Глава ⅩⅦ. Догони
Часы превращались в дни.
Дни становились неделями.
Квартира была наполнена звуками автомобильных гудков, пока Сакура потягивалась на своей кровати. Обычно она предпочитала спать утром в субботу, но Тентен позвала ее и Хинату прогуляться по магазинам. Вначале, по некоторым свои соображениям девушка собиралась отклонить предложение, мотивируя это оплатой счетов и желанием побыть дома. Брюнетка явно была недовольна ее поведением, говоря, что провести день вне дома ей было просто необходимо, дабы очистить голову.
3 недели.
Он напоминал о себе в ее сознании.
Первые пару дней после полного исчезновения Саске Учихи из ее жизни были довольно трудными, она даже испытывала злость. После выяснений отношений в раздевалке, единственное, что она чувствовала — чистый гнев и разочарование, — ну почему он не мог понять? Девушка любила его, любила все его сильные и слабые стороны, его монотонный голос и его волосы а-ля «только что-то встал с кровати», его отстраненность и его причуды.
По прошествии первой недели она привыкла к его отсутствию. На сей раз бармен не пытался испортить ее планы, и поначалу танцовщица была довольна этим, ведь он, наконец-то, смирился с ее нежеланием иметь с ним хоть что-то общее. Но затем она хмурилась, когда кидала на него взгляд украдкой, а он не оглядывался. Розововолосая специально повышала голос, общаясь с другими стриптизершами, дабы он услышал, но мужчина не реагировал.
На второй неделе Сакура оцепенела. Может, она неправильно его поняла, может, она чувствовала к бармену больше, чем он к ней. Его признание в привязанности и разочарованность их отношениями, скорее всего, были вызваны долгим отсутствием у Саске физического контакта с женщинами. Должно быть, он достаточно порезвился с ней и теперь двигался дальше.
К сегодняшнему дню девушка окончательно убедилась, что «их» действительно больше нет.
— Сюда, — розововолосая повернулась и увидела с энтузиазмом машущею ей Тентен с рядом стоящей Хинатой. — Я так рада, что ты пришла. Мне уже начало казаться, что ты собираешься на нас забить.
— Поверь мне, я хотела, — вздохнула Сакура, оглядываясь вокруг. — Где мы?
— Это лучший магазин в Конохе, — засияла брюнетка. — Здесь все самое трендовое и модное, — она прочистила горло, — прям как я.
Харуно закатила глаза:
— Не думаю, что мне нужна еще одежда...
— Бред, одежды никогда не бывает слишком много, — брюнетка схватила других танцовщиц за запястья. — Пристигнете ремни — мы начинаем.
Хината и Сакура обменялись взглядами; в скором времени их потащили сквозь толпу людей по узкому коридору.
Первым магазином безошибочно был выбран кинк-шоп. Здесь было все: от кнутов и цепей до откровенных хэллоуинских костюмов.
Сакура уже была знакома с такими местами: все же, она была стриптизершей. Однако большинство нарядов она заказывала в интернете — это был ее первый опыт в обычном магазине.
— Тентен, одежда здесь такая... — Хината нервно сглотнула, — вульгарная.
— Ох, повзрослей, — усмехнулась подруга. — Мы все стриптизерши, так что видели и похлеще, — она повернулась к темноволосой танцовщице. — Тебе стоит купить что-нибудь: уверена, что Наруто хотела бы увидеть тебя в чем-нибудь наподобие этого, — в ее руках был латексный костюм женщины-кошки.
— Наруто... Это не так! — заикнулась Хината. — Перестань!
— А что насчет Саске? — Тентен повернулась к розововолосой. — Ему нравятся такие вещички?
— Я не знаю, — напряглась Сакура. — Спроси у него.
— Я знаю, что ты не расскажешь нам, что происходит, а я обещала не лезть, но, Сакура, ты не можешь...
— Все в порядке, — вздохнула девушка. — Продолжим шоппинг или будем тратить время на глупости?
Но у нее все было не в порядке. Все напоминало о нем.
