Новая директриса
В это время, словно учителя и Гермиона не уставали предупреждать, приближались экзамены С.О.В. (С.О.Б. — Стандарты Обучения Волшебству). Все пятикурсники пребывали в стрессе. Среди них Ханна Аббот первой получила от мадам Помфри успокаивающую настойку: на уроке Травологии она внезапно разрыдалась, причитая, что она слишком глупая, никогда не сдаст экзамены и хочет бросить школу прямо сейчас.
После последних событий Джейн из-за сильного страха всё ещё мучилась от того, что её руки быстро начинали дрожать. Пожалуй, она никогда в жизни не чувствовала себя такой глупой, и единственное, что поднимало её дух — это занятия О.Д. (Отряда Дамблдора). Там дела у неё шли куда лучше. Несмотря на свои успехи, она чувствовала гордость за то, что учит других, и они тоже отлично всё усваивают.
Наконец они приступили к работе с Патронусом, о которой все так долго мечтали. А это значило, что и Джейн должна была чему-то научить.
Первый вопрос коснулся одежды Джейн: на ней была цветная лакированная водолазка, а поверх неё — кожаная куртка с фиолетовой цветочной вышивкой на плечах. Снизу — фиолетовая короткая юбка с черными кожаными вставками. Высокие черные ботинки с фиолетовыми шнурками и фиолетовые перчатки мотоциклиста. Джейн честно ответила спросившему, что после этого занятия собирается попробовать покататься на мотоцикле. Те, кто был рожден маглами или вырос с ними, поняли, а остальные — нет, но расспрашивать дальше не решились.
А вот второй вопрос был тем, что Джейн меньше всего хотела слышать: чему именно она будет учить.
— Лина, а чему будешь учить ты? — спросила Гермиона, после того как Гарри закончил рассказ о заклинании Патронуса.
— Или ты сама не знаешь, чему учить? — с усмешкой вставил Смит.
— Если еще хоть слово скажешь нашей сестре... — начал Фред с угрозой.
— Мы будем мучить тебя всю оставшуюся жизнь, — продолжил Джордж.
Смит, конечно, их опасался, но, сохраняя лицо, обиженно пробурчал:
— Она ведь сама не знает, чему учить.
— Знаю, — сказала Джейн, только что приняв решение. — Я научу вас противостоять проклятию Круцио.
Услышав это, все издали вздох ужаса — конечно, такого никто не ожидал.
— Лин, это же опасно! — воскликнула Гермиона. — К тому же, это одно из непростительных заклятий!
— Ну и что? — ответила Джейн без капли смущения. — Посмотрите, в прошлом году под личиной Грюма нас учил Барти Крауч-младший. Хоть он и был Пожирателем Смерти, я считаю его лучшим учителем. Конечно, Римус был хорош, но именно Барти Крауч-младший показал нам, что мир за стенами школы не встретит нас сладостями. Благодаря его урокам во время битвы с Волдемортом... Эй, да не бойтесь вы так... мы выстояли против Империуса. А теперь мы должны перейти к Круцио. Патронус — это мощно, он защитит от дементоров, но наш враг — не только дементоры. Против Пожирателя Смерти, владеющего темными искусствами, это заклинание не поможет. И все вы знаете, что нынешние Пожиратели сбежали из Азкабана. Среди них есть те, кто часто использует Круцио. Поэтому вы должны уметь терпеть, когда на вас накладывают заклятие. И должны сопротивляться, а не валяться пластом. Но если вы трусите и не хотите учиться — скажите, тогда я не буду учить. Я сама еще не освоила Патронус, так что, возможно, буду учиться у Гарри. Метод прост: как обычно, кто хочет учиться — поднимите руки.
Все со страхом переглянулись. Джейн уже было всё равно, она думала, что никто не захочет, но увидела одну робко поднятую руку. Это была рука Невилла. У Джейн даже сердце сжалось при взгляде на него. Следом подняли руки слизеринцы (Тео, Драко, Блейз, Пэнси), затем братья и сестра Джейн (Джинни, Рон, Фред и Джордж). И другие, кому хватило смелости.
— Вау, не ожидала этого, — удивленно сказала Джейн.
Так они, как обычно, разделили комнату с Гарри, создав посередине защитную невидимую стену, чтобы не мешать друг другу. Джейн, оглядев своих учеников, произнесла:
— Ладно, у меня нет цели свести вас с ума. Поэтому я буду применять Круцио всего на десять секунд, а вы должны попытаться выйти из этого состояния. Этого достаточно, чтобы вы почувствовали, как это больно. Главное — ваша сила воли. Не сдавайтесь и не забывайте, кто вы такие. Если нужно — повторяйте свое имя.
— Погоди, десять секунд? И это всё? — снова раздался насмешливый голос Смита. — Я-то думал, ты сильная. Что за десять секунд? Может, ты сама боишься этого заклинания?
— Заткнись, Смит, — оборвала его Джейн. — Ты сам поднял руку, так что слушай меня внимательно. Не мни себя героем. Ты и минуты не выдержишь. Уверена, уже через полсекунды ты будешь рыдать и умолять о пощаде. Если я применю заклинание дольше, твой и без того слабый мозг этого не выдержит, и ты потом будешь плакаться мамочке. Так что, если против — убирайся прямо сейчас.
Но Смит не шелохнулся. Так Джейн по очереди применяла заклинание к каждому, считая до десяти. Результаты были ожидаемыми: Невилл не дотянул до десяти, но продержался до семи. Слизеринцы выдержали все десять секунд. Но больше всего Джейн поразила Луна: она не только вытерпела, на её лице даже не отразилось боли. Братьям пришлось сложнее: у Фреда и Джорджа мигом пропали улыбки, Джинни, как и Невилл, выдержала семь секунд. Рон же, не желая выглядеть слабым в глазах Пэнси, продержался десять секунд, хоть и мучился. Закончив со всеми, Джейн раздала им горячий кофе (комната сама его создала) — был ли он лечебным или нет, но он помог тем, кто страдал даже от этого короткого времени. Вдруг прибежала Гермиона и сказала, что пришел Добби. Джейн и остальные встали, не понимая, зачем он здесь.
Домашний эльф Добби, выглядывающий из-под восьми шерстяных шапок, дергал Гарри за мантию.
— Привет, Добби! — сказал Гарри. — Ты здесь... что случилось?
Глаза эльфа от ужаса выпучились еще сильнее, сам он дрожал. Дети, окружавшие Гарри, замолчали; вся комната смотрела на Добби. Несколько удачно вызванных Патронусов растаяли серебристым туманом, и в комнате стало темнее.
— Гарри Поттер, сэр... — пропищал эльф, дрожа с головы до пят. — Гарри Поттер, сэр... Добби пришел предупредить вас... но всем домашним эльфам велели держать язык за зубами...
