Любовь в Стробоскопах

Fin — с испанского «конец», завершение чего-то

Той ночью Саске не спал.

Его пальцы зависли над ее контактом. Он ни разу не позвонил и не написал ей с тех пор, как они обменялись номерами.

Это было раздражающее чувство: знать, что Сакура полностью контролировала ситуацию. Часть его надеялась, что девушка ответит хотя бы на сообщение, не говоря уже о звонке, но другая часть ожидала худшего.

Их вчерашняя встреча оставила неприятное послевкусие во рту. Кроме мимолетных зрительных контактов, они едва обращали внимание друг друга: Саске стал для нее практически невидимым.

«Привет. Знаю, что ты, наверное, не хочешь разговаривать со мной прямо сейчас...»

Это было глупо и банально: девушка бы наверняка закатила глаза, увидев такое уведомление, и проигнорировала бы его.

«Как я могу все исправить?»

За исключением того, что он не хотел ничего исправлять. Бармен не хотел, чтобы они снова были друзьями или друзьями с привилегиями: он хотел большего, он хотел ее.

«Я бы хотел поговорить, если ты не против»

Это одновременно было незаметным и привлекало внимание. У Саске не было большого опыта в общении с девушками или же в отношениях — это было очевидно из заварухи, что он устроил.

Но на сей раз он пытался выйти из зоны своего комфорта, пытался сделать все правильно. Раз он хотел быть с Сакурой, то должен был стараться, даже если это значило прислушаться к совету Наруто и «догнать ее».

Темноволосый нерешительно нажал на кнопку «отправить», сразу же кидая телефон на противоположную часть кровати. Если он не будет видеть его, то не будет соблазна проверять сообщения каждые пять секунд.

Не прошло и минуты, как Саске потянулся за мобильным.

Это будет труднее, чем он ожидал.

Пока мужчина пытался приготовить себе завтрак, его квартира казалась удушающей для него: беспокойство постоянно терзало. Через каждые пару секунд его взгляд переводился на телефон, лежащий на столе — он знал, что это выглядело жалко, но ничего не мог с собой поделать.

Когда его это достало, Саске решил, что пойти куда-нибудь позавтракать — не такая уж и плохая идея. В здравом уме он никогда никуда бы не вышел поесть, особенно на выходных: бармен предпочитал готовить дома — однако у него уже начинала ехать крыша.

Несмотря на то, что в воскресное утро было довольно-таки холодно таскаться по улицам, он об этом даже не думал. Было только одно или два кафе, которые он считал весьма неплохими, и так уж получилось, что он выбрал то, что было поближе к квартире Сакуры — всего лишь стечение обстоятельств.

По крайней мере, так он пытался сказать себе.

Мужчина устроился за угловым столиком у окна с сэндвичем в одной руке и чашкой черного кофе в другой.

Он любил Сакуру.

Это было хаотично, плюс, чувство до сих пор казалось чуждым — но это было правдой.

Если бы он не был таким наглым и эгоистичным, то девушка, скорее всего, сидела бы сейчас рядом с ним. Конечно, бармен бы никогда не осмелился пригласить ее на свидание, но он бы целенаправленно говорил ей, что собирался покинуть свое жилище, надеясь, что она последует за ним.

И она бы так и поступила.

Потому что Сакура тоже любила его. В идеальном мире они были бы вместе, ведь они оба были без ума друг от друга, разве это не все, что нужно? Неверно. Саске слышал бесчисленное количество историй об отношениях и браках, развалившихся из-за того, что партнеры слишком зависели от дурацких эмоций.

«Мы токсичны друг для друга».

Мужчина не мог не согласиться с этим утверждением.

Он был ревнивым собственником по натуре, что ни капли улучшало ситуации, ведь Сакура была стриптизершей в клубе, где он работал. Чуть ли не каждый день бармен был свидетелем того, как другие мужики пялились, трогали и пытались заговорить с ней. Единственное, что удерживало его от разыгрывания сцен, было то, что танцовщица ему не принадлежала.

Но вы могли бы себе представить, что она была его?

Саске больше не желал относится уважительно к ее профессии, но он бы не стал препятствовать ее страсти и желаниям. Просто жаль, что ее страстью было танцевать полуобнаженной перед группкой хамоватых мужиков-извращенцев.

Но и он сам был не лучше.

В конце концов бармен тоже глазел на нее, когда стриптизерша работала. Трудно было не смотреть, когда сцена располагалась прямо перед барной стойкой. Девушка двигалась с изяществом и чувством, ее бедра словно имели собственный разум, а ее взгляд всегда был на нем, пока Саске не сказал ей отвалить.

Он подпрыгнул, вырвавшись из своих мыслей, из-за глухой вибрации. Его сердце почти остановилось, когда он вынул телефон из заднего кармана.

— Что, — проскрипел зубами мужчина, проводя рукой по волосам, — что ты хочешь.

— Чего ты такой злой?

— Потому, что я думал ты — это кто-то другой, — он почувствовал, как упало его сердце, когда реальность отрезвила его.

— Сакура? — коротко спросил Наруто. — Ты думал, что я Сакура, да?

— Чего ты хочешь, идиот?

— Просто хотел проверить, как ты себя чувствуешь. Интересно, прислушался ли к совету, что я дал тебе вчера.

— Твой совет бессмысленный, — вздохнул темноволосый. — Я написал ей, но она до сих пор не ответила.

— Что ж, тебе нужно набраться терпения. И я не думаю, что одно сообщение может передать всю суть — попробуй поговорить с ней завтра на работе.

— Хм, — Саске выбросил мусор в ведро и вышел из кафе. — Может, это была плохая идея? Я действительно не понимаю, что делаю.

— Поэтому я здесь, чувак, — засмеялся блондин на другом конце линии. — Ты так далек от общения с женщинами, что это ненормально. Удивлен, что Сакура так долго тебя терпела.

— Что, если она не ответит? — бармен проигнорировал колкость друга. — Что, если она никогда больше не захочет со мной разговаривать?

