Отряд Дамблдора
После уроков Джейн, Рон и Гермиона ждали Гарри во дворе, в защищенном от ветра углу, подняв воротники. Вскоре к ним подошел Гарри, вскрыл письмо в руках и прочитал те семь слов, что были там написаны:
«Сегодня, на прежнем месте, в прежнее время».
— Как Букля? — встретила его вопросом Гермиона.
— Куда ты её отнес? — спросил Рон.
— К Граббли-Дерг. Я видел МакГонагалл. Послушайте...
Гарри передал им слова МакГонагалл о том, что «каналы связи в Хогвартсе могут прослушиваться, понятно?». Это их не удивило. Напротив, они многозначительно переглянулись.
— Что случилось? — спросил Гарри, поочередно глядя на Джейн, Рона и Гермиону.
— Мы как раз думали, не перехватил ли кто-то Буклю, — сказала Джейн. — Не знаю, но раньше на неё никто не нападал.
— От кого само письмо? — Рон выхватил пергамент из рук Гарри.
— От Нюхалза (Сириуса), — тихо сказал Гарри.
— «На прежнем месте, в прежнее время»? Значит, в камине гостиной?
— Похоже на то, — сказала Гермиона, прочитав записку. Лицо её было тревожным. — Надеюсь, больше никто не читал...
— Но оно же было запечатано, — сказал Гарри, пытаясь убедить скорее себя, чем Гермиону. — И если не знать, где мы разговаривали в прошлый раз, никто бы ничего не понял.
— Прямых слов нет, — сказала Джейн, накидывая сумку, когда прозвенел звонок. — Снова запечатать пергамент магией несложно... Мой отец работает в министерстве, и я даже видела своими глазами, как кого-то ловили через очаг... Но мы не можем предупредить его, чтобы он не приходил. Если они напали на твою Буклю, они вполне могут перехватить и наше письмо.
Они ломали головы над этой проблемой, спускаясь в подземелье на урок профессора Снейпа. Но Джейн вернулась к реальности, как только увидела Драко, стоявшего у дверей класса внизу.
— Привет! — крикнула Джейн, подбегая к нему и маша рукой.
— Привет, La P'tite, — улыбнулся Драко и обнял её, когда она подошла.
— Мне тоже надо найти тебе какое-нибудь французское прозвище, — сказала Джейн, освободившись из объятий, а затем взяла бумагу из его рук. — Охо, что это? А-а, разрешение для команды по квиддичу? Тебе везет.
— Ну, ты же знаешь моего отца. Эта Амбридж, оказывается, хорошо его знает. Вот и дала разрешение, — сказал Драко.
— Хоть я и не люблю твоего отца, я рада, что ты его получил, — улыбнулась Джейн.
— Эй, как дела, красотка? — подошел к ней Тео.
— Привет, Джейн, — сказал и Блейз.
— Эххх, опять ты? Я уже заняла место, — сказала Пэнси, увидев её. — Или мне сесть рядом с Роном? — добавила она, заходя в дверь.
— Чего еще от неё ждать, — рассмеялась Джейн. — Ладно, пойдем в класс.
Зайдя в класс, Джейн увидела, что Пэнси действительно села рядом с Роном, Гарри и Гермиона сидели вместе позади них, Блейз и Тео сидели вдвоем, а Джейн села с Драко. Она достала пергамент, перьевые ручки и книгу «Тысяча магических трав и грибов».
В классе стоял гул голосов, но как только профессор Снейп с грохотом закрыл дверь, все мгновенно замолчали.
— Предупреждаю, сегодня у нас гость, — сказал профессор Снейп своим обычным высокомерным тоном.
Он указал в темный угол подземелья, и Джейн увидела Амбридж, сидящую с блокнотом на коленях.
— О боже, он же попалась ей на глаза, когда пыталась меня защитить. Ужас, — прошептала Джейн.
— Сегодня мы продолжим работу над «Укрепляющим раствором». Вы найдете свои смеси в том же состоянии, в каком оставили их на прошлом уроке. Если они были приготовлены правильно, то за выходные настоялись. Инструкции, — он указал палочкой, — на доске. Приступайте.
Первые полчаса Амбридж только и делала, что записывала в блокнот. Джейн, увлекшись наблюдением за ней, даже не могла сосредоточиться на зелье, и Драко пришлось несколько раз её поправлять.
В этот момент Амбридж встала и направилась к Снейпу, который склонился над котлом Дина Томаса.
— Честно говоря, для своего уровня класс, кажется, хорошо подготовлен. Тем не менее, у меня есть сомнения в целесообразности работы с таким напитком, как «Укрепляющий раствор». Полагаю, Министерство предпочло бы исключить эту тему из учебной программы.
Снейп медленно выпрямился и повернул к ней голову.
— Как давно вы преподаете в Хогвартсе? — спросила она, приготовив перо над блокнотом.
— Четырнадцать лет. — На лице Снейпа ничего не отразилось.
Драко вздохнул и, помимо своего зелья, подавал Джейн нужные ингредиенты, чтобы она не ошиблась.
— Кажется, изначально вы подавали заявление на должность учителя защиты от темных искусств?
— Да, — тихо сказал Снейп.
— Но попытка была неудачной?
Снейп сжал губы:
— Как видите.
Она записала это в блокнот.
— И даже после прихода в Хогвартс вы систематически запрашивали эту должность?
— Да. — Снейп едва шевельнул губами. Он был в ярости.
— Не знаете ли вы, почему Дамблдор настойчиво отказывал вам?
— Об этом лучше спросить его самого, — буркнул Снейп.
