part thirty-one
— формулы, написанные на доске, обязательно должны быть в ваших конспектах. Следующая тема теста – все то, что мы с вами сегодня прошли. — преподавательница положила маркер на стол, завершая урок. — можете быть свободны.
Я поднялась с места, оглядываясь вокруг. В последнее время меня проследовала одна, а то и две, невероятные занозы. Я совсем не свыклась с тем, что кто-то ходит за мной по пятам, это сильно сковывает. Моя жизнь никогда не приспособлевала меня к друзьям, которые ждут, что ты будешь от них зависеть.
Но куда хуже был тот, кто, по всей сути содеянного, уже не является моим другом.
Ник, гребаный, Остин.
Я возненавидела его флангами пальцев. Кто бы мог подумать, что смазливый голубоглазый футболист настолько зависим от общественного мнения? Все, о чем он твердил с того дня, как согласилась на отношения с ним, это утверждения о том, что нам нужно вести себя подобающе на публике. Он порхал над своей чертовой репутацией, пытаясь соответствовать всем критериям. И, все было бы чудесно, если бы он впутывал в это меня.
Я жалела миллиарды раз, что позволила дать волю своим страстям. Отношения - это то, что не для меня. Но намного ужаснее, когда ты ничего не чувствуешь. И Остин был пустым местом для меня.
Жаль, что теперь выпутаться будет невозможно.
Когда я снова наткнулась на парня, заметила, что сегодня он был в выглаженной голубой рубашке, впрочем, как и всегда. Его волосы были уложены назад, а на лице сияла фальшивая и лживая улыбка.
Ник был лицемерным. Я поняла это в полной мере, когда вступила в наши «отношения». Он лгал, притворялся, строя из себя того, кем никак не являлся. Покопавшись в его родословной, я поняла, что это было неспроста. Мама Остина работала журналисткой, как несложно догадаться, она собирала все сплетни и сливали максимально лживую информацию в сеть. Ей было это удобно, да и к тому же, это несло за собой плоды. На это велись. Поэтому, ее натура передалась Нику.
Но она была не единственным источником ядовитых генов. Отец ника всегда претендовал на роль мэра города, но на его «нелёгком» пути всегда возникали сложности. Хоть он и не был влиятельным, но какие-то связи у него присутствовали. По этой причине, как только кто-либо смел ему не угождать, он распускал через жену слухи, подставляя этим самым большое количество людей. Сам он держал несколько хлебопекарных цехов, а также имел что-то общее с министерством здравоохранения. Насколько я поняла, его брат был заведующим. И это вызывало у Остина старшего зависть.
В общем, как несложно догадаться, семья Остинов – это гремучая смесь, в которую лучше не впутываться.
— сколько раз я говорил, что ты должна ходить с ровной спиной. Где твоя осанка, Бриттни? На нас смотрят. — забубнил Остин, как только приблизился ко мне.
— кто ты, чёрт возьми, такой, что диктуешь мне правила поведения?
— я твой парень, Бриттни..
Я перебила.
— я сказала, что все, что между нами произошло – ебаный несчастный случай! Слово «парень» не даёт тебе никаких привилегий на меня, Остин.
Выражение лица Ника стало ещё более грубым. Он схватил меня за запястье и потащил куда-то в сторону. Это заставило меня насторожиться. Я не испытывала спокойствие, находясь рядом с мужским полом. Почти все его представители, из тех, кого я знала, были ужасными людьми.
Блондин завел меня за стену. Было понятно, что он сделал это, чтобы публика не увидела его вторую личность. Ник не был таким популярным в школе, как, например, Макс, но он усердно строил свою репутацию. По его словам, мне нельзя было ее рушить, но это совсем не волновало мою душу.
— ты немедленно прекращаешь этот концерт, Бриттни. Я говорил тебе о том, что на нас с тобой смотрят люди.
