Где любовь, там и напасть
Даша не сразу догадалась, как именно она очутилась у себя в квартире в полном одиночестве, лежащая на диване. Но затем озарение снизошло на нее, стоило ей сложить два плюс два. Легкая улыбка тронула губы девушки, когда она подумала о том, что Павел Аркадьевич принес ее сюда самостоятельно.
Стресс от пережитого постепенно отступал, а на его место пришло новое чувство — тоска. Причем тоска не только в том плане, что ей пришлось просидеть дома два дня, «залечивая раны», но и по Паше. Они так сумбурно расстались, что теперь Дарье стало не хватать его общества. Было ли дело в одной лишь благодарности за его поступок, но факт оставался фактом — тянуло горничную к нему со страшной силой. И она даже сорвалась бы и пошла на работу, чтобы услышать его очередной слегка развратный комментарий по поводу коротких юбочек, но он строго приказал ей (по телефону) никуда не высовываться. Конечно, если бы она действительно этого хотела, то могла с легкостью ослушаться его, но чувствуя ответственность перед ним, она не стала этого делать.
Канаева и сама удивлялась своему поведению, однако у нее было время поразмышлять над этим, и она не нашла никакого другого объяснения, кроме как того, что влюбилась. Причем, теперь по-настоящему. Она не была глупа настолько, чтобы не осознавать того, что с Павлом встречаться совсем непросто. От вредных привычек тяжело избавиться, да и тут речь идет не о сигаретах, а о девушках. Хотя Даша успокаивала себя тем, что он и правда давно никого к себе не водит, да еще и спасает ее все время, рискуя.
Нет, отрицать то, что он, по крайней мере, на пути к переменам, казалось абсурдным. Она видела, что он старается, а ей просто следует ему помочь. Возможно, у них вполне может все получиться.
Приподняв себе настроение этой мыслью, девушка собиралась вздремнуть, как в дверь внезапно позвонили. Дарья как всегда посмотрела в глазок, не веря своим глазам. Она распахнула дверь, видя перед собой курьера с огромным букетом белых роз. Мужчина приветливо улыбнулся, вручая их даме, и, не желая ее задерживать, удалился. Она наткнулась на небольшую записку среди цветов, прочитав на ней: «Это, конечно, не миллион роз, но тоже неплохое начало для наших начинаний. Черт, кажется, мой словарный запас русского иссяк и я начал повторяться… Опять „начал“, да что ж такое?! В общем, если хочешь знать, то я не экстрасенс — я не угадал, какие цветы тебе нравятся, я просто спросил у твоей рыжей подружки. И успел об этом несколько раз пожалеть, так как она пристала ко мне со своей болтовней о том, что у нас с тобой происходит. Еле отлипла (на этом моменте Даша хихикнула). Но я не смог бы ей сказать, даже если бы хотел, потому что сам не знаю ответа на этот вопрос. Надеюсь, что он есть у тебя. Не вешай нос. Я скучаю…»
Вряд ли бы кто-то принял эти строки так близко к сердцу, как это сделала Канаева, умиляясь тому, что Павел — весь из себя такой сердцеед и дамский угодник — вдруг стал запинаться и нервничать при написании записки, адресованной ей.
Розы были просто шикарными и очень приятно пахли. Она быстро поставила букет в вазу с водой, оставляя их на самом видном месте — от Юли все равно ничего не скроешь, а так хоть будут радовать глаз почаще. В этот момент ей казалось, что ничто уже не может омрачить ее ближайшее будущее, в котором она видела себя вместе с Павлом Аркадьевичем. Но вскоре оказалось, что все не так радужно, как предполагала Канаева…
***
Первым «звоночком» стало внезапное известие о том, что Юля вляпалась в неприятности. Она быстро затараторила в трубку, что сейчас стоит у отеля возле своей недавно взятой напрокат машине, а рядом находятся два каких-то бандита, чей автомобиль рыжая нечаянно поцарапала. Точнее, врезалась в него, не успев вовремя затормозить. Теперь они требовали у нее две тысячи евро, несмотря на то, что горничная клялась, что у нее таких денег в карманах отродясь не было, ну, чтобы разом. Естественно, что она сразу вспомнила об удачной находке соседки, пытаясь вымолить у Дарьи эту самую тысячу, чтобы уплатить «неустойку» без дальнейшего разбирательства.
