безысходность
Юнги чувствует разочарование. Юнги кажется, будто он делает недостаточно, ведь за два месяца жесткой работы он не нашел убийцу отца.
Юнги отклонял все приглашения на тусовки, вечеринки, аукционы, дни рождения, старался сидеть в офисе безвылазно, решал только свои дела. Отцовский бизнес в порядке, клиентов много, товара тоже, сейчас Мин ищет способ получить новое оружие на продажу, но в голове мерцает только одно. Убийца отца.
Юнги трижды прокладывал маршрут, искал свидетелей просматривал камеры, читал отчеты, но все тщетно.
Юнги устал от собственной безысходности, а ведь прошло всего восемь недель.
Однако, Мин удивлен, что за это время никто не пытался отвоевать его место. И даже это странно. Будто убийца затаился, прячется и не хочет отбирать клан. Будто он предоставил эту возможность кому-то другому.
Хосок заходит весёлый, снова пытается порадовать того, кто из черного цвета не вылезает, все траур носит. Юнги отчаянно стучит по клавиатуре и на друга внимания не обращает, пока тот не захлопывает омежий ноутбук.
— Юнги, хватит. Ты вообще, когда последний раз спал? — раскладывает еду на столе, а также стаканчик с кофе и бутылочку смузи, — Смотри, все как ты любишь. Поешь, пожалуйста.
— Хосок, я не голоден, — омега ищет сигареты по карманам и нервничает, что не может найти, — Есть сигареты?
— Кофе, коньяк, сигареты, ночные тренировки и полное отсутствие сна – хуевый образ жизни. Поешь, потом дам, — Хосок улыбается, радуется, что спрятал все сигареты Мина и садится рядом, — Ну же, так давно вместе не кушали, — берет палочками немного риса и тянет ко рту Юнги.
— Ладно, — Мин съедает немного и устало трет виски, — Ведешь себя как курица наседка.
— Да, кстати. Тебе надо сходить к врачу, — неловко начинает Хосок, не зная, как правильно сказать.
— Зачем это? — непонимающе говорит Юнги, съедая немного мяса.
— Если по мне невидно, я альфа, — снова начинает издалека, не умеет коротко и по делу, — И, ну... Я же чувствую , что у тебя проблемы, — Юнги непонимающе смотрит на краснеющего друга и вскидывает бровь, — У тебя давно цикла не было!
Хосок отпрыгивает и хватает подушку с дивана, чтобы сделать ее своим щитом , а Юнги пуляется в него какой-то статуэткой со стола.
— Ты! Следишь за моим циклом? Стыдно! — Юнги возмущенно краснеет и кидает все, что находит на столе.
— Я же начальник охраны! И друг! И вообще! — Хосок ловит бутылку со смузи, — Не кидайся! Все, молчу...
~~~
Омега сжимает в руках два небольших букета. Один из белых хризантем, а второй из алых роз. Юнги петляет по кладбищу привычной дорогой и чувствует как тяжкий груз давит все сильнее на дрожащие плечи. Мин все ближе к могилам родных, и каждый раз это тяготит душу, не успокаивает. Раньше, когда Юнги навещал лишь папу, это было чуть легче. Он знал, что дома увидит отца и послушает истории про их любовь.
Юнги доходит до последнего поворота и застывает на месте. Возле отцовской могилы кто-то стоит. Юнги не узнает силуэт парня, но точно понимает, что он омега. Юноша опускается на корточки и кладет букет белоснежных пионов на могилу Мин Соджуна.
У Юнги тысячи мыслей в голове пролетают за минуту. И самая реалистичная про то, что это любовник отца.
Юнги медленно подходит к могилам и юноше, но тот его замечает раньше, сжимает в ладони что-то похожее на карманный пистолет, разворачивается и сразу отпускает, слегка улыбаясь. Юнги бегло анализирует его лицо, нигде не помнит, но отмечает, что парень безумно красив. И чем-то похож на папу.
— Добрый день, — приветственно произносит парень и слегка кланяется, — Простите, я уже ухожу, не думал, что тут кто-то будет в это время.
— Здравствуйте. Вы кто? Не видел Вас на похоронах, — Юнги скептически осматривает молодого человека напротив.
— Меня зовут Сокджин. А вы, вероятно, Юнги. Приятно познакомиться. На похороны я, к сожалению, не смог прийти, — парень на минуту задумывается, что еще сказать, — Приношу Вам свои соболезнования.
— Благодарю, — Юнги коротко кивает, смотрит на могилы, а потом резко поднимает взгляд на молодого человека, — Откуда Вы знали моего отца?
— На самом деле, — Сокджин слегка улыбается, будто вспоминая что-то приятное, а после буквально на минуту мрачнеет. Юнги уже готов наброситься, но старается сдерживаться, не показывать свое напряжение, — Он очень помог нам с мужем. Я ему благодарен, вот и решил навестить и сказать спасибо. Пожалуй, я пойду.
Юнги смотрит за уходящим омегой и успокаивается. Все в порядке.
