Гдава 9. Принятие.
Чёрт побери, она сводит меня с ума! Я проявил к ней жалость, предложил помощь, но она слишком горда, и эта гордость привела её к тому, что произошло сегодня.
С ней я ещё не закончил, я найду её и сделаю то, что задумал. Когда я впервые увидел её в клубе, удивился не только совпадению, но и тому, что узнал её. В тот момент у меня и созрел план, я понял, что не упущу эту возможность.
Последние слова, которые я сказал тем уродам, не были пустым звуком. Я найду каждого, кто причастен к этой истории, и напомню, что они сделали. Я выследю всех, кто пришёл с этой дивой.
Я вхожу в клуб и зову первую попавшуюся девку.
— За мной, — говорю, и она сразу всё понимает. Мы направляемся к отдельным комнатам, где я намерен выместить свою злобу, которая до сих пор не утихла. Закрыв дверь за собой, я смотрю на темноволосую девушку, которая садится на диван, закинув ногу на ногу. Она симпатичная, но не более. Мне нужно только её тело на один раз.
— Встань. — Я подхожу ближе, ощущая, как в воздухе повисла напряжённость. Она исполняет мою команду. Я срываю с неё одежду — юбка и топ падают на пол, оставляя её в белье. Скидываю лифчик и трусики. Она стоит передо мной, вся голая, смотрит так, будто ожидает нежностей.
— Не надейся, — злобно предупреждаю её. — Всё, что мне нужно от тебя, это тело и повинование. Нежностей не будет.
— Встань раком, ноги пошире, — приказываю. Она подчиняется.
Хорошая попка. Я расстегиваю ширинку и достаю член. Он уже готов, мне не нужны долгие прелюдии. Надеваю презерватив и делаю шаг к дивану, принимая удобную позу.
Я резко вхожу в неё, и она вскрикивает. Я люблю это — их крики. Делаю резкие и быстрые движения.
— Можешь потише, — просит она.
— Тебя никто не спрашивает, — огрызаюсь я.
Она — просто шлюха. Ей нечего терять, и она сама выбрала этот путь. Я накручиваю её волосы на руку и оттягиваю голову назад, ускоряя толчки. Вдруг, решив проверить её пределы, я вынимаю член и вхожу в её задницу.
— Нет, — она кричит, её руки крепко держатся за диван.
Я продолжаю, и через двадцать минут заканчиваю в её задницу. Приказываю встать передо мной на колени. Она делает это и смотрит на меня с ожиданием.
— Соси.
Она берёт член в руки и начинает сосать, её грудь качается из стороны в сторону. В голове всплывают моменты из сегодняшнего вечера, и я снова киплю от злости. Я пришёл сюда забыть об этом, а не вспоминать.
— Открой рот шире, — приказываю. Она делает это, и я начинаю двигаться быстрее, загоняя член до основания в её рот.
— Дыши носом, — говорю ей, когда она начинает задыхаться.
Через десять минут я заканчиваю на её лицо. Она едва удерживается на ногах, когда я говорю:
— Вали.
Я поправляю одежду и усаживаюсь на диван. Беру телефон и звоню Ричарду, не заботясь, спит он или нет.
Он отвечает на звонок.
— Найди информацию про всех, кто был с той девицей, и про неё саму. Мне нужно всё в подробностях.
— Будет, — отвечает он.
— К девяти утра всё должно быть у меня.
— Я понял. Но что ты собираешься делать с теми ребятами?
— Они её чуть не изнасиловали. Я покажу, где их место.
— Ты что, собираешься мстить?
— Это допрос? Информацию. Всю. На девять утра, — повторяю и бросаю трубку.
Вивиан
Я уже спрашивала нескольких людей, как добраться до нужного места, и вроде поняла. Иду уже минут двадцать, и каждая минута даётся с трудом. Я просто хочу упасть и забыться.
Тишина вокруг давит на меня, мои мысли кружатся, и я не могу избавиться от них. Где же Ева? Надеюсь, она сладко спит в комнате. Мне придётся ей всё рассказать, но я не хочу этого позора.
Я хочу домой, к маме, которая обнимет меня и защитит от всех проблем. Она — единственный человек, которому я действительно нужна, и который хочет уберечь меня от всего плохого. Мне девятнадцать, но после этой ужасной ночи мне так хочется оказаться рядом с близким человеком, который утопит меня в заботе. Но я знаю, что никогда не расскажу ей об этом. Так будет лучше для нас обеих.
Я мечтаю поскорее снять это ужасное платье, вернее то, что от него осталось. Думаю о том, что мне ещё придётся увидеть их в университете. Каждого из них. Эти воспоминания будут преследовать меня. Но радует мысль, что это случится не скоро, я сдам экзамены, и у меня будет время отойти от всего этого.
Начинается сильный дождь. Ноги замерзли, и холод проникает в каждую клеточку моего тела. Я уже близко к общаге.
На железных воротах, ведущих во двор, написано "открыто". Но дверь в общагу — закрыта. Чёрт! Я забыла, что вахтеры закрывают двери в двенадцать.
