Огненная судьба Джейн Уизли

Глазами Гарри:
В это время Джинни, Рон, Невилл и Луна встретили Гермиону и Гарри. Двое рассказали им, что Амбридж утащили кентавры, а когда они хотели уйти, пришел Грохх в поисках Хагрида и разогнал кентавров. Четверо же рассказали им, как Малфой внезапно их отпустил. Главное — Джейн сначала велела Малфоям оставаться на месте, сказав, что сама пойдет в лес искать ребят, но, уже уходя по коридору, внезапно передумала и осталась с Малфоем. Гарри и Гермиона, конечно, не ожидали такого от Джейн. Гарри даже обиделся, но решил, что она просто захотела остаться рядом с Малфоем.
Далее вкратце: Луна предложила им лететь. На запах крови Грохха, которая была на Гарри и Гермионе, прилетели фестралы. Несмотря на нежелание Гарри, Невилл, Джинни и Луна решили лететь вместе с ними верхом на фестралах. И вот, скажем, они прибыли в Министерство.
После того как они слезли с фестралов, Полумна без труда соскользнула на мостовую.
— Куда теперь? — спросила она Гарри с вежливым интересом, словно находилась на увлекательной экскурсии.
— Сюда. — Погладив своего фестрала по холке в знак благодарности, Гарри быстро зашагал к покосившейся телефонной будке и открыл дверь. — Быстрее! — поторопил он друзей.
Рон и Джинни зашли внутрь, за ними протиснулись Гермиона, Невилл и Полумна. Бросив последний взгляд на фестралов, ищущих что-нибудь съедобное в мусорном баке, Гарри шагнул внутрь вслед за Полумной.
— Кто ближе к аппарату? Наберите шесть, двадцать четыре, сорок два!
Рон, неудобно вывернув руку, едва дотянулся до диска. Когда он набрал последнюю цифру, в будке раздался спокойный женский голос:
— Добро пожаловать в Министерство магии. Пожалуйста, назовите ваше имя и цель визита.
— Гарри Поттер, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер, — быстро заговорил Гарри, — Джинни Уизли, Невилл Долгопупс, Полумна Лавгуд... Мы здесь, чтобы спасти человека, если ваше Министерство не пошевелится раньше нас!
— Благодарю, — ответил спокойный женский голос. — Посетители, пожалуйста, возьмите значки и прикрепите их к передней части ваших мантий.
В нишу для возврата неиспользованных монет со звоном высыпалась горсть значков. Гермиона собрала их и молча протянула Гарри через голову Джинни; Гарри взглянул на верхний и прочитал: «Гарри Поттер, спасательная миссия».
— Уважаемые посетители, вам необходимо пройти досмотр и зарегистрировать свои палочки у дежурного волшебника в дальнем конце атриума.
— Хорошо! — громко сказал Гарри. Его шрам снова начал ныть. — Теперь мы наконец можем войти?
Пол телефонной будки вздрогнул, и мостовая поплыла вверх за её стеклянными стенами. Фестралы, роющиеся в мусоре, исчезли из виду; над головами шестерых друзей воцарилась тьма, и под скрежет тяжелого железа они погрузились в недра Министерства магии.
Вскоре на их ноги упала узкая полоска мягкого золотистого света, которая начала расширяться вверх. Гарри слегка согнул колени и, несмотря на тесноту, поудобнее перехватил палочку, пытаясь сквозь стекло разглядеть, кто или что ждет их в атриуме. Однако зал казался совершенно пустым. Свет здесь сейчас был тусклее, чем днем: в каминах вдоль стен не горел огонь, но когда лифт плавно остановился, Гарри увидел, что на потолке цвета синего неба золотые символы всё еще совершают сложные волнообразные движения.
— Министерство магии желает вам приятного вечера, — произнес женский голос.
Дверь телефонной будки распахнулась; Гарри, а за ним Невилл и Полумна, выскочили наружу. Тишину атриума нарушал лишь мерный плеск воды золотого фонтана — звук воды, стекающей в бассейн с палочек колдуна и ведьмы, с наконечника стрелы кентавра, с верхушки шляпы гоблина и с ушей домашнего эльфа.
— Пошли, — тихо сказал Гарри, и шестеро направились к краю зала. Гарри шел впереди. Они миновали фонтан и приблизились к столу, за которым обычно сидел дежурный волшебник, измерявший палочку Гарри, но сейчас стол пустовал.
Гарри начал беспокоиться: он считал, что здесь обязательно должен быть дежурный, и его отсутствие казалось дурным знаком. Это неприятное чувство усилилось, когда они прошли через золотые ворота к лифтам. Он нажал на ближайшую кнопку «вниз», раздался дребезжащий звук, и кабина лифта мгновенно появилась. Со звоном открылись золотые решетки, ребята вошли внутрь. Гарри нажал на кнопку с цифрой девять, решетки с грохотом закрылись, и лифт с натужным звуком поплыл вниз. Когда Гарри впервые пришел сюда с мистером Уизли, он не замечал, что эти лифты такие шумные; теперь же ему казалось, что этот грохот перебудил всю охрану в здании. Но в этот момент лифт остановился, и спокойный женский голос произнес: «Отдел тайн», — после чего решетки разъехались в стороны. Они вышли в коридор, где всё замерло — лишь легкий ветерок от лифта колыхнул пламя ближайших факелов.
Гарри повернулся к простой черной двери. Многие месяцы он видел её во сне — и вот теперь видит наяву.
— Идите, — прошептал он и повел друзей по коридору. За ним следовала Полумна, слегка приоткрыв рот и с удивлением озираясь по сторонам. — Погодите, — сказал Гарри, остановившись в нескольких шагах от двери. — Может быть... кому-то из нас лучше остаться здесь... чтобы предупредить в случае опасности...
— И как ты услышишь наш сигнал? — спросила Джинни, подняв бровь. — К тому времени ты можешь быть уже в миле отсюда.
— Мы пойдем с тобой, Гарри, — сказал Невилл.
— Не стоит терять время, — твердо добавил Рон. Хотя Гарри и не хотел брать всех с собой, у него не осталось выбора. Он снова повернулся к двери и шагнул вперед; как и в его сне, дверь распахнулась перед ним и его друзьями.
Они оказались в просторной круглой комнате. Здесь всё было черного цвета, даже пол и потолок; по периметру комнаты на равном расстоянии друг от друга располагались одинаковые черные двери без ручек и надписей, а между ними в настенных подсвечниках горели свечи с голубым пламенем. Их холодный, дрожащий свет отражался в гладком мраморном полу, делая его похожим на темную воду под ногами.
— Закройте кто-нибудь дверь, — тихо попросил Гарри.
Как только Невилл исполнил его просьбу, Гарри пожалел об этом. Отрезанные от коридора с факелами, они на мгновение перестали видеть что-либо, кроме языков голубого пламени и их призрачных отражений на полу.