Ее взгляд упал на пару наручников, что вернуло ее на пару недель назад, когда чувства лишь мешали. Сакура не собиралась лгать сама себе: она скучала по нему, как сумасшедшая. За всю жизнь танцовщица спала с изрядным количеством мужчин, но ни один из них не сравнился бы с темноволосым барменом. Да, Саске был эгоистичным любовником, что, несомненно, должно было быть довольно отталкивающим — однако по какой-то причине его собственничество и доминирование лишь усиливали ее наслаждение.
Он шептал ей на ухо непристойности, говорил, что она только его и никто не может касаться ее, и что ее тело принадлежит только ему. Хоть это и были моменты страсти и похоти, в ней зажигалось пламя — и довольно скоро девушка начала верить, что действительно принадлежала Саске Учихе.
— Эй, кто-нибудь из вас может зайти и помочь мне застегнуть? — Сакура высунулась из-за шторки.
— Хината, помоги ей, я хочу примерить пару шмоток, — крикнула Тентен с другого конца помещения.
— Я помогу тебе, Сакура, — робкая девушка вошла в тесное пространство. — Красивый наряд, да? — хихикнула она, глядя, как розововолосая пыталась втиснуться в черный комбинезон.
— Ага. Даже не знаю, зачем меряю его, — фыркнула Харуно. — У меня дома есть два таких.
— Сакура, — Хината дернула застежку, — могу ли я тебе кое о чем спросить?
— Конечно, — хлопнула ресница девушка. — О чем?
— Ты любишь Саске?
— Какой мне смысл отвечать, если он не любит меня, — розововолосая устало улыбнулась.
Бессмысленно было продолжать держать лицо перед подругами. Было ясно, что что-то явно ее беспокоило, и не нужно было быть гением, чтобы оценить причастность Саске к этому.
Единственной проблемой — если она расскажет все Хинате — был блондин-официант, но Сакуре было все равно: ей было грустно. Это становилось тяжким бременем, ведь девушка была уверена, что Саске никогда ни с кем бы этим не поделился — ей тоже приходилось держать рот на замке.
Но это сводило ее с ума.
Как бы она справилась без каких-либо советов и утешений? Как ей стоило действовать? Конечно, Ино знала обо всем, но, блять, она была почти в трех часах езды отсюда, поэтому все, что она могла сделать, так это успокоить танцовщицу по телефону.
— Он упрямый человек, — тихо произнесла Хината, — еще с момента, как я познакомилась с ним.
— Да, — усмехнулась Сакура, — он ужасно упрям.
— У вас был секс?
Вопрос застал розововолосую стриптизершу врасплох: редко можно было услышать из уст темноволосой такие неприличные вещи. Обычно она оставляла это Тентен, сующую везде свой нос.
— Больше раз, чем ты, наверное, хотела бы знать, — розововолосая скривила губы. — Вы с Наруто спали?
Хината молчала несколько секунд, смотря на подругу через отражение зеркала. Сакура была уверена, что та сейчас могла взорваться от смущения: ее щеки сильно раскраснелись, а пальцы задрожали.
— Больше раз, чем... — пробормотала она, — ты, наверное, хотела бы знать.
— Боже, ну чего вы так долго, девчонки? Я ждала вас целую вечность, — Тентен уперла руки в бедра. — Ну, ты будешь покупать это?
— Нет, работать в этом будет неудобно, — вздохнула розововолосая. — Я голодна, когда мы пойдем есть?
— Думаю, можно пойти перекусить. Есть предложения?
— Все, что в десяти минутах ходьбы отсюда, — скрестила руки Сакура, — Пять минут — еще лучше.
— Я знаю, — Хината достала свой телефон, — что неподалеку можно поесть рамен. Если вы его хотите, конечно — если нет, то не страшно.
— Звучит отлично, идем.
— Сегодня полно людей, — пробормотала Тентен, пытаясь пробиться сквозь суетливых официантов. — Думаешь, мы сможем найти столик?
— Не совсем уверена, — Хината закусила нижнюю губу. — Совсем забыла, что в субботу тут все забито.
— Да ладно, можем подождать, — Сакура успокаивающе улыбнулась ей. — Я уверена, что это ненадолго.
— Но я не хочу ждать... Эй... разве это не твой парень? — моргнула брюнетка. — Прямо здесь?
