Любовь и умника в дураки ставит
Чертов пожар! Ну почему это случилось именно с Дашей? Хотя это был глупый вопрос, учитывая, что в этом была замешана Юля, а там, где была она, там и неприятности. С карьерой актрисы ей пришлось попрощаться и напрочь забыть об этой идее, но вот о несчастном случае, повлекшем за собой немалые убытки, забыть было сложно. И самое ужасное, что Канаева не представляла, как именно собирается рассказывать об этом Павлу, с которым у них только-только наладились отношения. Это ведь не испорченный кофе или плохо почищенная ванна…
Чувство вины гложет так сильно, особенно когда тебе для этого постоянно дают повод, как сейчас, когда Дарья стояла в кругу остального персонала, который оживленно обсуждал случившееся, а затем резко перешел на обсуждение Павла Аркадьевича, обвиняя его чуть ли не во всех смертных грехах. Естественно, что девушке это совсем не понравилось, а потому она тут же заступилась за молодого человека, чем вызвала удивление, прокатившееся по группе собравшихся людей. Но она своего мнения менять не собиралась, убежденная, что никто их них не сумел узнать Пашу, как успела это сделать она.
Это не скрылось от внимания Комиссаровой, которая уволокла подружку за угол, чтобы расспросить об их отношениях с начальником поподробнее. Возведя глаза к небу, горничная все-таки приоткрыла завесу тайны, намекнув рыжей, что они с Павлом встречаются. Ей не хотелось этого делать, но она прекрасно понимала, что соседка так просто ее в покое не оставит, так что лучше сдаться сразу. Ей пришлось заглушить вопль восторга, что готов был вырваться изо рта девушки, давая ей понять, что сейчас не время и не место для подобных разговоров. Та только кивнула, все еще продолжая глупо лыбиться, будто бы узнала секрет самой королевы. Хотя Даша поспешила стереть улыбку с лица Юли, напомнив ей, что им еще предстоит рассказать все Паше, но ради подруги Канаева готова была взять почти всю вину на себя, за что она была ей благодарна.
И даже слух о том, что в отель приезжает новый инвестор, чтобы покрыть все долги, не обнадежил Дарью. Еще и Егор пытался о чем-то с ней поговорить, но девушка обошла его, давая понять, что разговор между ними не состоится.
***
В это время Павел Аркадьевич вел переговоры с тем самым, как он считал, потенциальным инвестором — Даниилом Маратовичем, который согласился вложиться в их отель, дабы покрыть его убытки, и парень стелился перед ним, как мог, лишь бы заполучить желаемое, а без тети крутиться приходилось ох как неслабо. Но мужчина удивил его заявлением про то, что управлять отелем будет не он, а дама его сердца — Кристина.
Через пару минут явилась и сама женщина, шагающая им навстречу так величественно и вальяжно, словно уже чувствовала себя здесь хозяйкой. Это не очень понравилось молодому человеку, но в данный момент ему нужно было засунуть все свое недовольство подальше, потому как от этих людей зависело будущее отеля. Было видно, что Кристина очень любила внимание, учитывая, какой вырез декольте встретил Павла, когда он приподнялся, чтобы поприветствовать новую партнершу. Еще несколько недель назад он, возможно, мог бы увлечься этой особой, но сейчас она не вызывала у него ничего, кроме неприязни. По сравнению с Дашей, Кристина казалась ему жутко неестественной куклой, уж слишком сильно старающейся выглядеть на все сто.
Он был очень рад, когда их переговоры подошли к концу, поспешив разыскать Канаеву, которая, как оказалось, и сама его искала. Улыбнувшись ей, Паша с легкостью затащил ее в туалет, прижимая к прохладной стене, чтобы поцеловать, но заметив какую-то отстраненность со стороны девушки, слегка отодвинулся, всматриваясь в ее прекрасные глаза.
— Что-то случилось?
— Да, но я не знаю, как тебе сказать… Это очень деликатный вопрос, — замялась горничная, смотря куда угодно, но только не на него.
У парня сразу же пересохло в горле, когда ему на ум пришел единственный ответ.