— Не думаю, что Сакура такая, — слышал он, как блондин гудел по телефону. — Мне кажется, что тебе просто трудно донести свою точку зрения. А еще ты нетерпелив, но девушкам нужно время, что разобраться со своими чувствами, придурок.

— Я не хочу ждать, — Саске подошел к знакомому зданию, — ненавижу  ждать.

— Ну, тебе придется. Что ты собираешься делать, пойти к ней домой и умолять? — захохотал Наруто.

— Что в этом такого?

Друг замолчал на несколько секунд.

— Саске, — начал он, — ты сейчас у нее в доме?

Настала очередь бармена молчать. Взглядом он пробежался по всем окнам. Прошло примерно три недели с тех пор, как он был у нее в последний раз. Войдя в фойе, его охватило чувство комфорта.

— Саске, ответь мне.

— А что, если так?

— Не думаю, что это хорошая идея, — блондин прижал телефон к губам. — Лучше тебе уйти.

— Почему? Ты же сказал мне догнать ее, — усмехнулся Саске. — Так что же ты тогда имел в виду, Наруто?

— Идиот, я не говорил тебе караулить ее у двери, как сумасшедший. Ты увидишься с ней завтра, почему ты так спешишь?

— Потому что, — резко прошептал темноволосый, — у меня нет времени. Я все испортил между нами, поэтому не могу больше ждать: мне нужно увидеть ее прямо сейчас.

— Саске, послушай меня...

Его речь прервалась, когда Саске завершил разговор. Хоть он и ценил светловолосого официанта, пытающегося помочь разобраться ему с этой ситуацией, но Наруто начал его раздражать. Ну вот что он должен был делать? Девушка не отвечала на его сообщение и не была открыта для общения, когда они виделись, — какие варианты у него оставались?

Может быть, было немного странно, даже безумно, пройти весь путь до ее дома, дабы поговорить, когда он мог просто дождаться ответа — однако Саске это не волновало. Его гордость и достоинство исчерпали себя в тот момент, когда он связался с розововолосой танцовщицей.

Три удара.

Пять ударов.

Десять ударов.

Ничего.

Сакуры не было дома.

Облегчение и тревога одновременно омрачили его разум. Где она была? Что она делала? С кем она? Вопросы, которые Саске не заслуживал спрашивать, но имел право задать самому себе.

Бармен потащился в фойе и сел на один из стульев. Он не знал, как долго он мог продолжать ждать ее, но что-то подсказывало ему, что он был готов делать это весь день.

Все могло пойти по двум сценариям.

Сакура захочет выслушать его, оценит его стремление вернуть ее, и в конечном итоге они что-то да решат. Хоть Саске и надеялся на отношения, он все равно нервничал из-за всего этого испытания. Это будут его первые отношения впервые за тринадцать лет. Он знал, что любил ее, что был без ума от нее. Но было ли этого достаточно? А как насчет его собственных личных проблем, душевного состояния и готовностью пожертвовать определенными моральными принципами и идеалами, дабы соответствовать Сакуре? Досадно, что он думал так далеко, ведь шансы определенно были не в его пользу.

Другой сценарий.

Саске уже принес ей слишком много боли, что она стала уже необратимой, поэтому девушка решила двигаться дальше — значит, она больше не любила его. Если она решит пойти по такому пути, то мужчине придется как-нибудь справиться с этим, будь то другая работа или принуждение себя двигаться дальше иными способами.

— Вы ждете кого-то?

— Э... — Саске уставился на стоящую за стойкой ассистентку. — Да, жду.

— Оу, могу ли я поинтересоваться, кого? Если хотите, я могу позвонить и проверить свободны ли они.

— В этом нет необходимости. Я уже проверил, что никого нет.

— А, ладно, — женщина слегка улыбнулась. — Вы выглядите очень знакомо. Вы были уже здесь раньше, да?

— Да, два или три раза, — бармен поерзал на месте.

— С Сакурой Харуно? Розововолосой девушкой?

— Да, с ней.

— Вы ее ищете? — она изогнула бровь. — Потому что я точно видела, как она уходила час или два назад.

— Да, я ищу ее, − тихо ответил Саске. Было желание спросить у женщины, куда она ушла, хоть он и знал, что та лишь ассистентка за стойкой, и, скорее всего, не знала о местонахождении розововолосой.

— Понятно, — она прикусила губу и продолжила набирать что-то на клавиатуре.

По какой-то причине бармена это не устроило.

Прошло тридцать минут.

Саске наблюдал за тем, как приходили и уходили люди. Из-за плачущего ребенка мужчина чуть не отрезал себе уши, а некая парочка решила пощебетать около часа, сидя возле него.

Он прекрасно понимал, что Сакура не была домоседкой, как он. Девушке всегда хотелось чего-то нового, будь то быстрая остановка в магазине или прогулка по городу. Сначала его это раздражало, но постепенно он начал понимать, что не прочь быть с ней вне дома. Это все еще было дискомфортно для него: переполненные улицы и все такое — однако не так неприятно, как ему казалось.

— Не знала, что ты такой шутник.

Саске чуть ли не вздрогнул, услышав знакомый голос где-то неподалеку.

Это была она — вернулась.

Он не репетировал ни единой строчки, но импровизация могла сыграть с ним плохую шутку. Либо же более естественный подход был более правильным решением.

— Я не так уж хорош, — его внимание привлек незнакомый голос.

Подняв взгляд, бармен увидел Сакуру и еще одного мужчину, идущих плечо к плечу. Это был тот парень с фестиваля, растрепанный, и по какой-то причине казалось, что от него исходил собачий запах.

— Хочешь зайти ко мне, Киба? Довольно-таки рано, а еще у меня должно быть мороженое, — лучезарно улыбнулась ему девушка.

Саске не мог объяснить, что он чувствовал сейчас, но если бы пришлось, то это была смесь отвращения, предательства и гнева, объединившихся в одно целое.