Розововолосая танцовщица проследила за пальцем, встречая взглядом блондина-официанта. Вместо рабочей одежды на нем были оранжевая толстовка и джинсы — и почему-то он выглядел в десять раз хуже, чем обычно. Это было так забавно, что Хината считала его привлекательным. Противоположности действительно притягиваются.
— Наруто? — мягко произнесла темноволосая танцовщица. — Что ты здесь делаешь?
— Хината, — лучезарно улыбнулся мужчина, — не знал, что ты тут будешь. Я думал, вы будете заниматься всякими девчачьими штуками, поэтому не взяли меня с собой, — он подошел к девушкам.
— Так и было, — покраснела девушка. — Просто проголодались.
— Ясненько, — блондин улыбнулся двум другим танцовщицам. — Здесь полно людей, так что в ближайший час вряд ли вам удастся найти столик.
— О, — Хината опустила голову, — так и думала, что это плохая идея...
— Но... — Наруто приобнял ее за плечи, — у меня уже есть столик. Мы его еще не заказали, так что уверен, он не будет возражать, что вы к нам присоединитесь.
— Оу... — прохныкала танцовщица, — правда? Наруто, ты не должен...
— Все окей, я все равно соскучился по тебе, — он быстро чмокнул ее в щеку.
— Не здесь!.. — девушка быстро закрыла лицо руками, пока мужчина тащил ее через весь ресторан.
Сакура и Тентен незамедлительно последовали за ними.
— А с кем ты вообще? — брюнетка приподняла бровь.
Наруто повернулся, сияя:
— С Саске.
Розововолосая застыла как вкопанная.
— А... кхм... рада видеть тебя здесь, Саске, — нервно усмехнулась Тентен. — Непривычно встречать тебя вне клуба.
— Хм.
Каковы были шансы? Должно быть, они были довольно велики. Что бы они были в одном и том же месте в одно и то же время. Кроме того, Саске совсем не смахивал на человека, который ходил гулять в свободное время — по крайне мере это то, что девушка слышала от своих друзей и от него.
Они ни разу не встретились глазами с момента, как она села за стол. Вместо этого ее взгляд блуждал по меню; она перечитала одно и то же гребанное название блюда одиннадцать раз, и, вероятно, уже знала все наизусть.
Напряжение было сильным, ведь девушка знала, что компания догадывались о непростых отношениях между ними. То, что Саске был здесь, доказывало их с Наруто близкие, чем казалось, отношения. Скорее всего блондин растреплет бармену все, в чем она сегодня призналась Хинате в примерочной, если темноволосая танцовщица решит поделиться свеженькой информацией. Если, конечно, темноволосый не сделал этого раньше, поведав все блондину самолично.
— Я буду с курицей, — Сакура протянула официанту свое меню. — Можно мне еще стакан воды?
— Конечно, — робко улыбнулся рыжеволосый официант. — Не каждый день на работе могу встретить такую милую девушку.
Комплимент застигнул ее врасплох, но девушке удалось изобразить улыбку:
— Во мне нет ничего особенного.
— А я считаю Вас довольно милой, — засмеялся он. — С другой стороны, я уверен, что Вы слышали это...
— Я буду с говядиной, зеленым луком и экстра-протеином, — Саске сунул свое меню, — а еще стакан воды, спасибо.
Сакура узнала язвительную улыбку на его лице, ту самую, что была на нем в магазине, когда кассир пытался заигрывать с ней, или же в баре, когда клиент предлагал ей выпить — бармен, конечно же, ревновал.
Обычно его ревность нравилась ей, ведь ревнивый Саске — очаровательный Саске. Но на сей раз она не вызвала ничего, кроме раздражения: они не разговаривали почти три недели, а он все еще продолжал чувствовать себя доминантом?
— Он же сто процентов флиртовал с тобой, Сакура, — подталкивала ее Тентен. — А еще он милашка... Что ты собираешься делать?
— Я не знаю, — Сакура облизнула губы, — думаю, он просто вежливо себя вел.
— Ты шутишь? Тебе срочно нужен его номер.
