11-глава
Мира
Я проснулась. В этом огромном особняке стояла непривычная, звенящая тишина. Казалось, стены впитывали каждый звук, скрывая дыхание времени. Ни скрипа половиц, ни шелеста ветра за окнами — лишь тягучая неподвижность, в которой можно было услышать собственные мысли. Тьма постепенно уступала место тусклому свету, и в его мягком сиянии комнаты казались ещё просторнее, холоднее, чем прежде.
Я накинула халат и вышла в коридор. Вчера усталость лишила меня возможности рассмотреть особняк, но теперь любопытство взяло верх. Каждый шаг отдавался гулким эхом в высоких стенах, а за закрытыми дверями угадывались пространства, полные тайн. Казалось, дом ждал, чтобы его открыли, словно хранил в себе чью-то историю.
Я прошла мимо длинного ряда портретов, взгляды которых будто следили за каждым моим шагом. На первом этаже меня встретил просторный зал с массивной лестницей. Деревянные перила были холодны на ощупь, и, скользя по ним ладонью, я невольно задержала дыхание. Под потолком висела тяжёлая люстра, усыпанная пылью, словно звёздами, застывшими во времени.
В соседней комнате, за резной аркой, оказался каминный зал. Здесь воздух был чуть теплее, а в углу стояли кресла, обитые выцветшей тканью, — словно хозяева только что покинули их. Я двинулась дальше и оказалась в библиотеке. Высокие стеллажи уходили к самому потолку, а книги, покрытые пылью, источали терпкий запах старой бумаги. Я провела пальцами по корешкам и почувствовала, как тишина вокруг стала ещё плотнее, будто книги охраняли свои секреты.
Пройдя библиотеку, я вышла в узкий коридор, где запах старого дерева постепенно сменился свежестью. В конце показалась высокая дверь с коваными ручками. Я толкнула её, и передо мной открылся летний сад.
Тёплый воздух наполнил лёгкие, а солнечный свет обрушился после полумрака особняка почти ослепительно. Здесь, во внутреннем дворе, стены дома обрамляли сад, утопающий в зелени. Каменные дорожки, покрытые мхом, вели мимо клумб с цветами, чьи лепестки ещё блестели от утренней росы. В центре возвышался мраморный фонтан: вода струилась лениво, играя бликами в лучах солнца. На скамье, усыпанной опавшими лепестками, будто ждала чья-то забытая книга.
После холодных залов и пыльных комнат особняка летний сад казался ожившим оазисом — тёплым, светлым, полным дыхания. И в то же время в его тишине таилась загадка, будто он был не просто садом, а частью старинной тайны дома.
Моё внимание привлекла качеля, стоявшая посреди сада. Она казалась чужой в этом пространстве — слишком одинокой, слишком неподвижной. Две массивные цепи держали резное деревянное сиденье, и время оставило на нём свой след: краска облупилась, дерево потемнело. Я приблизилась и осторожно коснулась качели — металл был прохладным, словно ночная прохлада до сих пор жила в нём.
На миг мне показалось, что цепи дрогнули сами, и сиденье чуть качнулось, хотя воздух был неподвижен. Тишина сада стала густой, звуки фонтана словно отошли на задний план, и я почувствовала, будто кто-то только что сидел здесь, покинув качелю всего мгновение назад.
Я медленно опустилась на качелю. Дерево тихо застонало под моим весом, и цепи натянулись, издав протяжный звон. Я слегка оттолкнулась носком, и качеля послушно двинулась вперёд, разрезая тишину сада. На мгновение я позволила себе забыться, слушая шёпот листвы и журчание воды.
И вдруг я ощутила присутствие. Тепло, исходящее из-за спины, было слишком явным, чтобы быть плодом воображения. Я обернулась — и в нескольких шагах позади стоял Чимин. Его взгляд был мягким, но в то же время внимательным, словно он наблюдал за мной уже давно. Уголки его губ тронула лёгкая улыбка.
—Ты наконец решила исследовать этот дом? — тихо спросил он, делая шаг ближе.
—В смысле? Наконец. Я только второй день здесь! — сдерзила я, приподняв бровь.
—Знаешь, иногда промолчать — хорошее качество. К сожалению, ты им не обладаешь.
—Я рада, что не обладаю им.
—И я рад, — мягко улыбнулся он. — Давай покачаю.