Сначала Даша не поверила ее россказням, принимая их за прекрасный предлог, чтобы получить деньги на руки, ведь ее подруга славилась своей любовью к хрустящим бумажкам, однако ее подозрения рассеялись, когда она сама вышла во двор, замечая Комиссарову, нервно ходящую из стороны в сторону, ожидая прихода соседки. Завидев Канаеву, она готова была броситься горничной на шею, но не стала этого делать, так как решила, что радоваться еще рано.
Девушке сразу не понравились эти два мужика, выглядящие довольно устрашающе, поэтому она неохотно, но согласилась отдать им деньги вместо Юли. Она попросила дать ей время, так как необходимая сумма хранилась дома, а не при ней. Бандиты переглянулись, а потом как-то неувернно кивнули, позволяя Дарье уехать за деньгами.
Она спешила, как могла, и вернулась вся взмыленная, протягивая им четыре купюры по пятьсот евро. Одновременно она укоризненно зыркнула на Юлю, понимая, что эти деньги придется отрабатывать. Пока они еще не имели права распоряжаться ими как своими. Бандиты уехали (хоть и недалеко, собираясь связаться с Егором, кое-что заподозрив), а подруги начали думать, что им следует сделать такого, чтобы заработать тысячу евро.
— Слушай, а может… ну его? Если бы я потеряла такие бабки, то уже бы на уши всех поставила, так что не уверена, что за ними кто-то явится.
— Ты бы лучше за дорогой следила, а не советовала тут, — разозлено гаркнула девушка, но заметив понурое выражение лица соседки, смягчилась. — Пойми, что деньги еще не наши, а потому нужно подстраховаться и вернуть все, как было.
У Комисаровой первой появилась идея, которую она с радостью озвучила:
— Как на счет попросить у Павлика?
— А ты не думаешь, что это уже чересчур? Мы с ним даже не вместе… ну как бы официально. Из-за меня у него и так одни убытки и проблемы, а тут я еще припрусь и буду просить у него денег. Нет, не пойдет. Ему вообще лучше не знать ничего… хотя бы пока.
— Мне кажется, или с каждым днем ты становишься все более противной? — фыркнула подруга, сложив руки на груди. — Ладно, знаю, что сама виновата. Ничего, что-нибудь придумаем. А если нет, то точно к Пашке идти надо будет. Других вариантов нет. Мы с тобой вместе взятые этих денег за месяц не заработаем… тем более невинными способами, которые предпочитаешь ты.
— Ладно, пойдем внутрь, а то мы вообще никаких денег не заработаем, если нас уволят.
***
Проходя по холлу, горничная вдруг заметила Павла Аркадьевича, отдающего какие-то указания Михаилу Джековичу, полностью погруженного в разговор, пока его глаза не встретились с ее.
— Поговорим позже, — закончил Паша, потеряв всякий интерес к мужчине, и двинулся в сторону Канаевой. — Привет.
— Здравствуйте, — произнесла в ответ девушка, поджав губы.
— Получила цветы?
— Да, они прекрасны, спасибо, но не стоило…
— Брось, это мелочи, ты же знаешь, — хозяин отеля улыбнулся, делая неуверенный шаг к ней навстречу. — У меня завтра день рождения и…
— Оу, — удивительно выдохнула Дарья, явно не владеющая подобной информацией, отчего ей стало немного стыдно.
— Да… Так вот, я хотел позвать тебя. Будет куча народу, шумно и с музыкой — прям как ты любишь, — саркастически добавил он, усмехаясь.
— Да уж, — Даша не могла удержаться от смешка. — Но я приду, — прошептала она, поправляя воротничок.
— Замечательно, — эмоционально и на радостях взмахнул руками парень, после чего оглянулся по сторонам, резко прижав девушку к себе, чтобы обнять. — Завтра в восемь в отеле. Успеешь добраться? — пошутил он, отпуская ее.
— Постараюсь, хотя мой начальник может загрузить меня кучей работы, — невинно хлопая ресницами, вставила Канаева, слегка кокетливо смотря на молодого человека.
— Твой начальник иногда может быть таким козлом! — засмеялся Павел, проводя рукой по собственным волосам. — Но я думаю, что смогу уговорить его освободить тебя пораньше, правда, придется пойти ему на уступки и пообещать, что ты наденешь что-то сексуальное, — расхохотавшись, он подмигнув горничной, а потом двинулся дальше, отвечая на поступивший телефонный звонок.