С момента их первого внезапного времяпрепровождения в ее квартире, мужчины, которые не были Саске Учихой, перестали волновать ее. Все дело было в нем: в его прикосновениях, губах, глазах — и, честно говоря, Ино начинала думать, что Сакура совсем помешалась на темноволосом бармене.
Однако девушка не могла ничего с собой поделать. Она безнадежно хранила себя для отношений, которых никогда не будет — она это прекрасно понимала. Скоро реальность рухнет на голову: его отсутствие не будет казаться простым, как щелчок пальцев, и быстрым, как срывание пластыря, это будет медленный, болезненный процесс.
То, что он сидел напротив нее, ситуацию не улучшало.
Но зачем ей теперь было хранить себя? С отношениями, что сложились у них, все покончено, дружба ушла вместе с ними. Сакуре нужно было двигаться дальше. Неважно, что ей придется притворяться, в конце концов, ей нужно будет забыть его.
— Может быть, — ее губы изогнулись в ухмылке, — кто знает.
Поворачиваясь к подруге, она взглядом на мгновенье столкнулась с обсидиановыми радужками: он уже смотрел на нее.
Сакура почувствовала легкую дрожь.
Она знала этот взгляд.
— Так вы двое вместе или... — Тентен бросила взгляд на Наруто и Хинату. — Потому что мы все не можем понять.
— Мы... — темноволосая перебирала пальцы рук, — мы просто...
— Трахаемся, — усмехнулся блондин. — Я ответил на твой вопрос?
— Наруто, не говори так... Мы не... Подожди!
— Это мы уже выяснили, — Тентен закатила глаза. — Ставлю сотку, что вы, голубки, делали это и в клубе: в комнате для отдыха, VIP-блоке, раздевалке?
— Не... Мы так далеко не заходили, — засмеялся Наруто. — Нельзя смешивать работу и удовольствие.
Разве это не было правдой?
Саске и Сакура невольно переглянулись вновь. Мужчина, вероятно, воспроизводил в своей голове все случаи, когда они делали это на работе. По ее подсчетам, определенно больше двадцати раз.
Может, даже больше тридцати.
— Крутотень, — блондин отхлебнул рамена. — Бля, я был так голоден.
— Мы тоже, — радостно прогудела брюнетка. — Шоппинг утомляет, знаешь ли, — она поставила на стол свою тарелку. — Я все еще не понимаю, почему ты не купила тот бикини, Сакура. Ты была в нем такая сексуальная.
— Бикини? — Наруто сдвинул брови.
— Типа черного латексного комбинезона. Она меряла его и выглядела очень круто, и ее сиськи казались супер большими.
— Не совсем... — розововолосая прочистила горло. — Не думаю, что моя грудь впечатляет.
— Я имею в виду, что Хината, конечно, превосходит нас в этом, но, тем не менее, у тебя довольно-таки красивые сиськи, я же видела их.
— Я бы хотел спокойно поесть, не слушая о ее дурацких грудях, — проскрипел зубами Саске, опуская палочки для еды. — Если, конечно, я не многого прошу.
— Они не дурацкие, — Тентен встала на защиту. — Может, ты просто завидуешь, что не видишь их...
— Ты действительно думаешь...
— ...больше, — ухмыльнулась брюнетка, а бармен чуть не подавился водой.
— Что, ты видел ее сиськи?! — воскликнул блондин. — Почему я не знал об этом?
Сакура начала внутренне паниковать. Не то, чтобы Тентен не могла догадаться об их сексуальных отношениях, но, черт возьми, девушка не ожидала, что та так преподнесет свои догадки.
— С чего бы я должен был видеть их? — темноволосый опустил стакан. — Вы все несете бред.
Отрицание было ожидаемым. Саске никогда бы не признался хоть в чем-нибудь, особенно касательно личной жизни. Розововолосая просто молчала, неспособная сказать хоть что-то, боясь позволить чему-то важному выскользнуть из ее уст.
Она отпрянула назад, почувствовав, как он пихнул ее ногу под столом. Он же не просил спасти его после всего, что произошло между ними, да? Девушка проигнорировала этот жест и мягко улыбнулась.
