Часть 18. Трудный шаг.
Серый прямоугольник. Потом ещё один. И ещё. Всё ровное, аккуратно подогнанное друг к другу, но местами потрескавшееся, как будто кто-то наступал слишком грубо, словно хотел раздавить этот камень. Я иду, следуя по узору плитки, не поднимая головы.
Мне страшно.
Я не хочу встречаться взглядом ни с кем. В груди что-то сжимается. Словно петля стягивается туже.
Кто-то проходит мимо, и я замечаю лишь краем глаза их обувь: белые кроссовки с чёрными полосами, ботинки, испачканные в грязи, тонкие каблуки, звонко ударяющиеся о камень. Мне кажется, что все они идут твёрдо, уверенно. А я... А я хочу исчезнуть.
Плитка под ногами сменяется ступенями. Поднимаюсь, сосредоточившись на их шероховатости. Один шаг. Второй. Третий. Голова всё ещё опущена. Я не готова.
Я чувствую, как в груди что-то переворачивается, когда осознаю, что мне придётся поднять голову. Дальше идти, уткнувшись в пол, просто невозможно — столкновение с кем-то будет ещё хуже, чем смотреть в глаза страху.
И я поднимаю её.
Мир на мгновение будто замирает. Или это только мне так кажется? Кажется, что в ту же секунду все взгляды цепляются за меня. Оценивают. Осуждают. Смотрят, словно видят не человека, а нечто мерзкое, жалкое. Или, может быть, я сама ощущаю себя такой?
Я прохожу по коридору, чувствуя их пристальные взгляды. Они прожигают меня насквозь, оставляют невидимые ожоги. Мне кажется, что кто-то перешёптывается, но, возможно, это лишь игра моего разума. Мне не легче.
Я подхожу к кабинету. Очередь из студентов, напряжение в воздухе. Оно густое, словно удушливый туман. Для всех этот экзамен — просто испытание знаний, но для меня он — второстепенная проблема. Я вижу знакомые лица, но, к счастью, не те, при виде которых я бы уже бежала, не оглядываясь. Они смотрят на меня. Что в их взглядах? Жалость? Презрение? Разочарование? Я не знаю.
Внезапно кто-то грубо задевает меня плечом. Я теряю равновесие, нога соскальзывает с гладкой плитки, но в последний момент мне удаётся удержаться. Девушка даже не замедляется. Она лишь бросает на меня взгляд, полный самодовольной ухмылки, и идёт дальше, будто я всего лишь преграда на её пути, не более.
Я делаю шаг назад, отступаю ближе к стене. Там безопаснее. Хотя бы с одной стороны никто не сможет меня задеть, сбить, толкнуть.
Двери аудитории открываются, и преподаватель приглашает всех внутрь.
Я жду, пока почти все зайдут, и вхожу последней. В кабинете нет свободных мест, кроме одного — в самом конце. Я иду туда, ощущая каждый шаг, будто ступаю по раскалённым углям.
Как только я опускаюсь на стул, резкая боль вспыхивает в теле. Я не успеваю сдержаться и с моих губ срывается тихий, едва слышный писк.
Несколько человек поворачиваются в мою сторону. Кто-то с удивлением, кто-то с едва заметной насмешкой.
В аудитории висит напряжение. Наверное, из-за экзамена. Но для меня причина другая.
Я чувствую, как дрожат пальцы, когда вытаскиваю ручку. Сердце колотится, а внутри словно лёд. Я знаю, что мне нужно взять себя в руки.
Маврик
— Долго ещё тянуть? — Руссо прищурился, постукивая пальцем по столу.
— Она уже дохлая, просто не поняла этого.
— Так помоги ей понять.
Руссо усмехнулся, глядя исподлобья.
— У нас ещё есть время её довести, этот подонок думает, что я его самая большая проблема, но проблема для него это она.
Вивиан
Я выхожу из университета, ощущая, как напряжение медленно сползает с плеч. Два экзамена позади. Они могли пройти лучше, но, честно говоря, я ожидала худшего.
Задания были не такими сложными как я ожидала. Моё настроение заметно улучшилось, после того как я поняла, что сегодня меня не избили и ничего хуже не случилось. Пару раз я даже улыбнулась про себя.
Я иду к общежитию уже с поднятой головой, ещё далеко не совсем уверенно но она поднята, буквально сегодня утром я не могла этого сделать. На меня всё так же смотрят, но меня не трогают, я рада.
Но... Если честно, я надеюсь, что это не затишье перед бурей.
Послезавтра снова экзамены, и, значит, ещё рано расслабляться. Но, может быть, сегодня стоит позволить себе немного отдыха. Всё-таки это заслужено, не так ли?
Остаток дня я провела в своей комнате, и чувствую, как напряжение постепенно уходит. Мне действительно нужно было всего пару дней, чтобы они меня не трогали. И вот я уже иногда улыбаюсь. Да, они не сломали меня. Они не победили. И я снова ощущаю себя немного свободной.
Целый день с Евой прошёл в лёгком настроении. Мы смотрели фильмы, смеялись, обменивались мыслями. У неё тоже был хороший день: экзамены прошли отлично, и она уверена, что всё сдала. Её уверенность заряжает и меня. Кажется, она находит в себе силы не только для себя, но и для других. Это вдохновляет.
Но мысли о предстоящих экзаменах всё равно не дают мне покоя. Всё еще остаётся это чувство тревоги, которое трудно игнорировать. Через пару дней снова будет решающий момент, и я не могу позволить себе забывать об этом. В то же время, мысли о том, что я могла бы здесь уже не быть, как-то пронзают сознание, как нож в сердце. Это не мысли, которые я могла бы легко прогнать. Справедливость и то, что я отступила от своих принципов, иногда накрывают меня с головой.
Не могу точно сказать, правильно ли я поступила. Должна ли была продолжать бороться, несмотря на всё, что происходило вокруг? Возможно, я бы стояла на своём, если бы не позволила себе сдаться... Но в то же время, что-то внутри подсказывает, что отступление — это не слабость. Это может быть частью пути к тому, чтобы всё становилось лучше. Может быть, я всё-таки на правильном пути?
• Две недели спустя •
С каждым днём страхи стали немного легче, а напряжение — немного слабее. Всё ещё помню тот день, когда ступала по плитке, когда мир казался таким тяжёлым и непреодолимым. Но теперь я чувствую, как постепенно обретаю уверенность. Это не значит, что всё стало идеально, но я начала замечать перемены.
Экзамены остались позади. Было не так страшно, как я себе представляла, хотя всё равно не обошлось без волнений. Некоторые результаты радуют, другие — заставляют задуматься, но я знаю, что я старалась. Всё, что я могла сделать — это дать себе шанс. И я это сделала.
Ева тоже справилась, как и всегда. Я вижу, как она продолжает двигаться вперёд, как её уверенность передаётся мне. Она не перестаёт вдохновлять. Сейчас она отдыхает за границей, она этого достойна, а я сама, и я справляюсь.
Как я и думала, во время каникул всё улучшилось. Вся эта история будто бы закончилась, никто меня не трогает, я больше не пересикаюсь с ними, и вот я снова живу, а не выживаю.