Часть 10
Прикосновение.
Камин в поместье Блэков потрескивал, отбрасывая дрожащие тени на стены. Люциус сидел в кресле, склонившись над черным руническим камнем, его пальцы сжимали его так крепко, что костяшки побелели. Глаза были прищурены, брови сведены в одну резкую линию — он явно страдал от головной боли, но никогда бы не признался в этом вслух.
Элис наблюдала за ним из дверного проема, скрестив руки на груди. Она чувствовала его дискомфорт через метку — тупую, навязчивую боль, которая пульсировала в висках.
"Он даже не попытается себе помочь," — подумала она с раздражением.
Не решаясь нарушить его молчание, она тихо подошла к нему сзади. Люциус не обернулся, но его плечи слегка напряглись — он знал, что она рядом.
Элис осторожно подняла руки и кончиками пальцев коснулась его висков.
Первое прикосновение было едва ощутимым — просто легкое касание, проверка реакции. Люциус не дернулся, не отстранился. Тогда она начала медленно массировать маленькими круговыми движениями, стараясь не давить слишком сильно.
Его кожа была горячей, почти обжигающей, а под пальцами она чувствовала, как напряжены его мышцы.
— Что ты делаешь?
Его рука внезапно схватила ее за запястье, резко, но не больно. Голос Люциуса был низким, предупреждающим.
Элис не отдернула руку.
— Тебе больно, — просто сказала она.
— Это не твоя забота.
— Но мои пальцы знают, как помочь.
Они замерли в этом противостоянии — он, все еще сжимая ее руку, она, не отступая.
Люциус вдруг резко разжал пальцы, но... не оттолкнул ее.
— Делай что хочешь, — пробормотал он, снова поворачиваясь к камину.
Это было максимально близко к разрешению, которое она могла от него получить.
Элис продолжила, теперь уже увереннее. Ее пальцы скользили по его вискам, затем выше — в волосы, осторожно разминая кожу под ними. Люциус сначала сидел напряженно, словно ожидая подвоха, но постепенно его плечи начали расслабляться.
— Откуда ты знаешь, как это делать? — наконец спросил он, голос уже не такой резкий.
— В приюте... — она на секунду замедлила движения, — приходилось ухаживать за младшими. Они часто болели.
Люциус ничего не ответил, но его голова слегка наклонилась назад, давая ей больше доступа.
А Элис улыбнулась про себя.
Люциус медленно закрыл глаза, чувствуя тепло камина на своем лице. Его голова покоилась на мягкой груди женщины, которая стояле за его спиной, ее пальцы нежно вплетались в его светлые волосы. Он давно не позволял себе так расслабляться, но сегодня… сегодня было исключение.
— Ты сказал про Азкабан… — ее голос был тихим, но тревога в нем была очевидна. — Как мы туда попадем? А как же дементоры? Их там уйма…
Люциус не сразу ответил. Мысль о возвращении в это проклятое место заставляла его кожу покрываться мурашками. Он помнил холод, проникающий в самое нутро, помнил, как его разум медленно разъедало отчаяние. Но сейчас у него не было выбора.
— Мы не пойдем туда, как обычные узники, — наконец проговорил он, открывая глаза и отстраняясь от нее. — У меня есть… связи.
Она приподняла бровь, но не стала перебивать.
— В Министерстве остались те, кто все еще боится моего имени, — продолжил Люциус, его голос стал жестче, словно он снова обрел уверенность. — И те, кто готов помочь за соответствующую плату. Дементоры… — он усмехнулся, — они следят за заключенными, но не за посетителями. Особенно если те приходят с разрешения самого начальства.
Женщина задумалась, ее пальцы сжали край дивана.
— А что, если это ловушка? — спросила она. — Ты уверен, что тебе можно доверять этим людям?
Люциус повернулся к ней, его холодные серые глаза сверкнули.
— Никому нельзя доверять, — ответил он. — Но иногда приходится идти на риск.