— а я говорила тебе о том, что мне абсолютно плевать. На тебя, общество и твои гребаных друзей. — я вырвала свою руку из его противной хватки. Его прикосновения вызывали рвотные позывы. — я намереваюсь прекратить это. Ни ты, ни вся эта катастрофа не вызывает у меня хороших эмоций. Я допустила большую ошибку, думая, что ты адекватный, Остин. С меня достаточно!
Он сжал мое плече так сильно, как только мог. В его глазах проснулась ярость, самая настоящая и не убиваемая.
— ты не посмеешь, Бриттни. Я клянусь, что обрушу на тебя осуждения и ненависть всей Блу Фэктори Скулл. Ты будешь гребаным посмешищем и отродьем, если попытаешься отвязаться от меня. — он переместил руку на мое горло, грубо сжимая. — надеюсь, тебе все ясно.
— ты жалкий, Остин. Самый настоящий мудак. Все это обернется бедой для тебя, я клянусь. — я толкнула его в пах, когда произнесла это. Мне хотелось большего, но мы все ещё находились в школе и мне не нужны были проблемы. К тому же, он был физически сильнее и больше. Я бы не смогла нанести ему тот вред, что он нанес мне морально.
— о, это мы ещё посмотрим. Только представь, как все будут звать тебя шлюхой. Это будет доносится ото всюду, и ты не сможешь этого избежать.
Мои глаза потемнели, кровь в венах забурлила ещё сильнее. Я была не в силах сдерживать себя. По затихшему коридору пронесся громкий шлепок, Ник оцепенел, казалось, что он сейчас ударит меня в ответ, но он лишь процедил сквозь зубы последние слова:
— ты поплатишься за это, грязная сука.
Я не стала реагировать, развернувшись и покидая коридор.
Моя жизнь снова перевернулась, только на этот раз совершила ошибку я. И только я буду отбывать за это жёсткое наказание.
* * *
Удар каблуков по мраморному полу прошелся по заведению. Это означало, что пожаловал мой следующий клиент. Я поставила поднос с вымытыми стаканами на рабочую поверхность, разворачиваясь к посетителю. Мне приходилось натягивать улыбку на своем лице. Пусть она и была лживой, но проявление реальных эмоций - удел слабых. А я не вносила себя в эту категорию.
— добрый вечер, вы готовы озвучить свой выбор? — в моем голосе не должны было звучать грусть или раздражение. Это работа, и я должна быть сильной, чтобы обеспечить себе жизнь.
— здравствуйте. Да, я бы хотела салат Цезарь и, думаю, апельсиновый фреш.
Я записала заказ в свой блокнот, кивая и улыбаясь. Моей задачей было нести позитив, как бы сильно мне не хотелось делать обратное.
— вам здесь или с собой?
— с собой, пожалуйста. — я повторно кивнула, но в душе пронеслась радость. Эти слова означали, что это последний посетитель, если не зайдет ещё кто-нибудь, а дальше я могу идти домой. Поскольку мы работали до последнего клиента, но не могли задержаться позже, чем до восьми, у меня была возможность уходить раньше в менее посещаемые дни.
— хорошо, подождите несколько минут. — девушка улыбнулась, когда я поспешила на кухню, озвучивая заказ нашим поварам.
Я была официанткой, но иногда отвечала за напитки. Мистер Мэттью позволил мне взять на себя больше обязанностей, чтобы моя зарплата была выше. Я действительно нуждалась в деньгах.
Через десять минут я подала заказ, отправляясь прибирать свою рабочую поверхность. Каждый отвечал за свое, и это правило мне нравилось. Попрощавшись с остальными работниками, я поспешила домой. Убитая и измученная собственными эмоциями, но зато готовая принять душ и завалиться в постель после морально тяжёлого дня.
Max Derk Vayker
Очередной стакан крепкого алкоголя вылился в мою глотку. Казалось, я уже переставал чувствовать и контролировать что-либо, повторяя это действие на автоматизме.
