. Я уже несколько дней безвылазно сижу дома. Глоток свежего воздуха будет мне на пользу.
На улице и вправду дышалось легче. Т/и не торопясь дошла до аптеки. Купила запотевшую бутылку минеральной воды и две тест-полоски. На всякий случай. Так же медленно вернулась домой, словно оттягивая момент, который расставит все по своим местам.
Минеральная вода, несмотря на свою максимальную охлажденность, показалась Т/и еще противнее чая. И что же, теперь еще девять месяцев я не смогу ни есть, ни пить? - с тоской подумала Т/и. И тут же спохватилась: может быть, девять месяцев. А может быть, пару дней до окончательного выздоровления от этой надоедливой болячки. Т/и приободрила себя мыслями об апельсиновом соке, ждущем ее на дверце холодильника. Как хорошо быть запасливой.
Добравшись до родного дивана, Т/и принялась изучать инструкцию к тестам на беременность. Судя по всему, ей даже не придется ждать завтрашнего утра. «Современные тесты позволяют продиагностировать беременность... в домашних условиях...» Так. Ага. «С первого дня задержки менструального цикла...»
Минут через пять Т/и сидела на бортике ванной, тупо рассматривая две полоски на тоненькой картонной палочке теста. Беременна.
У нее будет ребенок. Девочка. А может, мальчик. Ее ребенок. Ее и Пятого Харгривза. Обрадуется ли он? Удивится?
Стоп. В этом направлении мы уже думали. Пятый обязательно обрадуется. А если нет, это не так важно. Главное, что она, Т/и, рада. Главное, что в ее жизни сейчас происходит чудо, о котором она и мечтать не смела. Точнее, нет, конечно же мечтала. Но как о чем-то недостижимо далеком, почти несбыточном. Правда, видела она себя в этих мечтах всегда рядом с мужчиной. Никогда Т/и не представляла себя матерью-одиночкой.
А кто представляет? - с горечью подумала она. Моя мама тоже никогда не думала, что ей придется растить меня одной. И ничего, вон какая выросла, красивая и смышленая. Т/и подмигнула своему отражению в зеркале. Отражение скривилось в ответ, наверное не поверило.
Т/и вышла в гостиную. Так. Следующий шаг - профессиональный медицинский осмотр. Ведь на тестах было ясно сказано: существует двухпроцентная вероятность ошибки, поэтому вынесение окончательного заключения должно производиться врачом.
Какое корявое слово «вынесение...». Как литератор, Т/и всегда обладала чуткостью к словам и малейшее несоответствие резало ей слух, словно скрежет консервной банки по стеклу. «Вынесение» хорошо бы сочеталось с «приговором», скептически подумала Т/и. Тоже мне, приговор! Пальцы от волнения были холодными, хотелось кружиться по комнате и тихо смеяться. Или плюхнуться на диван и до вечера смотреть в окно на темную зелень яблонь. Слушать мягкое шлепанье листьев по стеклу. И ни о чем не думать.
Но вначале - к врачу.
Т/и повезло. У ее гинеколога как раз сегодня отменилась одна из клиенток, и по прошествии нескольких часов Т/и уже вовсю созерцала белизну больничных стен. Хоть бы парочку картин повесили для успокоения нервных беременных клиенток. Т/и с трудом для себя могла сформулировать, зачем она сюда явилась. Подтвердить беременность? Но она и так была уверена. Узнать, нормально ли все протекает? А разве можно что-то сказать на таком маленьком сроке. Наверное, просто сработала законопослушность. Все беременные всегда должны идти к врачу. Там уже разберутся, что с ними делать дальше. Подумала и испугалась. А вдруг делать будут что-нибудь страшное? Однако фантазия Т/и не успела нарисовать ей всех ужасов медицинского осмотра, потому что дверь в кабинет открылась.
-Мисс Т/ф, войдите, пожалуйста, - сказала аккуратная молоденькая медсестра.
- Рад вас видеть, Т/и. - Пожилой мужчина с усталым лицом и добрыми глазами за крупными линзами старомодных очков обернулся к ней от рабочего стола, на котором стоял широкий вогнутый монитор и пластиковый стеллаж для бланков анализов. - Давненько вы у нас не появлялись.
- Здравствуйте, мистер Хелдон, - проговорила Т/и. Всем телом ощущая свою скованность, она прошла к стулу, пристроилась на краешек. Набрала было воздуха, потом вдруг покраснела и опустила глаза.
-Я слушаю вас, мисс Т/ф, - подбодрил ее Хелдон.
Вместо ответа Т/и извлекла из сумочки две тестовые полоски. На каждой красовалось по две бледно-вишневые полосы положительного результата.
