Глава 39. Красавица-змея
Пристрастие Чжан Ую к драме было ошеломляющим. Он настолько погрузился в свою роль, что настоящее и фальшивое перемешалось, и даже Жуан Байчунь не смогла раскусить его обман. Закончив звонок, она не знала, что и думать. В памяти отдавались лишь последние слова Чжан Ую: «Люди господина Яна выяснили, что следы, оставленные после кражи «Маскицарицы» – мои. Приёмная мама... что мне теперь делать?»
Жуан Байчунь потёрла виски. В её сознании будто бы возникли весы: на одной чаше был Чжан Ую, на другую же она складывала причины.
Ую носит фамилию Чжан. Если всё раскроется, Ян Цин ни за что не пощадит семью Чжан. Хотя её муж отдал Ую тому человеку, не сказав ей ни слова, его судьба уже давно была неразрывно связана с семьёй Чжан. Погубить семью Чжан всё равно, что разрушить её собственную жизнь. К тому же... раз ему удалось успешно украсть «Маскуцарицы», значит у этого малыша выдающиеся способности. Но больше всего её беспокоило то, что «Чжун» всё ещё не выходил на связь. Нельзя исключать, что Ую ещё может пригодиться.
Она опустила глаза. Ую не может быть найден, по крайней мере, не сейчас. Она должна найти способ, как помочь ему замести следы.
****
Спокойный и довольный Чжан Ую беззаботно откинулся на кровати, продолжая и дальше изображать «инвалида». Для Жуан Байчунь было привычным делом приносить пешек в жертву ради сохранения главной фигуры. Всё это время, он в полной мере продемонстрировал собственную ценность. Если Жуан Байчунь не глупа, она заметёт следы, оставшиеся после него. Скорее всего, она найдёт «козла отпущения» среди других приёмных детей. Заставить человека из «Сю», выйти из тени и добровольно попасть в сеть, было непростой задачей. Но стоит ей лишь проявить активность, как Ван Чжи уже сможет зайти на её порог.
Он сделал всё, что мог сделать. А вот сможет ли Ван Чжи добиться успеха или нет, теперь зависит только от способностей Ван Чжи.
****
Работа мозга ничуть не легче физической нагрузки. Голова Чжан Ую была забита хитросплетениями интриг, а он сам, плетущий эти самые интриги, будто бы шёл по тонкому канату, натянутому высоко в воздухе. Он шёл, покачиваясь, навстречу ветру, где один неверный шаг — и поражение неминуемо.
Он повернул голову. На кровати всё ещё оставался запах Ян Цина, освежающий с нотками властности, характерной и для негосамого. Приятный запах. Чжан Ую уткнулся лицом в подушку и сделал пару глубоких вдоха. Из-за того предателя они уже несколько дней не тренировались в постели...
О таком думать не стоит. Особенно на кровати Ян Цина. Чжан Ую почувствовал, как его тело слегка разгорячилось. Его уши шевельнулись, чутко уловив звук шагов, приближающихся издалека, а затем почувствовал на себе чей-то взгляд. Кровать слегка прогнулась. Лёгкий запах табака вперемешку со свежим, тонким ароматом окутал Чжан Ую. Он протянул руку и обнял мужчину.
Ян Цин сидел на краю кровати, позволив ему обниматься сколько вздумается. Чжан Ую с улыбкой распахнул глаза:
- Хозяин.
Сказав это, он липко обвился руками вокруг шеи Ян Цина и принялся обнюхивать его, как щенок. Мужчина сидел недвижимо, словно железный столб без единой эмоции, позволяя мальчику безнаказанно обнюхивать себя:
- Не поел в обед?
Глаза Чжан Ую загорелись, и всё его существо будто бы озарилось сиянием:
- Хозяин переживает обо мне?
Ян Цин: «...»
- Ты определённо переживаешь. - Самодовольно пробормотал Чжан Ую, кокетливо уткнувшись в объятия Ян Цина и тихонько сказал: - Раз хозяина не было в обед, я не смог заставить себя поесть.
Этот рот действительно сладкий. Ян Цин опустил взгляд. На макушке Чжан Ую были два завитка закрученных наверх. Он слышал от стариков, что такие дети от природы упрямы, признают лишь свой путь и не свернут, пока не стукнутся лбом о стену. Но тот, что у него в руках, будто бы сделан из рисовой каши - стоит лишь прикоснуться, как он сразу становится липким, и, кажется, готов взгромоздиться на него целиком.