Конечно же этот Киба был более, чем согласен принять ее приглашение. Бармен хотел стереть с чужого лица глупую улыбку, но по какой-то причине он не мог сдвинуться с места, и прежде, чем он это понял, они уже вошли в лифт.

Ушла.

Когда темноволосый кинул взгляд в сторону стойки, на него уже смотрела ассистентка наполненными раскаянием и сочувствием глазами.

Она знала.

У него не было сил идти домой и даже ходить. Поэтому он завернул в переулок; воздух меж кирпичных стен был затхлым и влажным, но Саске было плевать.

Впервые за целую вечность горячие соленые дорожки текли по его щекам. Мужчина чуть ли не задыхался, пока слез становилось еще больше: он так давно этого не делал, что, казалось, разучился плакать.

Возможно, это была его вина: он предложил себе в голове два разных сценария, но единственным реальным из них оказался второй: она двинулась раньше и покончила с ним.

Бармен тянул себя за черные волосы, сидя на корточках, — должен ли он был сказать что-нибудь? Стоило ли ему пойти к ней и настоять на своем?

Бессмысленно.

Откуда это доминирование и собственничество? Возле мусорного бака воскресным днем.

— Привет.

— Да, Саске? — удивился Джирайя. — Ты никогда не звонишь мне, что такое?

— Я хочу взять недельный отпуск, — Саске откинулся на стену позади себя. — С завтрашнего дня.

— О? Ты никогда не любил брать отпускные дни, так что у тебя их накопилась так много, что можешь брать отпуск на год, если пожелаешь, — засмеялся менеджер. — Что-то произошло?

— Нет. Спасибо, увидимся через неделю.

Только вот бармен увидит его на следующей неделе не для того, чтобы вернуться к работе.

Он увидится с ним, чтобы бросить свою работу.

***

— Собачий приют никогда не отдыхает, — Киба чмокнул ее в щеку. — Однако я собираюсь в ближайшее время пригласить тебя на свидание с мороженным, — подмигнул мужчина. — Пока, Сакура.

Девушка улыбнулась, прежде чем закрыть дверь.

Киба был по-своему милым. Хоть из его рта и несло диким животным, но он заставлял ее чувствовать себя комфортно: у них был одинаковый юмор, им нравились одни и те же вещи и он был очень разносторонним человеком.

За исключением одной важной составляющей, которую она не могла упустить.

Киба не был Саске.

Каждое его действие автоматически сравнивалось с темноволосым барменом.

Киба был любителем сладкого и обожал печенье с арахисовым маслом. У Саске не было пристрастия к сладкому: он предпочитал натуральные продукты, например, фрукты.

У Кибы не было проблем с выражением своих эмоций, а из-за его смеха у нее чуть ли лопались барабанные перепонки. Саске только посмеивался и ухмылялся, дабы показать свое веселье.

Киба был нежен, его руки всегда были на ней, и он был готов взять ее за руку на публике. Саске был из тех, кто не любил внимание, но стоило ему прикоснуться к ней, как по ее нервным окончаниям пробегали электрические заряды.

Сакура все еще любила Саске Учиху.

Свидание с Кибой шло неплохо, пока она не получила сообщение.

Этот текст.

«Я бы хотел поговорить, если ты не против»

Ее пальцам не терпелось ответить. Девушка почти напечатала шесть последовательных ответов, прежде чем напомнила себе, что это всего лишь замкнутый круг: он вновь взбудоражит ее, а затем скинет бомбу в третий раз.

«О чем ты хочешь поговорить?»

«Это все, что ты хотел сказать? Многословно, Саске, очень многословно»

«Что заставило тебя опомниться?»

«Что ты, блять, творишь?»

«Ненавижу, ненавижу, ненавижу тебя»

«Я люблю тебя»

В то время, как изо рта с собачьим дыханием доносилось о различных видах кормов, девушка начала ломаться изнутри.

Почему он решил написать ей? О чем он вообще хотел поговорить? Было ли это извинением или же предложением продолжить то, что между ними было?

— Эй, ты слушаешь?

— Да, да, извини. Просто пришло сообщение по поводу работы.

— Оу, тогда тебе стоит ответить на него, — Киба приподнял бровь. — Я не против.

— На самом деле нет, — она выдавила из себя улыбку. — Ничего страшного, это не так уж и важно, — сунула телефон обратно в карман. — Что ты там говорил про корм?

Когда танцовщица вновь взглянула на сообщение, оно ее разозлило. Только потому, что этот текст ей совершенно ничего не дал.

Если бармен хотел поговорить о том, насколько он был неправ, как много он причинил ей боли и что он готов был извиниться, тогда он мог спасти все. Сакуру не волновали извинения, она хотела знать, что ждало их дальше. Отказ — то, чего она боялась все время, поэтому девушка не собиралась рисковать и быть отвергнутой.

Но что, если он тоже любил ее?

Для Саске не было невозможным любить ее: мужчина был готов лечь с ней в постель и шептать ей на ухо милые пустяки — это что-то да значило. Но любовь была сложной штукой, а для такого отказывающегося быть уязвимым человека, как он — раз в десять сложнее.

Ее пальцы парили над клавиатурой.

«Я скучаю по тебе»

Девушка быстро стерла буквы и плюхнулась на кровать.

Это замкнутый порочный круг, Сакура, не поддавайся этому.

***

— Как прошло свидание? Подожди... не говори мне, — Тентен вытянула свою руку. — Он говорил с тобой о собаках без перерыва?

— Ага, — засмеялась Сакура, застегивая молнию. — Он так любит собак, да?

— Как ты могла заметить, — улыбнулась брюнетка. — Я познакомилась с ним в городском собачьем приюте, когда забирала свою собачку. Он казался довольно симпатичным, поэтому мы обменялись номерами, но он был не совсем в моем вкусе, так что мы остались друзьями, — она закусила губу. — А может вы... потенциальные любовники?

