Глава 8
Гроссо
Я толкаю дверь, но она заперта. Гнев кипит внутри. Отступив на шаг, я с силой выбиваю её, и она с грохотом ударяется о стену. Мой взгляд падает на то, что заставляет кровь в жилах застыть. Она скрючена на столе, ее лицо застыло в ужасе.
— Вы, ублюдки! — прорываю я сквозь стиснутые зубы, врываясь в помещение.
Двое мерзавцев стоят над ней, их намерения очевидны, и от этого мой гнев вспыхивает с новой силой. Они оборачиваются, пытаясь выглядеть уверенно, но я вижу в их глазах растерянность.
— Эй, кто ты такой? Что ты тут делаешь?
Я бросаю на него взгляд и подхожу ближе, игнорируя их попытки противостоять.
— Что я здесь делаю? Сейчас объясню. — Хватаю его за воротник и рывком наклоняю.
— Смотри! Смотри, что вы, твари, сделали! — рычу я, указывая на девушку. Она лежит и плачет, как сломанный ребёнок.
— Отпусти его и убирайся! Это не твоё дело! — дерзит второй. Я резко отпускаю первого, так что он падает на колени, и переключаюсь на второго.
— Не моё дело? Сейчас ты узнаешь, что такое, когда я берусь за своё дело. — Резким движением бью его кулаком в лицо. Он отлетает в сторону, с глухим стуком врезаясь в стену.
Первый поднимается на ноги и делает попытку приблизиться ко мне.
— Проблемы захотел? — шипит он.
— Проблемы? Вы даже не представляете, какие проблемы я для вас устрою.
Срываюсь на него, валю на пол. Его кулак еле касается моего плеча, а мой — точно находит цель. Удар. Ещё удар. Ещё.
— Я покажу вам, ублюдки, что бывает за то, что вы тронули её! — кричу я, чувствуя, как пальцы сжимаются сильнее с каждым ударом.
Слышу шаги за спиной, кто-то цепляется за мою шею, пытаясь придушить.
— Ах ты, псина! — выдыхаю, перехватывая его руку и перекидывая через плечо. Он летит прямиком на своего дружка, едва тот успевает застонать.
Хватаю его за горло и с силой поднимаю его и прижимаю к стене.
— Как ты, падаль, осмелился? Как ты посмел даже подумать тронуть её? — мои слова режут воздух, как лезвие.
Его рука взлетает к моему животу, удар. Неприятно, но не смертельно. В ответ я впечатываю кулак ему в корпус — раз, второй, третий. Он кашляет, хрипит, его лицо багровеет, но мне мало.
— Мало! — рявкаю я, бросая его на пол и с размаху ударяя ногой.
Его друг, собрав последние силы, поднимается на ноги. Я вижу ненависть в его глазах, но это не ненависть сильного — это злость загнанного крысёныша.
— Ты ошибся, парень. Тебе недолго осталось, — выплёвывает он сквозь кровь.
Я усмехаюсь.
— Я буду ждать. Но не дождёшься. — Резким движением сбиваю его с ног, а затем опускаю кулак ему прямо в лицо. Его зубы звенят на полу, кровь брызгает мне на рубашку.
Теперь оба лежат, скорчившись, их тела дрожат от боли, и ни один из них больше не пытается подняться.
— Запомните это, твари, — произношу я, сжав кулаки, чтобы не добить их на месте. — В этом мире всегда найдётся кто-то сильнее, чем вы. И этот кто-то — я.
Поворачиваюсь и вижу девушку которая забилась в угол, ноги поджаты под себя, она обхватывает их руками, голову положила так, чтобы ничего не видеть. Она даже не пытается убежать, настолько запугана этими двумя уродами.
Что-то глубоко внутри меня ёкнуло, когда я увидел её, как только зашёл. Я вижу не смелую и стервозную девушку, а маленькую подбитую птичку, у которой обрезали крылья.
Тихо подхожу и аккуратно ложу руку ей на плечо. Она с ужасом резко отодвигается и начинает плакать ещё громче.
— Это я, не бойся, их больше нет, — говорю тихо. Чёрт! Я даже не знаю, как её зовут.
Она поднимает голову и смотрит на меня своими заплаканными глазами.