Во сне Гарри всегда уверенно пересекал комнату и входил в дверь напротив. Но здесь были десятки дверей. Пока они стояли, пытаясь решить, какая им нужна, раздался рокочущий звук, и лампы на стенах начали двигаться. Круглая комната вращалась.
Гермиона, боясь, что пол под ногами тоже начнет двигаться, схватила Гарри за руку, но пол остался неподвижным. Однако стены вращались так быстро, что за несколько секунд голубые огни слились в сплошную полосу, как неоновые лампы; затем, так же внезапно, как начался, гул стих, и всё снова замерло.
Перед глазами Гарри всё еще стояли голубые полосы — пока он больше ничего не мог видеть.
— Что это было? — взволнованно спросил Рон.
— Видимо, это сделано для того, чтобы мы забыли, через какую дверь вошли, — тихо сказала Джинни.
Гарри сразу понял, что в её словах есть смысл. Теперь узнать выход было всё равно что найти крошечного муравья на антрацитово-черном полу. Более того — в нужное место могла вести любая из десятков одинаковых дверей.
— Как же мы теперь выйдем? — обеспокоенно спросил Невилл.
— Пока это неважно, — твердо сказал Гарри, моргая, чтобы избавиться от голубых полос перед глазами, и еще крепче сжимая палочку. — Нам не нужно уходить отсюда, пока мы не найдем Сириуса...
— Только не вздумай его звать! — занервничала Гермиона, но этот совет был лишним: интуиция и без того подсказывала Гарри, что нужно соблюдать тишину.
— Куда теперь, Гарри? — спросил Рон.
— Я... — начал Гарри. Затем сглотнул. — Во сне я шел от лифта к двери в конце коридора, попадал в темную комнату — точно такую же, а потом входил в следующую, где... казалось, играют яркие лучи света. Нужно проверить несколько дверей, — поспешно добавил он. — Я сразу узнаю нужную комнату, когда увижу её. Пошли.
Вместе с друзьями, не отходившими от него ни на шаг, он направился к двери, стоявшей прямо перед ним. Положив левую руку на её холодную, блестящую поверхность и подняв палочку на случай внезапного нападения, он толкнул дверь.
Дверь легко открылась.
После полумрака первой комнаты свет люстр, свисавших на золотых цепях в этой длинной прямоугольной комнате, показался очень ярким, но здесь не было тех танцующих, дрожащих лучей, которые Гарри видел во сне. За исключением нескольких столов в самом центре и большого стеклянного аквариума, комната была почти пуста. Аквариум был наполнен густой зеленой жидкостью и был настолько велик, что в нем могли бы свободно плавать все сразу. Присмотревшись, они заметили, что внутри аквариума медленно плавает что-то жемчужно-белое.
— Что это такое? — прошептал Рон.
— Не знаю, — ответил Гарри.
— Может быть, рыбы? — предположила Джинни.
— Личинки, дышащие водой! — возбужденно сказала Полумна. — Папа говорил, что их разводят в Министерстве...
— Нет, — странным голосом произнесла Гермиона. Она подошла к аквариуму и заглянула внутрь сквозь стекло. — Это — мозги.
— Мозги?
— Да... Интересно, что они с ними делают?
Гарри тоже подошел и встал рядом с ней. Действительно, теперь, при ближайшем рассмотрении, ошибиться было невозможно. Они то всплывали из глубин зеленой жидкости, то погружались обратно, зловеще поблескивая и напоминая скользкие кочаны цветной капусты.
— Джейн бы они всё равно понравились, — сказал Рон, глядя на них, а затем нахмурился:
— Не могу понять, почему она до сих пор не пришла с нами, она ведь так любила Сириуса!
— Да ладно тебе, наверное, захотела остаться с Драко, — сказала Гермиона.
— К тому же она поссорилась с Сириусом, — сказал Гарри, вспоминая их прошлый разговор с Сириусом и Ремусом, но не захотел объяснять свое удивление друзьям: — Ладно, уходим отсюда. Это не та комната, которая нам нужна. Надо проверить другую дверь.
— Здесь тоже есть двери, — Рон указал рукой на стены. Гарри ужаснулся: каким же огромным был Отдел тайн!
— Во сне я выходил из темной комнаты и сразу попадал в другую, — сказал он. — Думаю, нужно вернуться и начать оттуда.
Они снова вернулись в темноту круглой комнаты; теперь перед глазами Гарри вместо голубых огненных полос плавали призрачные куски мозгов.
— Стойте! — внезапно крикнула Гермиона, когда Полумна уже закрывала дверь в комнату с аквариумом. — Флагрейт!
Она взмахнула палочкой, и на двери появился огненный крест. Как только дверь закрылась, снова раздался рокочущий звук, и стены начали быстро вращаться, но теперь среди тусклых голубых полос появилась яркая красно-золотая полоса. Когда всё снова стихло, огненный крест не погас — он всё еще указывал на дверь, из которой они только что вышли.
— Молодец, — сказал Гарри. — Хорошо, теперь проверим вот эту...
Он снова пересек комнату и, держа палочку наготове, толкнул дверь напротив; друзья последовали за ним.
Новая комната — прямоугольная и слабо освещенная — была больше предыдущей, а её пол ступенями спускался вниз, образуя большую каменную яму глубиной около двадцати футов. Они стояли на самом верху этих крутых каменных ступеней, или скамей, опоясывавших комнату подобно амфитеатру; глядя на них, Гарри вспомнил зал заседаний, где его судил Визенгамот. Но здесь на дне ямы вместо стула с цепями стояла каменная платформа, а на ней — каменная арка, покрытая трещинами, настолько старая и ветхая, что было непонятно, как она еще не рассыпалась в прах. Проем арки, стоящей на платформе без каких-либо дополнительных опор, был закрыт рваным черным занавесом; несмотря на неподвижность холодного воздуха вокруг, этот занавес едва заметно колыхался, словно его только что кто-то задел.
— Есть здесь кто-нибудь? — спросил Гарри, спрыгивая на следующую скамью. Ему никто не ответил, но занавес в арке всё еще двигался, будто от слабого ветра.
— Осторожно! — прошептала Гермиона.
Гарри медленно спустился по крутым уступам на самое дно каменной ямы и направился к платформе. Каждый его шаг отдавался гулким эхом. Отсюда, снизу, стрельчатая каменная арка казалась гораздо выше. Занавес не переставал мягко колебаться, словно сквозь него кто-то только что прошел.
— Сириус? — снова подал голос Гарри. На этот раз он говорил тише, так как находился близко.
Он чувствовал себя очень странно — будто кто-то стоял по ту сторону занавеса, прямо у подножия арки. Крепко сжав палочку, он боком обошел платформу, но там никого не было: он видел рваный черный занавес только с другой стороны.