Розововолосая вздохнула, закрывая шкафчик.

— Это было вполне обычно, даже не знаю пока... Но я дам ему еще пару шансов поговорить о чем-то, кроме кормов.

— Знаешь, я слышала, что он настоящий зверь в постели, — поиграла бровями Тентен.

— Уверена, что он зверь и вне постели, — Сакура вздрогнула, вспоминая неприятное дыхание.

— Живи и развлекайся: весь мир у твоих ног, — брюнетка драматично вскинула руки вверх, выходя. — Я передам ему, что тебе понравилось.

— Сакура, — начала Хината, — ты все еще не забыла Саске?

— Неужели это так очевидно? — саркастически усмехнулась розововолосая танцовщица. — Я не знаю, что делать, Хината, я запуталась.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Я и Наруто, мы... — моргнула темноволосая, — мы пережили то же самое.

— О? Расскажи, — Сакура надела туфли на шпильке.

— Ну, я на самом деле знала его долгое время, даже до того, как он начал здесь работать, и... Он мне очень нравился, однако он вряд ли видел во мне свою возможную девушку, — вздохнула Хината. — У меня появились к нему сильные чувства, а он всего лишь хотел дружить.

— Типичные мужики, — закатила глаза розововолосая. — И что было потом?

— Я просто подыграла ему, ведь вместо ничего, у нас бы хотя был секс. Меня это раздражало, но я слишком боялась говорить об этом, — девушка перебирала свои пальцы. — Пока однажды я не поняла, что пора было взять ситуацию под свой контроль, поэтому я спросила, кто мы были друг для друга, — продолжала она. — И, по-видимому, у Наруто были проблемы с обязательствами. Это было связано с его прошлыми неудачными отношениями и травмой — и я понимала, что все будет двигаться очень медленно, — мягко улыбнулась. — Это было словно поездка на американских горках.

— Рада слышать, что все по итогу хорошо.

— Я пыталась сказать, что тебе нужно взять ситуацию под контроль: не позволяй ему подавлять твои чувства и эмоции. Думаю, Саске сильно отличается от других мужчин. Он не знает, как осознавать свои эмоции.

— Я знаю. Но я не могу терпеть это, Хината, мне тоже больно.

— Тогда поступай так, как будет лучше для тебя, — темноволосая танцовщица положила руку ей на плечо. — Ты должна быть для себя в приоритете.

— Да, — вздохнула Сакура, — ты права. Спасибо, Хината.

— Конечно, — хихикнула подруга. — Спасибо, что открылась мне.

Сакура ожидала увидеть за барной стойкой черные волосы и равнодушное выражение лица, но вместо этого ее встретили длинные темные локоны и скачущая рядом Тентен.

— Неджи? — нахмурилась девушка. — Что ты здесь делаешь? Мне казалось, что ты работаешь только по выходным.

— Это так, — вздохнул мужчина, — но Саске взял выходной, поэтому мне пришлось выйти.

— Разве это не здорово? — засияла Тентен. — У Неджи напитки намного лучше, чем у этого придурка.

— Кажется, — скривил губы он, — ты единственная, кто так считает.

— Это правда, — девушка устроила щеку на ладони. — Я бы уже знала.

По какой-то причине внутри Сакуры зародилось смятение: что-то было не так. Она знала, что Саске очень серьезно относился к своей работе: несколько раз он упоминал, что даже когда болел всегда присутствовал на своем рабочем месте.

— Я буду видеть тебя целую неделю, — в воздухе подпрыгивали два пучка. — Я так взволнована, а ты?

Розововолосая не должна возможности Неджи ответить:

— Целую неделю? Что значит «целую неделю»?

Мужчина схватил бутылку за своей спиной.

— Я буду вместо Саске всю неделю: он попросил недельный отпуск.

— Довольно странно, что он сделал это. Ни разу не видела, чтобы он пропускал хотя бы один день, — Тентен прислонила палец к подбородку. — Он говорил тебе что-нибудь?

— Нет, — Сакура прикусила нижнюю губу, — не говорил.

— Ой, ладненько, ничего страшного, — пожала плечами брюнетка, — он может брать отпуск, когда захочет, — теперь она хлопала глазками длинноволосому брюнету. — Меня все вполне устраивает.

— Разве тебе не нужно работать прямо сейчас? — Неджи поднял голову. — Вместо того, чтобы отвлекать меня от моих обязанностей?

— Ты прав, — надулась Тентен. — Но я вернусь где-то через час, так что сможем вместе перекусить, — она потянула Сакуру за запястье. — Идем, заработаем немного деньжат.

Миллион мыслей пронеслись у нее в голове, пока она работала с пилоном.

Где он был?

Почему он взял отпуск?

Был ли он в норме?

Часть ее начала жалеть о том, что она не ответила на его сообщение. Может это было что-то важное, но что же это тогда могло быть? Не нужно было быть гением: Саске хотел поговорить насчет их.

Но Сакура быстро пришла в себя.

Это... это было проблемой.

Ее не должно было волновать, где он и что делал. Мужчина ей не принадлежал — они были просто коллегами.

Если розововолосая хотела забыть о бармене, то ей придется заставить себя перестать думать о нем, даже если это будет тяжело.

Ее размышления, мягко говоря, отвлекали, но ей все же удавалось уделять внимание толпе, пока она кружила на металлическом шесте и двигала бедрами. Повернувшись, девушка чуть ли не забыла, что Саске отсутствовал, но, встретив вместо черных глаз серые, сразу же отвернулась.

— Ты такая энергичная, — Сакура провела рукой по влажным волосам. — Может, Неджи имеет к этому отношение?

— О, позволь, — Тентен поднимала зеленые купюры со сцены, — он имеет к этому непосредственное отношение.

— Классика, — розововолосая пересчитывала деньги в руках. — Когда вы уже начнете официально встречаться?

— Не знаю, — вздохнула брюнетка. — Мы даже не были на официальном свидании, а мне неловко звать его первой.