Он бросился головой к стене. Гарри, зная страсть Добби к самонаказанию, попытался его поймать, но восемь шапок эльфа спружинили, и он отскочил от каменной стены, как мяч. Гермиона и еще несколько девочек вскрикнули от испуга и жалости.
— Что случилось, Добби? — спросил Гарри, схватив эльфа за крошечную руку и удерживая его подальше от предметов, которыми тот мог себе навредить.
— Гарри Поттер... она... она...
Свободной рукой Добби со всей силы ударил себя по носу. Гарри перехватил и эту руку.
— Кто «она», Добби?
Джейн поняла, на кого он намекает — на «жабу». Добби, вытаращив на него глаза, беззвучно что-то пробормотал.
— Амбридж? — спросил Гарри, и внутри у него всё похолодело.
Добби кивнул и попытался удариться головой о колено Гарри. Гарри оттолкнул его подальше.
— Что она сделала? Добби... она... про нас... про О.Д. узнала?
Он прочел ответ на искаженном ужасом лице эльфа. Поскольку руки были заняты Гарри, эльф упал на колени, пытаясь пнуть самого себя.
— Она идет сюда? — тихо спросил Гарри.
— Да, Гарри Поттер! — завыл Добби. — Она сейчас будет здесь!
Гарри выпрямился и, не сводя глаз с бьющегося в руках эльфа, посмотрел на застывших учеников.
— ЧЕГО ВЫ ЖДЕТЕ? — закричал он. — БЕГИТЕ!
Все бросились к выходу; у двери возникла давка, но вскоре первый человек выскочил наружу. Джейн услышала топот их ног в коридоре и надеялась, что им хватит ума не бежать прямиком в свои спальни. Было без десяти девять. Если они успеют спрятаться в библиотеке или в ближайшей совятне...
Джейн поняла, что момент настал. Она достала из кармана уменьшенный фиолетовый мотоцикл, вернула ему нормальный размер и сказала:
— Все бегите. Я отвлеку их внимание.
Она завела мотоцикл и с громким ревом рванула в коридор. Как она и ожидала, внимание Амбридж и её помощников тут же переключилось на Джейн. В коридоре она ясно увидела Амбридж. Та сначала не узнала её, так как на Джейн был шлем. Но чем ближе Джейн подъезжала, тем яснее становилось узнавание.
— Джейн Уизли! Прекратите это безобразие! — яростно закричала Амбридж.
Джейн и не думала останавливаться — она ловко объехала стоящих впереди и проскользнула мимо. В какой-то момент Амбридж, не выдержав, выхватила палочку, направила её на мчащийся мотоцикл и проклятием взорвала колесо. От внезапной остановки Джейн вылетела вперед. Хуже всего было то, что мотоцикл упал прямо ей на правую ногу. Это было невыносимо больно. Джейн оттолкнула мотоцикл от ноги. Амбридж подбежала и заклинанием уничтожила его.
— Эй, это был мой единственный мотоцикл! Знаете, сколько он стоит? — запричитала Джейн.
— Вы пойманы, Уизли, — сказала Амбридж, улыбаясь так, будто никогда в жизни не была счастливее.
— Охо, а я и не заметила, спасибо, что сказали, — с сарказмом ответила Джейн.
— Быстро, вставайте! — Амбридж грубо дернула Джейн за руку. — Немедленно идем со мной в кабинет директора!
— Эй, вы что, не видите мою ногу? — Джейн воспротивилась её рывку. — Она вывихнута, а может, и сломана!
Но Амбридж, не слушая, пыталась поднять её силой, как вдруг кто-то перехватил её руку и остановил. Это был профессор Снейп.
— Охо, и спаситель явился, — съязвила Джейн.
— Заткнись, Джейн, — тут же предупредил её профессор Снейп, а затем медленно, но твердо оттолкнул руку Амбридж, сжимавшую Джейн: — Не трогайте её, Амбридж.
— А вы что здесь делаете? — уставилась на него Амбридж.
— Очевидно, дежурю, — ответил профессор Снейп.
— Тогда занимайтесь своим делом! — бросила Амбридж. — Я должна показать, что Уизли развлекается с какой-то магловской штуковиной и что-то замышляет со своими дружками.
Снейп ничуть не удивился и спокойно произнес:
— Я вижу здесь не проступок Уизли, а то, как вы нанесли травму ученице. Полагаю, вы не должны причинять вред студентам, тем более намеренно.
Лицо Амбридж побагровело от гнева, ноздри раздулись. Она вырвала свою руку и снова набросилась на Джейн.
— Эта девчонка — настоящая преступница! — взвизгнула Амбридж, указывая пальцем на обломки мотоцикла. — Она устроила гонки в школьном коридоре на запрещенном магловском устройстве, подвергая опасности жизни других! Мало того, она способствовала побегу Поттера и его сообщников. Она должна сейчас же ответить перед директором!
Джейн, несмотря на острую боль в ноге, ухмыльнулась:
— Поттер? Неужели и они были здесь? Извините, профессор, я не устраивала гонок, я просто тренировалась. Днем вы и так покоя не даете, так и ночью тишины нет.
— Молчать! — Амбридж ткнула палочкой Джейн в нос. — Вставай, или я заставлю тебя!
— Она не может встать, — холодным голосом произнес Снейп и заслонил собой Джейн. — У неё серьезная травма ноги. Возможно, перелом. Её нужно доставить не к директору, а в больничное крыло к мадам Помфри.
— Это просто уловка! — глаза Амбридж полезли на лоб. — Она притворяется больной, чтобы избежать наказания. Все Уизли хитры, но на этот раз её трюк не пройдет. Я потащу её волоком, если придется!
Снейп сделал шаг вперед, преграждая путь Амбридж. Его черная мантия взметнулась, словно огромные крылья, скрывая Джейн.
— Если вы тронете её в таком состоянии, вы усугубите травму и нанесете непоправимый вред здоровью ученицы, — с издевкой сказал Снейп. — Если в Министерстве узнают, что вы калечите студентов, им придется добавить еще один пункт в «Декрет об образовании». Например: «Инспекторам запрещается делать из учеников инвалидов».
Амбридж посмотрела на Снейпа с ненавистью, но упоминание Министерства, похоже, её немного охладило.
— Хорошо, — процедила она сквозь зубы. — Но она не сделает отсюда ни шагу. Она — моя пленница.
Снейп не стал спорить. Он взмахнул палочкой, и рядом с Джейн появился стул. Снейп помог ей сесть, затем слегка присел и направил палочку на её ногу. Джейн, терпя боль, сильно прикусила губу. Когда Снейп прошептал заклинание, ногу Джейн окутал ледяной холод. Это немного притупило боль, но нога стала совершенно неподвижной.