Я молча отвернулась вперёд. Цепи снова зазвенели, когда Чимин слегка толкнул качелю. Движения были осторожные, словно он боялся нарушить хрупкую тишину сада. Постепенно качание замедлилось и сошло на нет.
В этот момент я почувствовала, как его ладонь легла на мой живот — тёплая, уверенная. Он приблизился, и его грудь мягко коснулась моей спины. Моё дыхание стало прерывистым, а сердце забилось быстрее.
Его прикосновение было неожиданным, но в то же время естественным, словно именно так всё и должно было быть. Я почувствовала, как Чимин чуть сильнее прижался, его дыхание скользнуло по моему виску, щекоча кожу.
—Ты даже не представляешь, как красиво ты выглядишь сейчас, — прошептал он так тихо, что слова растворились бы в воздухе, если бы не его близость.
Я обернулась, и наши взгляды встретились. В его глазах отражалось солнце и зелень сада, но глубже — что-то большее, что-то, от чего сердце у меня дрогнуло.
Он осторожно коснулся моей щеки, большим пальцем убрав непослушную прядь волос. Движение было таким мягким и заботливым, что я невольно закрыла глаза. В следующее мгновение его губы коснулись моих — сначала несмело, словно он боялся спугнуть момент, а потом поцелуй стал глубже, теплее, наполненный тем, чего мы оба так долго ждали.
Его поцелуй стремительно стал жаднее, требовательнее. Чимин обнял меня крепче, разворачивая с качели к себе, и я почувствовала, как под ногами исчезла почва — весь мир сузился до его рук и его губ.
Цепи качели тихо звякнули, когда он прижал меня ближе, его пальцы скользнули по моей талии, оставляя за собой огонь. Моё сердце колотилось, и я не знала, где кончаюсь я и начинаются его чувства.
—Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, прерывая поцелуй лишь на мгновение, и снова впился в мои губы.
Воздух вокруг был наполнен запахом цветов и влажной земли, но для меня существовал только он. Его ладони были горячими, его дыхание — сбивчивым, и в этой неистовой близости я чувствовала, что растворяюсь в нём без остатка.
Он отступил на шаг, всё ещё держа мою руку в своей. Его взгляд был тёплым, игривым и одновременно чуть виноватым, словно он понимал, что только что нарушил привычный ритм утра.
—Ты знаешь, — начал он тихо, чуть улыбаясь, — после такого романтического утра я бы очень хотел, чтобы мы не только качались на этих качелях, но и позавтракали вместе. Как насчёт этого?
Он слегка наклонил голову, изучая мою реакцию. Его рука сжала мою ладонь чуть крепче, и в этом касании было столько заботы, что я не могла не улыбнуться.
—Я приготовлю что-нибудь простое, но вкусное, — продолжил он. — Чай, свежие фрукты, немного выпечки… Ты согласна?
Я кивнула, и в этот момент весь сад казался ещё более солнечным и живым. Даже качели, которые ещё недавно привлекли всё моё внимание, теперь стали частью их утреннего уюта, словно приглашая нас в новый день вместе.
Чимин
Мы вместе прошли через коридор, и я заметил, как она всё ещё слегка улыбается, будто каждый уголок особняка теперь казался ей менее пугающим. Я открыл дверь в кухню — свет из окна мягко ложился на деревянный стол, создавая уютное пятно тепла.
—Садишься? — предложил я, указывая на стул у стола.
Она кивнула и села, а я начал доставать продукты: свежие фрукты, багет, мед и немного сыра. Всё было просто, но в этом простом завтраке была своя магия — именно то, что делает совместные утренние моменты особенными.
—Ты хочешь чай или кофе? — спросил я, улыбаясь.
—Чай, пожалуйста, — ответила она, и я заметил, как её глаза светятся тихим счастьем.
Пока я завариваю чай, она аккуратно нарезала фрукты, и в этом движении было что-то невероятно милое. Я подошёл к ней с чашкой, и она протянула руку, чтобы взять её. Наши пальцы соприкоснулись — лёгкое касание, но такое наполненное теплом.
—Вот, — сказал я, садясь напротив. — Давай насладимся этим утром вместе.
И мы начали завтрак: тихие разговоры, улыбки, лёгкий смех. Мир за стенами особняка казался далёким, а в этом маленьком уголке, полном солнечного света, существовал только наш завтрак и наша близость.
Раздался звонок. На другом конце — Тимур.