— Пойдем, — позвала его Гермиона, она спустилась до середины амфитеатра. — Здесь что-то не так, Гарри. Нам лучше уйти отсюда.
У неё был очень испуганный вид — казалось, она боялась гораздо сильнее, чем в предыдущей комнате с плавающими мозгами, — но Гарри казалось, что у этой арки, несмотря на её ветхость, есть какая-то своя притягательность. Она пробудила в нем любопытство: у него появилось сильное желание подняться на платформу и пройти сквозь этот мягко колышущийся занавес.
— Пойдем, Гарри, пожалуйста! — еще строже повторила Гермиона.
— Сейчас, — сказал он, но не сдвинулся с места. До его ушей только что донеслись странные звуки. Это было похоже на слабый шепот или бормотание, будто по ту сторону занавеса кто-то тихо разговаривал.
— Что вы говорите? — спросил он так громко, что его слова эхом разнеслись по всему зданию.
— Никто ничего не говорил, Гарри! — сказала Гермиона, делая шаг к нему.
— Там, с той стороны, кто-то шепчется, — сказал он, нахмурившись и слегка отстранившись, чтобы Гермиона не схватила его за руку. — Это ты, Рон?
— Я здесь, друг, — Рон показался сбоку от платформы.
— Вы действительно ничего не слышите? — удивился Гарри, так как слабое бормотание усилилось; Гарри случайно заметил, что уже стоит одной ногой на платформе.
— Я тоже их слышу, — сказала Полумна, приближаясь к ним с другой стороны. Она не сводила глаз с колышущегося занавеса. — Там, внутри, кто-то есть!
— Что значит «внутри»? — спросила Гермиона, спрыгнув с нижней скамьи. Она говорила гораздо злее, чем требовала ситуация. — Там нет никакого «внутри» — это просто арка, там никто не поместится. Всё, Гарри, пойдем отсюда...
Она схватила его за локоть и потянула, но Гарри не слушал.
— Гарри, мы здесь ради Сириуса! — сказала она тонким, напряженным голосом.
— Ради Сириуса... — повторил Гарри, глядя на колышущийся занавес как завороженный. — Да, да...
Наконец в его мозгу всё встало на свои места — Сириус в плену, его пытают, а он тут уставился на эту арку...
Он отступил на несколько шагов от платформы, с трудом отводя глаза от занавеса.
— Пошли, — сказал он.
— Я же тебе говорила... ладно, идемте! — сказала Гермиона и первой начала карабкаться вверх по каменным ярусам. На другой стороне амфитеатра стояли Джинни и Невилл — они тоже застыли, словно загипнотизированные аркой. Гермиона без слов схватила Джинни за руку, а Рон — Невилла; затем она решительно повела их вниз по ступеням, и все вместе они снова поднялись к двери.
— Как думаешь, что это за арка? — спросил Гарри Гермиону, когда они снова вышли в круглую темную комнату.
— Не знаю, но я уверена, что она опасна, — твердо сказала Гермиона, снова помечая дверь огненным крестом.
Стены повернулись еще раз и остановились. Гарри наугад выбрал третью дверь и толкнул её. Она не открылась.
— Что случилось? — спросила Гермиона.
— Здесь заперто, — ответил Гарри и навалился на дверь всем весом, но безрезультатно.
— Значит, это она и есть, да? — взволнованно спросил Рон, подходя к Гарри и пытаясь взломать дверь. — Точно она — по-другому быть не может!
— Отойди! — резко сказала Гермиона. Направив палочку туда, где должен быть замок у обычной двери, она произнесла: — Алохомора!
Ничего не изменилось.
— У меня же есть нож! — воскликнул Гарри. Выхватив из мантии нож Сириуса, он вставил его в щель между дверью и стеной. Остальные с нетерпением наблюдали, как он проводит ножом сверху вниз по щели, затем вытаскивает его и снова толкает дверь плечом. Но дверь по-прежнему была намертво заперта. Более того — взглянув на нож, Гарри увидел, что его лезвие расплавилось.
— Ладно, оставим эту дверь, — решительно сказала Гермиона.
— А если нам нужна именно эта дверь? — спросил Рон, глядя на дверь со смесью страха и сильного любопытства.
— Этого не может быть, потому что во сне Гарри везде проходил свободно, — объяснила Гермиона, помечая дверь очередным огненным крестом.
Гарри убрал бесполезную рукоятку испорченного ножа обратно в карман.
— Знаете, что там может быть спрятано? — с жадностью спросила Полумна, когда стены снова начали вращаться.
— Какая-нибудь блеющая ерунда, — пробормотала Гермиона себе под нос, а Невилл, у которого сдали нервы, коротко рассмеялся.
Стены остановились, и Гарри с растущим чувством отчаяния распахнул следующую дверь.
— Вот она!
Он сразу узнал это место — повсюду играют танцующие лучи, сверкающие подобно алмазам. Когда глаза Гарри привыкли к этому сиянию, он увидел смотрящие на него со всех сторон циферблаты часов — большие и маленькие, стоящие на полу и висящие на стенах, они стояли на книжных полках и на столах, расставленных по всей комнате. Их неустанное тиканье наполняло комнату звуком, похожим на шаги крошечной марширующей армии. Сияющий, переменчивый свет исходил из высокого куполообразного стеклянного сосуда, стоявшего в глубине комнаты.
— Сюда!
Теперь, когда они наконец вышли на правильный путь, сердце Гарри забилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди; он быстро пошел по узкому проходу между столами прямо к источнику света — хрустальному сосуду, стоявшему на столе, высотой с него самого, наполненному сияющим вихрем ветра.
— Ой, смотрите! — воскликнула Джинни, подходя к нему, и указала в самый центр хрустального сосуда.
Там, внутри сияющего потока, блестело крошечное яйцо, переливающееся как драгоценный камень. Оно постепенно поднималось вверх, скорлупа треснула, и из неё вылетела птичка колибри, взмыв к самому верху; но затем поток воздуха увлек птицу вниз, её перья снова поникли, намокли, и, достигнув дна сосуда, она снова превратилась в яйцо и исчезла.
— Не останавливайтесь! — резко сказал Гарри, так как Джинни замерла, ожидая, когда яйцо снова превратится в птицу.
— Сам-то у той дурацкой арки сколько простоял! — огрызнулась она, но всё равно пошла за ним к единственной двери позади хрустального сосуда.
— Вот она, — повторил Гарри. Сердце билось так громко и часто, что звук мешал ему говорить. — Нам в эту сторону...
Он обернулся к друзьям — все они достали палочки и выглядели серьезными и встревоженными. Он снова повернулся к двери и толкнул её.