— Ты мне поможешь, правда? — заикаясь, вытирая слёзы, спрашивает она.
Я киваю и помогаю ей встать. Она еле держится на этих каблуках, платье разорвано, верхняя часть тела выставлена напоказ. Она смотрит на парней, которые избиты до полу смерти и быстро отворачивается.
— Идём, я выведу тебя на улицу.
Одной рукой аккуратно придерживаю её за талию, а другой снимаю пиджак, чтобы отдать ей и скрыть её порванное платье от других. Стараюсь минимально её трогать, чтобы не напугать своими прикосновениями. Она одевает пиджак, который ей большой, но закрывает всё тело.
— Спасибо, — шепчет она, заикаясь.
Мне больно смотреть на неё в таком состоянии, и то, как она пытается сделать пару шагов, но каждый раз спотыкается.
— Ты мне позволишь? — спрашиваю, глядя в её глаза.
Она смотрит на меня с непониманием. Я нежно поднимаю её на руки и иду к двери.
Слава Богу, что она не против этого. Даже после всего у неё есть доверие к людям. За этим больно наблюдать.
— А с вами я ещё не закончил.
Продвигаюсь через толпу, направляясь к выходу из клуба.
Когда несу её на руках, понимаю, насколько она лёгкая, она маленькая и беззащитная, как птичка.
Выйдя из клуба, я направляюсь к первой же лавочке. На улице прохладно, сильный ветер, и кажется, будет дождь. Как только мы вышли, стало легче дышать, свежий воздух быстро приводит в чувства.
Садимся на лавочку, несколько минут сидим в тишине. Я не знаю, что ей говорить.
— Как ты узнал, где я? Ты всё видел? — неожиданно спрашивает она. Я не ожидал этого.
Поворачиваюсь и смотрю на неё. Она не смотрит на меня, её взгляд прикован к небу, полному звёзд.
— Я всё видел. Я видел, как ты с ними говорила, потом кричала, выливала на них напитки, как те придурки начали вести тебя за собой против твоей воли.
И не только это я видел, — повторяю себе в голове.
— С чего ты решил пойти за нами? — она всё ещё смотрит на небо, и по её щеке скатывается слеза, которую она быстро вытирает, хочет показывать себя только сильной.
Я вижу её боль, вижу, как ей противно от всего этого, но она продолжает говорить.
— Я сразу понял, что будет, и не мог этого допустить, — кратко отвечаю.
— Ты же меня шантажировал, чтобы помочь девочкам. Зачем ты это сделал? Чтобы я теперь точно была перед тобой в долгу? Чтобы ты каждый раз мне напоминал и заставлял благодарить на коленях? Зачем ты это сделал? — резко начинает кричать она, смотрит мне в глаза, в них уже собираются новые слёзы.
— Я не хочу про это говорить. Помог и всё. Забудь это, — отвечаю. Если она это пережила, то это не значит, что я буду перед ней отчитываться.
— Нет, скажи мне! — подрывается с места, становится напротив меня. — Зачем ты это сделал? Ты хочешь ещё больше поиздеваться надо мной? Хочешь извинений? Хочешь благодарности? Ты не можешь делать что-то хорошее просто так!
Ты шантажировал меня, что не поможешь, пока я не извинюсь! Когда я бежала, чтобы помочь им, я винила себя! Ты слышишь меня? Я винила себя, что не переступила через гордость, чтобы им помочь! А они, оказывается, всё знали!
Я хотела помочь! Из-за этого меня чуть не изнасиловали! — слёзы текут по её щекам, она кричит и смотрит на меня с ненавистью.
Я сижу и с трудом сдерживая гнев. Она подходит ближе и хватает меня за рубашку обеими руками.
— Ты слышишь меня? Они всё знали! Знали про наркоту! — её голос дрожит от ярости.
Не выдерживая её крика, я резко встаю и отбрасываю её руки от себя.
— Я знал всё! Я знал, что они знали про наркоту. Пока ты танцевала, они подходили и сыпали это в свои бокалы. Я видел, что только ты и ещё одна ничего не заметили, и решил воспользоваться ситуацией!
— Ты всё знал с самого начала? — выдыхает она, шокированная.
— Да.
— Ты специально это сделал! Ты меня подставил! — её голос звучит всё громче, она отступает назад.