Гребаная тряпка. Вот кем я себя ощущал, ничто не могло изменить мое мнение. Потому что спустя несколько лет усердной работы над собой, отучения от выпивки, самоконтроля и жизни по графику, я вновь наступил на старые грабли.
Мой друг метался по комнате, кричал и возмущался. Скорее всего он применил на мне все свои маты и оскорбления, я бы сказал точно, если бы мог здраво мыслить. Он не мог изменить мои запои, не мог вытащить меня из берлоги, в которой я отсиживался около трёх дней, но, как настоящий и преданный друг, он пытался. И мне было стыдно, что ему приходилось этим заниматься.
— хватит, чёрт тебя побери, Макс! Я сейчас серьезно вылью все это дерьмо в раковину, а тебя разорву на мелкие щепки. Только посмей сделать хоть один глоток. — Уокер хотел вырвать с моей рук полупустой стакан, но я со всей силы швырнул его в стенку, слыша лишь треск стекла. Джей поморщился, глядя на меня с сожалением и разочарованием.
— я не понимаю, Джей, почему она сделала это. Я никогда не напивался из-за чего-то, тем более из-за девушки. Но блять, это выходит за все рамки. — не знаю, понимал ли он, что я говорю, потому что из-за большого количества спирта мой мозг был помутнен.
Друг сел рядом. Я слышал лишь его громкий вздох среди ночной тишины, доносился лишь гул дороги сквозь открытое Джейденом окно. Он сделал это, чтобы выветрить ужасный запах и духоту из моего дома.
— иногда стоит разбираться, прежде чем устраивать такой балаган, Макс. — он потер глаза, снова выдыхая. — оглянись: в твоем доме разгром, ты перевернул все, что попадалось под руку. За окном почти три часа ночи, если ты не заметил. — он посмотрел на меня с ноткой раздражение, но было ясно, что он не корил меня за это. Он понимал. — а теперь скажи мне, как все это поможет тебе хоть как-то исправить ситуацию?
— плевать. Мне похер, Джей, слышишь? Я не хочу думать какие последствия это все за собой понесет. Не хочу задумываться о праведности своих действий. — я пустил неслышимый смешок. Моя пьяная бредня была такой бессмысленной.
— чего ты хочешь, Макс? Объясни мне. — друг свёл брови у переносицы, задавая вопрос.
— Уилз. Я так сильно хочу Уилз.
— что мне сделать, скажи? Я напомню, сейчас почти три часа ночи. Она наверняка спит, и чисто физически не может быть здесь.
— и у неё есть парень. И это не я. — я рассмеялся хриплым и уродливым смехом, это было так глупо и, повторюсь, бессмысленно.
Все, что сейчас происходило.
Brittney Elizabeth Wheels
Я не могла передать словами свой шок, когда в три часа и тринадцать минут на мой телефон раздался звонок от неизвестного номера. И, что самое интересное, после того, как я сбросила, он снова и снова звонил.
Это могло нести за собой опасность, но я взяла трубку. Наверное за последнее время я настолько эмоционально поникла, что была готова абсолютно во всему.
— да? — тихо произнесла я. Мой голос был сонным, потому что сегодня, как никогда, я смогла спокойно сомкнуть глаза. Моя усталость добила меня, и я уснула, как только моя голова коснулась подушки.
— Бриттни, это я. Джейден. — послышался до боли знакомый голос. Мне не стоило долго думать, чтобы понять с кем я говорю.
— Господи, Джей, все в порядке? С Райли что-то случилось? — я встревожилась, когда осознала, что он звонит мне в такое время.
— нет, мы с Райли в порядке, но.. Есть одна проблема, и я думаю, что только ты сможешь помочь мне уладить ее. — он замолчал, вздыхая, — мне жаль, что я звоню так поздно. Надеюсь, я тебя не напугал.
Я собрала мысли в кучу, включая ночник на тумбочке.