Они наконец нашли место, которое искали — зал высотой с собор, где не было ничего, кроме бесконечных стеллажей с рядами крошечных запыленных стеклянных шаров. В некоторых местах к полкам были прикреплены горящие подсвечники, шары тускло поблескивали в их свете. Здесь тоже, как и в круглой комнате, свечи горели голубым пламенем. В зале было очень холодно.
Гарри осторожно шагнул вперед и заглянул в один из темных проходов между стеллажами. Он ничего не слышал и не заметил никакого движения.
— Ты говорил, нам нужен девяносто седьмой, — прошептала Гермиона.
— Да, — шепотом ответил Гарри и посмотрел на крайнюю полку ближайшего ряда. Там под подсвечником с голубым огнем блестели серебряные цифры — три и пять.
— По-моему, надо идти направо, — сказала Гермиона, вглядываясь в темноту. — Да... вон пятьдесят четвертый ряд...
— Держите палочки наготове, — тихо предупредил Гарри.
Они медленно двинулись вперед, заглядывая в длинные проходы между полками, концы которых тонули в кромешной тьме. Под каждым стеклянным шаром на полке была наклеена маленькая пожелтевшая этикетка. Некоторые шары излучали тусклый красный свет, другие были темными и безжизненными, как перегоревшая лампа.
Они прошли восемьдесят четвертый ряд... затем восемьдесят пятый... Гарри изо всех сил прислушивался, стараясь уловить хоть какой-то шорох, но Сириусу могли заткнуть рот тряпкой или он мог быть без сознания...
— А может быть, — произнес незваный голос в его сознании, — он уже умер...
«Я бы почувствовал это, — сказал он себе. Теперь его сердце подступило к горлу. — Я бы знал...»
— Девяносто семь! — прошептала Гермиона.
Они сгрудились у края ряда, пытаясь разглядеть что-нибудь в проходе за ним. Там никого не было.
— Он в самом конце, — сказал Гарри. У него внезапно пересохло во рту. — Отсюда то место не видно...
Он повел их мимо высоких стеллажей с рядами стеклянных шаров — некоторые шары будто провожали их своим тусклым светом...
— Он должен быть где-то здесь, — прошептал Гарри, каждую секунду ожидая увидеть в темноте скорчившуюся на полу фигуру Сириуса. — Вот, сейчас дойдем... мы совсем близко...
— Гарри, — осторожно позвала его Гермиона, но он не хотел отвечать. Во рту у него совсем пересохло.
— Видимо... где-то... здесь, — сказал он.
Они дошли до конца ряда, слабо освещенного подсвечником. Здесь никого не было. Вокруг царила запыленная, гулкая тишина.
— Если он... — хрипло прошептал Гарри, заглядывая в соседний проход. — Или, например... — Он поспешно шагнул в следующий проход.
— Гарри, — снова сказала Гермиона.
— Что? — огрызнулся он.
— Я... я не думаю, что Сириус здесь.
Остальные замолчали. Гарри не хотел на них смотреть. Его подташнивало, сердце щемило. Он не понимал, почему Сириуса здесь нет. Он должен был быть здесь! Гарри видел во сне именно это место...
Он пробежал по рядам, заглядывая в каждый по очереди. Пусто... снова пусто... Он развернулся и побежал в другую сторону, мимо молча стоящих друзей. Нигде не было ни следа Сириуса, ни признаков недавней борьбы.
— Гарри! — позвал Рон.
— Что?
Он не хотел слушать то, что скажет Рон; он не хотел слышать, как Рон называет его «дураком» или предлагает вернуться в Хогвартс. Он чувствовал, как пылает его лицо, и в этот момент ему хотелось раствориться в темноте и сидеть там очень долго, пока не придется подниматься в залитый светом атриум и встречаться с обвиняющими взглядами друзей...
— Ты видел это? — спросил Рон.
— Что? — повторил Гарри, но на этот раз с каким-то особым рвением — возможно, это знак того, что Сириус был здесь, или ключ к тайне. Он подбежал к концу девяносто седьмого ряда, где столпились друзья, но увидел там только Рона, уставившегося на один из пыльных стеклянных шаров на полке.
— Ну? — спросил Гарри мрачным тоном.
— Здесь... здесь написано твое имя, — сказал Рон.
Гарри подошел ближе. Рон указал на маленький, покрытый толстым слоем пыли шар, тускло светящийся изнутри — видимо, к нему не прикасались много лет.
— Мое имя? — удивленно повторил Гарри.
Он сделал еще шаг вперед. Поскольку Рон был выше его ростом, Гарри пришлось вытянуть шею, чтобы прочитать надпись на пожелтевшей этикетке, приклеенной к полке прямо под стеклянным шаром. Там тонким, едва различимым почерком была указана дата примерно шестнадцатилетней давности, а под ней было написано:
С.П.Т. — А.П.В.Б.Д.
Темный Лорд и (?)Гарри Поттер
Гарри уставился на этикетку.
— Что это значит? — спросил Рон. В его голосе чувствовалось беспокойство. — Почему здесь твое имя?
Он посмотрел на другие этикетки, приклеенные к этой же полке.
— А меня здесь нет, — сказал он, не понимая. — И никого из остальных тоже нет.
— Гарри! По-моему, тебе лучше к нему не прикасаться, — резко сказала Гермиона, когда Гарри потянулся рукой к шару.
— Почему? — спросил он. — Это же касается меня!
— Не надо, Гарри, — внезапно сказал Невилл. Гарри посмотрел на него. Круглое лицо Невилла блестело от пота. Казалось, его терпение на исходе.
— Но здесь написано мое имя, — сказал Гарри.
Он не раздумывая, решившись на риск, обхватил пальцами поверхность пыльного шара. Он думал, что шар будет холодным, но это оказалось не так. Напротив, шар был теплым, словно пролежал много часов под солнечными лучами, будто сияние внутри согревало его. Ожидая чего-то особенного, надеясь на впечатляющее событие, которое оправдает их долгое и опасное путешествие, Гарри снял стеклянный шар с полки и заглянул внутрь.
Но ничего не произошло. Друзья окружили Гарри, наблюдая, как он вытирает пыль с шара.
В этот самый момент за их спинами раздался голос. Кто-то, слегка растягивая слова, произнес спокойным тоном:
— Очень хорошо, Поттер. А теперь медленно, не совершая глупостей, повернись и отдай его мне.
Черные фигуры, появившиеся неизвестно откуда, окружили их справа и слева, преграждая все пути к отступлению; в прорезях капюшонов поблескивали глаза, десятки палочек с горящими концами были направлены прямо в их сердца. Джинни ахнула, у неё перехватило дыхание от страха.
— Отдай его мне, Поттер, — твердо повторил Люциус Малфой, протягивая руку ладонью вверх к Гарри.
У Гарри внутри всё похолодело. Они попали в ловушку, на каждого приходилось по два противника.
— Ну же, Поттер, — снова сказал Малфой.
