48. Это безумие
Мозг совсем затуманился желанием, щёки горели от смущения и нетерпения, тихие стоны срывались с губ. Я сама не знаю, как смогла быть достаточно сильной, чтобы перебороть себя и попросить его остановиться. Рядом с Чонгуком я просто теряю контроль над собственным телом и эмоциями. Но сейчас не должна была поддаваться ему так просто, как бы тяжело это не давалось.
Парень немного отстранился, изучающее вглядываясь в мои глаза, но не убрал руку из-под футболки, что совсем не способствовало адекватному мышлению в этот момент. Я почти забыла, что хотела бы ему сказать, теряясь в ярких ощущениях, разжигающих во мне новый пожар желаний.
— О чём? — поинтересовался Чон, через тонкую ткань надавливая подушечками пальцев на влажную от его ласк плоть. Я выгнулась, желая ещё глубже ощутить его пальцы, не сдерживая громкого стона. В голосе парня слышалась нескрываемая издёвка и было ясно, что говорить дальше он не намерен.
— Пожалуйста... — повторила, совсем запутавшись в мыслях. Что же он со мной делает?
— Я слушаю, — продолжал издеваться брюнет, склоняясь ко мне ближе и с усмешкой рассматривая. Два пальца резко проникли в меня, заставляя вскрикнуть, комкая края покрывала.
— Ммм... — единственное, что смогла выдавить из себя, пытаясь сказать ему, чтобы он прекратил это.
— Ну, раз сказать больше нечего, поговорим позже, — усмехнулся Гук, припадая к моим приоткрытым губам, не прекращая движения пальцев во мне, от чего я всё больше забывалась, ближе притягивая его к себе за шею.
Парень отстранился на несколько секунд, чтобы снять с меня футболку, но в этот же момент вдруг раздался звонок моего мобильного, оставленного на тумбочке возле кровати. Даже в состоянии полнейшей увлечённости Чоном, руки которого ласкали мою грудь, сжимая соски, в голове появились пугливые мысли о том, что это могут звонить родители. Если не отвечу на их звонок – всё будет очень плохо.
— Гук... — я попробовала заставить парня остановиться, но он даже не обращал внимания на эти попытки, которые не отличались особой уверенностью. Горячие губы коснулись шеи, чертя дорожку поцелуев, расслабляя меня и подчиняя себе.
Телефон умолк на пару секунд, но потом вдруг снова зазвонил, кажется, теперь даже громче. Я протянула руку и едва достала надоедливую трубку, не сдержав стона, когда губы парня обхватили сосок. На дисплее высветился номер мамы, и я совсем растерялась, разрываясь между собственными потребностями и необходимостью ответить родительнице, пока не подняла шум. Недолго думая, выбрала второе, проклиная мобильную связь и весь мир вообще.
— Да, мам, — выдохнула в трубку, едва не сорвавшись на стон. Чонгук нехотя прервал безумные ласки, уткнувшись носом мне в шею и медленно чертя пальцами узоры по бокам, чем ничуть не облегчил моё положение.
— Чеён, где ты? — с недовольством поинтересовалась женщина, и это напугало меня ещё больше. Всё явно плохо.
— У Лисы, — пискнула, вновь ощутив губы Гука на коже. Господи, это просто безумие.
— Я сейчас приеду за тобой, — сообщила она, что повергло меня в ужас. С невиданной ранее силой я оттолкнула Чонгука, который неожиданно поддался, и вскочила с кровати, судорожно соображая, что делать.
— Что? Как? Вы уже вернулись? — шептала испуганно, пока парень наблюдал за мной с явным интересом. Должно быть, любопытно я выглядела в одних трусиках посреди его комнаты, сжимая телефон у уха и осматриваясь вокруг огромными от шока глазами.
— Я вернулась раньше. Появились обстоятельства, которые заставили меня сделать это, — всё так же спокойно пояснила мама. Ох, пугают меня эти «обстоятельства». — Собирайся, мы с Хёну будем у дома Лалисы через пятнадцать минут.
— Не... не надо, — заикаясь попросила, чувствуя свою обреченность. — В смысле, меня Лалиса отвезёт. Она всё равно сейчас собирается... — замолчала, пытаясь сообразить, куда можно поехать в двенадцать ночи, но потом вдруг заметила на рабочем столе стопку дисков с музыкой, — на концерт. — Бывают же концерты так поздно... кажется. — Заодно подбросит меня. — Запоздало сообразила, что снова сболтнула глупость. Выходит, Лиса собиралась на концерт и хотела оставить меня одну в своём доме? Или взять с собой, что ещё хуже в понимании моей матери. — Мы так и собирались сделать. Её неожиданно пригласили, — добавила быстро, пытаясь спасти ситуацию.