— Наверное, он завидует.
— Двадцать три доллара? — Сакура моргнула, увидев чек. — Так дорого.
— Ага. К этому привыкаешь, живя в городе, — вздохнула Тентен, доставая карточку. — Но не скажу, что оно того не стоило: все было очень вкусно.
Как только им вернули кредитки, Саске и Наруто решили, что им пора уходить. Блондин крепко обнял Хинату, но девушка отпихнула его, смущаясь — это заставило его обнять ее еще раз.
— Позвони мне, — он подмигнул темноволосой. — Люблю тебя.
— Я люблю... Я люблю тебя тоже, — прошептала девушка, и мужчины отправились на выход.
— Гадость, — скривилась брюнетка. — Делайте это в спальне.
— Извините... — Хината закусила нижнюю губу. — Обычно он такой...
— Мы знаем, — усмехнулась Тентен. — Эй, Сакура, хочешь пойти... Сакура?
Розововолосая танцовщица, отодвигая тарелки и стаканы, взглянула на подруг.
— Официант вообще отдавал мне мой чек... Он отдал их всем, кроме меня.
— Без понятия, — брюнетка пожала плечами. — Ты можешь сходить спросить, — она указала на вход в ресторан, — вон он стоит.
— Извиняюсь, Вы обслуживали наш столик несколько минут назад, но я никак не могу найти мой чек. Он случайно не у Вас?
— О, Вы милая девушка, — просиял парень. — Рад снова встретить Вас.
— Ага, — нервно усмехнулась Сакура. — Так что с чеком?
— С Вашей карты не снимались средства.
— Что Вы имеете в виду? — она нахмурилась. — Я же точно...
— Темноволосый мужчина за Вашим столиком попросил отправить на его счет, — моргнул официант, глядя на нее.
Глупо было полагать, что девушка сможет абстрагироваться от Саске: вот она, вновь впутанная им в это.
Она ненавидела его.
***
— Что это? — Наруто поднял кружевные трусики, явно принадлежавшие некой розововолосой танцовщице.
Должно быть, она забыла их, когда выбегала из его квартиры. Ни одно оправдание не приходило ему в голову — Саске просто не мог сопротивляться.
— Они Сакуры, — устало вздохнул он. — Просто положи их на стул, потом верну ей.
— Сакуры? — блондин чуть ли не орал. — Сакуры, то есть Сакуры Харуно с нашей ебаной работы? Сакуры, которую мы недавно видели?
— Почему бы тебе не покричать еще громче: похоже, что люди на улице еще не услышали тебя, — темноволосый ссутулился на диване. — Да, они ее.
— И когда ты собирался рассказать мне, что у вас двоих что-то происходит? То есть, ебать, я понял, что между вами что-то есть, но я даже не думал, что вы трахались, — Наруто присел на другой конец.
— Зачем мне нужно было говорить тебе об этом, — Саске вытащил маленькую белую коробочку. — Это не твое дело.
Курить было совсем на него не похоже, тем более, он не прикасался к сигаретам почти год. Не то, чтобы мужчина был зависим, но он полагался на никотин во время стрессовых периодов своей жизни. Мысли о брате обелили бы большинство — если не все — моментов, когда хотелось покурить — но, о чудо, Сакура вновь доказала ему, что он ошибался.
— Ну так, а что сейчас? Вы до сих пор спите друг с другом?
— Пш, — Саске достал зажигалку и поднес ее к кончику. — Мы больше даже не общаемся.
— Почему?
Какой простой вопрос.
Только если у бармена был простой ответ.
На протяжение всей их «дружбы» он всегда винил танцовщицу в том, что она с ним сделала. Легко было скинуть на девушку всю вину: она проникла в его жизнь, совершенно не уважая чужие границы.
— Может ты слишком боишься, что кто-нибудь полюбит тебя, но ты не можешь решать это за меня.
Это было правдой, темноволосый слишком боялся, что кто-нибудь полюбит его, но, что было более важно, он боялся любви Сакуры.