— Где Сириус? — спросил Гарри.
Несколько Пожирателей смерти рассмеялись. Среди них послышался странно знакомый смех. Затем грубый женский голос, донесшийся из одной из расплывчатых фигур слева от Гарри, со зловещим торжеством произнес:
— Темный Лорд знает всё!
— Всё, — подтвердил Малфой. — А теперь отдай мне пророчество, Поттер!
— Я хочу знать, где Сириус!
— «Я хочу знать, где Сириус!» — передразнил тот же знакомый голос, который не был похож на голос взрослой женщины. Но поскольку она стояла невидимой среди Пожирателей смерти, её лица не было видно.
Пожиратели смерти сузили круг, теперь между ними и Гарри оставалось всего пара шагов. Свет их палочек слепил Гарри глаза.
— Вы его поймали, — сказал Гарри, подавляя ужас, охвативший его с тех пор, как они повернули в девяносто седьмой ряд. — Он здесь, я знаю.
— Наш малыш проснулся и подумал, что его сон — это явь, — издевательски произнесла женщина, подражая детской манере речи. Гарри почувствовал, как Рон рядом с ним шевельнулся.
— Не надо, — тихо пробормотал Гарри. — Не сейчас...
Женщина, издевавшаяся над ним, хрипло рассмеялась.
— Слышали? Нет, вы слышали? Он всё еще отдает приказы другим детям, будто собирается с нами сражаться!
— Ты не знаешь Поттера так, как я, Беллатриса, — многозначительно сказал Малфой. — Он жаждет совершать подвиги, Темный Лорд это хорошо знает. А теперь отдай мне пророчество, Поттер.
— Я знаю, что Сириус здесь, — сказал Гарри, хотя у него перехватывало дыхание от страха. — Я знаю, что вы его поймали!
Снова рассмеялись несколько Пожирателей смерти, знакомый голос смеялся громче всех.
— Тебе пора научиться отличать сон от реальности, Поттер, — сказал Малфой. — Отдай пророчество мне, иначе мы пустим в ход палочки.
— Пожалуйста, — сказал Гарри, поднимая свою палочку до уровня груди. В этот момент справа и слева от него поднялись еще пять палочек — палочки Рона, Гермионы, Невилла, Джинни и Полумны. У Гарри всё сжалось внутри. Если Сириуса действительно здесь нет, значит, он привел друзей на смерть без всякой причины...
Но Пожиратели смерти не спешили нападать.
— Если ты отдашь мне пророчество, никто не пострадает, — холодным тоном произнес Малфой.
Теперь настала очередь Гарри смеяться.
— Да, конечно! — сказал он. — Я отдам вам это... пророчество, да? А вы нас просто отпустите домой живыми и невредимыми, так?
Не успел он закончить фразу, как женщина-Пожиратель закричала:
— Акцио, пророче...
Гарри среагировал вовремя — он закричал «Протего!» прежде, чем она закончила заклинание. Хотя шар едва не выскочил из его ладони, он удержал его.
— Этот маленький Поттер оказался очень шустрым, — сказала женщина. Её безумные глаза блестели в прорези капюшона. — Хорошо, тогда...
— ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — крикнул ей Люциус Малфой. — Если ты его разобьешь...
— Эй! Кто разрешил тебе грубо разговаривать с девушками! — выкрикнул человек со знакомым голосом. Сами эти слова показались Гарри до боли знакомыми.
В этот момент девушка наконец вышла вперед из рядов Пожирателей смерти. На ней была мантия, скрывавшая её фигуру, но она скинула капюшон. Это была Джейн...

Глазами Джейн:
На Джейн была не прежняя одежда: на ней была элегантная рубашка из черной ткани с высоким воротником и изысканными узорами. А на плечи накинут длинный плащ из блестящей черной кожи, который стал виден, когда Джейн скинула мантию на пол. На ней были блестящие брюки с очень высокой талией, подчеркивающие её фигуру. На талии был застегнут широкий кожаный корсет-пояс с тремя рядами стальных пряжек. На боку брюк в качестве декоративного элемента висела тонкая серебристая цепочка. На руках были черные кожаные перчатки, на ногах — черные высокие каблуки. А на лице была зловещая улыбка, совершенно ей не свойственная.
— Джейн! — в изумлении выдохнули Гарри и остальные.
— «Джейн», — издевательски повторила она за ними.
— Я — Джейналина, или вы забыли мое настоящее имя, мои дорогие?
— Как? Это невозможно... — сказал Гарри, не веря собственным глазам.
— Невозможно, как и твоя победа? — рассмеялась Джейналина, насмехаясь над ним. — В отличие от этого, это вполне возможно.
— Нет! Они заколдовали тебя! — закричала Гермиона.
— Оу, тогда спаси меня, грязнокровка, — рассмеялась она. — Меня никто не колдовал, я сама этого захотела! У Темного Лорда было то, чего вы не могли мне дать — доверие и признание!
Джейналина посмотрела на остальных с ненавистью, даже с пренебрежением:
— Он смог оценить, насколько я сильна! А вы... — она посмотрела с отвращением: — Вы никогда мне не доверяли, даже если я всегда была права! А в этом году вы даже игнорировали меня, следуя за своим любимым Гарри. Оу, бедный Гарри... И что же он с вами сделал? — она начала громко смеяться: — Привел на смерть своими руками! Темный Лорд просто подарил ему заслуженный подарок, показав его любимого Сириуса, а он возомнил себя героем и попался в эту ловушку!
— Джей, это не ты, — Рон смотрел на неё с недоверием. — Джей, это я, Рон. Тебя точно заколдовали, прошу, не сдавайся им, ты и так сильная.
— Я и без тебя знаю, что сильна, — Джейналина посмотрела на него свысока. — «Тебя заколдовали, тебя заколдовали...» Какие жалкие голоса. Мне что, нужно напасть на вас, чтобы доказать, что меня никто не колдовал? Я не против.
На её лице появилась зловещая улыбка. В этот момент женщина, словно поддерживая её идею, отделилась от своих соратников и вышла вперед, скинув капюшон. Азкабан иссушил лицо Беллатрисы Лестрейндж — оно было очень худым, похожим на череп, но глаза горели фанатичным блеском.
— Прекрасная идея, Джейналина, — сказала она, с восхищением глядя на неё. Её грудь часто вздымалась. — Замечательно. Возьмите самую младшую, — приказала она стоящим рядом Пожирателям смерти. — Пусть посмотрит, как мы будем мучить эту девчонку. Ею я займусь сама.
Джейналина уставилась на Джинни, пока остальные начали плотно их окружать.
— Если попробуете напасть на кого-то из нас, эта штука разобьется, — сказал Гарри Беллатрисе. — Если придете к своему хозяину с пустыми руками, он вряд ли обрадуется. Или я не прав?