— Ты… беременна?
— Господи, нет! — воскликнула Даша, шокировано смотря на него.
— Слава богу. То есть… в общем, ты поняла, — с запинкой произнес Павел, облегченно выдыхая. — Так что случилось?
— Я хотела поговорить о том пожаре…
— Да? А что о нем говорить?
— Так получилось, что я стала его причиной, — наконец, выдавила из себя девушка, с опаской зыркая в сторону молодого человека.
В течение нескольких секунд между ними повисла тишина, пока до Паши окончательно не дошел смысл ее слов.
— Что?!
— Я все объясню!
И она так и сделала, пытаясь скрасить те моменты, в которых присутствовала Юля, чтобы не подставить подругу еще больше. Она наблюдала за тем, как выражение лица любимого менялось от подозрительного до удивленного. Закончив свой рассказ, горничная стала выжидать, какую реакцию это повлечет за собой ее история.
— Прости меня, пожалуйста! — умоляла она, хватая Пашу за лацканы пиджака, а голос ее невольно дрогнул, будто бы она собиралась заплакать, хотя ее глаза даже не увлажнились.
— Господи, ты просто невозможна! Как я могу долго сердиться на тебя? Тем более что сделано, то сделано… Но придется теперь терпеть эту Кристину у нас в отеле.
— Так ты меня прощаешь? — осторожно поинтересовалась Канаева, сдавливая пальцами его локоть.
— А у меня есть выбор? — усмехнулся Павел, приподнимая ее голову за подбородок. — Но учти, что тебе придется хорошенько постараться, чтобы заглушить остатки моего гнева, — с озорной улыбкой на губах прошептал парень, проводя языком по ее приоткрытым губам.
— Пошляк, — хлопнув его по плечу, наигранно возмутилась горничная, но внутри радовалась тому, что начальник ее понял.
— Никогда этого не отрицал. Наоборот, готов подтвердить это клеймо немедленно, — выпалил он страстно, прижавшись к Дарье чуть ближе.
— Я бы с радостью, но у меня много работы, извини, — настойчиво отпихнув его от себя, заявила девушка, нахально ухмыляясь.
— Ты напортачила, и еще ставишь мне условия? — негодовал Паша, упершись рукой в стену, тем самым не давая ей возможности уйти.
— Я заглажу свою вину… как-нибудь потом, а теперь мне пора. Пока, — хихикнув, Дарья быстро чмокнула его в щеку, проворно проскочив под его рукой, хватаясь за ручку двери. Молодой человек рванул за ней, намереваясь схватить, но она с легкостью упорхнула от него снова, с улыбкой оборачиваясь и даря ему воздушный поцелуй.
— Чертовка, — прошипел Павел себе под нос, усмехаясь. — Я еще тебя достану.
***
— Это что, дорогущее кольцо? — заворожено промолвила Юля, увидевшая, как Даша подняла с пола драгоценность, выпавшую из чьего-то пиджака. На вид оно и правда казалось очень стоящим, но Канаеву совсем не прельщала идея того, чтобы забрать чужое кольцо себе. Ей хватало и миллиона евро, что до сих пор покоился в ее подушке.
— Юля, даже не думай, — предупредила она, заметив алчный взгляд Комиссаровой, который та бросала на кольцо.
— Твою ж мышь… Как тебе повезло… Сначала миллион нашла, потом Павлика охмурила, а теперь еще и это. Может, я какого-то заклинания не знаю? Так ты поделись.
— Мы вернем его владельцу и точка.
— Боже, ты меня просто убиваешь. И как ты, такая правильная, смогла охомутать нашего начальника?
— Юля, я только что взяла на себя всю вину за пожар, так что ты отдашь мне это кольцо, чтобы я нашла того, кому оно принадлежит, — строгим тоном заметила Дарья, и рыжей ничего не оставалось, как сдаться.
Но проблема была в том, что с приездом в отель Алехина, девушке запрещено было покидать прачечную, а значит, что вернуть кольцо вот так просто не получится. Однако Даша все равно решила, что стоит связаться с обладательницей пиджака и обговорить то, как можно было вернуть потерянную драгоценность.