— Хм.

— Эй... Как насчет сходить на двойное свидание со мной и Неджи? Я могу спросить у Кибы, не хочет ли он пойти. Посидим у меня, будет весело.

— Э-э... — разорви этот порочный круг, Сакура. — Хорошо. Звучит неплохо.

— Супер, — засияла Тентен. — Обязательно подготовлю самое лучше вино, что у меня есть.

Время приближалось к закрытию. Сакура заметила, как несколько танцовщиц уже покинули клуб, Тентен и Неджи говорили черт знает о чем в комнате для отдыха, а Хината и Наруто — девушка была уверена — предавались плотским утехам в одной из туалетных кабинок.

— Сакура.

— Темари.

— Ты уже собираешься уходить? — светловолосая приподняла бровь.

— Да. Могу назвать это хорошей ночью, — Сакура достала пачку «зелени» из-за пояса, — достаточно хорошей для меня ночью, — усмехнулась она.

— Оу, что ж... В пятой VIP-комнате есть один клиент, — другая танцовщица закусила губу. — Думаешь, справишься?

— Я реально устала и думаю, что на сегодня хватит...

— Он настоял именно на тебе.

— О? Постоянный клиент?

— Что-то в этом духе, — губы Темари изогнулись. — До завтра, — она прошла мимо розововолосой, а Сакура осталась стоять посреди зала.

Не было ничего странного в том, чтобы иметь постоянных клиентов. На самом деле у девушки их было много; они всегда называли ее «конфетка» или же «жвачка», потому что не знали ее имени. Однако странным было время. Почти два часа ночи, большинство танцовщиц собрали свою сумки и ушли — клуб был практически пуст, да и Сакура, честно говоря, была уже измотана.

Но деньги решили ей позвонить.

И девушке нужно было им ответить.

— Здравствуйте, Вы меня заказывали. Меня зовут Сакура, и я вхожу...

Ноги танцовщицы задрожали, когда ее встретили обсидиановые радужки глаз.

— Привет, Сакура. Меня зовут Саске, и мне кажется, что мы уже встречались раньше, — мужчина убрал сигарету от губ и одарил девушку легкой улыбкой.

Это должна быть какая-то дурацкая шутка, нет, это была дурацкая шутка.

Почему он был здесь? Еще и в роли клиента?

— Что ты здесь делаешь, — было скорее утверждением, чем вопросом. — Я ухожу домой.

— О, но ты не можешь, — ответил он. — Я уже заплатил столько, сколько необходимо для получения этой комнаты. И ты работаешь здесь, поэтому ты не имеешь право отказать мне в какой-либо услуге.

— Что тебе от меня нужно? — усмехнулась Сакура. — Это что, какая-то шутка?

— Шутка? — бармен одарил ее легкой ухмылкой, а затем показал пачку банкнот, плотно упакованных резинкой. — Это не шутка.

Сегодняшний день превратился в кошмар.

Все, что ей хотелось, так это с кулака зарядить по его самодовольному лицу. Идея «вылить ему на голову спиртное из бокала и уйти прочь» посетила ее голову — и на секунду ноги повели ее в том направлении.

Но затем пришло осознание сказанных им слов.

Вообще-то он был прав.

Как бы Сакуре не хотелось сказать тупому бармену, чтобы он свалил к черту, юридически она была связана контрактом, и, пока клиенты платили ей, девушка должна была выполнять все их просьбы.

Она не могла потерять работу из-за него, она не хотела терять работу из-за него.

— У тебя десять минут, — усмехнулась стриптизерша, — и я ухожу.

Спустя месяц, у нее бы закружилась от такого голова: девушка склонилась над Саске в том самом заведении, где они вместе работали. Его черные глаза блуждали по ее телу, словно она была самым главным блюдом, что он с нетерпением ждал на протяжение всей ночи.

Но это не вызывало у нее головокружения.

В действительности она ненавидела это.

Сакура чувствовала себя грязной, слабой и жалкой. Всего пару минут назад она была уверена, что сможет контролировать ситуацию, и больше не будет Саске Учихи, гоняющегося за ней кругами.

Но теперь танцовщица была на нем: ее бедра опустились на его колени, в то время как его правая рука засовывала пачку купюр ей за пояс — это был единственный раз, когда она ненавидела то, кем была и чем занималась.

— Давай поговорим, — мужчина выпустил облако дыма ей в лицо. — Ты позволишь?

Сакуре хотелось плюнуть ему в лицо, — кем он себя возомнил? Ради этого он пришел сюда? Поговорить?

— Я здесь не для разгворов, а для того, чтобы делать свою работу, — сквозь зубы произнесла девушка.

Саске вздохнул и достал еще одну пачку купюр.

— А теперь?

— Ты считаешь, что я такая? Какая-то жаждущая денег стриптизерша, которая продалась бы за пару баксов? Я делаю это только потому, что не хочу терять свою работу, — проскрипела она.

— Я знаю, — бармен вытащил сигарету изо рта и положил в пепельницу. — Ты думаешь, что это, чего я хочу?

— Видимо, это так, — усмехнулась танцовщица. — Мудак.

— Я больше не хочу этого, можешь идти, — Саске в отчаянии расчесал пальцами волосы. — Просто уходи. Я даже не знаю, зачем я пришел сюда.

Слова повторялись в ее голове, как заезженная пластинка.

Просто уходи.

Я считаю, что нам нужно перестать видеться.

Я не знаю, что ты думаешь о нас, Сакура.

Нечто в ее голове замкнулось, когда она вытащила деньги из-за пояса и подбросила их в воздух.

Все, что делал бармен во время их отношений, так это говорил уйти, покинуть его, перестать, сделать то или это, или вообще все, что он хотел.

Он пришел к ней первым, а теперь велел ей уйти?

Снова?

