Глава 11
Проснулся он от стука в дверь. Кто-то настойчивый колотил в неё кулаком, скрёб пальцами. И казалось, даже подпинывал носком ботинка. Ленка, решил Фрейд, оторвав голову от подушки, вытирая слюни с подбородка.
— Иду, — крикнул он, поднялся с дивана.
Стук прекратился. Его услышали.
Пошарив глазами по полу в поисках брошенной футболки, так её и не найдя, Фрейд, махнул рукой. Ленка его видела и без штанов, что ей голый торс? Вообще, какого лешего её притащило в такую рань? А который час? Он поглядел на стенные часы. Чёрные римские цифры, на фоне общих фотографий его с Алёной. Гадость и безвкусица. Но вот Алёнке нравится. Большая стрелка между одиннадцатью и двенадцатью, на плече у скалящегося Фрейда, маленькая на одиннадцати в волосах Алёны. Ленке бы отсыпаться перед ночной сменой, а не шарахаться по соседям.
Недовольный, сонный, измученный похмельем Фрейд повернул внутренний замок, распахнул дверь. Замер. А затем поборол желание её захлопнуть.
— Дея, — произнёс он, глядя в изумрудные океаны глаз.
— Здравствуй Фрейд, — короткая улыбка преобразила смуглое личико. Беззастенчивый взгляд пробежал по обнажённому торсу мужчины.
Фрейд, испытывая неловкость, скрестил руки на груди, прикрывая соски. «Я подтянутый, у меня нет пивного животика, и даже найдётся пара кубиков пресса», — заговорил внутренний голос, дабы смягчить смущение, придать себе уверенности. «А ещё я старый, неинтересный алкоголик с трёхдневной щетиной, торчащими дыбом волосами, воняющий потом и перегаром», — зачем-то добавил тот же голос, напрочь стерев уверенность в себе, приумножив смущение, доведя его до стыда. Он почувствовал, как вспыхнуло лицо. Когда он последний раз краснел? Должно быть в юности, ещё в школе.
— Привет Дея, — наконец отозвался он. Яркая розовая шапка стоит торчком, болотного цвета пуховик с рыжим мехом на капюшоне — расстёгнут, под ним толстовка с надписью на английском, чёрные джинсы с рваными коленями. — Как вчера добралась? — Фрейд потёр подбородок, как бы случайно прикрыл рот ладонью, вспоминая, когда последний раз чистил зубы.
— Без приключений. — Большие раскосые глаза едва заметно прищурились в уголках.
— Хорошо.
Закусив край нижней губы изнутри, Дея пронзает Фрейда взглядом: бесстыжим, любопытным с нескрываемым…, вызовом?
Фрейд не выдерживает его, опускает глаза, глядит на прорези штанов Деи, на голые коленки в них.
— Не холодно? — озвучивает он мысли.
— Что? — Дея не улавливает вопроса. Не успевает понять, о чём он?
— Джинсы, — уточняет Фрейд.
— А, это! — Дея сгибает одну ногу, демонстрируя острую коленную чашечку в прорези штанины. — Немного.
Фрейд, отрывает взгляд от коленки, поднимает его к лицу, чувственным губам с поддёрнутыми уголками, острому носику, глазам. Зрачки расширены. Либо недостаточно света в коридоре, либо она чем-то возбуждена.
«Твоими сосками, вонью изо рта и тела!», — подаёт голос внутреннее «я». — «Когда ты последний раз мылся? Чёрт подери. Она же ночь провела со своим парнем. Грёбаным совершеннолетним парнем. Естественно она будет возбуждена…. Бл*дь, пусть это лучше будет тусклый свет коридора».
— Если честно, иногда даже очень, — признаётся Дея. Улыбка кривит рот.
— Извини, я не понял, — теряется Фрейд.
Она сгибает ногу, тычет пальцем в голую коленку:
— Холодно.
— Тогда зачем их надевать на улицу?
— Они крутые, — смеётся Дея.
— Действительно, — улыбается в ответ Фрейд.
— Я за ключом.
— Да, точно, — спохватывается Фрейд. Он идёт к столу, берёт брошенный им же ключ. — А, я думал, просто так зашла, поболтать, — говорит он, пытаясь быть вежливым, а может произвести впечатление, или просто потому, что не хочет её отпускать. — Держи.
Он протягивает ей ключ. Она берёт его, с раскрытой ладони Фрейда, пробегает по ней пальчиками при захвате. У Фрейда от этого прикосновения перехватывает дыхание.