Выяснилось, что кольцо являлось собственностью Кристины — той самой женщины, что стала партнером Павла Аркадьевича и теперь управляла отелем вместе с ним. Новая начальница была удивлена подобным благородным жестом со стороны горничной и пообещала, что при возникновении проблем, девушка могла свободно попросить ее о помощи. Она даже предложила Канаевой выпить шампанского, на что та вынуждена была ответить отказом, ведь на работе пить ей не полагалось. К тому же она спешила вернуться на место, пока Валентина Ивановна не заметила ее отсутствие.
Однако удача была сегодня явно не на стороне Даши, потому как именно на старшую горничную она и наткнулась в коридоре, получив нагоняй за то, что покинула прачечную. И если поначалу ей даже удалось уговорить женщину не выгонять ее, то в следующую минуту перед ними вдруг предстал и сам Алехин, тут же возмутившись, что горничная, которая чуть не «убила» его, сохранила место работы. Валентина Ивановна пообещала ему, что Дарья уже уволена, отослав ее собирать свои вещи.
Потупив взгляд в пол, девушка направилась в раздевалку, сбитая с толку по поводу того, что ей теперь делать. Сидящая рядом Юля поражалась тому, что подружка не хочет попросить помощи у Павла. Но она объяснила это тем, что и так провинилась перед молодым человеком, к тому же не постоянно же ей просить его решить все ее проблемы. Обращаться к Софии Яновне тоже не вариант. И тогда ей на ум пришла Кристина, которая сама же и намекнула ей, что всегда готова замолвить за Канаеву словечко. Что ж, тогда к ней она и пойдет.
Оказавшись у совладелицы отеля в номере, Дарья сразу же принялась описывать той всю ситуацию, не забыв упомянуть, как несправедливо ее хотят уволить за самозащиту. В этот раз она не отказалась от шампанского, залив в себя целый бокал, пока слова потоком лились из нее, словно вода.
— А как зовут этого мачо, что собирался тебя облапать? — спросила Кристина, отставляя бокал в сторону.
— Алехин, — выдохнула Даша, удрученная своим теперешним положением, не сразу заметив, какое впечатление произвели ее слова на женщину.
В итоге стало понятно, что Данил Маратович являлся мужем Кристины, что лишь усугубило ситуацию. Та впала в истерику, причитая, что ее муж — бабник, который вовсю ей изменяет. Дарья в шоке наблюдала, как Кристина разбивает о стену бутылку недопитого шампанского, заводясь все сильнее. Тогда она осознала, что гнев начальницы можно усмирить только одним способом…
***
— Ну откуда я могла знать, что он — ее муж? — оправдывалась горничная, сидя напротив Павла, который боролся с желанием залить в себя бутылку виски. Рассказанная девушкой история поставила его в тупик, и он все размышлял над тем, как им уладить все мирно. Даша создавала проблемы одну за одной, чем не облегчала жизнь молодому человеку, который и так старался изо всех сил удерживать отель на плаву.
— Милая, ты хоть понимаешь, что за этим грядет? У нас ведь сегодня с ним сделка! — восклицал парень, хватаясь за голову, уже не зная, биться ли ему ею о стол или выдернуть волосы.
— Ну прости меня еще раз! — пролепетала Канаева, уже трижды пожалевшая, что вообще отправилась к Кристине. Ей не хотелось подставлять Пашу, но так получилось. — Может, тебе удастся как-то ее успокоить? — аккуратно спросила она.
— Я могу успокоить ее только одним способом, а это не вариант… — отчеканил он, барабаня пальцами по столешнице.
— Почему же не вариант? — как можно более спокойно произнесла Дарья, поднимая на начальника грустный взгляд.
— Нет, это даже не обсуждается! — отрезал Павел Аркадьевич, шокировано смотря на нее. — Ты серьезно предлагаешь мне с ней переспать? Теперь, когда у меня есть ты?