— Я так устала от тебя! — крикнула Сакура достаточно громко, чтобы заглушить звук из динамиков. — Ты пришел сюда, ты пришел сюда и заказал меня! А теперь ты говоришь мне уйти? — истерический смех вырвался из ее горла. — Ты слышишь, насколько абсурдно это звучит?

— Успокойся, — мужчина схватил ее за запястье. — Поэтому я и хотел поговорить...

— Поговорить о чем? — девушку отдернула руку. — Поговорить о том, какой ты уебок, поговорить о том, сколько боли ты мне причинил, как ты не можешь оставить меня в ебанном покое, как ты сводишь меня с ума? — слезы скопились, заполняя взор, но она продолжала: — О чем, Саске, о чем, блять ты хочешь поговорить со мной сейчас?

— Прошу тебя, Сакура, не плачь... Я не этого хотел, — Саске пытался обхватить ее лицо руками, но она быстро отступила.

— Ты... — ее голос стал хриплым. — Саске, ты реально хотел этого, ты хотел унизить меня, — Сакура потянула себя за розовые локоны. — Ты пришел сюда, чтобы доказать мне это. Ты просто рассматриваешь меня как объект...

— Нет, — бармен резко прижал ее к своей груди и схватил руками ее за лицо. — Заткнись, заткнись, Сакура, и, блять, выслушай меня.

— Я не знаю... — прохныкала танцовщица, — Саске, я не...

— Я знаю, я знаю, что я уебок, что я тупой, что я худший и как бы ты там ни называла, но, черт возьми, Сакура, почему я не могу двигаться дальше? Почему я не могу просто отпустить тебя? Ты знала... ты знала, что я был в твоем доме вчера? Я был там, в фойе, и ждал тебя, — Саске глотал слезы, там и норовящие потечь по щекам. — И я увидел тебя с кем-то другим — я не мог пошевелиться, я сломался, я позвонил Джирайе и сказал ему, что не смогу выйти в течение недели. Я собирался позвонить через неделю и уволиться, — кричал он, — из-за тебя!

— Почему... Почему ты...

— Я не знаю, — проскрипел мужчина зубами. — Если бы я знал, блять, что делать, то я бы делал это. Твою мать, Сакура, ты первый человек, который все для меня, ты та, кто раздвинула мои границы, смеялась и общалась со мной, та, кто свела меня с ума.

— Саске... — теперь Сакура была спокойна; переводя дыхание, в голове она обрабатывала его слова, а ее сердце беспорядочно билось в груди.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? Я хочу услышать это. Я уйду, если захочешь, уйду прямо сейчас — и ты больше никогда меня не увидишь, — прошептал он, когда слезы, наконец, брызнули из глаз. — Ты этого хочешь?

Трудно было представить, что Саске когда-либо проливал бы слезы из-за нее. Тот, кто когда-то был отстраненным и холодным мужчиной, рассыпался прямо на ее глазах.

Розововолосая могла обвинить его во многих вещах: игры с ее чувствами, использование лишь для секса, и так далее, и тому подобное.

Но глядя в глаза Саске сейчас, она не могла обвинить его во лжи.

Его омуты больше не были пронзительными или зловещими: на смену пришла печаль, от которой разрывало сердце.

— Нет, — Сакура медленно помотала головой, — нет, Саске, я не хочу этого.

— Я ужасный человек для тебя. Мы совершенно непохожи. Во всяком случае, я лишь обременяю тебя новыми проблемами — я так сильно волнуюсь о тебе, что не хочу этого, — вздохнул темноволосый. — Но я эгоистичный человек, и я хочу то, что хочу. И все, что я хочу, это ты.

— Но ты не любишь меня...

Ее оборвал грубый поцелуй, а прикосновение чужих губ заставило ее мяукнуть. Ее руки схватились за его рубашку, сминая и дергая.

— Я люблю тебя с тех пор, как ты пригрозила лишить меня работы, в первый раз, когда мы встретились, — пробормотал он, а затем вновь прильнул к ее губам. — С того момента я любил тебя.

— Лжец... — Сакура растворилась в поцелуе. — Ты лжец, Саске, — и, конечно, она ответила на его поцелуй. Девушка больше не могла оттолкнуть его, особенно после того, как услышала эти три заветных горько-сладких слова.

— Я люблю тебя, — шептал бармен, — я люблю тебя, Сакура, я люблю тебя.

Танцовщица выдохнула и отстранилась от его губ.

— Скажи это еще раз.

— Я люблю тебя, — устало улыбнулся он.

— Еще раз, — девушка скрестила руки, — пока я не устану слышать это.

— Я люблю тебя, — мужчина уткнулся в изгиб ее шеи. — Я люблю тебя, — укусил за участок кожи.

— Продолжай, — она прикрыла глаза, — пока я не прощу тебя.

Саске издал легкий смешок, покрывая ее челюсть поцелуями.

— Я люблю тебя.

***

Глаза Тентен расширились, когда девушка увидела бармена и стриптизершу, идущих держась за руки. Первым делом, очевидно, она хотела возмутиться из-за сцены, разворачивающейся перед ней.

— Что за...

Предложение оборвалось из-за руки, накрывшей ее рот.

— Просто заткнись, — вздохнула Темари, — и оставь их в покое. Они уже достаточно натерпелись.

Брюнетка нахмурилась и подчинилась.

— Тебе пора перестать совать свой нос в не касающееся тебя дела, — хихикнула светловолосая, на что Тентен закатила глаза и прошла мимо.

— И куда ты собралась? — подошел к брюнетке Неджи. — Закончила на сегодня?

— Да... уже два часа ночи, я собираюсь пойти домой... — покраснела девушка. — А ты?

— Я тоже собирался пойти домой. Паршиво, конечно, — вздохнул мужчина.

— Что паршиво? — изогнула бровь Тентен.

— Я надеялся, что пойду с некой болтливой красоткой с двумя пучками — но, кажется, не судьба.

Брюнетка чуть ли не забыла, как дышать:

— Со мной?..

— Да, с тобой, — улыбнулся Неджи. — Ты видишь еще кого-то, подходящего под описание?