Он садится на корточки перед могилами родителей и раскладывает цветы.
— Привет, пап. Привет, отец. Простите, что давно не заходил.
~~~
Сокджина буквально выбил из колеи приход Юнги на кладбище. Ким старался держаться ровно, не показывать лишних эмоций, но уверен, что где-то дал осечку.
Сокджин не любит возвращаться к мыслям о том дне. Но иногда все же приходится.
Намлжун и Соджун сидели за обеденным столом в каком-то ресторанчике и обсуждали рабочие дела. Оба были трудоголиками, похожими по характеру, но не могли назвать себя друзьями до этого дня.
Когда раздался звонок от Марселя, домработника Намджуна, тот не на шутку перепугался. Соджун впервые за много лет видел союзника таким напуганным. И без какого-либо злого умысла помчался с ним.
Намджун его отстранял, оставил в одном из коридоров больницы, где Соджун сразу решил обзвонить знакомых журналистов, чтобы любые папарацци, сделавшие фото встревоженого Маккои, исчезли. Соджун долго петлял по коридорам, пока не нашел Кима, который сидел на кресле и прикрывал лицо ладонями.
— Ты в порядке? — Соджун садится рядом, кладёт ладонь на спину Маккои и видит, как он буквально содрогается. За такое состояние Намджуна становится страшно. Столько лет они вместе работают, но ни разу Ким не вел себя подобным образом.
— Мне надо собраться, — отрывает лицо от ладоней и слегка хлопает себя по щекам.
— Выговорись. Вряд ли я могу помочь, но хоть немного легче станет. Никому не расскажу, клянусь, — Соджуну больно за Намджуна. Он видит его заплаканные глаза и не знает, чем может помочь.
— Мы с мужем потеряли ребенка. Сокджин лежит там, один, а я не могу успокоиться, чтобы успокоить его, — Намлжун опять роняет лицо в ладони и тяжело вздыхает. Все внутри рвется, будто забрали сердце и душу.
Соджун ни слова не спрашивает. Скрывает внутренний шок. Оставляет Намджуна, стучится в палату и заходит.
На кровати полулежит молодой омега, его глаза такие же красные, а слезы будто бы уже закончились. Он нервно покусывает ногти и смотрит куда-то в окно, но после напрягается и старается приподняться. Соджун глаз оторвать не может. Как же омега похож на Мингю...
— Здравствуй, Сокджин. Не беспокойся, я друг, — Соджун садится рядом с кроватью, и подбирает слова, — Я представляю, какое горе ты сейчас испытываешь. Твой супруг тоже в отчаянии. Но на этом ваша жизнь не закончится. Пока вы есть друг у друга, все будет в порядке. Вы молодые, у вас еще будут детки. Я сам отец и понимаю, насколько это может быть больно. Но ваша любовь все исцелит. Держитесь.
Пока Соджун ласково произносил отцовскую речь, Намджун неловко улыбнулся. Он даже немного пришел в себя, наблюдая за тем, как его всего лишь приятель без каких-либо вопросов пытается помочь с их семейным горе. С того момента Намджун считал Соджуна своим другом.
~~~
Намджун любит Сокджина любым. Когда он страстный и игривый, серьезный или забавный, злой и возмущенный. Но когда Сокджин грустный, Намджун пытается показать свою любовь лучше. Ведь именно в такие моменты, Сокджин больше всего в этом нуждается.
Омега, закутанный в серый плюшевый плед, сидит на излюбленном балконе в кресле. На столике дымится горячий чай, в руках очередной роман, в который Сокджин смотрит уже который час. Одна страница текста не усваивается, Джин думает о чем-то другом.
Намджун заходит на балкон и сразу понимает, что с любимым что-то не так. Сокджин его не замечает. Продолжает смотреть в книгу пустым взглядом и словно отсутствует в реальности.
— Малыш?
Голос Намджуна отрезвляет. Сокджин подскакивает с места, потерянным взглядом осматривает мужа и ныряет в его объятия. Он гладит любимого по спине и сжимает так крепко, как может. Намджун дает время успокоиться, целует любимого в макушку и дышит любимым ароматом, поглаживает по плечам и спинке.
— Намджун, — тихо и неуверенно раздаётся голосок Сокджина, который в подобной манере почти не услышишь.
— Да, любовь моя? Я рядом, я здесь, — тихо говорит Намджун, успокаивая.
— У нас же будут дети? — почти шёпотом спрашивает, сильнее прижимаясь к мужу.
— Конечно будут, малыш, — также тихо отвечает Маккоя, стараясь успокоить мужа и при этом сохраняя свое спокойствие.
~~~
Юнги нервно подходит к двери, открывает замок и распахивает ее. Хосок, стоящей перед ней закрывает глаза, чтобы не смотреть на почти обнажённого Юнги, а тот нелепо натягивает на себя какую-то кофту.
— Черт, Хосок, кто ломится в спальню к омеге в четыре утра? — возмущенно спрашивает Юнги.
— Мы нашли зацепку. Кажется, есть вина Шадоу.