Шторм на подходе
Вечер накрыл город серым покрывалом дождя.
Лёгкий, холодный моросящий дождь проникал в каждый уголок, смывая с улиц шум, оставляя только звон капель и мокрый асфальт.
В бригаде все готовились к ночному патрулю и проверке маршрутов. Тревога висела в воздухе, как электричество перед грозой.
Маша шла рядом с Филом, стараясь держать шаг с его быстрым, уверенным ритмом.
Он молчал, сосредоточенный, но каждый взгляд, который он бросал на неё, был полон внимания и заботы.
Он словно чувствовал: эта ночь будет не простой.
— Сегодня тихо, — сказала она, пытаясь разрядить атмосферу.
— Тихо? — Фил усмехнулся, не оборачиваясь. — Мы в бригаде тихо не живём.
— Да ладно тебе... — Маша улыбнулась слабой улыбкой, но внутри сердце стучало тревогой.
Они шли по мокрой улице, вдоль складов и пустых переулков, слушая, как капли дождя стучат по их одежде. Каждый шаг отдавался эхом в пустых закоулках.
Их внимание было сосредоточено на маршрутах, проверках, но никто не ожидал, что опасность уже рядом.
Внезапно, из тёмного угла, за заброшенным контейнером, раздался хруст.
Фил первым заметил движение.
Он резко дернул Машу за руку, притянув к себе.
— Маш! Назад! — прокричал он, но слова растворились в ночи.
Два человека в тёмных одеждах, лица скрытые капюшонами, выскочили из тени.
Мгновение — и всё вокруг стало хаосом.
— На землю! — Фил опустился, прикрыв Машу телом.
Одна из фигур выхватила нож.
Секунда.
И Фил почувствовал резкую боль в плече.
Холодная острая резь пронзила его тело, он закричал.
— Фил! — Маша рухнула рядом, сердце колотилось, дыхание сбилось.
Он стоял, стиснув зубы, стараясь прикрыть её.
Второй нападавший пытался ударить их сзади, но Фил резко отпихнул Машу за спину.
Она упала на мокрый асфальт, чувствуя, как вода и кровь смешиваются на ладонях.
— Беги! — выкрикнул Фил, хотя его лицо исказилось болью.
— Фил! — кричала она, не разбирая слов, не думая ни о чём, кроме того, чтобы удержать его рядом. — Дыши, пожалуйста...
Он тяжело пытался вдохнуть. Глаза его были полны боли
Маша стиснула его руку, понимая, что он пытался защитить её ценой собственной жизни.
— Я не позволю тебе умереть! — кричала она, оглядываясь по сторонам, но дождь и ночь делали её движения почти незаметными.
В этот момент из темноты выскочили Белый, Космос и Пчела.
— Стоять! — закричал Белый, выхватывая пистолет.
Космос догнал и уже бил ногой одного из нападавших, отбрасывая его в сторону.
Пчела скользнул вперед, используя силу и скорость, чтобы оттолкнуть второго.
— Маш, отойди! — крикнул Белый, прикрывая её своим телом. — Фил, держись!
Маша видела, как друзья сражаются за их жизнь. Космос действовал без промедления, точные удары, холодная концентрация. Пчела рвался ближе к Филу, пытаясь отбросить нападавшего. Белый руководил действиями, оценивая ситуацию, кричал команды.
Фил стиснул зубы, кровь стекала по плечу, но он продолжал держать Машу. Он посмотрел на друзей и кивнул: «Я держусь...»
Нападавшие поняли, что шансов мало, и ретировались, растворяясь в тумане.
Фил упал, тяжело дыша. Космос подбежал, поднял его за плечо:
— Держись, брат! Не падай!
Пчела уже вызвал скорую по рации:
— Нужна скорая! Быстро! Он теряет много крови!
Белый наклонился к Маше:
— Ты держись, мы рядом. Ты сделала всё правильно, — сказал он, сжимая её плечо.
Маша не отлипала от Фила, сжимая его руку. Её слёзы смешались с дождем, капли падали на лицо.
— Дыши... пожалуйста... — шептала она.
Скорая подъехала через несколько минут. Медики заняли Фила на носилки, подключая капельницы. Космос и Пчела помогали аккуратно переместить его.
— Маш, оставайся рядом! — сказал Белый. — Мы держим ситуацию под контролем.
Фил едва шевелился, глаза блестели от боли и слабости:
— Маш... я с... тобой...
Маша кивнула, не в силах говорить. Каждый шаг машины отдавался в её руках, сжимавших его ладонь.
В больнице запах антисептика ударил в нос. Белый, Космос и Пчела следовали за Машей, пока медики переносили Фила в реанимацию.
— Он в критическом состоянии, — сказал хирург. — Потеря крови сильная, потребуется операция.
Маша села на стул рядом с реанимацией.
Космос положил ей руку на плечо:
— Он выживет. Ты сделала всё, что могла.
Пчела сжал кулаки, глядя на монитор:
— Эти придурки... пусть знают, что с нами так не шутят.
Белый, стоя рядом, тихо сказал:
— Мы не позволим ему умереть.
Маша вспоминала каждое мгновение с Филом: как он держал её в дождь, как заботился, как лежал рядом прошлой ночью.
Каждый звук — шаги медсестёр, щелчки приборов, голоса врачей — отдавался в ушах Маши как гром.
Дождь стучал по окнам больницы, смешиваясь с монотонным звуком мониторов.
Белый сидел рядом, держа руку на её спине:
— Он сильный, — сказал он. — Мы все за него держимся.
Космос и Пчела время от времени появлялись, узнавали о состоянии Фила, успокаивали Машу, но напряжение было видно в их глазах.
— Он справится, — повторял Пчела, хотя сам бледнел.
Прошли часы. Каждая минута тянулась вечностью.
Наконец хирург вышел:
— Операция прошла. Состояние стабильное, но он в коме. Кровопотеря была огромной.
Маша опустилась на пол рядом с дверью реанимации, сжимая кулаки
Белый присел рядом:
— Мы будем рядом. Всё будет хорошо.
Космос покрутил головой:
— Эти ублюдки... с ними мы разберёмся.
Пчела просто стоял, сжав кулаки, глядя на Машу
Маша закрыла глаза. Дождь за окнами всё ещё бил по стеклу, смешиваясь с её слезами. Она знала одно: сейчас всё, что имеет значение — его жизнь, и она будет рядом, пока он не откроет глаза.