Глава 3
Переводчик: Ryjik144
Редактор: MuMoPro
Pov. Уинстон
Мы с Миллером шутили о том, что в этом году надо подсыпать мэру в печенье немного «Ex-Lax»*, поскольку он опоздал с развешиванием рождественских украшений.
*(прим. пер.: «Ex-Lax» - слабительное средство, для облегчения запоров.)
Потом мы разговорились о том, что я – Гринч, а Гринч любит делать непристойные вещи под омелой.
Пока мы смеялись, стоя перед окном, на нас упал свет фар. Мы знали, кто это был. Джоэл позвонил и сказал, что в магазине есть мужчина, у которого сломалась машина, и который, похоже, тоже немного расстроился. У нас были свободные комнаты, так что не составило большого труда приютить его на ночь.
Миллер вздохнул и положил голову мне на грудь: «Ещё один гость. Я так надеялся провести вечер наедине...».
Я пожал плечами и поцеловал его в макушку: «Просто быстрая проверка, а потом у меня появятся идеи, как положить тебя на медвежий коврик перед камином в нашей спальне и вручить тебе ранний рождественский подарок».
Миллер рассмеялся ещё громче.
Ему нравилось, когда я говорил тихо: «Ещё один поцелуй под омелой, а потом я сыграю роль доброго трактирщика».
«Такой нуждающийся приятель, боже мой», - поддразнил я и поцеловал его ещё раз. Он был на вкус как ваниль, сахар и любимое печенье.
Над входом в гостиницу зазвенел колокольчик, и мы отпустили друг друга. Я сел на ближайший стул и продолжил читать книгу по гончарному делу с того места, на котором остановился. Я работал над подарком для Миллера с середины августа и хотел освежить в памяти технику внешнего декора.
На мгновение поднял глаза, чтобы посмотреть на Миллера у стойки регистрации, и он бросил на меня взгляд через плечо. Мой приятель знал, что я его разглядываю. Я всегда его разглядывал...
«Привет, я Клаус».
Я услышал слова, но этот голос сделал что-то со мной. В одно мгновение в груди появилось тепло, а мой член ожил. Воздух наполнился ароматами омелы, сахарного печенья и снега, что было нелепо, поскольку снег был просто замерзшей водой.
И всё же... запахи Рождества захватили мои чувства и изменили атмосферу.
«О, привет, эм.., я Миллер. Это Уинстон. Добро пожаловать в «Christmas Inn». Нам позвонил Джоэл».
Мой приятель заикался на каждом слове, что было на него совсем не похоже. Обычно Миллер говорил с харизмой и самообладанием. Этот мужчина заставил его спотыкаться, как подростка на первом свидании...
Я не мог его винить. Было что-то в этом человеке... Зеленый свитер с высоким воротом натягивался на его груди и бицепсах, подчеркивая потрясающий торс. Коричневые вельветовые брюки сидели на нем хорошо, подчеркивая все достоинства...
Интересно, почему Миллер счел нужным меня представить?.. Он никогда меня не представлял. В этом не было необходимости. Он был лицом гостиницы. Конечно, я помогал, когда моему мужу это было нужно, но в целом это место было его детищем.
«Я знаю, что он звонил, но... у меня на самом деле не так много денег. Чёрт, у меня может не хватить денег даже на ремонт машины. Извините за беспокойство».
Когда он объяснил, что у него нет денег и негде остановиться, что-то щелкнуло внутри меня. Этому омеге нужны были кров, еда и защита, и, чёрт возьми, если каждая фибра моей души не хотела ему это предоставить.
(«У тебя есть пара. О чём ты думаешь?»)
«Дай нам минутку, ладно, Клаус?»
Миллер взял себя в руки и жестом пригласил меня присоединиться к нему в кабинете. Я коротко улыбнулся Клаусу, последовал за Миллером и закрыл за собой дверь.
«Ты подумаешь, что я сумасшедший...», - морщина на лбу моей пары была глубокой, что означало, что он был напряжен.
Это была щекотливая ситуация. У меня был парень, которого я любил и которому был полностью предан, но этот омега звал меня, в глубине души я знал, что он был больше, чем просто прохожий.
Я не знал, что произойдет дальше, но если мы с Миллером в чём-то и были хороши, так это в полной и абсолютной честности.
«Иди сюда. Просто скажи мне», - я заключил его в объятия.
Он поднял глаза, встретился со мной взглядом и вздохнул: «Его запах. Он зовет меня. Не то, чтобы я тебя не любил, и я твой, но...»
«Он пахнет так, как будто он наш. Он принадлежит нам».
Он наклонил голову вперед и стукнулся головой о мою грудь немного сильнее, чем нужно.
«Давай оставим его бесплатно», — предложил Миллер, и я согласился, кивнув.
«Конечно. А что если я пойду разогрею лазанью, а ты проводишь Клауса в его комнату. Приведи его на кухню, когда он оставит свои вещи. Никаких «забавных дел» без меня, ладно?..»
Миллер не колебался. Я знал это чувство.
Я помчался на кухню, разогрел огромную тарелку лазаньи и достал салат. Помимо большого стола, который мы использовали для подготовки, а также для групповых обедов, у нас был уголок для завтрака на кухне, где мы с Миллером часто ужинали, и я накрыл его, ужин на одного.
Я бродил по кухне, напевая «Winter Wonderland», пока обдумывал ситуацию. Я знал, у нас были некоторые проблемы, но они обычно разрешились благополучно. Миллер и я оба были альфами, и поэтому мы отложили мысль о том, чтобы завести ребенка, на раннем этапе наших отношений.
Однако этот человек, пришедший из ниоткуда и теперь ворвавшийся в нашу жизнь, заставил меня все переосмыслить.
Будем надеяться, что он чувствовал то же самое или, по крайней мере, был открыт для такой перспективы.
«Он принимает горячий душ, а потом спустится вниз. У меня живот трепещет. Это безумие», - сказал Миллер.
«Ты хочешь испечь ему печенье, да?» — любил я поддразнивать свою пару.
«Обычно я пеку специальное печенье только для тебя», - я почувствовал нерешительность в его голосе.
«Всё в порядке. Я могу поделиться, но только если ты этого хочешь, любимый».
Он прикусил нижнюю губу, верный признак тяжелых раздумий: «Я хочу. Я готов делиться тобой. Это то, что я никогда не считал возможным, и я хочу, чтобы поделились мной... На этот раз я готовлю имбирные пряники».
Я всё ещё смеялся, когда он достал ингредиенты и принялся готовить печенье для нашего нового друга.