Беллатриса не шелохнулась; не сводя глаз, она облизала кончиком языка тонкую губу. А Джейналина не двигалась, с интересом наблюдая за тем, что будет дальше.
— Ну же, — сказал Гарри, — объясните наконец, что это за пророчество!
— Что за пророчество? — повторила Беллатриса, и насмешка исчезла с её лица. — Ты шутишь, Гарри Поттер?
— Нисколько, — ответил Гарри. — Зачем это понадобилось Волан-де-Морту?
Несколько Пожирателей смерти издали тихий шипящий звук.
— Ты смеешь называть его по имени? — прошептала Беллатриса.
— И что с того? — сказал Гарри. Почувствовав очередную попытку отобрать шар с помощью магии, он еще крепче сжал стеклянный шар в руке. — Да, мне не трудно называть его Волан...
— Замолкни! — взвизгнула Беллатриса. — Как ты смеешь называть его имя своим поганым ртом, как ты смеешь осквернять его имя своей грязной кровью, как ты...
— Разве вы не знали, что он тоже грязнокровка? — яростно выкрикнул Гарри. — Ваш Волан-де-Морт? Да, его мать была ведьмой, но отец — магл! Или он соврал вам, что он чистокровный волшебник?
— Оу, посмотрите, какой храбрый наш малыш Поттер, — насмешливо сказала Джейналина.
— ОСТОЛБЕ...
— НЕТ!
Из палочки Беллатрисы Лестрейндж вырвался красный луч, но Малфой отвел его в сторону, и проклятие попало в полку слева от Гарри. Несколько стеклянных шаров разбились.
Из осколков поднялись две фигуры, бледные как жемчуг, призрачные и изменчивые как дым, и сразу начали говорить. Их голоса смешались друг с другом, из-за криков Малфоя и Беллатрисы были слышны лишь обрывки их слов.
— Когда наступит солнцестояние, придет новый... — произнес образ старика с бородой.
— Не нападать! Мы должны забрать пророчество!
— Какая наглость... как он смеет... — Беллатриса кричала не своим голосом. — Мерзавец... грязнокровка...
— ЖДИ, ПОКА НЕ ЗАБЕРЕМ ПРОРОЧЕСТВО! — рявкнул Малфой.
— И после него никто не придет... — произнес образ молодой женщины.
Две фигуры из разбитых шаров растворились в воздухе. От них и их прежних обиталищ на полу не осталось ничего, кроме осколков стекла.
— Вы мне так и не объяснили, чем это пророчество так особенно, — сказал Гарри.
— Даже не думай шутить с нами, Поттер, — сказал Малфой.
— Я не шучу, — сказал Гарри, продолжая разговор.
— Или Дамблдор никогда не говорил тебе, что причина твоего шрама скрыта в недрах Отдела тайн? — усмехнулся Малфой.
— Я... что? — вырвалось у Гарри. — Какое отношение мой шрам имеет к этому?
— Так ты ничего не знаешь? — Малфой с наслаждением злорадствовал.
Пожиратели смерти снова рассмеялись, но на этот раз Джейналина не смеялась, её интерес угас, и она смотрела на них как на надоевших людей.
— Значит, Дамблдор никогда тебе не говорил? — повторил Малфой. — Это объясняет, почему ты не пришел раньше, Гарри Поттер — почему Темный Лорд...
— ...почему он удивлялся, что ты не прибежал сразу, когда он показал тебе во сне место, где скрыта эта причина. Он думал, что природное любопытство заставит тебя прийти сюда, чтобы выяснить всё наверняка...
— А, вот оно как? — спросил Гарри. — Значит, он хотел, чтобы я пришел сюда и взял эту вещь? Зачем?
— Зачем? — в голосе Малфоя послышалось недоверие и удивление. — Потому что, Поттер, пророчество из Отдела тайн могут взять только те, о ком в нем говорится. Темный Лорд узнал об этом, когда посылал других украсть его, и у них ничего не вышло.
— Но зачем ему понадобилось красть пророчество обо мне?
— Обоих, Поттер, о вас обоих... Ты никогда не спрашивал себя, почему Темный Лорд пытался убить тебя, когда ты был младенцем?
Джейналина видела, как изменилось лицо Гарри, но её взгляд упал на тех, кто был за его спиной — они медленно отступали назад. Она поняла, что они что-то задумали, и приготовила палочку.
— Значит, здесь давно хранится чье-то пророчество обо мне и Волан-де-Морте? — спросил Гарри, глядя на Люциуса Малфоя и крепко сжимая теплый стеклянный шар. — И Волан-де-Морт заманил меня сюда, чтобы я взял его и отдал ему? Но почему он не мог прийти сам?
— Сам? — вскрикнула Беллатриса вместе с хриплым смехом темных волшебников. — Ты предлагаешь Темному Лорду прийти в Министерство, которое делает вид, что не видит его возвращения? Ты предлагаешь ему попасться в руки мракоборцев, которые до сих пор тратят время на поиски моего дорогого двоюродного брата?
— А-а, вот оно что, он заставляет вас делать свои дела! — сказал Гарри. — Сначала он послал сюда Стерджиса... потом Боуда...
— Очень хорошо, Поттер, очень... — медленно произнес Малфой. — Но Темный Лорд знает, что ты глуп...
— ВСЁ, ПОШЛИ! — закричал Гарри.
Позади него пять разных голосов одновременно выкрикнули: «РЕДУКТО!» Пять заклинаний вырвались из палочек в пяти разных направлениях, соседние стеллажи, в которые они попали, разлетелись вдребезги; сотни стеклянных шаров взорвались в один миг, и всё гигантское строение содрогнулось. Воздух мгновенно наполнился молочно-белыми фигурами, их голоса — эхо далекого прошлого — смешались со звуками битого стекла и ломающегося дерева. Щепки и осколки посыпались на землю дождем... Джейналина действовала быстро, успев защитить себя заклинанием Протего, и услышала крик Гарри:
— Бегите!
Стеллаж опасно накренился, с верхних рядов начали скатываться новые шары, а Джейналина вместо беспокойства рассмеялась:
— Что? Поиграем в кошки-мышки? Ладно, ловите их! — крикнула она. Так она вместе с Пожирателями смерти погналась за Гарри и остальными. Джейналина защищалась от шаров заклинанием Протего.
— Оу, наши влюбленные убегают, — насмешливо сказала она, заметив, как Гарри схватил Гермиону за мантию и потащил вперед. В какой-то момент один из Пожирателей смерти получил сильный удар локтем от Гарри прямо в лицо под маской; со всех сторон слышались крики боли, кто-то визжал, полки с грохотом рушились друг на друга, и к этому шуму примешивались обрывки фраз пророков, освободившихся из своих шаров...