— Пока сойдет, — сказал Снейп, осматривая ногу Джейн.
Внезапно он оторвал край своей мантии и обмотал его вокруг ноги Джейн в качестве повязки.
— Рвать край собственной одежды? — удивилась Джейн и прошептала: — В каком веке вы застряли?
— Хотя бы вырази признательность за помощь, — закатил глаза Снейп.
— Боже мой, сколько я еще должна на это смотреть! — проворчала Амбридж. — Теперь мы можем идти?
— Да, но я пойду с вами, — сказал Снейп, вставая и помогая Джейн подняться, поддерживая её за руку. Джейн, пошатываясь, стояла на одной ноге.
— Делайте что хотите, только идите! — разозлилась Амбридж. Она уничтожила стул и пошла впереди.
Пока они шли, Снейп легонько подтолкнул Джейн в затылок.
— Эй, как вы смеете меня бить! Меня даже отец никогда не бил! — проворчала Джейн.
— Следовало бы, — нахмурился Снейп, всё еще помогая ей идти. — Тебе что, жить надоело?
— Зануда, — буркнула Джейн.
Через несколько минут они дошли до каменной горгульи.
— «Летучая шипучка», — сказала Амбридж. Каменная горгулья отъехала в сторону, стена за ней открылась, и они ступили на винтовую лестницу. Дойдя до двери с молотком в виде грифона, Амбридж не потрудилась постучать и сразу вошла внутрь.
Кабинет был полон людей. Дамблдор, сложив кончики пальцев, безмятежно сидел за своим столом. Профессор МакГонагалл застыла рядом с ним — на её лице читалось сильное напряжение. Министр магии Корнелиус Фадж покачивался с пяток на носки у камина, явно довольный ситуацией. Кингсли Бруствер и незнакомый Джейн мускулистый волшебник с короткой стрижкой замерли у двери, как стражники. А у стены, с перьевой ручкой и тяжелым свитком пергамента в руках, стоял очкастый, веснушчатый Перси Уизли. В его свободной руке был зажат Гарри. Джейн удивилась: он ведь должен был сбежать, что он здесь делает?
Портреты бывших директоров и директрис сегодня даже не притворялись спящими. Все они серьезно и внимательно наблюдали за собравшимися. Когда появилась Джейн, некоторые из них перешли в рамы к соседям, шепча что-то им на ухо.
Когда дверь закрылась, Амбридж вырвала Гарри из рук Перси и толкнула его к Джейн. Корнелиус Фадж посмотрел на них с мстительным удовлетворением.
— Итак, — сказал он. — Итак-итак-итак...
— Они собирались бежать в башню Гриффиндора, — сказала Амбридж. В её голосе слышалась та же непристойная радость, которую Джейн слышала раньше в вестибюле, когда страдала Трелони. — А эта Уизли даже забавлялась с магловской вещью и в итоге сама себя покалечила.
— Эй, это не я, это вы меня покалечили! — тут же возразила Джейн.
— Помолчите! — оборвал её Фадж. — Вы вылитый отец, мне это не смешно. Итак, Поттер и Уизли... вы, полагаю, знаете, почему вы здесь?
Джейн хотела было ответить, но Гарри ущипнул её. В этот момент взгляд Джейн упал на лицо Дамблдора. Директор не смотрел на них прямо — его взгляд был устремлен в точку чуть выше их правого плеча, — но Джейн заметила, как он едва заметно качнул головой из стороны в сторону.
Джейн тут же передумала.
— И... нет.
— Что вы сказали? — удивился Фадж.
— Говорю «нет», — отрезала Джейн.
— Значит, вам это неизвестно?
— Неизвестно. Кстати, можно мне хотя бы сесть? — спросила Джейн. — У меня ужасно болит нога, на которую вы не обратили внимания.
Фадж с недоверием перевел взгляд с Джейн и Гарри на Амбридж. Затем он кивнул, и Снейп помог Джейн сесть на ближайший диван, после чего отошел в сторону. Даже сидя на диване, Джейн чувствовала ноющую боль в ноге.
— А вы что здесь делаете? — обратился Фадж к Снейпу. — И вы согласны со словами этой девчонки?
— Я тоже был на дежурстве, — спокойно ответил Снейп. — Не могу сказать, что полностью согласен. Конечно, очевидно, что она бродила ночью, но время отбоя еще не наступило. И в данном случае пострадавшая — мисс Уизли. Поэтому я не могу сказать, что она нарушила школьные правила.
— Возможно, она не нарушила и декреты Министерства? — сердито поправил Фадж.
— Нет. А что касается магловских вещей, насколько я видел, дама Амбридж их уничтожила, так что сейчас я не могу назвать её виновной, — сказал Снейп, и хотя он был спокоен, Джейн ясно уловила его иронию.
Лицо Фаджа покраснело от гнева, он перевел взгляд с профессора Снейпа на Джейн и Гарри.
— Значит, для вас новость, — Фадж даже охрип от злости, — что на территории школы раскрыта незаконная ученическая организация?
— Да, новость, — сказал Гарри с выражением невинного удивления на лице.
— Господин министр, — вкрадчиво произнесла Амбридж за его спиной, — я думаю, дело пойдет быстрее, если я приглашу нашего информатора.
— Да-да, пожалуйста, — кивнул Фадж. Когда Амбридж вышла из комнаты, он угрожающе посмотрел на Дамблдора. — Нет ничего лучше хорошего свидетеля, не так ли, Дамблдор?
— Совершенно верно, Корнелиус, — серьезно ответил тот.
Несколько минут никто не смотрел друг на друга, все ждали. Затем дверь за спиной Гарри снова открылась. Мимо него прошла Амбридж; за плечо она поддерживала кудрявую подругу Чжоу — Мариэтту, которая закрывала лицо ладонями.
— Не бойся, милая, тебе ничего не грозит, — мягко сказала профессор Амбридж, похлопывая её по спине, — всё хорошо. Ты поступила правильно. Министр очень тебе благодарен. Он скажет твоей маме, какая ты умная девочка. Знаете, господин министр, — обратилась она к Фаджу, — мама Мариэтты — мадам Эджком из отдела магического транспорта, специалист по летучему пороху. Она помогает нам контролировать камины в Хогвартсе.
— Прекрасно, просто прекрасно! — восхитился Фадж. — Дочь вся в мать, а? Ну же, подойди сюда, деточка, посмотри на меня, не стесняйся, послушаем, что ты можешь сказать... Ах, разрази меня горгулья!