Сакура Харуно была солнечным лучиком средь серого неба, яркой каплей на чистом холсте — она была всем, чего он боялся, но всем, что он полюбил. Саске был не таким: он был упрямым мужчиной, который едва мог замечать свои собственные эмоции, не говоря уже о других. Но если он чувствовал, то чувствовал сильно. Его любовь была страстной и глубокой — это было очевидно, когда он строил из себя покровителя или собственника по отношению к ней.
Секс был единственным способом, которым он мог выразить всего себя без всяких последствий. Бармен мог просто сказать ей, что она принадлежит ему — и, вероятнее всего, она считала, что это говорила его похоть — хотя на самом деле он начинал верить своим желаниям.
Любовь была слишком трудным понятием, чтобы он мог понять его. Для того, кто постоянно все контролировал в своей жизни, это была опасно чувство. Что будет, если Сакура внезапно решит, что больше не любит его? Он не мог контролировать это. Что, если она захочет разорвать их отношения? Он не мог контролировать и это.
— Потому что я тупой, — Саске поднес сигарету к губам. — Очень тупой.
— Эту часть я знаю, — усмехнулся Наруто. — Но вы же обсуждали ваши отношения?
— Да, — темноволосый выпустил облако дыма, — дважды.
— Как это было?
— Оба раза она убегала, — мужчина зажмурился, — и оба раза я не догонял ее.
— Она тебе нравится?
— Я люблю тебя, Саске! Я так сильно люблю тебя.
Ее слова о любви были бы медом для его ушей, не будь они сказаны в приступе отчаяния и злобы.
Саске был в ярости оттого, насколько тупым он себя ощущал. Он искренне верил, что Сакура не будет каждую ночь трахаться со всеми подряд, но, честно говоря, он не мог понять, как такая красивая и яркая девушка, как она, могла желать кого-то такого скучного и унылого, как он.
Невозможно было отрицать химию между ними: она сочилась со всех сторон с того самого момента, как она пригрозила ему увольнением два месяца назад. Но мужчина заботился о ней, ее будущем и ее здравомыслии, ведь с ним было нелегко: бармен был пессимистичным и угрюмым двадцать четыре часа в сутки. Конечно, Сакура могла в какой-то мере выдержать его личность, но что насчет споров и разговоров?
Они оба были упрямы, когда злились друг на друга. Это было не что иное, как игра, что могла мгновенно сломать, и, хоть она всегда приводит к примирительному сексу — это было токсично, крайне токсично.
— Я люблю ее, — он оторвал сигарету ото рта и стряхнул пепел, — так сильно, что это кажется нездоровым.
— Признать это — самая легкая часть, — вздохнул Наруто. — Но, похоже, ты все еще слишком боишься быть уязвимым, поэтому, как всегда, очень много думаешь.
— Наверное, — ухмыльнулся Саске. — Но сейчас это не имеет значения. Она больше не хочет иметь со мной ничего общего — лучше мне держаться от нее подальше.
— Когда ты собираешься сказать «пошло все к черту» и действовать на эмоциях, ты всегда так осторожен во всем...
— Я осторожен потому, что, если, в конце концов, мы будем вместе и что-то случится, я более, чем уверен, что не смогу оправиться, — бармен провел рукой по волосам, зачесывая их. — Я уже потерял Итачи, не думаю, что смогу...
— Потеря — это часть жизни, Саске, — произнес блондин. — Ты приобретаешь и теряешь каждую секунду. Скажи мне, встреча с Сакурой была для тебя «приобретением»?
— Да, полагаю, это так.
— Так действительно ли потеря ее того стоит? Ты хочешь потерять ее?
Конечно же он не хотел терять ее. Если бы бармен мог повернуть время вспять и переписать сценарий, черт возьми, он признался бы раньше нее. Но, увы, в жизни все сложилось со всем не так: он действовал слишком медленно, вытаскивал не те карты — и теперь застрял в круговороте последствий.
— Я уже потерял ее, — проворчал бармен. — Все кончено.
— Это не кончится, пока ты сам не поверишь в это, и я знаю, что ты не поверишь.
— Что я должен сделать? — Саске бросил бычок на стол. — Я, блять, ничего не могу сделать: она уже ненавидит меня.
— Сделай то, что не делал все это время.
— И что же?
— Догони ее.