Она хотела что-то сказать, но в этот момент в камине вспыхнуло зеленое пламя, и из огня вылетела сова с письмом в клюве. Птица опустилась на стол, бросив взгляд на Люциуса, словно оценивая его.
Люциус медленно протянул руку и на столе появилось письмо. Он взял письмо. Конверт был из плотного пергамента, запечатан черным воском с едва заметным знаком — стилизованной буквой «Н».
— Это от него? — прошептала девушка.
Люциус не ответил. Он разломил печать и развернул лист. Его глаза пробежали по строчкам, и по его лицу пробежала тень.
— Мы отправляемся завтра, — наконец произнес он. — Всё готово.
Она хотела спросить подробнее, но Люциус уже встал, его лицо стало непроницаемым.
— Собери вещи. Только самое необходимое. И будь готова ко всему.
Элис была в непонимании. Какие вещи?... Они прячутся тут как шавки от охотника.
***
На следующий день они стояли на краю мрачного утеса, откуда открывался вид на ледяные воды Северного моря. Ветер рвал их плащи, а вдалеке, словно черная гниль на горизонте, виднелся силуэт Азкабана.
— Как мы доберемся? — крикнула она, пытаясь перекрыть шум ветра.
Люциус не ответил. Вместо этого он достал из кармана небольшой серебряный свисток и поднес его к губам. Звук был настолько тихим, что она его даже не услышала, но через несколько секунд вода внизу забурлила.
Из глубин поднялось нечто огромное и темное.
— Это… — ее голос дрогнул.
— Кракен, — спокойно сказал Люциус. — Вернее, его дальний родственник.
***
Автор.
Да я решила немного разбавить сюжет, ну так, для спектра эмоций. Надеюсь вы не против таких поворотов.
***
Чудовище приблизилось к скале, его щупальца обвили камни, словно предлагая им ступени.
Элис скрывилась..
— Ты шутишь… — прошептала она.
— У нас нет времени на лодки, — бросил Люциус и шагнул вперед, нащупывая ногой скользкую поверхность щупальца.
Оставаться на утесе было еще страшнее, чем идти за ним, поэтому, стиснув зубы, она последовала его примеру.
Элис не понимала.
Она стояла на краю скалы, ветер хлестал ее по лицу, а внизу, в черной пучине, шевелилось нечто огромное, чудовищное, чего не должно было существовать в этом мире. Кракен. Или его родственник. Неважно. Главное — как, черт возьми, Люциус Малфой умудрился приручить такую тварь?
И это было не единственное, что не давало ей покоя.
— Ты уверен, что это сработает? — крикнула она, перекрывая рев волн.
Люциус даже не повернулся. Он стоял неподвижно, его плащ развевался, как крылья хищной птицы, а взгляд был устремлен вдаль, туда, где за пеленой тумана виднелись мрачные башни Азкабана.
— У нас нет выбора, — ответил он, и в его голосе не было ни капли сомнения.
Элис сжала кулаки. Она привыкла к его уверенности, к тому, что он всегда на три шага впереди, но сейчас… сейчас все это казалось безумием.
— А как же дементоры? — прошептала она, но Люциус, кажется, не услышал.
Или сделал вид, что не услышал.
Связи. Всегда связи.
Позже, когда они уже скользили по щупальцам чудовища к его спине, Элис не выдержала.
— Объясни мне хоть что-нибудь, — потребовала она, цепляясь за скользкую кожу кракена. — Твоя жена говорила, что дементоры разыскивают нас по всему миру. Как мы вообще можем приближаться к Азкабану?
Люциус наконец посмотрел на нее. Его глаза, холодные и расчетливые, отражали блики воды.
— Потому что не все дементоры служат Министерству, — сказал он.
Элис почувствовала, как по спине пробежал холод.
— Ты… купил их?
Да как это вообще черт побери возможно?! Они же не животные!
Он усмехнулся.
— Не все можно купить. Но кое-что — можно.