Мариэтта подняла голову, и испуганный Фадж, чуть не упав в камин, отпрянул назад. Подол его мантии начал дымиться, он выругался и поспешно затоптал огонь. Мариэтта с горестным всхлипом натянула воротник мантии до самых глаз, но все успели увидеть фиолетовые прыщи на её лице, покрывавшие нос и щеки и складывавшиеся в слово «ЯБЕДА».
— Не обращай внимания на эти пятна, милая, — нетерпеливо сказала Амбридж, — отпусти мантию и расскажи министру...
Но Мариэтта снова издала приглушенный всхлип и отчаянно затрясла головой.
— Ладно, глупая девчонка, я сама всё расскажу. — Амбридж одарила её очередной неприятной улыбкой и продолжила: — Итак, господин министр, мисс Эджком пришла в мой кабинет сегодня вечером после ужина и сказала, что хочет что-то сообщить. Она сказала, что если я загляну в потайную комнату на восьмом этаже, которую иногда называют «Выручай-комнатой», то найду там что-то интересное. Я задала ей несколько вопросов, и она призналась, что речь идет о каком-то собрании. К сожалению, именно в этот момент на неё подействовало проклятие, — Амбридж сердито указала на Мариэтту, прятавшую лицо, — и после того как девушка увидела свое отражение в зеркале, она впала в такое отчаяние, что не смогла дать мне дополнительных сведений.
— Ах вот как, — сказал Фадж, глядя на Мариэтту с напускной «отцовской» добротой, — это был очень смелый шаг — прийти к профессору Амбридж, деточка. Ты поступила совершенно правильно. А теперь, будь добра, расскажи мне, что происходило на этих ваших собраниях? Какова была их цель? Кто там был?
Но язык Мариэтты словно прирос к гортани; она лишь смотрела на них испуганными, выпученными глазами и продолжала качать головой.
— Нельзя ли снять проклятие, чтобы она могла свободно говорить? — нетерпеливо спросил министр, поворачиваясь к Амбридж.
— Пока мне это не удалось, — вынуждена была признать та.
Джейн в душе была восхищена умом Гермионы и думала, что Мариэтта получила по заслугам.
— Но даже если она не говорит, это неважно: я могу продолжить за неё. Помните, господин министр, в октябре я посылала вам отчет о том, что Уизли и Поттер встречались с группой учеников в кабаке «Кабанья голова» в Хогсмиде? Так вот...
— Откуда вы знаете об этой встрече? — перебила её профессор МакГонагалл.
— У меня есть свидетель, Минерва. Вилли Уиддершинс случайно оказался в том трактире в то же самое время. Конечно, он был весь замотан бинтами, но это не помешало его слуху, — самодовольно сказала Амбридж. — Он слышал каждое слово Уизли и Поттера и сразу поспешил в школу, чтобы доложить мне...
— Значит, теперь понятно, почему его не судили за «отрыгивающие унитазы»! — подняла брови МакГонагалл. — Очень интересно работает наша правоохранительная система!
— Грязные коррупционеры! — выкрикнул портрет толстого красноносого волшебника, висевший над столом Дамблдора. — В наше время Министерство не шло на сделки с такими мелкими мошенниками — нет, сэр!
— Спасибо, Фортескью, достаточно, — мягко остановил его Дамблдор.
— Уизли и Поттер пытались убедить учеников создать незаконное общество для изучения заклинаний и магии, которые Министерство сочло неподходящими для детей школьного возраста, — продолжала Амбридж.
— Полагаю, здесь вы ошибаетесь, Долорес, — спокойно сказал Дамблдор, глядя поверх очков, сидевших на кончике его кривого носа.
Джейн и Гарри удивленно посмотрели на него. Они не понимали, как Дамблдор собирается выпутаться из этой беды: если Вилли Уиддершинс действительно слышал каждое слово в «Кабаньей голове», спасения не было.
— О-хо! — снова выкрикнул Фадж, покачиваясь. — Ну-ка, ну-ка, послушаем очередную вымышленную сказку, чтобы выгородить Уизли и Поттера! Продолжайте, Дамблдор — может, Вилли Уиддершинс солгал? Или в тот день в «Кабаньей голове» был не Поттер, а его брат-близнец? А мисс Уизли перепутали с её братом-близнецом? Или у вас есть обычное простое объяснение с участием временной петли, ожившего мертвеца и нескольких невидимых дементоров?
Перси Уизли подобострастно рассмеялся:
— Очень смешно, господин министр, очень!
Джейн мысленно прокляла его, обозвав «сукиным сыном», и едва сдержалась, чтобы не ударить его прямо сейчас. Но она была поражена, увидев, что на губах Дамблдора тоже играет легкая улыбка.
— Нет-нет, Корнелиус, я вовсе не отрицаю, что Джейн и Гарри были в тот день в «Кабаньей голове» и собирали учеников в группу для изучения защиты от темных искусств. Уверен, ни Джейн, ни Гарри тоже не станут этого отрицать. Я лишь хочу обратить ваше внимание на то, что Долорес ошибается, считая эту группу незаконной. Если помните, декрет Министерства, запрещающий ученикам объединяться в общества, вступил в силу только через два дня после встречи в Хогсмиде, поэтому тогда они не нарушили никаких правил.
У Перси был такой вид, будто его ударили по голове чем-то тяжелым. Фадж застыл на месте; его челюсть отвисла. Первой пришла в себя Амбридж.
— Всё это очень хитро придумано, директор, — сказала она с вкрадчивой улыбкой, — но с тех пор, как вступил в силу декрет об образовании №23, прошло полгода. Если первая встреча и не была незаконной, то все последующие явно были таковыми.
— Вот как, — Дамблдор скрестил пальцы и посмотрел на неё с вежливым интересом, — это было бы так, если бы те встречи состоялись, но можете ли вы доказать, что ученики действительно продолжали встречаться?
Пока Дамблдор говорил, Джейн заметила за спиной Гарри едва слышный шепот — похоже, это был голос Кингсли. Также она почувствовала легкое дуновение, словно рядом пролетела птица. Но, посмотрев вниз, ничего не увидела.
— Можете ли вы доказать? — повторила Амбридж, её рот растянулся в обычной уродливой лягушачьей улыбке. — Где вы были, Дамблдор? Как вы думаете, зачем сюда пригласили мисс Эджком?
— Она сказала, что собрания проходили в течение полугода? — спросил Дамблдор, подняв бровь. — Мне казалось, она сообщила вам только о сегодняшней встрече.
— Мисс Эджком, — тут же обратилась Амбридж, — милая, скажи нам, как долго продолжались эти встречи. Просто кивни или покачай головой — уверена, твоим прыщам хуже не станет. Итак, они проходили регулярно в течение последних шести месяцев?
У Джейн всё похолодело внутри, она снова прикусила губу. Похоже, Дамблдор сам завел себя в тупик, из которого не выбраться.