- В ближайшие дни будет много работы. - Ян Цин небрежно погладил его по голове, а затем стащил с кровати.
Чжан Ую был наполовину зарыт под одеялом, и когда мужчина поднял его, он прямо обнажил своё возбуждённое достоинство. На висках у Ян Цина вздулись вены.
- Хозяин, — после того, как его обнаружили, Чжан Ую стал лишь более развязнее. Он тут же взял на себя инициативу и накрепко прилип к мужчине. - Прошло уже так много времени...
Его пальцы проникли под одежду Ян Цина и несколько раз провели по рельефным кубикам пресса, словно сирена, соблазняющая добропорядочного рыбака:
- Ты не хочешь?
Ян Цин смотрел на его светлую шею. До встречи с Чжан Ую он не был человеком, озабоченным плотскими желаниями. Но их совместимость в постели была будто бы врождённой, малейшее прикосновение вызывало огонь. Однако предаваться утехам среди бела дня, для нынешнего Ян Цина было большим перебором. Он глубоко вздохнул, указал на ванную и, стиснув зубы, произнёс:
- Спускайся поесть после того, как закончишь.
Чжан Ую видел, что Ян Цин тоже был возбуждён, но почему-то не хотел этого признавать. Он придвинулся ещё ближе. Разделённые лишь одеждой, они ощущали исходящее друг от друга тепло. Голос Чжан Ую скользнул по мочке уха Ян Цина:
- Ты уверен, что не хочешь этого? Я могу тебе помочь...
Он высунул алый кончик языка и лизнул мочку уха Ян Цина. Мужчина вздрогнул, его тело мгновенно воспламенилось. Стиснув зубы, он с силой оттолкнул Чжан Ую и сделал два шага назад, холодно бросив:
- Похоже, ты не голоден.
С этими словами он развернулся и ушёл.
Лишь выйдя из комнаты, он остановился и потрогал пылающую мочку уха. Вот же мерзавец!
****
Чжан Ую уставился на выпуклое место внизу живота и тихо вздохнул:
- Где твоё обаяние, Чжан Сяо Ю? Ни на что не годный!
Отругав себя, он снял одежду и направился в душ.
****
Когда Ую спустился вниз, Ян Цин уже ушёл. Ван Чжи тоже отправился на поиски зацепок. В огромном доме семьи Ян не осталось ни одного знакомого человека, с кем можно было бы повеселиться, так что лучше уж вернуться наверх и поспать. Только подумав об этом, он увидел, как Су Яньян спускается по лестнице в маске. Чжан Ую тут же решил не торопится возвращаться в комнату. Последние несколько дней он был занят тренировками и почти не пересекался с девушкой, и совсем не ожидал увидеть её в маске.
- Госпожа Су, ты простудилась? - Чжан Ую встал, любезно поприветствовав её.
Су Яньян слегка нахмурила свои изящные брови, пальцы с силой сжали ремешок сумочки.
- Почему ты в маске? Тебе правда нездоровится? - Чжан Ую смотрел, как она, не обращая внимания на его вопросы, быстрым шагом прошла мимо него к входной двери.
Чем больше она не хотела разговаривать с ним, тем больше это забавляло Чжан Ую.
- Госпожа Су, а куда ты идёшь? Может, мне тебя проводить?
Су Яньян просто не выносила Чжан Ую.
- Не надо! Держись от меня подальше! — Злобно бросила Су Яньян, стремительно удаляясь.
Уже несколько дней подряд, с тех самых пор, как она увидела того человека, который связывался с её братом, чтобы договориться о предательстве господина Яна, её мучили кошмары. Она сама была всего лишь ребёнком из простой семьи, и, если бы не брат, следовавший за Ян Цином, никогда бы даже представить себе не смогла жизнь богатых. Но теперь она привыкла к такой жизни без забот о еде и одежде, где её окружают обожанием. Почему этот человек появился снова? Она не может потерять всё это, она не может потерять брата Яна! Всё это их рук дело!