— Что ж, хорошо, — согласилась женщина, что тоже прозвучало странно. — Жду тебя дома. До встречи, милая, — с этими словами она закончила разговор, оставляя меня стоять с телефоном у уха посреди комнаты Чонгука, стараясь спешно упорядочить полученную информацию. Ничего хорошего из этого не вышло.
— Она всё знает, — прошептала в ужасе, пытаясь сдержать непрошенные слёзы.
— Она сама тебе это сказала? — спросил Чон, жестом подзывая меня к себе, но я это проигнорировала.
— Нет, но других поводов для раннего возвращения нет, — ответила, обнимая себя руками.
— Не делай спешных выводов, — посоветовал парень, вставая с кровати и делая ко мне шаг, но я попятилась назад, сама не зная, почему так делаю.
— Мне нужно умыться, — буркнула, развернувшись и почти бегом направившись в ванную.
Открыла холодную воду, несколько раз провела влажными руками по пылающим щекам и вытерла выступившую влагу на глазах. Я должна успокоиться, должна научиться не бояться собственную мать... но это слишком сложно.
Дверь открылась, зашел Гук, который, не говоря ни слова, подошел ко мне и накрыл поцелуем губы, сразу же врываясь языком в приоткрытый рот. Я не стала ему сопротивляться, наоборот, тесно прижалась к парню, обнимая его за шею, нетерпеливо встречая его язык своим. Я ощущала в нём слишком сильную необходимость сейчас. В яростных поцелуях, сумасшедших ласках... и ощущении целостности, когда он меня заполняет. Это помогало ощущать себя более живой, избавляло от навязчивых грустных мыслей и, несомненно, позволяло чувствовать себя сильнее, чем я есть на самом деле. Рядом с ним легко быть смелой.
Чонгук рывком усадил меня на стоящую позади стиральную машинку, становясь меж раздвинутыми коленями.
— Ты же не думала, что позволю уйти так просто? — усмехнулся, целуя за ухом, от чего тело охватывала дрожь, которую нельзя было не ощутить физически.
— Не думала, — помотала головой, желая поскорее забыться в его объятьях. Плевать, что дома ждёт мама и вероятный скандал, что всё, возможно, рухнет, как только я туда доберусь. Сейчас мне физически необходимо чувствовать Чона как можно ближе. — Хочу тебя, — прошептала, потянувшись к застёжке на его джинсах, но никак не могла унять дрожь и справиться хотя бы с пуговицей.
Чонгук убрал ладони с моих ягодиц, чтобы помочь мне, с легкостью расстегивая джинсы, высвобождая напряженный член. Я подалась бедрами вперёд, желая поскорее ощутить его в себе, почти насаживаясь, ёрзая на месте от нетерпения. Но парень не спешил, сдвинул в сторону ткань трусиков и, дразня, потёрся головкой члена о промежность, вырывая из горла молящий стон.
— Хочу... — шепнула, выгибаясь навстречу, проводя ногтями по его груди, царапая кожу. — Пожалуйста.
Усмехнувшись, Гук обхватил меня за бёдра и проник одним грубым движением, полностью заполняя. Я вскрикнула, цепляясь за его плечи, стремясь к губам, с готовностью впуская в рот его язык. Чонгук двигался жестко, яростно, не давая мне времени привыкнуть и расслабиться. Это было странное соединение несильной боли и наслаждения, которые вместе заставляли чувствовать какое-то особое удовольствие, распространяющееся по крови к каждой клетке тела. Именно это мне было необходимо – ощущать его, как никогда остро, вытеснив из головы мысли о мире за пределами этой квартиры.
Чон снова отпрянул от моих губ, когда тело было напряжено, словно натянутая струна, а внизу живота полыхало нешуточное пламя. Он толкнулся в меня ещё раз и коснулся зубами плеча, оставляя на нём укус.
— Чонгук! — выкрикнула, вцепившись в его волосы, изгибаясь всем телом и потихоньку обмякая, приваливаясь к холодной плитке спиной, тяжело дыша, не сдерживая расслабленной полуулыбки.
Парень достиг разрядки почти одновременно со мной, покинув тело и излившись на бедро, прикасаясь губами к месту укуса на обнаженном плече.
Снова тишина, и даже она рядом с ним казалась какой-то особенной. Мне просто хорошо было с Чоном, без лишних мыслей и пугающих догадок, которые непременно вернутся в голову, как только он со мной распрощается.
— Остались ещё места в этой квартире, где мы не... — заговорила первой, закусив губу, так и не решившись закончить предложение.
— Ну, есть ещё гостиная... и балкон, — голубые глаза сверкнули хитрым огоньком. — В следующий раз одевайся теплее.
Спасибо, что дочитали данную главу. Люблю каждого ❤️