— Просто кивни или покачай головой, деточка, — начала уговаривать Амбридж Мариэтту. — Ну же, не бойся, самое страшное позади.
Все в кабинете уставились на открытую часть лица Мариэтты. Над мантией виднелись только её глаза и кудрявая челка. Возможно, из-за игры огня в камине её глаза казались пустыми, лишенными всяких чувств. И в этот момент, к изумлению Джейн, Мариэтта покачала головой.
Амбридж быстро посмотрела на Фаджа, затем снова на Мариэтту.
— Ты, должно быть, не поняла вопроса, дорогая. Я спрашиваю, участвовала ли ты в таких собраниях последние полгода. Ты ведь участвовала, не так ли?
Мариэтта снова покачала головой.
— Что это значит, милая? — резким тоном спросила Амбридж.
— Полагаю, тут не должно быть никаких сомнений, — отрезала профессор МакГонагалл. — Девушка хочет сказать, что за последние полгода никаких тайных встреч не было. Так, мисс Эджком?
Мариэтта кивнула.
— Но сегодня ведь была встреча! — яростно закричала Амбридж. — Она проходила в Выручай-комнате, и об этом вы сами мне сообщили, мисс Эджком! И организовали её Уизли и Поттер, именно Уизли и Поттер... Почему ты снова качаешь головой, глупая девчонка?
— Обычно это означает человеческое «нет», — холодным тоном произнес Снейп. — Если только мисс Эджком не говорит на каком-то ином языке.
Взбешенная Амбридж схватила Мариэтту и начала трясти её изо всех сил. В тот же миг Дамблдор вскочил, подняв палочку. Кингсли бросился вперед, Амбридж отпрянула, отпустив Мариэтту, словно та была раскаленной.
— С вас хватит того, что вы покалечили мисс Уизли, я больше не позволю поднимать руку на кого-либо в моей школе, Долорес, — сказал Дамблдор. За весь вечер он впервые выглядел по-настоящему разгневанным.
— Успокойтесь, мадам Амбридж, — веско произнес Кингсли своим внушительным голосом. — Вам нужны лишние проблемы?
— Да, — прошептала Амбридж, глядя снизу вверх на огромную фигуру Кингсли. — То есть нет... вы правы, Бруствер... я... я вышла из себя.
Снейп освободил Мариэтту из рук Амбридж. Девушка застыла на месте. Казалось, она не заметила ни нападения профессора, ни своего освобождения; она всё еще закрывала половину лица, а её взгляд оставался пустым. В сознании Джейн внезапно мелькнула мысль — она вспомнила шепот Кингсли и то легкое дуновение.
— Долорес, — сказал Фадж с видом человека, решившего покончить с этим раз и навсегда, — сегодняшняя встреча — по нашим данным, она всё равно состоялась...
— Да, — Амбридж взяла себя в руки, — да... итак, мисс Эджком сообщила мне, и я, взяв с собой нескольких надежных учеников, немедленно отправилась на восьмой этаж, чтобы застать виновных на месте преступления. Однако кто-то, должно быть, успел их предупредить, потому что, когда мы поднялись, мы увидели, как они разбегаются. Впрочем, это неважно. У меня есть их список: один из моих людей зашел в Выручай-комнату в поисках улик и нашел там то, что нужно.
У Джейн в этот момент сердце ушло в пятки. Амбридж достала из кармана список имен, висевший на стене Выручай-комнаты, и протянула его Фаджу.
— Как только я увидела в списке фамилии Уизли и Поттера, мне стало ясно, с чем мы имеем дело, — понизив голос, сказала она.
— Прекрасно, — Фадж расплылся в улыбке, — прекрасно, Долорес. И... батюшки мои!
Он посмотрел на Дамблдора, который всё еще стоял рядом с Мариэттой, опустив палочку.
— Вы видели, как они себя называют? — медленно произнес Фадж. — Отряд Дамблдора!
Дамблдор шагнул вперед и взял пергамент из рук Фаджа. Он посмотрел на список, составленный Гермионой полгода назад, и на мгновение словно лишился дара речи. Затем улыбнулся и поднял голову.
— Что ж, игра окончена, — просто сказал он. — Корнелиус, вы хотите получить от меня письменное признание? Или достаточно моего устного слова перед свидетелями?
Джейн заметила, как профессор Снейп, МакГонагалл и Кингсли переглянулись. На их лицах отразился ужас. Ни Джейн, ни Гарри не понимали, что происходит; Фадж, похоже, тоже.
— Признание? — протянул министр. — Что... я не понял...
— Отряд Дамблдора, Корнелиус, — сказал Дамблдор, всё еще улыбаясь и помахивая списком перед носом Фаджа. — Не Уизли или Поттера, а Отряд Дамблдора.
— Но...
Внезапно лицо министра изменилось: он понял. Отпрянув в ужасе, он вскрикнул и снова отскочил от огня.
— Это вы? — прошептал он, снова затаптывая подол своей тлеющей мантии.
— Совершенно верно, — вежливо подтвердил Дамблдор.
— Значит, это вы всё организовали?
— Я, — ответил Дамблдор.
— Вы собрали... свой собственный отряд из учеников?
— Сегодня должна была состояться первая встреча, — Дамблдор кивнул. — Просто для проверки — хотел узнать, захотят ли они присоединиться ко мне. Конечно, теперь я вижу, что совершил ошибку, пригласив мисс Эджком.
Мариэтта кивнула. Фадж перевел взгляд с неё на Дамблдора; его грудь раздулась от гордости.
— Значит, это был заговор против меня! — закричал он.
— Именно так, — весело подтвердил Дамблдор.
— НЕТ! — выкрикнул Гарри.
Кингсли посмотрел на него предостерегающе, МакГонагалл грозно сверкнула глазами, а Снейп посмотрел на него как на дурака. Но Джейн понимала, почему Гарри это сделал; она и сама догадалась, что задумал Дамблдор, и не могла этого допустить.
— Профессор Дамблдор, нет! — тоже закричала Джейн.
— Не кричите, Джейн, Гарри, иначе вам обоим придется покинуть мой кабинет, — спокойно сказал Дамблдор.
— Да, закройте рты! — крикнул Фадж. Он всё еще смотрел на Дамблдора взглядом, в котором смешались ужас и радость. — Итак... я шел сюда, чтобы исключить Уизли и Поттера, а вместо этого...
— Вместо этого вы нашли повод арестовать меня, — улыбнулся Дамблдор. — Это всё равно что потерять кнат и найти галеон, не так ли?
— Уизли! — закричал Фадж. Он дрожал от радости. — Уизли, вы записали всё, что он сказал? Его признание у вас?