— ничего, я понимаю. Так что стряслось?
С трубки послышался невеселый вздох. Парень будто решался: говорить ли мне задуманное или воздержаться.
— дело в том, что эти несколько дней Макс сам не свой. Его дом развален в пух и прах. Ты знаешь, что он не склонен к пьянству, но он опустошил около четырех бутылок рома и.. — Уокер снова выдохнул, — он все время говорит о тебе. Я понимаю, что ты возможно не в восторге от этого, но единственный человек которого он был бы рад видеть — это ты.
Мое сердце забилось слишком часто от слов парня. Я не могла поверить, что что-то могло задеть чёрствого Макса Вэйкера так глубоко задушу. Он не выражал эмоции так часто и я не всегда могла знать, что он чувствует. Но когда я услышала, что он не в себе, то не поверила происходящему.
— прости? — переспросила я.
— я думаю, что только ты можешь успокоить его. Если ты против, я, конечно, не буду настаивать.
— все в порядке. Я хочу помочь.
Джей, казалось, был удивлен от услышанного. Но Макс был слишком важен для меня, и, в самом-то деле, я послужила причиной его пьянства, как бы гнусно это не звучало.
— в таком случае, я заеду за тобой. Слишком позднее время, чтобы ты добиралась одна. — он ответил довольно быстро. Я чувствовала, что он негодовал от поведения друга. Джей и Макс были как братья, они дорожили друг другом.
— хорошо, я буду ждать.
Мне пришлось надеть на себя первую попавшуюся под руку одежду. Я натянула толстовку поверх пижамного топа, а затем надела черные спортивные штаны. У меня совсем не было времени прихорашиваться, несмотря на мое ужасно измученное лицо и синяки под заплаканными глазам, мне удалось лишь почистить зубы.
* * *
Лицо Джейдена было уставшим. Это было свойственно человеку, который не спал в положенное время. Он пару раз глянул в мою сторону, будто чувствуя вину за то, что разбудил, но я отрицала это. В любом случае, я сама желала этой встречи. Брюнет быстро довёз нас до особняка Вэйкера, проводя во внутрь. Когда я шагнула за дверь, то невольно зажмурилась. Это, в самом деле, был сущий кошмар.
Пол в гостиной был покрыт осколками, они находились буквально везде, включая мягкий диван. Кухонный стол был заставлен бутылками, а столешница ломилась от количества немытой посуды, несмотря на присутствие посудомоечной машины. В доме царил полумрак, лишь из некоторых комнат бил свет, позволяющий мне разглядеть что-либо. Джейден позади вздохнул.
— как видишь, дела плохи. Я вынужден жить в этом кошмаре, потому что оставить Макса я просто не могу. — брюнет стряхнул жестяные банки энергетиков с части дивана, присаживаясь. — комната Макса на втором этаже. Думаю, ты разберёшься. Постарайся поговорить с ним, но я не хочу принуждать тебя к этому. Вэйкер, как ты знаешь, порой бывает невыносимым.
Я кивнула, слабо улыбаясь. Было трудно поверить, что Макс способен на такое. Казалось, что ничего на этом свете не может повредить его эго. Он никогда не проявлял слабость, тем более, в отношении девушек. И, глядя на то, что он сотворил, мне хотелось думать, что я останусь цела после разговора с ним. Конечно, в глубине души я понимала, что он не причинит мне вреда, но у нас действительно накопилось многое по отношению друг к другу и, с большой лёгкостью, наши дурные черты характера могли все усугубить.
Было не трудно догадаться какая из комнат принадлежит Вэйкеру, ведь лишь из одной играла громкая музыка, текст которой смахивал на что-то очень недоброе.
Сглотнув, я постучала в дверь и не дожидаясь ответа, отворила ее.