— Слабаки, — усмехнулась Джейн, глядя на суматоху вокруг. Она поймала летящий шар рукой и, не раздумывая, швырнула его вперед, он попал кому-то в лицо, но он лишь пригнулся и прибавил скорость; мистер Нотт схватил её за плечо, она услышала голос Гермионы: «Остолбеней!».
Джейн видела, как мистер Нотт упал без чувств, на её лице было не сочувствие, а отвращение. Пока они отвлекались на мистера Нотта, она заметила, что потеряла остальных из виду.
— Черт, — со злостью сказала Джейн, перешагивая через лежащего Нотта, и пошла вслед за другими за дверь. Малфой, заметив, что потерял детей, закричал:
— Оставьте Нотта, оставьте его в покое, слышите? Его рана — ничто для Темного Лорда по сравнению с потерей пророчества. Джагсон, вернись, мы должны действовать системно! Ищем парами — не забудьте, с Поттером разговаривайте осторожно, пока пророчество у него в руках, а остальных, если нужно, можете убивать... Беллатриса, Родольфус, вы налево; Крэбб и Рабастан — направо; Джагсон и Долохов — прямо, в ту дверь; Макнейр и Эйвери, сюда; Руквуд, туда; Малсибер, Уизли — со мной!
— Я не Уизли, я Джейналина, и не смей называть меня по фамилии, — пригрозила Джейналина, её зеленые глаза на несколько секунд словно стали красными, а затем вернулись в обычное состояние.
— Да, Джейналина, ты идешь со мной и Малсибером, — поправился Малфой.
Так они разошлись в разные стороны. Джейналина шла вместе с Малсибером и Малфоем:
— Ну же, где вы прячетесь? Мы же не договаривались играть в прятки. И это же я, разве вы не выйдете к своей подруге? — подавала голос Джейналина, оглядываясь по сторонам.
Внезапно из одной комнаты послышался звук удара, на лице Джейналины снова появилась улыбка, она подошла к двери, откуда донесся звук:
— Вот вы и подали сигнал, — она направила палочку на дверь: — Алохомора!
Дверь распахнулась, но те, кто был внутри, явно затаились. Это была комната, похожая на зал планет, к тому же вокруг было темно. Лишь слабый свет исходил от планет; стоило им войти, как ноги оторвались от земли, и они поплыли в воздухе к небесным планетам.
— Охо, а вот это интересно, — рассмеялась Джейналина.
— Мы должны найти Поттера, — сказал Малфой, стараясь сохранить равновесие.
— Тогда поищем, — улыбнулась Джейн и направила палочку на Меркурий:
— Давайте-ка сдавайтесь по-хорошему. Этим нужно пророчество, отдайте его... Конфринго!
Меркурий взорвался, осколки разлетелись во все стороны, но там никого не оказалось. Джейн направила палочку на Венеру:
— Я знаю, что вы здесь, выходите... Конфринго!
Венера взорвалась, но и там ничего не было. Однако, когда Джейн направляла палочку на Марс, она услышала скрежет колец Сатурна. Она улыбнулась и, притворившись, что не слышала:
— Сейчас я взорву Марс, выходите!
Внезапно она направила палочку не на Марс, а на Юпитер и взорвала его. Как она и ожидала, за ним были люди: Рон, Джинни и Полумна, но среди них не было Гарри.
— Здесь нет Поттера! — в ярости закричал Люциус. В этот момент Малсибер поднял палочку и крикнул Рону:
— ОСТО... — не успел он закончить.
— ОСТОЛБЕНЕЙ! — Рон успел раньше него, оглушив его; Малсибер упал навзничь, его бесчувственное тело осталось парить в воздухе.
— Оу, мой дорогой брат, оказывается, что-то умеет, — сказала Джейналина, успев уклониться от заклинания. Люциус попал заклинанием в Рона, тот мгновенно отлетел назад, а из уголка его рта потекло что-то темное. Луна и Джинни подхватили его под руки и побежали прятаться среди планет.
Внезапно их левитация прекратилась, и они со всей силы рухнули на землю.
— Боже мой! — вскрикнула Джейналина, ударившись о пол.
— Нужно поймать их и спросить, где Поттер, — сказал Люциус, поднимаясь на ноги.
— Ты иди, а я разбужу нашего друга, — Джейналина посмотрела на Малсибера. Пока Люциус шел за ними, Джейналина подошла к нему, направила палочку, и из её уст вылетели слова, которых она раньше не знала и не использовала; через несколько минут Малсибер начал приходить в себя.
— Вставай, соня, нам еще нужно играть в прятки, — улыбнулась Джейналина, помогла ему подняться и сама пошла в темноту вслед за Малфоем. Пока она шла, она разлучилась с Малсибером, вокруг было как в лабиринте, к тому же темно; она сильно обо что-то ударилась. Поднявшись и зажегши свет заклинанием Люмос, она увидела, что это Уран. На земле планеты казались гораздо огромнее, чем когда они парили в небе. В какой-то момент она услышала плач младенца из соседней комнаты и уже собиралась пойти туда, как неподалеку раздался голос:
— Я поймал одного!
Джейналина сразу побежала на голос и увидела, что Малсибер схватил Джинни за ногу; сама она, видимо, получила удар и явно не могла встать. Внезапно из темноты появилась Луна Лавгуд, в её руках был Плутон, который она, видимо, уменьшила заклинанием уменьшения; так она ударила им Малсибера прямо по лицу, заставив его отпустить ногу Джинни. Джейналина сразу обрушила на Джинни заклинание Инкарцеро, веревки обвились вокруг тела Джинни как змеи, повалили её и начали душить. В это время Луна изо всех сил крикнула Джейналине:
— ЭКСПЕЛЛИАРМУС!
Палочки Джейналины, Малсибера и Джинни вылетели из их рук и улетели куда-то в темноту. В этот момент сзади появился Малфой:
— КРУЦИО!
Луна поджала колени к груди и пронзительно закричала, её ноги на мгновение оторвались от земли. Пожиратель смерти отпустил её, она упала на пол и продолжала кричать, скорчившись от боли.
— Эй, она должна была помучиться подольше, — сказала Джейналина.
— И этого достаточно, нам нужно искать Поттера, эти нам не нужны, — ответил он.
Так Джейналина подошла к Джинни, которая всё еще задыхалась в веревках; хотя она и сняла заклинание, Малфой наставил на неё палочку, а Джейналина наступила ему каблуком прямо на ногу:
— Где Поттер? — на этот раз в её голосе была не насмешка, а холод.
— Я не знаю! — закричала Джинни.
— Не лги! — закричала Джейналина, сильно надавливая кончиком каблука на её лодыжку: — Говори правду! Где Поттер, сестренка?
— Не ждите от нас ничего хорошего, — сказал Малфой, чье терпение тоже было на исходе.