Я не оправдываюсь. Да, я это сделал — это был удобный момент. Но я не знал, что всё зайдёт так далеко!
— Что ты от меня хочешь? Почему ты играешь со мной? Из-за тебя я пережила одну из самых ужасных ночей! — кричит она на всю улицу, едва держась на ногах.
— Я ненавижу тебя! Ты урод! Как ты можешь так поступать? — слёзы обжигают её, она начинает задыхаться и громко всхлипывать.
Я стою и не пытаюсь её успокоить. Я её подставил и потом спас, что мне ей сказать?
— Ты прав! Если я тебя встретила, значит, я сильно нагрешила. Я уже второй раз тебя встретила, значит, я — самая большая грешница, а ты моё самое страшное наказание! Ты как худший кошмар, но что ещё хуже — ты реальный.
Её слова поражают меня.
— Посмотри на себя! Ты жалкий! Ни капли не сожалеешь! Ты почти получил то, что хотел! Я унижена, зачем ты мне помог? Мог просто смотреть, как меня насилуют, как я унижаюсь, мог наслаждаться этим! Или тебе этого мало? Хорошо.
Она делает шаги навстречу, затем падает на колени передо мной, громко плача. Я смотрю на неё сверху, не понимая, что она замышляет.
— Прости! Я сама во всём виновата. Прости меня за мои слова на первой встрече, я была неправа! Я наговорила лишнего, я заслужила это всё! — она стоит на коленях, смотря мне в глаза.
Как только я осознаю, что происходит, я беру её под руки и поднимаю, ставлю перед собой.
Это не то, чего я хотел! Я хотел её унизить, но не сломать полностью!
— Замолчи! — кричу я, злобно смотря на неё.
— Да что тебе не так? — она отбрасывает мои руки и отходит в сторону. — Вы все меня уничтожили, знай это!
Она снимает мой пиджак и бросает его передо мной.
— Я больше никогда так не оденусь, и больше никогда не буду помогать людям! — говорит она себе, но я слышу это.
Развернувшись, она уходит прочь.
— Стоять! — кричу ей в след, но никаких реакций.
Не собираюсь идти за ней, пусть идёт куда хочет. Я поднимаю пиджак, встряхиваю его и чувствую, как он пахнет ею. Сажусь на лавочку и обдумываю всё.
Почему я чувствую это давление? Я никогда не испытывал сожаления раньше. Она сама виновата, но её страдания заставляют меня задуматься.
Вивиан
Я иду по дороге уже несколько минут, мимо проезжают машины, и некоторые люди смотрят на мой вид.
Я понимаю, как ужасно выгляжу, но мне всё равно. Сейчас внутри меня намного хуже.
Я продолжаю идти, срываясь на слёзы от боли. Не могу передать, как мне противно от себя и от людей. Боль давит изнутри, образуя комок разочарования в людях. Я унижена, со мной сыграли в игру, а я даже не подозревала. Никто не помог, а тот, кто помог, сам же меня и подставил.
Я иду и слышу звук машины, которая слишком близко. Поворачиваю голову и вижу чёрную, знакомую машину. Страх берёт верх, и я сразу понимаю, как выгляжу и что может произойти — то, чего сегодня не случилось.
Когда я выбросила тот пиджак, не подумала, как мой вид повлияет на то, как я доберусь домой. Денег нет, я в полуразорванном платье, а на улице прохладно, виден лёгкий пар изо рта. Пару капель дождя уже попали на мою кожу — это совсем не кстати.
Машина медленно едет за мной, и вдруг открывается окно с пассажирского сидения.
— Стоять! — это он. Снова он.
Я продолжаю идти и не обращаю на него внимания.
— Я довезу тебя домой, садись быстро!
Я начинаю смеяться. Какое благородство.
— Ни за что не сяду к тебе! Проваливай! — отвечаю истерическим смехом.
— Не испытывай моё терпение. Скоро пойдёт дождь, я просто подвезу тебя!
— Я сказала — проваливай! Ты уже хотел "помочь мне"! — кричу ему.
Вижу его сердитое лицо и как сжимает руль, но продолжаю идти.
Раздаётся резкий звук, он давит на газ и резко разворачивает машину в другую сторону.