— Спасибо, — благодарит она. — Извини, что разбудила.
— Да я не спал… — Прищуренный, лукавый взгляд Деи предостерегает от дальнейшей лжи. — Я немного вздремнул. Хотел вздремнуть, и уснул. В общем, ничего страшного. Твой отец, сказал, что ты зайдёшь после часу. Я не был готов к твоему приходу. — Вся эта бессмысленная тирада вылетает изо рта Фрейда, прежде чем он успевает подумать.
Она улыбнулась его неловкому признанию, а после, словно в поддержку откровений сделала признание сама:
— Я ушла с уроков. Поэтому так рано. Только отцу не говори.
— Это плохо, — сказал он и едва не прочитал нотацию о пользе образования, когда вовремя прикусил язык. Нравоучений ей хватит от родителей. Да и его она после подобной речи сочтёт скучным стариком, начнёт игнорировать. Последнего Фрейду хотелось меньше всего.
— Да, хорошего мало. Но я наверстаю. Сейчас скачаю реферат по истории, добавлю что-нибудь от себя, а завтра сдам.
— И что, такой номер проходит?
— Да, — кивнула Дея. — Я не первый раз так делаю.
— Часто прогуливаешь?
— Не очень.
Повисла неловкая пауза. Фрейд не знал, что ещё спросить, чтобы удержать девушку. Тем временем Дея ждала от него вопроса, замечания, похвалы, любой реплики. Казалось, она, как и Фрейд тянула время, не желая с ним прощаться.
— Ладно, я пошла. Писать реферат, — первой нарушила тишину Дея. — Захочешь поговорить, заходи, — улыбнулась она, развернулась и пошла в комнату Макса.
Фрейд провожает её взглядом, закрывает дверь. Долго стоит, глядя на внутреннюю обшивку. Затем возвращается к дивану, опускается на него, растирает лицо ладонями. Конечности, как и внутренности, дрожат от похмелья и волнения. В голове, словно заезженная пластинка звучит голос Деи: «Захочешь поговорить, заходи». Лёгкое и непринуждённое: захочешь поговорить, заходи. Фрейд стискивает голову руками. Что она имела в виду? Что хотела этим сказать? На что намекала? Он поднимается с дивана. Долбаный извращенец! Что мог иметь в виду пятнадцатилетний ребёнок, под предложением зайти поговорить? Да просто зайти и поговорить!
Злясь на себя, свою глупость, испорченность, похотливость мыслей Фрейд надел футболку, собрал умывочно-помывочный набор, схватил полотенце, отправился в душ. Пора приводить себя в порядок. Завязывать с беспробудным пьянством. Выходить на работу. Чёрт, но как, же хочется выпить! Один бокал холодного пива. Всего один. Только для того чтобы унять внутреннюю дрожь, избавиться от головной боли.
Умаслив совесть, Фрейд, решил сходить в магазин за двумя бутылками пива, после того как примет душ, и немного обсохнет.
Прохладные струи воды обрушивались на гудящую голову, стекали по телу, заставляя кожу покрываться мурашками. Вздыбились волоски на руках. Он закрыл глаза, упёрся ладонями в стену, покрытую белой плиткой. Стоял так минут пять, пока тело не начало содрогаться от холода. Тогда он прибавил горячую воду, взял мочалку и мыло.
Узкую кабину душа, Фрейд покинул спустя двадцать минут. Пробежал по мокрым волосам пятернёй, откинул длинную чёлку назад. Набросил полотенце на плечи, прошёл к раковинам. Оставил пакет с умывальными принадлежностями на деревянной лавочке, где обычно собирались курильщики общежития, предварительно вынув из него, зубную щётку и пасут.
Елозя пенной щёткой по зубам, Фрейд свободной рукой, пробежал по подбородку и щекам, глядя на своё отражение. Проверял не оставил ли где пучка жёстких волосков? Идеально гладко! Выглядит посвежевшим и даже помолодевшим.
Он нагнулся к раковине, прополоскал рот от пасты. Выпрямился, бросил взгляд в зеркало, и сначала вздрогнул, а затем замер, в недоумении глядя на изумрудные глаза, разглядывающие его отражение.
«Она мне уже везде мерещится», — пронеслось в голове Фрейда.
Он повернул голову налево, туда, где стояла Дея с мыльницей в руках.