— Я не знаю… Если это единственный способ загладить вину и спасти отель, то…
— Мы найдем другой способ! Господи! Я же люблю тебя, — парень схватил Дашу за руку, крепко стискивая ее пальцами. — Я не могу…
— У тебя есть другие варианты? — отстраненно вопрошала горничная, у которой вызывала отвращение сама идея того, что ее любимый человек окажется в постели с другой, но иногда чувства должны были отойти на второй план.
— Ты правда этого хочешь? — он вопросительно изогнул бровь, пытаясь понять по ее глазам, говорит она правду или нет.
— Нет, но я пойму… Просто сделай это и все. Мы не будем это обсуждать. Ни сейчас, ни потом… Будем надеться, что это усмирит ее пыл. А мне лучше всего спрятаться, пока у вас не пройдет сделка. Главное, чтобы вас не застукал ее муженек. Удачи, — холодно бросила девушка, уходя прежде, чем Павел смог ее остановить. Как же сейчас ему не хватало алкоголя…
***
Даша краем глаза наблюдала за тем, как Паша направляется в сторону номера Кристины, борясь с желанием окликнуть его и предотвратить эту встречу, но сдержалась, понимая, что сама во всем виновата. Тем более было видно, что парень и сам не хочет такого развития событий, однако выбора у них не было. Скрепя сердце, горничная толкнула тележку за угол как раз в тот момент, когда дверь в люкс открылась, и начальник исчез за ней.
Только тогда девушка дала волю слезам, злясь на себя и на Пашу, не представляя, насколько мучительным будет для нее это ожидание. В голове всплывали картины того, как Кристина жадно целует ее возлюбленного, как она раздевает его, отталкивает и валит на кровать. Канаеву чуть было не стошнило от этих мыслей. И как она не пыталась выкинуть их из своего сознания и заняться работой, у нее ничего не получалось.
Уже к вечеру Дарья, рабочий день которой подошел к концу, приняла решение понаблюдать за ходом сделки, которую молодой человек должен был заключить с Алехиным и его женой. Она уже успела заметить Павла, что нервно зачесывал волосы назад, оглядываясь по сторонам, но пока не обнаружив Дарью. Рядом сидела его тетя, беззаботно попивая вино, уже уверенная в том, что сделка пройдет на ура.
Но тут к столику быстрым шагом подскочил и сам Данил Маратович, за которым семенила Кристина, пытаясь что-то объяснить. Со своего места горничная разбирала не все слова, но не надо быть Шерлоком, чтобы понять, что парочка была зла друг на друга, что означало только одно — Алехин все-таки как-то догадался о том, что Паша и Кристина переспали. В груди неприятно заныло, но сейчас девушка пыталась сосредоточиться на более важном деле, а именно — подслушать этот разговор.
— Пусть ваш отель катится ко всем чертям! — возникал мужчина, швыряя в стороны бумажки из контракта, рвя некоторые из них на части. — И ты тоже можешь идти на все четыре стороны, проститутка! — продолжал вопить Алехин, тыкая своим пальцем в сторону Кристины, которая ненадолго замялась, но затем сама вступила с мужем в словесную перепалку, пытаясь ему что-то доказать.
— Это он виноват, дорогой, а не я. Он сам ко мне пришел, пытался чуть ли не изнасиловать! — твердила женщина, кивая в сторону Паши. Тот оторопел, сидя на месте, просто открывая и закрывая рот. Элеонора была шокирована не меньше, не понимая, что вообще происходит.
— Рассказывай мне тут! Хватит притворяться невинной овечкой. Можешь забыть о моих деньгах. Я подаю на развод!
— Да ты сам посмел лапать горничную, а мне предъявляешь претензии по поводу того, что наш новый партнер проявил ко мне интерес?!
— Так значит… это было по обоюдному согласию, Кристиночка? — подловил ее на лжи муж, вскипая от злости.
— Да не было у нас ничего!
— Я все видел своими глазами! Не спрашивай, как. Я больше не хочу слушать твою ложь. А ты… — Данил Маратович переключился на Павла, который сейчас желал просто провалиться сквозь землю, вжавшись в диван, молясь, чтобы после этого тетя Эля сама не отобрала у него отель. — Ты можешь даже не надеяться на то, что кто-то одолжит тебе деньги! Я лично позабочусь о том, чтобы вы остались на мели. Нет, я сам выкуплю этот отель и сожгу его к чертовой матери!