Синяя подсветка придавала спальне атмосферу, но запах алкоголя, смешанный с приятным мужским парфюмом добавлял картине жестокости. Если в остальной части дома был невероятный разгром, то я понятия не имею как назвать то, что происходило в спальне парня: скомканная одежда, не заправленная двуспальная кровать и гора жестяных, пластиковых и стеклянных бутылок. Это выглядело депрессивно. И это пугало, но настораживало.
— я велел не трогать меня, Джей. — хриплый голос заставил мою голову кружится. Я не слышала его так чертовски давно, что этого было достаточно, чтобы упасть в обморок.
— это не Джей. — как можно увереннее постаралась ответить я, будто бы мои ноги вовсе и не дрожали.
Послышался хриплый смех, Макс обернулся, ведь сидел спиной ко мне, и, поднимаясь с постели медленными шажками попытался подойти. Но его состояние не позволило ему преодолеть расстояние, поэтому он вновь свалился на кровать.
— поглядите, кто пожаловал. Уилз, собственной персоной. — не сказать, что в его голосе мелькнул хотя бы намек на что-то положительное, но он говорил с потехой. Как и всегда. — ты одна?
— с кем я ещё могу быть?
— ну, мало ли. Я подумал, вдруг ты привела с собой своего блондинистого дружка. — он фыркнул, — мне бы пришлось заварить нам чаю, чтобы проявить гостеприимство.
— прекрати, ты видёшь себя словно ребенок. — прервала я, желая, чтобы он закончил говорить об Остине так, будто я от него без ума. — что ты устроил, Макс?
Вэйкер рассмеялся. Снова. Так же горько и едко. Когда он, все же, смог подняться, то приблизился ко мне так близко, как ему позволяло его опьянённое состояние.
Я обратила внимание на ожесточенные черты его лица, на них будто падала тень. Глаза бегали по моему лицу, как и мои. Мы не виделись достаточно долго и, клянусь, у меня действительно было много мыслей на тот счёт, что я хочу просто прижаться к нему, а не завязывать спор.
— что я устроил, Уилз? Что-то похлеще твоего, отныне мы соперники? — его скулы напряглись, когда он всмотрелся в мои глаза так, будто пытался вычитать ответ. Удивительно, как он управлял своим взглядом с таким количеством спиртного в организме. — М-м, малышка Уилз, в чем дело? Ты так резко замолчала.
Боже, его тон. Не испытывай меня, черт возьми.
— хватит, прекращай вести себя как алкоголик со стажем. Давай, ложись спать, Джей еле терпит это дерьмо. — я пыталась перевести тему, потому что была слаба перед его словами.
Как минимум, сейчас. Как минимум, сегодня.
— зачем ты пришла?
— захотела, Вэйкер. Джей попросил меня..
— ты не смогла отказать? — он затаил дыхание.
— не смогла смириться с тем фактом, что ты тут умираешь, доволен? — ситуации начинала злить меня сильнее, потому что я впервые не могла противостоять. Наверное по той причине, что не видела его так чертовски долго. — я могу уйти, если нарушаю твое личное пространство.
— нет. — отрезал он властным тоном. — нам есть, о чем поговорить.
Встав напротив меня, почти впритык, шатен прошептал одними губами:
— зачем ты сделала это? — его горячая рука прошлась по моей щеке, это вызвало у моего тела бурную реакцию. Макс, по всей видимости, заметил это, поэтому продолжил прикосновение.
— что?
Это все, на что хватило моих сил.
— мне не к чему твое притворство, Уилз. Ты прекрасно понимаешь, о чем идёт речь. — его пьяное дыхание обожгло мое ухо, губы почти касались участка шеи.
Он испытывал меня. Специально.
— Вэйкер..
— зачем ты крутишься с Остином, соглашаешься встречаться с ним, танцуешь на ебаной вечеринки? Пытаешься испытать мое чёртово терпение? — он провел языком линию к пульсирующей венке на моей шее, оставляя за собой ожог. — или, может быть, ты хочешь, чтобы я сломал его шаловливые руки, которыми он позволяет себе прикасаться к тебе?