— Да, сэр, всё записал, сэр! — тут же ответил Перси. На его нос попали чернила — было видно, как быстро он писал.
— Вы записали, что он собирался создать отряд для борьбы с Министерством и замышлял против меня зло?
— Да, сэр, всё есть, сэр! — сказал Перси, просматривая свои записи.
— Прекрасно. — В голосе Фаджа звучало торжество. — Уизли, немедленно отправьте копию ваших записей в «Ежедневный пророк». Если найдется быстрая сова, мы можем успеть в утренний номер!
Перси выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью, а Фадж снова повернулся к Дамблдору.
— А вы сейчас же отправитесь под конвоем в Министерство. Там вам предъявят официальное обвинение, а суда вы будете ждать в Азкабане!
— Ах, — вздохнул Дамблдор, — вот оно как. Я знал, что мы столкнемся с этой маленькой трудностью.
— Трудностью? — переспросил Фадж. Его голос всё еще дрожал от восторга. — Я не вижу никаких трудностей, Дамблдор!
— Очень жаль, — виновато сказал Дамблдор, — но я вижу.
— Неужели?
— Да. Дело в том, что вы ошибаетесь, полагая, что я — как это говорится? — пойду с вами по доброй воле. Корнелиус, я совершенно не собираюсь идти добровольно. У меня нет никакого желания сидеть в Азкабане. Конечно, я мог бы оттуда сбежать, но зачем зря тратить время? Честно говоря, я знаю миллион способов провести время с большей пользой.
Лицо Амбридж на глазах побагровело; казалось, она вот-вот закипит. Фадж смотрел на Дамблдора в полном остолбенении, словно его только что ударили по голове. Затем из его горла вырвался скрежещущий звук, и он повернулся к Кингсли и короткостриженному волшебнику — двум людям, которые до этого момента хранили молчание. Тот, что с короткой стрижкой, ободряюще кивнул Фаджу и шагнул вперед. Джейн и Гарри увидели, как его рука незаметно скользнула в карман.
— Не стоит, Долиш, — вежливо сказал Дамблдор. — Я не сомневаюсь, что вы отличный мракоборец — не зря же вы получили «Превосходно» по всем экзаменам Т.Р.И.З.У.Б.Е.Ц. (Тесты Рационального Изучения Заклинаний и Умений Боевых Единиц Цивилизации), — но если вы... э-э... попытаетесь применить силу, я буду вынужден причинить вам вред.
Человек по имени Долиш заморгал. Вид у него был крайне глупый. Он посмотрел на Фаджа, словно ожидая знака от министра.
— Так что же, — усмехнулся Фадж, который уже успел прийти в себя, — Долиш, Бруствер, Долорес и я — вы собираетесь сражаться со всеми нами в одиночку, а, Дамблдор?
— Нет, клянусь бородой Мерлина, — улыбнулся Дамблдор, — только если вы меня к этому не вынудите...
— Ему не придется действовать в одиночку! — МакГонагалл решительно высунула руку из-под мантии.
— Нет-нет, Минерва! — строго сказал Дамблдор. — Не вмешивайтесь — вы нужны Хогвартсу!
— Хватит болтовни! — Фадж выхватил палочку. — Долиш! Бруствер! Хватайте его!
В комнате словно сверкнула серебристая молния; раздался грохот, как от пушечного выстрела, и пол содрогнулся. Чьи-то руки сорвали Джейн с дивана и повалили на пол, в тот же миг сверкнула еще одна серебристая вспышка; несколько портретов закричали, Фоукс издал пронзительный крик, а в воздух поднялась пыль. Откашливаясь, Джейн увидела, как перед ней кто-то с грохотом упал; послышался крик, звук удара и возглас «Ай!». Затем звон разбитого стекла, чьи-то поспешные шаги, стон... И наступила тишина.
Джейн с трудом повернула голову, чтобы увидеть того, кто её повалил и крепко держал — это был профессор Снейп. Рядом она увидела профессора МакГонагалл, которая одной рукой поддерживала Гарри, а другой — съжившуюся на полу Мариэтту. В воздухе всё еще медленно оседала пыль. Джейн мучилась от сильной боли в ноге, и когда профессор Снейп наконец отпустил её, она сразу села на пол, вытянула ногу и заметила приближающуюся к ним высокую фигуру.
— С вами всё в порядке? — спросил Дамблдор.
— Да! — ответила МакГонагалл, поднимаясь с пола и помогая Гарри и Мариэтте.
— А я не могу этого сказать, — проговорила Джейн, всё еще сжимая зубы. — Мало того что нога болит, так еще и этот подонок Перси успел выскочить раньше времени, а я бы как раз успела его ударить.
Взрослые не удержались и рассмеялись, а Джейн только проворчала, что это совсем не смешно. Ей было действительно плохо, нога ныла так сильно, что на глазах наворачивались слезы. Пыль полностью осела. Перед ними предстал разгромленный кабинет: стол Дамблдора был перевернут, все маленькие столики на высоких ножках опрокинуты, серебряные приборы разбросаны и разбиты. Фадж, Амбридж, Кингсли и Долиш лежали на полу без движения. Феникс Фоукс описывал над ними широкие круги; Гарри и Джейн слышали его тихое пение.
— К сожалению, в Кингсли тоже пришлось направить заклятие, иначе его бы заподозрили, — вполголоса сказал Дамблдор. — Он сразу всё понял и успел изменить память Мариэтте, пока все отвернулись — передайте ему мою благодарность, хорошо, Минерва? Остальные скоро очнутся. Будет лучше, если они не узнают, что мы успели поговорить — вы должны притвориться, что всё произошло в мгновение ока, они просто упали и ничего не смогут вспомнить...
— Куда вы теперь, Дамблдор? — прошептала МакГонагалл. — На площадь Гриммо?
— Нет-нет, — Дамблдор грустно улыбнулся. — Я не буду прятаться. Скоро Фадж пожалеет, что выгнал меня из Хогвартса, обещаю.
— Профессор Дамблдор... — начал Гарри.
Джейн видела, что он не знает, что сказать. Конечно, в такой момент сложно подобрать слова: извиниться ли за то, что затея с О.Д. привела к таким бедам, или поблагодарить Дамблдора за то, что он пожертвовал собой, чтобы спасти их от исключения...
Но Дамблдор перебил Гарри.
— Послушай меня, Гарри, — твердо сказал он. — Ты должен приложить все силы, чтобы выучить окклюменцию (искусство защиты разума), понимаешь? Выполняй всё, что прикажет профессор Снейп, и обязательно тренируйся каждый вечер перед сном, чтобы защитить свой разум от кошмаров... Скоро ты поймешь, зачем это нужно, а пока дай мне обещание...