— Ты так тихо подошла. Я даже не слышал, — улыбнулся Фрейд той неловкой, смущённой улыбкой, которая родилась с появлением Деи. Она словно была предназначена исключительно для этой девушки.
— Я шла как обычно. Просто у тебя шумела вода, и ты плевался в раковину, — сказала она, включая воду в соседней раковине.
Фрейд закрутил вентиля крана, перед которым стоял. И вдруг рассмеялся.
Дея повернула к нему голову, недоумевая, поглядела на мужчину. Уголки губ дрогнули в подобии улыбки, которая растягивалась, становилась шире по мере того, как долго она глядела на белые, ровные зубы Фрейда, на обаятельную ухмылку.
— Что? — наконец не выдержала она. Чувственные губы растянулись, обнажив ряд верхних зубов.
— Плевал в раковину, — сквозь смешки выдавил Фрейд.
И тут Дея залилась звонким смехом. Теперь смеялись оба. Всё громче и звонче, заражаясь, смехом друг друга. Смеялись до истерики, нервных колик в животе. Уже не помня и не понимая причину вызвавшую бурю веселья.
Обхватив живот руками, со словами: «Всё, хватит», Дея привалилась к плечу Фрейда, обдав сладким запахом духов, и лёгким ароматом волос. Макушка её головы не дотягивала ключицы мужчины, и он, глядя на ровный пробор в тёмно-русых волосах, вдруг затих, одёргивая себя от внезапного желания, возникшего, будто наваждение зарыться в них лицом, вдыхать этот будоражащий воображение и чувства запах.
Слушая тишину, не улавливая более грома смеха разрывающего лёгкие Фрейда, Дея и сама умолкла. Всё ещё прижавшись к плечу мужчины, задрала подбородок, сцепилась с ним взглядом. Она знает этот взгляд, знает, что он означает. Уже встречалась с ним. В животе защекотало. Она медленно сглотнула, но глаз не отвела. Он первый оторвался от неё, да так резко, что наклонившаяся на него девушка, едва не упала. Вовремя ухватилась за раковину.
Фрейд метнулся к оставленному на лавочке пакету намериваясь сбежать, когда в дверном проёме умывальной возник коренастый мужчина маленького роста с густой ухоженной бородой — Игорь из восемьдесят первой комнаты.
— Здорово, Фрейд, — сказал он, протягивая фельдшеру руку, которую тот пожал. — А я думаю, кто там так хохочет? Здравствуйте милая девушка, — обратился он к Дее.
— Здравствуйте, — ответила она, сунув руки под струю тёплой воды.
— Племянница? — спросил он у Фрейда.
— Нет, — отозвался тот, избегая взгляда Деи. — Дочь Макса.
— А-а, — протягивает Игорь, без видимого интереса.
Фрейд схватил пакет, двинулся к двери, когда мужчина его окликнул:
— Ты чо уже завязал? — прищуренный взгляд, добродушная ухмылка.
Дея мылит руки, через зеркало наблюдает за Фрейдом.
— Типа того, — бросает Фрейд. Он не хочет обсуждать тему пагубных привычек, пятнающих репутацию в присутствии Деи. Спешит уйти, но соседу неймётся.
— Быстро ты на этот раз. Рад видеть тебя ровно идущим, не болтающимся от одной стены к другой, — хохотнул Игорь, найдя своё замечание остроумным.
Фрейд вяло улыбнулся. Третья попытка сбежать от Игоря провалилась.
— Ты работу-то хоть нашёл? — не унимался сосед.
— Да.
— С Алёнкой, теперь вместе в одной поликлинике работаете?
— Именно.
Дея убрала мыло в мыльницу, смыла пену с рук, выключила воду.
— Не завидую я тебе. Щас с женой и дома вместе и на работе, хрен, где скроешься, — продолжает веселиться Игорь. Он вынул сигарету из пачки, закурил, уселся на лавочку.
Дея взяла мыльницу, прошла мимо Фрейда, вышла в коридор.
— Красивая девчонка у Макса, — зашептал Игорь, выдыхая синий дым.
— Ага, — отозвался Фрейд, делая шаг в сторону дверного проёма. Его начинало подташнивать не только от болтовни соседа, но и от сигаретного дыма. Никогда не мог курить с сильного похмелья.
— Откуда она у него появилась?
— Из женщины выпала, — не выдержал Фрейд.