Расплывшись в глупой улыбке, Дарья побрела на обед, едва сдерживаясь от того, чтобы не подпрыгнуть.
Ясное дело, что ее странное счастливое поведение не было не замечено Егором, что все это время не сводил глаз с парочки, наблюдая за происходящим. Он ощутил легкий укол ревности, но задвинув чувства на второй план, портье обратился к своей коллеге с просьбой:
— Света, у меня к тебе есть одно дело.
— Ммм, и какое же? — поинтересовалась блондинка, приветливо улыбаясь проходящим мимо гостям, при этом краем уха слушая Егора.
— Помнишь, что за тобой должок? — напомнил ей парень, заставив девушку побледнеть, а улыбку — исчезнуть с ее лица.
— Что ты хочешь?
— Сделай кое-что для меня…
— Для тебя? — Светлана восприняла это как что-то непристойное.
— Не совсем для меня… В общем, мне нужно, чтобы ты пробралась в номер Павла Аркадьевича, разделась и легла к нему в постель.
— ЧТО??? — ошарашено воскликнула она, чем привлекла внимание гостей, но невинно помахав им, быстро повернулась обратно к Егору, удивленно таращась на него. — Ты совсем что ли? Меня же уволят! Да и зачем это тебе?
— Тебе требуется знать только то, что мне нужно, чтобы его и тебя в одной кровати застала Канаева.
— Та девчонка-горничная, по которой ты сохнешь что ли? Решил таким образом убрать конкурента? Хотя оно и понятно — с нашим Пашей трудно соперничать, — она рассмеялась, но его презрительный взгляд заставил ее замолчать.
— Ты придешь к нему с небольшим презентом от Даши… якобы, — начал объяснять портье, стараясь говорить как можно тише. — Скажем, с каким-нибудь пирожным или чем-то подобным. Вряд ли он сможет ей отказать. Я найду снотворное и подсыплю его туда — оно заставит его проспать пару часов. У тебя будет время, чтобы вернуться в номер, раздеть его и вместе улечься под одеяло. Спать с ним я тебя не заставляю, так что этого хватит.
— Ладно, предположим, что я это сделаю, и, возможно, все получится, но, во-первых, это ставит меня под угрозу, а во-вторых, как ты собираешься заставить Канаеву прийти туда?
— Это оставь мне. А на счет твоего первого вопроса… Тебя уволят в любом случае, если я раскрою твою тайну. Да и ты уйдешь раньше, чем проснется Павел. Даша ему вряд ли что-то расскажет, так как тут же расстроится, когда увидит его с тобой. Вы, девушки, редко выслушиваете до конца, — Егор усмехнулся. — Он не будет ничего знать или помнить, а я тем временем буду участливым парнем, который по итогу утешит Дашу после такого гнусного предательства со стороны начальника. Тебя никто и трогать не будет. Ну что, согласна?
— А у меня есть выбор? — угрюмо пробурчала Света, которой отнюдь не нравилась эта идея.
— Нет, — отрезал портье, возвращаясь к работе, прокручивая свой план в голове еще раз, чтобы учесть каждую деталь. Его, так называемые, подельники уже доложили Егору, что подозревают, будто у Даши находились их украденные деньги. И, если он не хочет, чтобы девушка все-таки пострадала, то лучше действовать срочно.
***
После нескольких дней отдыха мышцы уже почти не болели, поэтому Дарье стало гораздо легче убирать. Зарядившись позитивом, она полностью сосредоточилась на завтрашнем вечере. Что же ей подарить человеку, у которого буквально есть все? Это был очень сложный вопрос, ответа на который девушка пока не находила. Также, стоило бы поразмыслить над тем, что ей лучше всего надеть, ведь ей хотелось быть красивой для него. Сегодня вечером она посоветуется с Юлькой, а сейчас, когда впереди еще несколько часов каторги, горничная продолжила исполнять свои обязанности.
По окончанию рабочего дня заглянув в шкафчик, Канаева обнаружила, что у нее одно непрочитанное смс. От Паши. Хмм… Открыв его, она прочла, что он только что выиграл в казино довольно крупную сумму денег, обещая хорошенько оторваться на них завтра, закатив шикарную вечеринку. Это позабавило девушку, которая еще сильнее захотела, чтобы завтра поскорее наступило.