Долиш начал шевелиться. Дамблдор сжал руку Гарри:
— Помни: береги свой разум...
— ...ты поймешь, — прошептал Дамблдор.
Фоукс сделал очередной круг и подлетел к Дамблдору. Тот отпустил Гарри, поднял руку и ухватился за длинный золотой хвост феникса. Вспыхнуло пламя, и оба исчезли.
— Где он? — закричал Фадж, поднимаясь с пола. — Где он?
— Не знаю! — Кингсли тоже вскочил вслед за ним.
— Он не может трансгрессировать! — завизжала Амбридж. — Из Хогвартса невозможно так уйти...
— Лестница! — крикнул Долиш и бросился к двери, распахнул её и выскочил наружу. Кингсли и Амбридж побежали за ним. Фадж на мгновение задержался, затем не спеша встал и отряхнулся. Наступила долгая, тяжелая тишина.
— Итак, Минерва, — сказал Фадж, поправляя разорванный рукав, едким тоном, — похоже, эпоха вашего друга Дамблдора подошла к концу.
— Вы так думаете? — презрительно бросила МакГонагалл.
Фадж словно не слышал её. Он смотрел на разгром в кабинете. Некоторые портреты шипели на него, а один даже сделал непристойный жест.
— Отведите этих троих в их спальни, — велел Фадж профессору МакГонагалл, указывая на Гарри и Мариэтту.
— Полагаю, мисс Уизли нужно в больничное крыло, — тут же вставил профессор Снейп.
Когда Снейп уводил Джейн из комнаты, она услышала голос Финеаса Найджелуса:
— Знаете, господин министр, мы с Дамблдором во многом не согласны... но нельзя не признать, что у него есть стиль (своеобразная манера)...
ПРИКАЗ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ
Долорес Джейн Амбридж (генеральный инспектор) назначается директором школы чародейства и волшебства «Хогвартс» вместо Альбуса Дамблдора.
Основание приказа — декрет об образовании № 28.
Подпись: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии.
К утру эти объявления были расклеены по всей школе. Но они не объясняли, откуда каждый обитатель замка узнал о том, что Дамблдор сбежал, несмотря на двух мракоборцев, генерального инспектора, министра и его помощника.
Джейн слышала всё это от друзей, которые навещали её в больнице. Когда профессор Снейп привел Джейн в больничное крыло, выяснилось, что у неё действительно сломана лодыжка. Благодаря первой помощи профессора осложнений не возникло, но из-за того, что она долго ходила с травмой, ей дали костерост и оставили на несколько дней. Это было действительно больно, Джейн едва терпела. К счастью, каждый обед к ней приходили друзья, и Драко тоже. По словам Гарри, поскольку Мариэтта и Джейн попали в больницу, он остался единственным свидетелем, и ему бесконечно задавали вопросы. В этот момент Джейн была рада, что лежит в больнице. Дамблдора так и не нашли. По словам Эрни Макмиллана, вчера вечером они обыскали весь замок и территорию, а когда не нашли его, Амбридж попыталась войти в его кабинет, но горгулья её не пустила. Джейн рассмеялась — конечно, замок слушается только настоящего директора.
А Фред и Джордж, узнав, что Монтегю (член Инспекционной дружины) пытался снять с них баллы, запихнули его головой в «Исчезательный шкаф» на втором этаже. И они уже начали мстить за Дамблдора: во время обеда устроили в школе грандиозный магический фейерверк. Пиротехника близнецов до самого вечера летала, гудела и полыхала внутри школы. Благодаря хитрости близнецов, при использовании заклинания исчезновения фейерверки увеличивались в десять раз. В результате новоиспеченный директор весь день бегала по школе по вызовам преподавателей, потому что никто из них, по непонятной причине, не мог справиться с этими фейерверками без помощи Амбридж. Услышав это, Джейн пожалела, что не видела всё своими глазами.
И, по словам Гарри, прямо перед этим фейерверком Амбридж вызвала его, предложила чай и пыталась выпытать, где находится Сириус Блэк. Гарри вылил чай в горшок с цветами. Джейн посчитала, что он поступил правильно — спрашивать о таком, зная, что Гарри не скажет, она наверняка что-то подмешала в чай.
Был момент, который показался Джейн странным: на второй день её пребывания в больнице Гарри сходил на занятие к профессору Снейпу, но после сказал, что основные уроки закончились и он может тренироваться самостоятельно, и перестал ходить. У Джейн это вызвало подозрения, но она решила не копать дальше. В последнее время она снова начала забывать некоторые моменты, а когда забывала — становилась с кем-то грубой. Джейн сама этого не понимала. Но она решила никому не говорить, и так Дамблдора нет, не хотелось волновать остальных. И самое странное — каждый раз в эти моменты забвения она видела во сне человека с черным телом и голосом Волдеморта, который постоянно предлагал помощь. Конечно, Джейн никогда её не принимала.
В первый день пасхальных каникул Джейн наконец выписали из больницы. Мадам Помфри строго предупредила её больше не хулиганить. Многие тепло встретили Джейн и благодарили за то, что она выиграла им время для побега.
(А теперь опишу её образ в тот момент: на ней был черный кроп-топ с логотипом и изображением группы «Slipknot». Под ним — сетчатый лонгслив. Снизу — слегка поношенные черные джинсы. На талии несколько слоев кожаных ремней и железные цепи. На руках черные гетры, а на шее двухслойное ожерелье-цепь. Волосы собраны и завязаны белой лентой.)
Гермиона, как обычно, проводила большую часть времени за составлением расписания подготовки к экзаменам для всех троих. Гарри, Джейн и Рон ей не мешали: проще было согласиться, чем спорить. К тому же, её труд действительно мог быть полезен. Рон пришел в ужас, узнав, что до экзаменов осталось всего полтора месяца.
— Как ты мог об этом забыть? — спросила Гермиона, касаясь палочкой расписания Рона. От каждого касания квадратики на пергаменте вспыхивали разными цветами в зависимости от предметов.
— Не знаю, — ответил Рон. — Слишком много всего произошло...
— Ладно, вот, — сказала она, протягивая расписание. — Готовься по нему, и всё будет хорошо.
Рон уныло посмотрел на пергамент, но потом его лицо прояснилось.
— Ты оставила мне один свободный вечер в неделю!
— Это для тренировок по квиддичу, — сказала Гермиона.
Улыбка Рона мигом погасла.
— Какой в этом толк? — уныло сказал он. — Шансы выиграть Кубок по квиддичу в этом году у нас такие же, как у моего отца стать министром магии.
Гермиона ничего не ответила: она смотрела на Гарри. Гарри уставился в стену гостиной Гриффиндора, казалось, ничего не замечая. Даже когда Живоглот царапал его руку, требуя почесать за ушком, он не реагировал.
