Глава 31. Ты всего лишь собака семьи Чжан
За мгновение до того, как терпение Чжан Цзунъяня закончилось, Чжан Ую ответил на звонок.
- Чем ты там занят? - Голос Чжан Цзунъяня был полон нетерпения.
Чжан Ую отвечал приглушенным голосом:
- Мастер Ян только что был здесь. Мне потребовалось некоторое время, чтобы выйти и ответить на звонок.
Чжан Цзунъянь презрительно фыркнул:
- Неужели несколько дней, проведённых в постели Ян Цина, заставили тебя забыть, чью фамилию ты носишь? Если бы я знал, что тебе не хватает мужчин, я бы подготовил для тебя несколько породистых псов, чтобы они как следует тебя обслужили!
Чжан Ую нисколько не рассердился на его оскорбления:
- Ты хотел меня о чём-то попросить?
— Выходи завтра в десять вечера.
Чжан Цзунъянь сидел перед зеркалом. Синяки на его лице почти сошли, и он выглядел более энергичным. Но это лицо, так похожее на лицо Чжан Ую, вызывало у него тошноту. Оно словно насмехалось над ним: даже заняв положение старшего молодого господина семьи Чжан, он был незаконным, неправильным. И пока он сам страдал, Чжан Ую, оказывается, преуспевал и купался в лучах славы. Этот бесстыжий дворняга! Неужели он думает, что, переспав с Ян Цином, он снова станет человеком? У него есть масса способов унизить его как следует!
Чжан Ую с беспокойством ответил:
- В последнее время Ян Цин строго меня контролирует, я не могу уходить слишком далеко. Но недалеко от дома Ян есть чайная, куда обычно приходят только высокие гости. Обстановка и уединение там хорошие. Если ты не против, я могу заранее забронировать приватный кабинет.
— Ты что, хвастаешься передо мной? - Чжан Цзунъянь был чувствителен и резок: - Место, которое принимает только уважаемых гостей? Но даже такая дворняга, как ты, которая только и может, что рыться в мусорном баке в поисках еды, может забронировать там кабинет? Похоже, Ян Цин очень доволен дыркой в твоей заднице.
Чжан Ую был подобен Будде, который не гневается:
- Если ты считаешь, что это не подходит, я поищу другое место, просто это займёт немного времени...
Тот факт, что Чжан Цзунъянь позвонил ему напрямую, означал, что его терпение иссякло. Как и ожидалось, после нескольких секунд молчания Чжан Цзунъянь сквозь зубы процедил:
- Пусть будет это место! Но я передумал: ты должен вылезти сегодня же!
Чжан Ую с беспокойством ответил:
- Я попробую и свяжусь с тобой, когда подтвержу время.
Но Чжан Цзунъянь не хотел так просто заканчивать разговор. Первоначально он позвонил Чжан Ую именно для того, чтобы выплеснуть всё своё недовольство и неудачу.
- Чжан Ую. - Чжан Цзунъянь позвал его по имени, и в его голосе сквозила явная злоба: - Не забывай, кто тебя усыновил. Если бы не моя мать, ты бы давно сдох на свалке.
Уже много лет он не слышал таких слов. Если ложь повторить сто раз, человек, который её говорит, начинает верить в неё сам. Забывая, что он сам — фальшивый и некачественный продукт, незаконно занявший чужое место.
Лицо Чжан Ую стало ледяным, но его голос оставался мягким, словно ветер ранней весной:
- Конечно. Я всегда буду очень благодарен своей приёмной матери.
- Ты собака семьи Чжан. Не думай, что, привязавшись к Ян Цину, ты сможешь содрать с себя собачью шкуру и снова стать человеком! Собака есть собака! И ты можешь быть только собакой до конца своей жизни!
Довольный тем, что выплеснул свою злобу, Чжан Цзунъянь удовлетворённо фыркнул, отключил телефон и швырнул его на диван.
****
Чжан Ую смотрел на тёмный экран телефона. Уголки его губ медленно поползли вверх, вытягиваясь в сумасшедшую дугу, но в его глазах не было и намёка на веселье. В его душе смутно проступало нечто, отдающее безумием. Ах, как же давно... давно... он не чувствовал такого возбуждения.
Непослушный ребёнок заслуживает наказания.
****
«Дворняга, которая роется в мусорных баках в поисках еды» — это было не образное выражение. Для юного Чжан Ую голод и холод были обычным делом. Единственным местом, где он мог найти еду, была помойка. Мусорное ведро, которым пользовался Чжан Цзунъянь. Единственное место, где ему разрешалось есть. Там были только объедки и остатки еды Чжан Цзунъяня, а иногда песок и дохлые насекомые, собранные в саду. А если Чжан Цзунъянь был не в духе, он мог и помочиться туда. Не только для того, чтобы выпустить злость, но и чтобы продемонстрировать разницу в статусе между ним и Чжан Ую.