Игорь засмеялся, найдя в сарказме Фрейда отличную шутку. Фрейд же поспешил в комнату, подальше от расспросов и подстёбов соседа-комика.
Обсохнув, Фрейд сходил в магазин за пивом. Взял четыре банки с условием, что сегодня ограничится двумя. И хотя магазин находился в пяти минутах ходьбы от дома, Фрейд потратил на дорогу туда — обратно двадцать пять минут. А всё из-за отвратительного самочувствия. Он мечтал поскорее оказаться в комнате, в объятиях дивана.
Едва не умер, поднимаясь на третий этаж. Остался последний пролёт, когда запыхавшись, он встал, прислонился лбом к холодной стене.
— Тебе бы опохмелиться, — раздался сверху ровный голос Деи.
Фрейд, не отрывая голову от стены, повернулся, задрав глаза, посмотрел на Дею. Девушка стояла, опершись на перила, с прикреплённой ниже консервной банкой с окурками.
Фрейд молча, приподнял пакет, где брякнули банки, стукнувшись друг о друга, тем самым показав, что как раз этим и собирался заняться.
— Помощь нужна? — спросила она, выпрямившись, готовая в любую секунду сбежать вниз, схватить пакет из рук Фрейда.
— Нет, спасибо, — отозвался Фрейд бесцветным голосом. Сглотнув, он почувствовал сухость во рту. Набрал в лёгкие побольше воздуха, оторвал голову от стены, зашагал вверх по ступеням.
— Чего тут стоишь? — одолев лестницу, спросил Фрейд. — Ты же реферат хотела писать. Передумала? — Он вошёл в коридор повернул к комнате.
Дея прошла за ним.
— Тебя ждала, — ответила она.
— Зачем? — удивился Фрейд. Он вынул из кармана пуховика ключ, отпер дверь.
— Проблемы с интернетом. Не могу зайти не на один сайт. Думала у тебя спросить, ты разбираешься в технике?
— Настройки проверяла? — спросил Фрейд, входя в комнату, ставя пакет на стол.
— Не-а, — ответила Дея. Она вошла в комнату вслед за ним. — Я ничего в этом не понимаю.
Фрейд снял верхнюю одежду, разулся.
— Я думал молодое поколение подковано во всех вопросах касающихся современных технологий.
— Видимо не всё. А у вас ничего так, уютно, — заметила она, проходя вглубь комнаты. — Только бы прибраться, здесь не мешало. — Дея подняла с пола брошенную Фрейдом футболку, которую тот выхватил из её рук, запустил в угол дивана со скомканным одеялом посередине, смятой простынёй.
— От того, что ты перекидываешь вещи с места на место, чище здесь не станет.
— Я и не пытаюсь навести чистоту. Слушай, пошли уже к тебе.
— Может, сначала опохмелишься? На тебя смотреть больно.
— А ты не смотри, — миролюбиво отозвался Фрейд. Он взял две банки из пакета, две убрал в холодильник. — Выпью у тебя. Пошли.
— Дурацкие часы, — покидая комнату, сказала Дея.
Фрейд улыбнулся:
— Они мне тоже не нравятся.
В комнате Макса царила идеальная чистота. Поверхности сверкали, натёртый пол сиял. Ни пылинки, ни соринки.
— Твоих рук дело? — спросил Фрейд, любуясь чистотой.
— Звучит как обвинение, — улыбнулась Дея.
Фрейд улыбнулся в ответ. Вскрыл банку пива, сделал два больших глотка:
— Когда успела?
— Пока ты с соседом болтал, и в магазин ходил черепашьим шагом.
Фрейд проигнорировал колкость. Одним махом допил банку пива, подошёл к компьютерному столу, сел на стул перед монитором. Взял мышку, защёлкал кнопкой.
Дея подошла к Фрейду, встала за спиной.
— И что там? — спросила она.
— Как и говорил, настройки сбиты. Не знаю, что уж тут твой пьяный папаша делал, но постарался на славу.
— Ты сюда заходил? — заинтересовалась Дея. Нагнувшись к Фрейду, так что длинные волосы легли мужчине на плечо, часть из них волной спала ему на грудь, девушка ткнула пальчиком в одну из иконок в углу экрана.
— Да, — ответил Фрейд, вдыхая её запах. Божественный, чарующий, пьянящий запах. У него закружилась голова. «Господи, пусть это будет реакция на выпитое пиво».