***

— Саске... ммпф... тебе нельзя быть здесь, — Сакура пыталась успевать следовать движению его губ. Но Саске был слишком быстрым и жаждущим. Его руки обнимали ее, скользили и сжимали каждый открытый участок кожи, который он мог найти.

— Тебя не было со мной почти три недели. Я поеду крышей, если мне придется ждать еще хоть секунду, — фыркнул мужчина, отстраняясь. — Одевайся быстрее, и мы пойдем.

— Мы? — она приподняла бровь. — Мы пойдем ко мне?

— Я думал о своей квартире, — бармен посмотрел в сторону, — и ты могла бы остаться на ночь...

Сакура улыбнулась, наблюдая, как краснело его лицо. Это был первый раз, когда он добровольно пригласил ее к себе домой — конечно же, она была согласна остаться на ночь, даже на несколько.

— Ты смущаешься? — подразнила девушка, надевая футболку. — Малыш Саске смущен.

— Я не смущаюсь, — ответил он. — Заткнись.

— Я хотела спросить... когда ты начал курить?

— Я курю только когда нервничаю. К сигаретам я не прикасался около года.

— О, — нахмурилась танцовщица, — так почему ты начал вновь.

— Как ты думаешь, почему, Эйнштейн? — саркастически спросил Саске.

— Извини, — девушка закусила нижнюю губу, — кажется, я напрягаю тебя, да?

— Да, — он приподнял ее лицо за подбородок, — ты морочишь мне голову, напрягаешь меня, раздражаешь...

— Когда ты дойдешь до момента, где делаешь мне комплименты? — усмехнулась Сакура.

— Но по какой-то причине мне это нравится, — мужчина нежно поцеловал ее. — И ты все еще идиотка.

— Твоя идиотка.

— Ты всегда была моей идиоткой, — Саске прислонил ее к шкафчикам. — Теперь, если бы моя идиотка поторопилась и оделась, чтобы я мог организовать ей пятинедельный примирительный секс, то было бы чудесно.

— Кровать? — Сакура прижалась спиной к стене в гостиной, пока губы Саске терзали ее шею.

— Нет, здесь, — проворчал он. — Я хочу трахнуть тебя везде — начнем отсюда.

— М-м, — одобрительно пробормотала девушка, когда бармен начал срывать с нее одежду.

— Блять, я скучал по тебе, Сакура, — прорычал он, засовывая руку ей в трусики и быстро работая пальцами; девушка громко застонала, когда два пальца погрузились внутрь. — Ты скучала по мне?

— Да, Саске, я скучала, — она закатила глаза, когда теперь уже три пальца скользили внутри нее. — Очень сильно.

— Знаешь ли ты, сколько раз я думал о тебе с тех пор, как ты ушла от меня, — мужчина согнул фаланги. — Я хотел взять тебя при каждом удобном случае, блять, я просто хотел, чтобы ты была со мной.

— Ах... Саске, — ее стоны и всхлипы заполонили квартиру, когда его большой палец закружил над клитором. — Блять... Да, Саске.

— Я больше никогда не хочу тебя потерять, — выдохнул он ей в ухо. — Никогда.

— Этого не произойдет, прошу... Мне нужен...

— Что тебе нужно? — мужчина быстрее работал пальцами. — Скажи мне.

— Ты... Мне нужен твой...

— Мой что?

— Член.

— Хорошая девочка, — не теряя ни секунды, Саске стянул с нее белое кружево и с себя джинсы до колен. Он поднял девушку в воздух, а ее ноги быстро обвили его талию.

— Я сделаю тебя своей раз и навсегда.

— Пожалуйста... — прошептала Сакура. — Прошу, сейчас.

Сначала их темп был медленным, и бармена это устраивало. На самом деле ему нравилось наслаждаться моментом — Сакура же была нетерпелива и решила взять все в свои руки, нетерпеливо прижимаясь к нему.

— Помедленнее, я буду делать это столько, сколько ты захочешь, — он украшал ее только-только помеченную кожу поцелуями-бабочками.

— Саске, я хочу чувствовать тебя, — простонала розововолосая. — Быстрее.

Он выполнил ее просьбу, прижимаясь своими бедрами к ее. Пальцами девушка потянулась к его волосам, и вскоре бармен уже вбивался в нее быстрыми и резкими толчками.

— Я скучал по этому, ебать, я скучал по тебе, — прорычал Саске. — Теперь ты моя.

— Да!.. — вскрикнула Сакура. — Полностью, полностью твоя.

— Ты всегда была моей, да? — он еще сильнее прижал ее к стене. — Да, Сакура?

— Да, Саске, всегда... Ах, Саске! — ее глаза затмевала чернота, пока он энергично двигался внутри нее. — Я сейчас...

Внезапный звонок привлек их внимание. Саске неодобрительно прорычал, пока звон раздавался эхом в ушах.

— Мой телефон... — пробормотала танцовщица. — Мой телефон, Саске.

— Не сейчас, — проворчал бармен. — Ты занята.

— Что... что, если это что-то важное... ах...

С рычанием он отнес ее к журнальному столику и уложил, а Сакура быстро подняла трубку.

— Алло?

— Сакура! Что за хуйня, — заорала Тентен прямо ей в ухо. — Что происходит между тобой и Саске, я думала...

— Ах! — розововолосая танцовщица почти кричала, когда она почувствовала, как его член вновь вошел в нее — и, не теряя времени, мужчина нарастил нужный темп.

— Что случилось, ты в порядке?

— Да... ах, — она подавила стон. — Я в порядке... Что ты... Тебе что-то нужно?

— Ну, мне интересно, хочешь ли ты еще пойти на двойное свидание с Кибой?

— Ох... — Сакура зажмурилась, пока он вбивался в нее. — О, нет... больше нет, — с губ сорвался всхлип. — Прости.

— Так и думала. Я знала, что если...