В детстве Чжан Цзунъянь был настолько отвратителен, что вызывал желание уничтожить его не совсем гуманным способом. А Чжан Ую? У него не было выбора. Если он не хотел умереть с голоду, ему приходилось это есть. Такая жизнь продолжалась долгое время, пока Жуан Байчунь не поняла, что если она не обуздает Чжан Цзунъяня, то в будущем это непременно скажется на его характере, и положила конец этому безумному издевательству. После этого эта приёмная мать, которая всегда позиционировала себя как добродетельная усыновительница Чжан Ую, отправила четырёхлетнего ребёнка в «Сю» для обучения и лично выбрала для него искусство выкручивания суставов. Эта способность заставляла малыша рыдать каждый день до потери пульса, задыхаться и терять сознание от боли, просыпаться и снова испытывать новые муки. Он говорил, что оставался в «Сю», сколько себя помнил, но это было не так. Он помнил всё, что было до того, как ему исполнилось четыре года. Просто эти воспоминания были слишком мрачными.
Еще более невыносимыми, чем ежедневные вывихи и вправления суставов.
****
Забронировать приватный кабинет в чайной недалеко от поместья Ян для Чжан Ую в его нынешнем статусе действительно было нетрудно. Потому что на самом деле это была собственность семьи Чжан. Если быть точнее, это была частная собственность Чжан Наня, лидера боковой ветви семьи, способной соперничать с Чжан Цзиньжуем. Об этом знали немногие. Чжан Ую спустя десять лет был одним из них.
Новость о том, что Чжан Ую снискал благосклонность Ян Цина, должно быть, дошла и до Чжан Наня в той или иной степени. Хотя он не мог быть уверен на все 100%, но ради имени Ян Цина он был готов сделать ему одолжение и предоставить кабинет.
Чжан Ую отправил зарезервированный номер комнаты и время на мобильный телефон Чжан Цзунъяня и, предупредив привратника поместья семьи Ян, отправился в чайную.
****
Чайная называлась довольно просто - «Высокогорное пристанище». Забронированный Чжан Ую кабинет находился на третьем этаже. Открыв дверь, он увидел ширму с шестью створками, разрисованными тушью, создававшую уединённую атмосферу в комнате. За ширмой внутреннее убранство было выдержано в старинном стиле. Стол и стулья из чёрного сандала с текстурой источали изысканный лёгкий аромат, фарфоровая курильница Жу Яо* испускала тонкую струйку дыма, а на стене висели пара рукописных свитков. В углу стоял горшок с пышным кустом азалии. Вся комната с первого взгляда не казалась особо примечательной, но тот, кто разбирался, не мог оторвать глаз от мебели из чёрного сандала. Чжан Ую, в течение десяти лет бывший главой семьи Ян, лишь слегка приподнял бровь при виде этого.
*Жу Яо - редкий вид китайской керамики династии Сун, который изготавливался для императорского двора и отличался особой матовой глазурью бледно-голубого оттенка с сеткой мелких трещин.
Окно комнаты выходило на улицу. Чжан Ую подошёл к нему, открыл и выглянул наружу. Как раз в это время внизу остановилась знакомая машина, из которой вышел Чжан Цзунъянь и взглянул на вывеску чайной. «Высокогорное пристанище». Обычное название, не похоже на элитное место. Неудивительно, что эта собака смогла забронировать здесь стол. Принижая название в своём сердце, он вошёл внутрь. Чжан Ую заранее предупредил обслуживающий персонал о госте, поэтому, как только Чжан Цзунъянь назвал номер комнаты, его проводили на третий этаж.
- И это, то место, о котором ты говорил, что оно принимает только почётных гостей? - Едва открыв дверь Чжан Цзунъянь, не обращая внимания на присутствие обслуживающего персонала, набросился на Чжан Ую: - Похоже, даже с Ян Цином тебе не избавиться от своего убогого духа!
Официант мысленно закатил глаза. Ублюдок без зрения! Неотёсанный деревенщина! Благовония, используемые в этой комнате, полностью изготовлены из цельного сандалового дерева, по сто тысяч долларов за килограмм! Но он не мог этого сказать. Поэтому, сжав губы, он выслушал высокомерные речи Чжан Цзунъяня и закрыв за двумя гостями дверь, сразу же направился на четвёртый этаж и постучал в дверь босса. Дверь открылась, и Чжан Нань позволил официанту войти. Он сам налил вошедшему чашку чая и спросил:
- С кем встречается Чжан Ую?
- Со старшим молодым господином семьи Чжан, Чжан Цзунъянем. - Официант выбрал самое важное: - Судя по всему, отношения между ними не так гармоничны, как Жуан Байчунь заявляет внешнему миру. То, что Чжан Ую снискал благосклонность Ян Цина, — подтверждённый факт, Чжан Цзунъянь лично это признал. Здесь не может быть никаких сомнений.
- О-о-о. - Многозначительно протянул Чжан Нань.