— А дальше куда? Ой, прости! — встрепенулась она, заметив, как Фрейд аккуратным движением убирает её волосы со своего плеча. Она завела руку за голову, перемахнула густую копну на одну сторону, убирая от Фрейда.
Фрейд принялся объяснять последовательность своих действий. Дея вникала, расспрашивала, проявляя интерес к каждому произведённому Фрейдом движению. Упершись в стол локтями, она стояла, прогнувшись в спине. Впрочем, скоро устала, попросила Фрейда подождать, сбегала за табуреткой и, прихватив ему пива, подсела возле него.
Они увлеклись беседой, перейдя от настроек браузера, к истории, и рефератам. Дея выказала интерес к школьным годам Фрейда. Он охотно делился воспоминаниями, рассказывал о разных проделках, припомнил забавные моменты, не единожды рассмешив Дею. Вспомнил выпускной, тактично обойдя фрагмент, возвращение домой — его привели пьяного и облёванного, вручили шокированной матери. Удивил её тем фактом, что кончил школу ударником. Сказал, что раньше много читал, любил русских классиков. Дея призналась, что тоже неравнодушна к книгам. Спросила Фрейда, читал ли он «Вино из одуванчиков» Рэя Брэдбери. И когда услышала утвердительный ответ, залилась соловьём. Она восхищалась каждой главой, каждым абзацем, каждым предложением и казалось даже каждой буквой.
— Помнишь, тот момент, когда молодой человек, репортёр влюбляется в снимок молодой девушки, а он оказывается старым? Он узнаёт об этом поздно. Девушка уже давно пожилая дама. И он на протяжении двух недель ходит к ней, и они по долгу разговаривают, — щебечет воодушевлённая Дея. — Из-за большой разницы в возрасте, о любви между ними не могло быть и речи. Эта женщина, собиралась подождать его на том свете, чтоб встретиться в следующей жизни, но уже сверстниками. Ну, одного возраста.
— Да. Помню. Мужчина этот получил от неё письмо, и заказал лимонного мороженого, — припомнил Фрейд.
— Точно! В день её кончины. И всё вокруг замерло для него. — Дея закусила нижнюю губу, задумалась. — Обожаю эту книгу. — Изумрудные глаза светились изнутри.
Они сидели близко друг к другу, их табуретки соприкасались, оставляя между телами расстояние в десять сантиметров.
Фрейд, допил вторую банку пива, чувствовал себя едва ли не хорошо. Похмельный синдром о себе более не напоминал, и он откровенно любовался девушкой. Не отдавая себя отчёта, не задумываясь, как выглядит со стороны. Он буквально пожирал её глазами. Вожделенный взгляд метался от глаз к губам, в которые неистово хотелось впиться.
— Я знаком с тобой меньше суток, — заговорил он, сердце гремело в груди, точно отбойник. — Это прозвучит банально, может быть даже глупо и заезженно, но мне кажется, я знаю тебя всю жизнь.
— Это не банально и не глупо. Я чувствую тоже самое, — ответила Дея не отводя от Фрейда взгляда.
Её лицо…. Её красивое лицо так близко. Губы с чуть вздёрнутыми уголками — так близко. Он чувствует её дыхание на своей шее. Она ниже ростом и если он хочет поцеловать её, ему нужно наклониться. Только наклониться. Она ответит взаимностью. Он готов биться об заклад, что ответит. Всего один поцелуй. Поцелуй?!
Чёрт бы его побрал с его желаниями!
Фрейд отворачивается от Деи, смотрит в монитор.
— На какую тему ты хотела подготовить реферат? — спрашивает он, ставит курсор в поле поисковой строки. Пальцы его дрожат от возбуждения и страха. Он боится своих мыслей, чувств, желаний.
Дея опускает голову, её лицо закрывают упавшие пряди волос.
Долгая пауза.
— Пусть будет Иван Грозный, — наконец отвечает она.
— Почему он? — Фрейд смотрит на Дею, покусывающую нижнюю губу. Она расстроена. Только вот причина Фрейду неизвестна. Есть догадки, но это, скорее всего отголоски его похотливых извращённых фантазий.
— Просто.
— Хорошо, пусть будет Грозный, — согласился Фрейд, вводя имя царя в поисковик.
— Фрейд, — позвала она.
Фрейд повернулся к девушке, мгновенно утонув в зелёном океане глаз. В этот момент в дверь постучали. Что хотела сказать Дея, он так и не узнал. И если честно, отчего-то был рад этому.