****
Хуа Цзинхэ стоял в переулке недалеко от дома семьи Ян. На земле перед ним валялось уже больше десятка окурков, и в то же время в своей руке он сжимал ещё одну сигарету. Он делал глубокую затяжку, а затем высовывал голову, чтобы посмотреть на входную дверь дома семьи Ян. Его руки сильно тряслись, а лицо было немного бледным. Если внимательно присмотреться, можно было заметить на подоле его одежды несколько тёмно-красных пятнышек. Как раз когда он затушил сигарету и собирался прикурить следующую, Су Яньян, наконец, вышла из дома. Едва она зашла в переулок, как её обдало едким табачным дымом, от которого она сморщилась.
- Почему ты так много куришь? - Лицо Су Яньян, скрытое под маской, было полно нетерпения. - Ладно, пошли быстрее.
Под её напором Хуа Цзинхэ сел в машину. Он так сильно дрожал, что с двух раз не смог завести машину . Су Яньян положила свою руку на его:
- Дай я поведу.
Хуа Цзинхэ с бледным лицом повернулся к девушке, затем молча вышел из машины и поменялся с ней местами, но даже сидя на пассажирском сиденье, он всё ещё не мог успокоиться и продолжал дрожать.
- Братец Хуа, — скрывая нетерпение на лице, Су Яньян нежным голосом утешала его, — Не бойся, всё будет хорошо. Если мы всё чисто уберём, никто не узнает.
Хуа Цзинхэ хотел улыбнуться ей и сказать, что не боится, но правда была в том, что он ужасно боялся. Он был врачом и изучал медицину, чтобы спасать людей, а не убивать их. Борьба того человека перед смертью была так отчаянна, что даже будучи привязанным верёвками к стулу, он изо всех сил сопротивлялся, его конечности выкручивались до предела, вены и суставы ненормально выпирали, а его глаза... его глаза пристально смотрели на него... Хуа Цзинхэ дрожащими руками закурил ещё одну сигарету.
Су Яньян не любила запаха дыма, но сейчас было явно не до брезгливости.
- Господин Ян... правда не узнает? - Хуа Цзинхэ быстро докурил сигарету и выбросил окурок в окно. Хотя лицо его было по-прежнему бледным, по крайней мере, руки уже не так сильно дрожали.
- Нет. У брата Яна сегодня есть дела, поэтому его нет дома. - Су Яньян направила машину в соседний город, где находился глубокий водоём, и куда обычно редко кто заглядывал. Всё, что ей нужно было сделать, это погрузить тело, лежащее сейчас в багажнике, на дно этого водоёма.
Хуа Цзинхэ взглянул на пустую пачку. Он с силой смял её пальцами в комок и зажал его в ладони. Он снова спросил:
— Неужели он и вправду тот... кто десять лет назад... причинил тебе вред?
Су Яньян приподняла уголки губ в неестественной улыбке.
- Разве девушка станет шутить о своей чести? Я тогда была в шоке и не ожидала, что снова встречу его. Даже подумать не могла, что брат Ян схватит его, но я... - Её голос срывался: - Но я... просто... просто была в ярости. Пока он жив, я не смогу спокойно спать.
Она несколько раз тихо всхлипнула, но быстро подавила грустные эмоции:
- Брат Ян сейчас сосредоточился на том с фамилией Чжан. Братец Хуа, только ты один готов мне помочь, я знаю, что ты лучше всех ко мне относишься.
В её ладони мелькнул серебристый свет, и Хуа Цзинхэ почувствовал лёгкий укол в спину. Но, глядя на её белую руку, лежавшую поверх его руки, он счёл это иллюзией. Слегка облизнув пересохшие губы, он сказал:
- Сяо Янь, ты сказала, что выйдешь за меня, если я помогу тебе.
В глазах Су Яньян мелькнула жестокость, но вслух покорно ответила:
- Да. Нам только нужно разобраться с этим делом, а потом я поговорю с братом Яном о наших с тобой отношениях.
Она бросила шприц с наркотиком на коврик под ногами и довольно улыбнулась. Когда они доберутся до глубокого водоёма - настанет время смерти и самого Хуа Цзинхэ. Тогда можно будет просто сказать, что кто-то уговорил Хуа Цзинхэ спасти этого человека и скрылся. Никто не заподозрит её. В конце концов, она юная леди из семьи Ян. Разве могла бы она совершить нечто подобное?