В этот момент они услышали звук чего-то катящегося. Джейналина и Люциус оставили Джинни и посмотрели — прямо на них катилась планета Земля. Они попытались убежать, но планета катилась быстро и в конце концов прижала их к стене. Зажатая между планетой и стеной, Джейналина не видела, что происходит впереди, но слышала топот убегающих Джинни, Луны и Рона. К её гневу, в руке начал появляться красный шар. По сравнению с прежними, этот мгновенно увеличился и взорвался, разнеся огромную планету перед ней и отбросив её и Малфоя на землю. Они сразу подошли к двери, но та оказалась заперта.
— Конечно, молодцы, хотя бы это у вас получилось закрыть, — улыбнулась Джейналина, затем снова собрала в руке нечто похожее на красный шар, направила его на дверь и взорвала её. Малфой зажег свет на своей палочке и вскоре принес палочку Джейналины, а Джинни, похоже, давно уже забрала свою. Они побежали дальше, нашли еще одну дверь и, открыв ее, поняли, что оказались в зале пророчеств. Проходя мимо, они обнаружили на полу застывшего Долохова, под которым лежал еще один Пожиратель смерти — с его толстой мускулистой шеей нелепо контрастировала младенческая голова. Джейналина громко рассмеялась:
— Боже мой, какими же слабыми вы были, — проговорила она с сарказмом.
Малфой тем временем снимал проклятие с Долохова. В этот момент раздался мужской голос:
— МЫ ПОЙМАЛИ ИХ, ОНИ ЗДЕСЬ!
Все трое резко обернулись. Освобожденный от заклятия Долохов поднялся на ноги и, указывая на свой рот, что-то отчаянно жестикулировал. Джейналина мгновенно все поняла и, снимая заклятие немоты, насмешливо бросила:
— В следующий раз будь осторожнее, когда решишь замолчать. Бежим!
И они втроем тут же бросились в сторону криков, устремившись к двери. Когда до цели оставалось всего несколько шагов, дверь напротив распахнулась, и перед ними предстали трое Пожирателей смерти во главе с Беллатрисой Лестрейндж, к которым вскоре присоединились и остальные.
— Они заперли двери, но есть и другие выходы, — крикнул один из мужчин.
Они пытались открыть каждую дверь, но те, кто находился внутри, постоянно их захлопывали. В конце концов, потеряв терпение, Джейналина подошла к двери на противоположной стороне, снова собрала в руке красную энергию и взорвала дверь. Оттуда она услышала крик Полумны:
— Колло... а-а-а-а-а-а!
Один из Пожирателей смерти немедленно применил к ней заклинание, она полетела в воздухе: через дверь, которую она не успела запереть, ворвались пять Пожирателей смерти и Джейналина. Полумна упала на стол, соскользнула на пол и осталась лежать без чувств.
— Ловите Поттера! — закричала Беллатриса и бросилась к Гарри. Он увернулся и побежал дальше.
— Эй! — Рон, едва встав на ноги и покачиваясь как пьяный, со смехом направился к Гарри. — Эй, Гарри! Тут внутри мозги плавают — разве не чудо, а?
— Уйди с дороги, Рон, ложись на пол...
Но Рон уже успел направить палочку на аквариум.
— Правда, Гарри, там мозги... смотри... акцио, мозг!
Все в комнате на мгновение замерли. Гарри, Джинни, Невилл, пять Пожирателей смерти и Джейналина невольно повернулись к аквариуму. В этот момент из зеленой жидкости выпрыгнул один мозг, похожий на рыбу — он на секунду завис в воздухе и поплыл к Рону. На лету он начал вращаться, из него начали разматываться ленты движущихся картинок — как кинопленки...
— Ха-ха-ха, Гарри, посмотри на это... — сказал Рон, глядя на разноцветные вещи, выходящие из мозга. — Иди сюда, потрогай: как чудесно...
— НЕ НАДО, РОН!
Гарри бросился вперед, но Рон уже успел схватить мозг обеими руками.
Как только он коснулся его кожи, щупальца мыслей начали обвиваться вокруг предплечий Рона, как веревки.
— Гарри, смотри... нет... нет! Мне это не нравится! Эй, вы, прекратите... стойте...
Но тонкие ленты уже успели обвиться вокруг его груди. Он пытался сорвать их, а мозг в это время вцепился в него еще плотнее, как осьминог.
— Диффиндо! — закричал Гарри, пытаясь перерезать щупальца, опутавшие Рона, но магия не помогла. Рон упал на землю, пытаясь освободиться из ловушки.
— Оу, какой же он был глупый, — насмешливо сказала Джейн, глядя на него.
— Они задушат его, Гарри! — вскрикнула Джинни. Сломанная лодыжка мешала ей встать — внезапно красный луч из палочки какого-то Пожирателя смерти попал ей прямо в лицо. Она упала на бок и замерла.
— Осдолбедей! — закричал Невилл. Он направил палочку Гермионы на приближающихся Пожирателей смерти: — Осдолбедей, осдолбедей! — повторял он.
Но ничего не изменилось.
Джейналина бросила заклинание в Невилла, оно пролетело в паре дюймов от него. Теперь Гарри и Невилл остались вдвоем против шести нападавших — двое из них начали стрелять из палочек серебристыми стрелами света, которые сбивали штукатурку со стены позади детей. Гарри бросился бежать, Беллатриса Лестрейндж и Джейналина погнались за ним. Другие тоже бросились в погоню, опрокидывая по пути столы и стулья, но не решаясь палить заклинаниями, боясь разбить пророчество. Гарри влетел в единственную открытую дверь — ту самую, из которой вышли сами Пожиратели смерти. Джейн увидела, что, сделав несколько шагов в новой комнате, он обнаружил под ногами отсутствие пола и кубарем покатился вниз по крутой каменной лестнице, ударяясь о каждую ступеньку, пока не упал на спину на землю. Гарри лежал в большой яме, в центре которой была каменная арка. Голос в её голове кричал: «ОН НЕ ДОЛЖЕН РАЗБИТЬ ПРОРОЧЕСТВО!», отчего её голова заболела еще сильнее. Вся комната содрогнулась от раскатистого хохота Пожирателей смерти. Это разозлило Джейналину, её глаза снова стали красными:
— НЕ СМЕЙТЕ СМЕЯТЬСЯ, ЛОВИТЕ МАЛЬЧИШКУ! — закричала она. Пожиратели смерти посмотрели на неё со страхом, но Джейналина поняла, что они боятся не её самой.Так она вместе с остальными пятью начала спускаться вниз, а из других дверей выходили новые группы, прыгая по скамьям, чтобы приблизиться к Гарри. Гарри с трудом поднялся на ноги. В этот момент Джейналина увидела, что пророчество каким-то чудом уцелело, и почувствовала, что цвет её глаз снова стал зеленым, а боль в голове утихла.