—Да? — говорю, поднося телефон к уху.
—Ты нужен на складе номер 4, тут к тебе пришли, — сообщает он.
—Понял. Держи ситуацию под контролем, я буду через двадцать минут, — отвечаю и кладу трубку.
—Что-то случилось? — слышу заботливый голос Мирочки.
—Да… я вернусь только через несколько часов. Через час придёт домработница, — говорю, стараясь звучать спокойно.
—Хорошо, буду ждать.
Ждать… Когда в последний раз кто-то ждал меня дома? Это слово будто ударило по странной пустоте внутри. И вдруг появляется что-то непривычное — мотивация. Мотивация вернуться домой быстрее, почувствовать, что там есть кто-то, кто ждет.
Я приехал на склад, и там меня уже ждал Марко — капо из Чикаго. У нас с ним хорошие отношения: мы продаём друг другу товары и неплохо сотрудничаем. Его появление сразу вселяло уверенность: с такими людьми проще решать любые вопросы.
—Привет, — сказал он, слегка кивнув. — Рад, что ты пришёл вовремя.
—Не мог опоздать, — ответил я, оглядываясь по сторонам. — Всё спокойно?
—Пока да, — кивнул Марко. — Но есть нюансы. Партия, которую ты должен забрать, немного задержалась. И ещё один клиент начал задавать вопросы.
Я выдохнул, стараясь скрыть раздражение. — Хорошо. Давай посмотрим, что там и как можем ускорить процесс.
Марко слегка улыбнулся, как будто читал мои мысли. — Всё будет под контролем, не переживай.
Я кивнул и направился к складу, ощущая привычное сочетание деловой строгости и тихого доверия, которое возникает между теми, кто давно работает вместе.
Надо быстрее закончить и вернуться к Мире.
Мира
Как и сказал Чимин, через час пришла Лана — домработница. Она оказалась примерно моего возраста.
Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошла девушка с лёгкой походкой. В её движениях чувствовалась уверенность, но во взгляде — настороженность, будто она ещё не знала, как к ней отнесутся. Лана опустила на стол корзинку с фруктами и улыбнулась:
— Добрый вечер. Я Лана.
Я чуть смутился: мы стояли почти на одном уровне — не как хозяйка и служанка, а скорее как ровесники, случайно оказавшиеся в одном доме.
— Добрый вечер. Я Лана, — повторила она мягко, будто проверяя мою реакцию.
— Привет, — ответил я немного неловко. — Ты давно работаешь здесь?
Лана чуть пожала плечами и опустила глаза, пряча улыбку:
— Уже пару лет. Дом знаю лучше, чем самого хозяина.
Я удивлённо посмотрел на неё. В её голосе не было ни тени покорности — скорее лёгкая ирония. Это сразу сделало её присутствие каким-то непривычным.
— А ты... давно здесь? — спросила она, глядя прямо мне в глаза.
— Недавно, — ответил я и улыбнулся. — Всё вокруг кажется новым и немного чужим.
— Понимаю, — тихо сказала Лана. — Когда я только пришла сюда, тоже чувствовала себя потерянной. Но со временем дом стал почти родным.
Она присела на край кресла, поправила выбившуюся прядь волос и добавила:
— Если захочешь, я покажу тебе самые уютные места. Тут есть сад, куда почти никто не заходит, и маленькая библиотека с книгами, которых хозяева, кажется, никогда не открывали.
Я почувствовал, как внутри что-то оттаивает: её простые слова и спокойный голос внезапно сделали всё вокруг менее чужим.
— Спасибо, я уже исследовала дом, — только сказала я, но не успела договорить, как мы заметили за окнами движение. Особняк окружили люди в чёрном. В свете фонарей блеснули холодные стволы пистолетов.
— Что за... — пролепетала Лана, в её голосе прозвучала тревога.
Мы вскочили на ноги, но было уже поздно. Дверь распахнулась с грохотом, и в кухню вошли вооружённые люди. Их шаги звучали синхронно, словно отрепетированный марш.
Во главе стоял он — Кристиан. Его появление словно сгустило воздух. На лице — хищная усмешка, а в глазах холодное спокойствие, будто он держал в руках весь этот момент.
— Давно не виделись, — сказал он, скользнув по мне взглядом, в котором смешались угроза и какая-то странная знакомая теплинка.
Лана крепко сжала мою руку, и я почувствовала, как дрожь прошла по её пальцам.