- О, поздравляю. - Хелдон ласково изучал ее поверх очков. - Вас ведь можно поздравить? - уточнил он осторожно.
- Да, конечно. - Т/и смущенно улыбалась, теребя молнию на сумочке.
-Хорошо, значит для верности нам нужны результаты лабораторных анализов. - Хелдон аккуратно извлек несколько листов из разных стопок. - Можно еще, конечно, сделать УЗИ, но я бы не рекомендовал. Судя по слабой окрашенности вашего теста, срок у вас еще совсем незначительный, а в это время плод особенно уязвим к внешним воздействиям.
- Да-да, конечно. - Т/и торопливо кивнула и инстинктивно положила руку на живот.
- Т/и, успокойтесь, я уверен, что у вас все в порядке. Нужно отметить в ваших данных некоторые сведения. - Хелдон сдвинул очки на кончик носа и, глядя поверх них, принялся отстукивать на клавиатуре. - Дата последних месячных?
Т/и отвечала на вопросы, машинально раздевалась для осмотра, смотрела невидящим взглядом в потолок, пока осторожные руки доктора Хелдона аккуратно касались ее живота.
- Ну что ж, - удовлетворенно проговорил Хелдон, снимая перчатки, - данные визуального наблюдения и пальпации подтверждают наши предположения. Матка немного увеличена, как и должно быть на вашем сроке, не в тонусе.
Т/и слушала доктора Хелдона, следя за движениями его мягких рук с коротко стриженными ногтями, и думала, почему он не пошел в педиатрию. Из него бы получился прекрасный детский врач: добрый и совсем не страшный.
- Т/и, вы меня слышите? Как вы себя чувствуете? - Голос Хелдона был участливым и одновременно профессионально собранным.
- Голова кружится и немного тошнит, - призналась Т/и.
- Нужно посмотреть ваши анализы на гемоглобин. У беременных часто бывает нехватка железа. - Хелдон снова ободряюще улыбнулся и протянул ей стопочку бланков. - Здесь список анализов и специалистов, которых вам предстоит пройти. Пожалуйста, не затягивайте с этим. Договорились?
Т/и кивнула, удивляясь про себя, как она может затягивать с какими-либо процедурами, если они необходимы для ее малыша.
- Вот и хорошо, - кивнул Хелдон. - Салли проводит вас до кабинета диагностики, там вы сдадите анализы. Часть результатов будет готова через несколько дней, но те, которые необходимы для подтверждения беременности, вы сможете увидеть примерно через полчаса.
- Доктор, вы ведь сказали, что это точно...
- Разумеется. Считайте дополнительное обследование необходимой медицинской формальностью. Если вы неважно себя чувствуете, можете ехать домой. Салли сообщит вам о результатах, как только они будут готовы. - Хелдон снял очки и потер переносицу. - Если хотите, могу выписать вам препараты на травах с легким седативным эффектом.
- Нет, спасибо. - Т/и так не понравилась идея о приеме лекарств, которые наверняка будут вредны малышу, что у нее даже окреп голос.
- Ну тогда всего доброго, Т/и. Если будут какие-то вопросы - сразу же звоните. Вам сейчас не стоит лишний раз волноваться.
Разумеется, она никуда не поехала. Шурша бахилами, вслед за Салли прошлепала в кабинет диагностики. Отчетливо дохнуло нашатырем и ультрафиолетом, которым обеззараживали помещение. Сжимала и разжимала кулак. Отстраненно следила за манипуляциями лаборантки, распределяющей ее кровь по колбочкам. Качала головой в ответ на участливое предложение нашатыря. Сидела в чистом безлюдном коридоре, прислушиваясь к своим ощущениям и пыталась представить себе, каким он будет, ее малыш. Очень хотелось спать. Может быть, таким образом ее мудрый организм пытался защититься от той неопределенности и перемен, которые с улыбкой протягивала ей судьба.
Потом белоснежная Салли, выпорхнув из кабинета, еще раз ее поздравила, вручила список витаминов и рекомендуемых средств по уходу за кожей, предложила дату следующего осмотра. Т/и кивнула. Поблагодарила Салли и вызвала такси.
Вот уж никогда не думала, что это будет вот так, вяло размышляла она, пристегивая ремень безопасности. Вот так: внезапно, без долгого ожидания и попыток забеременеть. И без алтаря, увитого белыми цветами, и тонкого золотого колечка. А может, и хорошо, что без свадьбы. Может быть, она так бы и прождала этого счастливого мига всю жизнь, а потом внезапно обнаружила бы себя одинокой старухой, сидящей на лавочке в осеннем парке.