Дарья собиралась было уже пойти домой, как вдруг к ней подошел Егор, приветливо улыбаясь.
— Эй, как ты? Мы почти не общались эти несколько дней…
— Все в порядке, спасибо. Усталость, конечно, никуда не денется, но в целом чувствую себя лучше.
— Слышал, что первым тебе на помощь пришел наш Павел Аркадьевич, — парень произнес это имя с такой кислой миной, что могло создаться ощущение, будто он съел пол-лимона, однако Даша этого не заметила, смутившись.
— Да, он просто был рядом…
— Ясно… Я чего подошел-то… Короче, все официанты сейчас заняты, да и горничных почти не осталось, а те, что присутствуют, еще заканчивают с уборкой, поэтому я подумал, что ты окажешь мне небольшую услугу и отнесешь Павлу его заказ в номер? Просто раз вы вроде как стали чуточку ближе, то я подумал, что он будет не против. Ну, и ты тоже. Тебя он будет рад видеть больше, чем меня.
— Ох, я не знаю, — замялась девушка, в тайне радуясь лишнему предлогу побывать наедине с Пашей. — Впрочем, мне несложно, я все равно никуда не спешу.
— Спасибо, — улыбнулся портье, однако улыбка его быстро пропала, когда Канаева от него отвернулась, направляясь на кухню.
Взяв нужный поднос с едой и бокалами, которых оказалось почему-то два, что сначала насторожило Дашу, но потом она подумала, что второй бокал для нее, потому что Паша попросит ее остаться, она поднялась на третий этаж, постучав в дверь его люкса. Ответа не последовало. Тогда горничная постучала еще раз, но результат был таким же. Странно… Если он делал заказ, то почему не открывает?
Набравшись смелости, Дарья сама вошла в номер, пройдя чуть дальше в спальню, замирая как вкопанная, устремляя свой взгляд на кровать. Сердце пропустило несколько ударов, как показалось девушке, когда она застала Павла в постели со Светой! Она сама не знала, что шокировало ее больше — собственное неудачное изнасилование или это…
Канаева так и стояла, открывая и закрывая рот, не в состоянии произнести ни слова, чувствуя, как подрагивают ее руки, и, в конце концов, поднос падает на пол, а бокалы разбиваются вдребезги.
— Даша, ты не могла быть аккуратнее? А то разбудишь еще, — обмотанная простыней Светлана хитро усмехнулась, проводя пальчиками по волосам Паши, который мирно спал, лишь наполовину скрытый одеялом, но много ума не надо, чтобы догадаться, что тут произошло.
— Я… попрошу кого-то другого принести… еще раз… Мне пора… — как заторможенная, горничная попятилась назад, все еще не веря своим глазам, но в груди уже неприятно защемило. Она почти на ощупь выбралась из комнаты, выбегая прочь, даже не закрыв за собой дверь.
Она не разбирала, куда именно бежит, а слезы уже потихоньку стали проступать, отчего перед глазами вообще все размылось, хоть Дарья и твердила себе не плакать. Она остановилась только тогда, когда со всего маху врезалась в Егора, идущего ей навстречу.
Увидев Канаеву, парень спросил, что случилось, на что получил короткий ответ:
— Не хочу об этом говорить.
Голос девушки дрожал, а рыдания вырвались наружу после того, как портье крепко прижал ее к себе, поглаживая по голове. Она невольно обняла его в ответ, утыкаясь лицом в грудь, позволяя капелькам слез скатываться с ее щек прямо на рубашку молодого человека.
Как он мог? Пригласил ее на день рождения, ухаживал, дарил цветы, выручал… и тут сделать такое… Она не могла поверить, и, в то же время, глаза ведь не обманывали ее. Видимо, Павел еще не был способен отказаться от своей прошлой жизни, а может, он никогда не откажется… В любом случае, она устала от того, что ее постоянно предают, а Паша стал последней каплей. Нет, с этих пор он для нее только Павел Аркадьевич.
Стискивая в руках красный пиджак Егора, Даша все плакала и плакала, потерявшись во времени, и, конечно же, не заметила злорадной и одновременно победной ухмылки портье, так заботливо прижимающего ее к себе.
Примечание к части
Отыгрываюсь на бесячем меня Егорке. Чую, со мной ему несладко придется в этом фике >:D