— ты поступаешь также. Прикасаешься к Кейтлин, а потом этими руками трогаешь меня. После все содеянного, ты позволяешь себе ревновать меня?
Я сама не заметила, что сказала это, но буря эмоций, обрушившаяся на меня, вызывала такой спектр чувств, что мне хотелось просто прикоснуться у нему, затем ударить, а потом грубо поцеловать. Была ли я в порядке?
— да, Уилз. Позволяю. Я так чертовски ревную.
Мои ноги подогнулись.
— прекрати это. Все будет также, когда мы вернёмся в школу. Ты будешь с ней, а я с Остином. — мне хотелось плакать от этого горького замеса эмоций.
Хотелось признаться об угрозах Ника, сказать, что я тоже ревную и не хочу никого, кроме него. Но я не могла.
— о, правда? Знаешь, то, что ты винишь в этом меня, так злит. Ты постоянно портишь все то, что налаживается, но я, по каким-то причинам, должен все исправлять. — выражение его лица поменялось очень резко, но я видела, что происходящее действовало на него серьезнее, чем я ожидала. — я вынужден гоняться за тобой, чтобы поцеловать, терпеть эти выходки с гребаным Остином и молчать, оправдываться, что у нас с Уайт ничего нет и не будет, потому что я повяз в тебе, но ты..
Я не смогла стерпеть, резко врезаясь в его мягкие губы. Тонкий вкус рома обжог меня, но это не пугало. Пугало то, что я хотела его больше, чем раньше, больше, чем когда-либо. Я не была резка к проявлению чувств, но черт, сегодня я не могла сдерживаться.
Мне не пришлось ждать, чтобы он ответил, перебрасывая контроль на себя. Его руки нашли мои бедра, до боли сжимая. Это вызывало лишь дрожь по коже. Не страх или желание остановиться, не сожаление. Он будоражил меня.
— Уилз, ты, блять, не представляешь, что я чувствую.
— представляю, потому что чувствую то же.
Максу было трудно сдерживаться, да и наша страсть уже не смахивала на нежность. Он обхватил мой зад, опрокидывая нас на мягкую перевёрнутую постель. Я выдохнула, когда почувствовала, как он очерчивал мою шею своими губами.
— позволь мне, Уилз. — прошептал Вэйкер, приподнимая мою толстовку. Я вздрогнула, но старалась не подавать виду. — я никогда не сделаю тебе больно.
Его губы примкнули к моему животу, язык прошелся вокруг пупка, а руки так чертовски соблазнительно дразнили мои, водя то вверх, то вниз.
— Вэйкер. — на выдохе произнесла я, запракидывая голову, когда он вернулся к моей шее. Я дала ему больше участка, затем он прикусил кожу на моей шее, перекрывая укус поцелуем. — это все так неправильно.
— знаю, я пьян. Это пока все, что я могу тебе предложить, но дай мне насладиться твоими губами, малышка Уилз.
— Макс, нам нужно прекратить.
— у тебя есть парень, так ведь?
Нет. У меня есть человек, который не слышит мое «нет» и угрожает.
— Вэйкер.
Он закатил глаза, бубня что-то себе под нос, а затем уткнулся в мою грудь. Мой разум был помутнен, но я могла догадаться, что сон накрывал его.
Скорее всего на завтрашнее утро у него не останется воспоминаний об этом моменте, и, возможно, это будет только к лучшему.
Но я вряд ли когда-нибудь смогу выкинуть это из головы, потому что мои мысли давно принадлежат ему.
И никому больше.
Только вот теперь мне придется налаживать мою жизнь, чтобы дать нам хоть малейший шанс на счастье.
___________________________________________
Небольшая душевная просьба:
Пишите ваши мнения о событиях, главных героях, и ошибках, по возможности.
Не всегда получается замечать свои опечатки.