Она знала, что Люциус Малфой не просто так оставался на свободе столько лет. Даже после падения Темного Лорда, даже после всех чисток в Министерстве, его имя все еще что-то значило.
Но сейчас она понимала — его влияние простиралось гораздо дальше, чем она думала.
Однако он не мог повлиять на жену которая с ума от ревности сошла.
Смешно.
— После войны многие дементоры… разочаровались, — продолжил Люциус, его голос был тихим, но каждое слово било точно в цель. — Министерство обещало им свободу, но в итоге загнало обратно в тюрьмы. Некоторые из них… предпочли искать новых покровителей.
Элис сглотнула. Может Люциус тоже с ума сошёл, и ведёт и её на верную смерть? Он сейчас такую ересь нёс... На голову не налазило.
— И ты предложил им себя.
Люциус не ответил. Но его молчание было красноречивее любых слов.
А потом был кракен.
— Откуда он вообще взялся? — прошептала Элис, когда чудовище начало медленно плыть к Азкабану.
— Он всегда был здесь, — ответил Люциус. — Северные моря полны существ, о которых волшебники предпочитают не вспоминать.
— Но как ты нашел именно его?
Люциус взглянул на нее, и в его взгляде мелькнуло что-то, что заставило ее замолчать.
— У меня есть друзья в неожиданных местах.
Она поняла, что больше не будет вопросов.
Это был Последний аргумент.
Когда Азкабан уже вырос перед ними, черный и безжалостный, Элис почувствовала, как страх сжимает ее горло.
— Люциус, — сказала она резко. — Если мы войдем туда, нас могут не выпустить.
Он остановился и повернулся к ней. Его лицо было спокойным, но в глазах горел холодный огонь.
— Тогда тебе лучше остаться здесь.
Она замерла.
— Ты шутишь?
— Нисколько.
Они смотрели друг на друга несколько секунд, и Элис поняла — он действительно готов пойти один.
— Черт с тобой, — прошептала она. — Я иду.
Люциус кивнул, и они двинулись вперед, навстречу тьме.
***
Первые дементоры появились сразу, как только они ступили на каменный причал. Люциус на всякий случай приготовил палочку. Надеялся, что не понадобиться.
Элис почувствовала, как воздух стал ледяным, а в ушах зазвучали шепоты — обрывки самых страшных воспоминаний.
Но Люциус не дрогнул.
Он поднял руку с палочкой, что-то прошептал, и дементоры… остановились.
Один из них медленно приблизился, его гнилой плащ шелестел по камням.
Люциус что-то сказал.
Не слова.
Звук.
Что-то между шепотом и шипением. Как будто заклинание.
Дементор замер, затем кивнул и отплыл в сторону.
Элис не верила своим глазам.
— Как ты…?
— Я же сказал, — ответил Люциус, не глядя на нее. — Не все дементоры служат Министерству.
И они вошли в Азкабан.
***
Теперь Элис поняла.
Люциус Малфой не просто выжил.
Он подготовился.
И теперь он шел за тем, что ему было нужно, невзирая на опасность.
Потому что у него были связи.
Потому что у него всегда был план.
И потому что, в конце концов, он был Люциусом Малфоем.
А это значило гораздо больше, чем она когда-либо предполагала.
И все же её сменил тот факт что он сбежал от ревнивой жены и не смог держать ее в узде.
***
Азкабан встретил их ледяным ветром и воем дементоров, круживших над башнями. Но Люциус не дрогнул. Он поднял руку, и из тени вышел человек в мантии чиновника Министерства.
— Вы опоздали, — сухо сказал тот.
— Но я пришел, — ответил Люциус. — Этого достаточно.
Чиновник молча кивнул и повел их внутрь.
***
Тюрьма была хуже, чем она себе представляла. Воздух был пропитан отчаянием, и даже стены, казалось, шептали проклятия.
— Кого мы здесь ищем? — спросила она, стараясь идти как можно ближе к Люциусу.
— Того, кто знает, где находится где находиться тот, кто приложил руки к тому, что мы связанные, — ответил он.