— Я отель не продам! — наконец подал голос Паша, хоть и прозвучало это не очень уверенно.
— А когда это ты стал таким самостоятельным? — с негодованием заметила Элеонора, начиная догадываться, откуда ноги растут. — А кто кредиты будет отдавать? Я? Или у тебя есть лишний миллион евро, м?
Даша, слушавшая все это, не совсем понимала, как их план мог накрыться, но все равно чувствовала себя виноватой, пусть и одновременно являлась жертвой согласованной измены, если это можно было так назвать. Как раз в этот самый момент парень увидел ее, кинув в сторону горничной обреченный взгляд, склонив голову, словно ему стало стыдно. Все пошло не так, как он ожидал, поэтому ему оставалось только молча выслушивать причитания Алехина, что уже брюзжал слюной, отчитывая всех подряд. Закончив тираду, мужчина развернулся и ушел, а за ним следом побежала и Кристина, перед этим успел залепить Паше звонкую пощечину.
***
[«Ari Hest — After the Thunder» https://www.youtube.com/watch?v=cJPEi8__9G0 ]
— Даша, послушай! Да подожди же ты! — просил Павел, не в силах угнаться за девушкой, которая стремительно покидала ресторан, желая скрыться от парня, но ей это не удалось, так как он уже успел нагнать ее и развернуть к себе лицом.
— Я не хочу сейчас говорить об этом…
— Послушай, ты сама попросила меня, и я…
— Паша, неужели ты не понимаешь, что я сделала это против своей воли? Стоило мне представить, как ты с ней…
Горничной не удалось договорить спокойно, потому как эмоции сейчас преобладали в ней и нашли выход, когда она уткнулась лицом в его футболку, всхлипнув.
— А теперь послушай меня, — вдруг серьезно прорычал Паша, поднимая ее заплаканное лицо так, чтобы она смогла посмотреть на него. — Я с ней не спал. Даже не думал.
— Что? Я не понимаю… А почему тогда Алехин…
— Я сам не знаю, как он узнал, а точнее, что он подумал, потому что когда я пришел к Кристине, она, разумеется, неправильно поняла мой визит, игнорируя мои слова, и тут же повалила меня на диван, запрыгнув сверху. Я уворачивался от ее поцелуев и лобызаний, попутно объясняя, что мне не нужен скандал с ее мужем, но она не слушала. Тогда я просто взял и скинул ее с себя, извинился, а после ушел. Я клянусь тебе, что больше ничего не было. Я знал, что это может обернуться тем, что я потеряю отель, но… черт возьми, я просто не мог этого сделать! Признаться честно, у меня на нее даже не встал, — горько усмехнулся Паша, но сразу поспешил добавить: — Я веду к тому, что кроме тебя мне никто не нужен, глупышка, — его ухмылка превратилась в улыбку, когда одна его рука легла на ее правую щеку. — Тебя я, как оказалось, люблю сильнее отеля. Прости, что заставил тебя сомневаться в себе… У меня просто не было времени, чтобы повидаться с тобой до встречи.
От его речи Канаева просто онемела — только и была в состоянии, что хлопать ресницами. Он не сделал этого… не захотел, не смог… Слезы почти мгновенно высохли, а им на смену пришла радостная улыбка, когда девушка кинулась ему на шею, заключая в объятия. Павел обнял ее в ответ, понимая, что не жалеет о своем выборе, несмотря на последствия.
После этого Дарья сладко поцеловала любимого, совсем не переживая по поводу того, что их могут увидеть. Но к их счастью, а, может, и нет, заметила их только Элеонора, которая намеревалась переговорить с племянником на счет случившегося. Конечно, ее не удивило, что она застала его с очередной девицей с красивыми ножками, хотя выбор партнерши показался ей немного не во вкусе Паши, ведь он предпочитал более богатеньких светских львиц.
— Тетя Эля… Я как раз хотел кое-что с тобой обсудить, — начал парень, уводя Элеонору за собой, улыбаясь Даше напоследок.