— Что с тобой, Гарри?
— Со мной? Ничего, — быстро ответил он.
Он взял книгу «Теория защитной магии» и сделал вид, что что-то там ищет.
— Ты врешь. Иногда меня бесит, что ты всё держишь в себе, — закатила глаза Джейн. — Но ты всё равно ничего не скажешь, так что спрашивать бесполезно.
Внезапно зеркало в её кармане зажужжало. Джейн достала его, а затем сразу встала:
— Я ушла.
— Куда? — удивленно спросила Гермиона.
— На свидание, — сказала Джейн, собирая сумку. — После прошлой встречи я дала Драко второй шанс. Не знаю как, но, видимо, по случаю каникул он получил разрешение пойти в Хогсмид. Думаю, на этот раз всё будет хорошо.
— Ага, удачи, — ответила Гермиона.
Джейн пулей бросилась в комнату, где сменила одежду:
На ней было короткое темно-красное платье с черным цветочным узором. Рукава в форме колокольчиков, расширяющиеся книзу, выполнены из кружевной ткани. На ногах — высокие черные ботинки на шнуровке и каблуке, расшитые красными цветами. Жемчужное ожерелье и длинные красные серьги.
На этот раз Драко ждал её на выходе из замка. Его волосы были аккуратно уложены, на нем был черный костюм. Увидев Джейн, он восхищенно произнес:
— Вау, ты очень красивая, La P'tite.
— Охо, на этот раз ты рано, — намеренно съязвила Джейн.
— La P'tite, прошу, не напоминай, — взмолился Драко.
— Ладно, я просто шучу. Пошли.
После проверки Филча они двинулись дальше и вскоре добрались до Хогсмида. На этот раз всё было иначе. Хоть вокруг всё еще висели объявления о Пожирателях Смерти, Драко и Джейн не обращали на них внимания, гуляя по магазинам. Поскольку Драко был «Тайно» , Джейн было легко с ним общаться. Драко мог говорить о магловских вещах, хотя никогда ими не пользовался, и записывал много интересного ради смеха. Также их общей темой был квиддич. Они пробовали разные сладости. С Драко Хогсмид стал самым прекрасным местом. К тому же погода была солнечной и ясной.
Самое интересное произошло, когда они пришли к цветочному магазину: там не было ни людей, ни продавца. Джейн это удивило:
— Сейчас ведь много пар, значит, должно быть много покупателей цветов. Почему этот магазин пуст? — спросила она.
— А-а, я купил его для тебя, — сказал Драко.
— Что? Погоди, ты купил целый цветочный магазин? Для меня? — изумилась Джейн.
— Да, прими это как извинение. Зайдем? Ты ведь наверняка хочешь цветов, — сказал Драко, стоя перед входом.
— Эх, не знаю, нет ли там лаванды? — спросила Джейн, вспомнив про свою аллергию.
— Нет, я узнал об этом и убрал её. Вообще, я приказал убрать этот цветок отовсюду, где ты бываешь, — без капли смущения сказал Драко.
— То-то я думаю, почему после четвертого курса не вижу лаванды, — сказала Джейн.
Они вошли в магазин, и на этот раз Джейн выбрала букет красных роз.
Они продолжили гулять по лавкам и в конце концов зашли в кафе мадам Паддифут. Оно было украшено точь-в-точь как на День Валентина. И, что любопытно, в кафе не было никого, кроме самой мадам Паддифут. Они выбрали столик, заказали два кофе и десерт. Джейн попросила поставить рядом со столом еще один стул и положила на него цветы.
— Тебе нравится? — спросил Драко. — Я арендовал это место на сегодня. Для тебя.
Джейн огляделась:
— Конечно, нравится. Но, честно говоря, когда я пришла сюда в первый раз, мне не понравилось оформление. Оно напоминает мне кабинет той «жабы». Если бы ты был там в тот день, ты бы понял, — сказала она.
— Прости, тогда я могу попросить всё сменить, если хочешь, — предложил Драко.
— Нет, не нужно. Пусть остается. Я сказала это не для того, чтобы ты чувствовал вину, — Джейн взяла его за руку. — Спасибо за всё, что ты для меня сделал. Вот каково это — иметь богатого парня, — рассмеялась она.
Выйдя из кафе, Джейн вывела Драко на ровную дорогу, вернула обычный размер маленьким скейтбордам и решила научить его кататься. Драко удивлялся, как она постоянно на нем ездит, но для Джейн иметь при себе магловские вещи было привычно.
Обучение Драко было смешным и интересным. Он никак не мог удержать равновесие, и Джейн приходилось подхватывать его, чтобы он не упал. Это показалось ей даже милым. После множества неудачных попыток Драко наконец поехал, но из-за страха упасть Джейн ехала рядом на своем скейте и держала его за руку. После возни со скейтами Драко отвел её на самый высокий холм Хогсмида. Там их ждал плед для пикника и корзина с едой, но так как они уже были сыты, они просто сели на плед и вместе смотрели на закат. Это было прекрасное зрелище. Но Драко смотрел не на закат, а в основном на Джейн с восхищением.
— Эй, не смотри на меня так, — не выдержала Джейн.
Драко обнял её и поцеловал в щеку:
— А что мне делать, если я не могу налюбоваться твоей красотой? Кто тебе разрешил быть такой красивой?
Он погладил Джейн по волосам:
— Знаешь, мне твои обычные кудрявые волосы нравятся больше, чем те, что ты выпрямила зельем. Они тебе так идут, что я иногда схожу от них с ума. Надеюсь, в будущем, если у нас будут дети, кто-то из них унаследует твои кудри.
— Эй, с чего это ты заговорил о детях? — Джейн нахмурилась, но улыбнулась. — А что касается наследства, я хочу, чтобы у моих детей были твои голубые глаза. Я без ума от твоих глаз.
Она повернулась к Драко, погладила его по щеке и заглянула в глаза:
— Особенно когда они смотрят на меня... это просто... удивительно.
— Значит, ты без ума от меня, да? — хитро улыбнулся Драко. — И еще кое-что: мне нравится твой смех, и сейчас я хочу его услышать.
С этими словами он начал щекотать Джейн. Джейн от смеха повалилась на плед:
— Ну всё... хватит... Дрей!
Но Драко, смеясь, продолжал её щекотать.
После такого чудесного вечера, когда они возвращались и стало прохладно, Драко накинул пиджак на плечи Джейн. Даже на пути из Хогсмида, так как ботинки Джейн были на высоких каблуках, он взял её на руки и пронес оставшуюся дорогу. Вот так прошло самое чудесное свидание Драко и Джейн. И этот день определенно стал лучшим в жизни Джейн.