У многих ребят с общаги есть свои ключи от этих дверей, как и у Евы, когда-то она предлагала сделать свой дубликат, но мне не хватило мозгов этого сделать. Это наш секрет, благодаря этим ключам многие могут приходить когда захотят, чтобы никто не узнал иначе им бы пришлось ночевать на улице. Как вот мне сейчас.
Я пытаюсь дозвониться до Евы, но она не берёт трубку. С каждым гудком растёт моя тревога. Может, она крепко спит? Я надеюсь на это, но меня терзает мысль, что она может быть в беде.
Сажусь на ступеньки, прижимаю колени к груди и пытаюсь согреться. Дождь не прекращается, и я промокла до нитки. Только бы не заболеть перед важными экзаменами.
Скрутившись, я закрываю глаза и погружаюсь в сон от усталости.
Грасссо
Я выхожу из клуба, и на улице дождь с лёгким туманом. Сажусь в машину и давлю на газ, стремясь поскорее оказаться дома и выпить чашку кофе. Устал, и мне нужно отдохнуть до утра.
Войдя в квартиру, сразу направляюсь на кухню. Она большая, но слишком светлая для меня. В скором времени я подберу что-то более подходящее, ведь я здесь надолго.
Я делаю кофе и сажусь на диван, обдумывая, что буду делать с этими слюнтяями. В голове проносится тысяча идей, и все они крутятся вокруг одной темы — насилия. Каждая из них становится всё более пугающей и соблазнительной, но именно в этот момент я чувствую, как разгорается во мне ярость.
Допив кофе, я иду в душ, позволяя струям горячей воды смыть с себя не только остатки усталости, но и мысли о том, что случилось.
Вивиан
Я просыпаюсь от того, что кто-то пытается меня разбудить. Резкий холод пронизывает каждую клеточку моего тела, заставляя дрожать. С трудом поднимаю голову: на улице всё ещё темно, значит, мне не удалось поспать долго.
— Ты в порядке? — спрашивает мужской голос.
Передо мной стоит высокий брюнет с растерянным выражением лица. Я стараюсь встать, но колени подгибаются от усталости.
— Привет. Я просто немного опоздала, а ключей нету, — оборачиваюсь к нему, показывая на закрытую дверь позади.
Парень смотрит на меня недоверчиво, как будто не понимает, как я оказалась здесь в таком состоянии.
— Что с тобой случилось? — его голос полон заботы.
— Эм, ничего такого. У тебя есть ключи? — с надеждой в голосе спрашиваю я. Время поджимает, и мысли о холоде заставляют меня нервничать.
— Да, есть, а ты с какой комнаты? — продолжает он, всё ещё сомневаясь.
Он симпатичный, подтянутый, от него веет свежестью и чем-то морским. Скорее всего, это старшекурсник, который меня даже не видел никогда.
— 205 комната, — отвечаю, стараясь говорить уверенно.
— Так ты откроешь? — он смотрит на меня с любопытством.
Я отхожу в сторону, позволяя ему подойти к двери.
— Как тебя зовут? — спрашивает он, пока открывает замок.
— Вивиан, — отвечаю я, чувствуя, как пытаюсь казаться вежливой в таком состоянии.
— Очень приятно, Вивиан, я Джош. Будем знакомы, — говорит он, открывая двери.
— Спасибо, — улыбаюсь ему, чувствую, как напряжение меня угнетает.
Мы заходим внутрь, и он закрывает двери за собой. Я тихо направляюсь по коридору, поднимаясь по лестнице, и он идёт следом.
— Ты на каком этаже? — его голос звучит заинтересованно.
— На втором, а ты? — стараюсь поддержать разговор, хотя внутри всё ещё бурлит.
— Третий, — показывает он пальцем вверх.
Я киваю, ступая на второй этаж.
— Спасибо, что помог, — оборачиваюсь к нему.
— Стой, Вивиан, — он быстро подходит ко мне, его улыбка искрится добротой. — Запишешь мой номер? Если вдруг понадобится помощь.
Это неожиданно. В таком виде он мог бы подумать обо мне что угодно, но всё же предлагает свою поддержку. Это приятно.
— Конечно, но надеюсь, что такой помощи мне больше не понадобится, — отвечаю, с лёгкой грустью в голосе.
Он диктует номер, и я записываю в телефон.
— В любое время суток, — говорит он, продолжая улыбаться.
Я останавливаюсь, смотря на экран, когда нужно его подписать.
— Джош, — подсказывает он, и я чувствую неловкость.
— Спасибо, и извини за всё это, у меня сложный день, — говорю, надеясь, что он поймёт.
— О, ничего, я понимаю, — отвечает он с доброй улыбкой.
Он разворачивается и направляется к лестнице.
— Спокойной ночи, одуванчик, — произносит он на прощание.
Это он мне? Я стою в шоке от его слов.
— Спокойной ночи, — выкрикиваю ему в след, не веря в происходящее.
Он милый. Но почему "одуванчик"? Почему он так меня назвал?
С этими мыслями я разворачиваюсь и иду к своей комнате, радуясь, что наконец-то смогу поспать.