— Саске, Саске, подожди... Ах, — выкрикнула она его имя прямо в трубку, когда толчки стали глубже. Девушка подняла глаза и встретилась с мрачным взглядом: должно быть, он услышал, как Тентен упоминала про свидание на другом конце линии.

— Ты... занимаешься сексом?

— Ах... нет-нет, черт... Ах, прости, Тентен, — вскрикнула девушка.

Прежде чем брюнетка успела ответить, бармен потянулся к телефону и бросил его на диван, а затем наклонился, чтобы прижаться к ее губам.

— Скажи мое имя.

— Но... она до сих пор на связи.

— Скажи, — он проскользнул внутрь ее рта.

— Саске, — простонала Сакура; ее ноги безвольно упали на его плечи, а он продолжал трахать ее.

— Еще раз.

— Саске.

— Я люблю тебя, — он издал гортанный стон. — Я люблю тебя, Сакура, черт.

— Я тоже люблю тебя, — громко захныкала девушка. — Так люблю тебя. Я скоро кончу, Саске.

— Кончи для меня, — последний толчок — и он излился внутрь нее, — Сакура.

После того, как девушку осыпали сотнями ленивых поцелуев, она потянулась к телефону и обнаружила, что разговор уже закончился. Вместо этого у нее осталось тридцать красочных текстовых и одно гневное голосовое сообщения.

С ней Сакура разберется позже.

***

— Мне подходит? — обернулась розововолосая.

— Ни разу, — усмехнулся Саске. — Но это выглядит хорошо на тебе.

Она надулась и взглянула на его футболку: обыкновенная футболка синего цвета, которая закрывала ее до бедер. Сакура не могла не улыбнуться, вдыхая знакомый запах, запах, по которому она скучала.

— Теперь ты всем расскажешь?

— Расскажу всем что? — она оперлась о кухонную стойку.

— Что ты моя девушка.

— Девушка? — усмехнулась танцовщица. — Когда это мы решили это?

— Ну, я просто предположил...

— Ты никогда не звал меня на свидания, — ухмыльнулась она. — Следовательно, у нас нет отношений.

Саске закатил глаза и приподнял бровь:

— Ты будешь моей девушкой?

— Хм, — высоко подняла голову Сакура, — даже не знаю, это было без энтузиазма.

— Ты будешь моей девушкой, пожалуйста? — вздохнул темноволосый.

— Не знаю, мне нужно подумать, — девушка попыталась подавить смешок. — Ждите ответа через тридцать-девяносто рабочих дней.

— Круто, — он приподнял ее за подбородок. — Ты уже моя. Ты моя девушка, и я не приму «нет» в качестве ответа.

— Доминант, — засмеялась Сакура. — Думаю, у меня нет иного выбора, кроме как подчиниться, — она обвила ногами его торс. — И что теперь, парень?

— Я не знаю, не знаю, что нужно делать, — Саске прижался своим лбом к ее. — Поженимся?

Розововолосая чуть ли не задохнулась от смеха, в то время бармен нахмурился.

— Ну, для начала неплохо было бы сходить на свидание, ничего сверхъестественного.

— Ладно, и куда бы ты хотела сходить?

— Ты должен удивить меня, дурак, — она убрала волосы с его лица. — Я всему буду рада.

— Это будет тяжело для меня, просто чтоб ты знала, — вздохнул Саске. — Мне нужно долго работать над собой, пожалуйста, прояви терпение...

— Саске, — девушка взяла его лицо в свои ладони, — я не собираюсь просто сидеть и смотреть, как ты справляешь в одиночку. Я помогу тебе, ведь мы команда, — она нежно поцеловала его в губы. — Можешь положиться на меня.

Мужчина посмотрел в ее изумрудные глаза и нерешительно кивнул.

— А разве ты не должен «умереть, снова родиться и умереть»?

— О чем ты?

— Помню, как ты говорил это когда-то. Цитирую: «Я скорее умру, снова рожусь и умру, чем когда-нибудь признаюсь тебе хоть в чем-то», — самодовольно улыбнулась Сакура. — Разве не так?

— Заткнись, идиотка, — он толкнул ее обратно на стойку. — Ты сделала меня таким.

— Я ничего не делала, — девушка открыла глаза. — О!.. Это напомнило мне... Ты снова можешь поучить меня делать клубничный коктейль... о-о, Саске, я уже целую вечность не пила его, сделай мне один сейчас.

— Сейчас? Утро же, — бармен приподнял бровь. — Может, позже...

— Сейчас, сейчас, — проныла она, — прямо сейчас.

— По твоей настойчивости, — простонал он, — я совсем не скучал.

Пару минут спустя они оказались в знакомой позе: Саске стоял позади нее, пока она трясла металлический шейкер в руках. Почти дважды Сакура чуть ли не зарядила ему в челюсть, но он сдерживал ее запястья.

— Когда я буду так же хороша, как ты? — Сакура повернула голову назад.

— Наверное, никогда, — ухмыльнулся мужчина. — Но ничего страшного, я буду готовить тебе их.

— Точно, а я буду танцевать стриптиз для тебя, — лучезарно улыбнулась танцовщица.

— Танцевать стриптиз? Я думал это называется «заниматься искусством».

— Мои танцы — искусство по сравнению с твоими посредственными напитками, — усмехнулась Сакура.

Вместо хмурого взгляда, он чмокнул ее в макушку, а затем смотрел, как она вздрагивала от своего «шедевра» — и это вызвало легкую улыбку на лице Саске.

На этот раз он действительно мог признать.

Он любил ее такой, какой она была.

Он любил ее волосы цвета розовой жевательной резинки.

Ее блестящие зеленые глаза.

Ее пронзительный смех и хихиканье.

То, как она смотрела на него.

То, как она говорила с ним.

То, как она обвела его вокруг пальца.

И на этот раз он не ненавидел себя за то, что говорил.

Он любил Сакуру Харуно.

-------------------------------------------------------

Урыыы я сделала это!

Я мОлОдЭц^_^