Павел Аркадьевич объяснил тете, почему он поступил так, как поступил, все-таки признавшись, что у них с Дарьей все серьезно. К его удивлению Эля не отругала его, хотя все еще упрекала за то, что теперь отель в долгах, которые как-никак надо погашать.
— Надеюсь, что остепенишься ты надолго, а не на пару месяцев. Ладно, у меня есть одна идея, я думаю, что нам нужно позвонить Никите, ведь сейчас только он может нам помочь.
— Ты как всегда гений, тетя, — поцеловав женщину в щеку, вставил Павел, улыбаясь. — Сейчас же этим займусь.
Договорившись обо всем со старым знакомым, молодой человек хотел было разыскать Дашу, но нигде не мог ее найти. Когда он позвонил ей, то в ответ получил лишь короткие гудки. Странно, куда она делась?
Ответ не заставил себя ждать, когда к нему торопливым шагом направлялась Канаева, явно нервничая, держа в руках большую черную сумку.
— Куда ты пропала? Я не мог тебе дозвониться.
— Ходила домой. Я слышала, что теперь у тебя еще большие проблемы из-за меня, и решила помочь…
— Это не только твоя вина, хоть я все еще не понимаю, как Алехин обо всем узнал… Я рад, что ты поверила мне, — закончил парень, улыбаясь ей.
— Я… должна тоже рассказать тебе кое-что, ты имеешь право знать, но прошу, сохрани это в секрете, иначе мне несдобровать.
— О чем ты, Даша? Ты меня пугаешь. Выкладывай.
И девушка рассказала ему про всю историю с деньгами, заодно объяснив, почему именно просила у него две тысячи евро, переодевшись девушкой легкого поведения.
— Мне стоило сказать тебе раньше, но это очень опасный секрет…
— Даже не знаю, что и сказать, — заторможено промолвил молодой человек, переваривая полученную информацию. — И что ты собираешься делать с этими деньгами? Зачем ты принесла их сюда?
— Я же сказала, что хочу помочь. Они твои. Чтобы покрыть долги отеля, — и Канаева протянула ему сумку.
— Я не возьму их. А что если кто-то до сих пор ищет их, как и говорил тебе Егор? Может, он сам в этом замешан?
— Я не знаю, но зато я знаю, что деньги тебе сейчас нужны позарез, поэтому усмири гордыню и просто возьми их, — настаивала горничная, упорно протягивая ему наличку.
— Дело не в гордости, мне они действительно больше не нужны, потому что я уже нашел человека, который займет место Кристины. А на счет денег… Я бы на твоем месте пока что спрятал их обратно. Не волнуйся, с тобой ничего не случится, я не позволю, — ободрив ее, сказал Паша. — Ты правда хотела пожертвовать мне миллион от чистого сердца? — спросил он насмешливо.
— Ну да, — пробормотала она немного обиженно.
— Иди сюда, — Павел привлек ее к себе, нежно целуя в губы. — О, а вот и мой новый компаньон! — вдруг воскликнул он, отрываясь от Дарьи, чтобы поприветствовать Никиту, который как раз подошел к ним, став свидетелем довольно интересной сцены.
— Привет, — он пожал Паше руку, обращая свой взгляд на девушку, которую тот до этого целовал.
— Вот, знакомься, наш спаситель — Никита Андреевич Дягилев, — представил Павел, похлопал напарника по плечу.
— Очень приятно, Дарья, — протянув ему руку для поцелуя, ответила Канаева, чувствуя себя немного глупо, продолжая удерживать сумку с деньгами.
— Теперь он твой второй начальник, — уведомил ее молодой человек, беря горничную за руку.
— Хм, начальник, однако без особых привилегий… пока, — усмехнулся Никита, глядя прямо на девушку, которая не совсем поняла смысл его фразы.
— Я проведу тебя домой, — закончил разговор Паша, увлекая ее за собой, настороженно поглядывая в сторону Никиты. И тот прощальный взгляд, что он кинул на его девушку, Павлу Аркадьевичу отнюдь не понравился.