— Обязательно, — сладко улыбнулась она. — Я полагаю, это имеет отношение к делу.
— Имеет прямое отношение, — сказала профессор Амбридж. — Министерство хочет детально знать... э-э... послужной список преподавателей.
Она отошла к Пэнси Паркинсон и начала расспрашивать её об уроках.
— Голову сломаешь, не смотри так часто, — подтолкнул её Драко, а затем, отставив свое готовое зелье, взял зелье Джейн и начал его доваривать.
— Спасибо, — улыбнулась Джейн, все еще наблюдая за Амбридж.
Наступила очередь самой Джейн. Она, конечно, сказала, что ей очень нравится этот предмет и что профессор Снейп — прекрасный учитель, добавив «по сравнению с другими профессорами». Профессор Снейп хоть и ухмыльнулся ей, но не забыл дать домашнее задание.
— Я, пожалуй, не пойду на прорицание, — сказал Гарри после обеда, когда они стояли во дворе, и ветер трепал их мантии и шляпы. — Притворюсь больным и напишу задание Снейпа, чтобы не сидеть до полуночи.
— Профессор Снейп, а не Снейп, дурачок, — поправила его Джейн.
— Тебе нельзя пропускать прорицание, — строго сказала Гермиона.
— Сама бы молчала! Ты сама ушла с прорицания, ты ненавидишь Трелони! — возмутился Рон.
— Дело не в ненависти, — высокомерно ответила она. — Я просто считаю её плохим учителем и старой мошенницей. Но Гарри сегодня пропустил историю магии, и, по-моему, сегодня нельзя пропускать другие уроки.
Это замечание было уместным. Через полчаса злой на весь мир Гарри вместе с Джейн и Роном уселся на свое место в душном, пропахшем благовониями кабинете прорицаний. Профессор Трелони снова раздала «Оракула снов». У Джейн не было особого желания гадать, поэтому она села рядом с Невиллом, взяла пергамент и начала что-то чиркать. Однако, похоже, не только у них было плохое настроение. Профессор Трелони с грохотом бросила «Оракула» на стол между Роном и Гарри и, поджав губы, отошла. Затем она швырнула книгу Симусу и Дину, чуть не попав Симусу по голове, а еще один экземпляр с такой силой сунула Невиллу в грудь, что тот соскользнул со стула. Джейн, пытаясь его подхватить, упала вместе с ним.
— Продолжайте! — отчаянно закричала она. — Вы знаете, что делать! Или я настолько плохой учитель, что вы до сих пор не научились открывать книгу?
Дети в недоумении посмотрели на неё, а потом друг на друга.
— О боже мой, она, кажется, получила результаты инспекции, и, по-моему, они не очень хорошие, — сказала Джейн, вставая и помогая Невиллу подняться.
Глаза Трелони за толстыми стеклами очков были полны слез. Она быстро села в свое кресло с высокой спинкой, когда Невилл и Джейн уже были на местах.
— Профессор, — робко сказала Парвати Патил (она и Лаванда восхищались профессором Трелони), — профессор, что-то случилось?
— Что-то случилось?! — дрожащим голосом переспросила она. — Конечно, нет! Меня оскорбили, конечно... на меня клевещут, выдвигают необоснованные обвинения — а в остальном ничего не случилось, ничего!
Она глубоко вздохнула и отвернулась от Парвати, из-под очков потекли слезы.
— Я уж не говорю о шестнадцати годах моей безупречной службы... видимо, они остались незамеченными... но я не позволю себя оскорблять — не позволю!
— Кто вас оскорбил, профессор? — прошептала Парвати.
— Власть имущие, — всхлипнула Трелони. — Те, чьи глаза затуманены земной суетой, те, кто не может Видеть так, как Вижу я, знать так, как Знаю я... Конечно, нас, Провидцев, всегда боялись, всегда преследовали... такова наша судьба, что поделаешь.
Она всхлипнула, вытерла мокрое лицо краем шали, а затем достала из рукава вышитый платок и высморкалась с таким неприятным звуком, какой издает Пивз.
Рон фыркнул, Лаванда посмотрела на него с ненавистью.
— Профессор, — сказала Парвати, — может быть, это профессор Амбридж?
— Не называйте при мне эту женщину! — Профессор Трелони вскочила с кресла, звеня бусами и сверкая очками. — Прошу вас продолжать работу!
До конца урока она ходила между столами, роняя слезы из-под очков и бормоча что-то себе под нос.
— ...я могу просто уволиться... позор... с испытательным сроком... посмотрим... как она смеет...
— У тебя есть кое-что общее с Амбридж, — сказал Гарри Гермионе, когда они снова встретились на уроке защиты от темных искусств. — Она тоже считает Трелони старой мошенницей и, похоже, оставила её на испытательный срок.
— Хоть Трелони и такая, всё равно её немного жаль, — сказала Джейн.
В этот момент вошла Амбридж с черным бантом на голове и надменной улыбкой на лице.
— Здравствуйте, ученики.
— Здравствуйте, профессор Амбридж, — неохотно ответили они.
— Уберите волшебные палочки.
На этот раз не было никакой суеты: никто и не пытался их доставать.
— Откройте тридцать четвертую страницу «Теории защитной магии» и читайте третью главу — «Основы неагрессивного реагирования на магическую атаку». От разговоров...
— Можно воздержаться, — хором прошептали четверо.
— Тренировки не будет, — сказала Анджелина с нахмуренным видом, когда вошла в гостиную после ужина.
— Но я же с ней не спорил. — Гарри испугался. — Ни слова не сказал, клянусь, Анджелина.
— Я тоже, я даже на её проклятом уроке притворно открыла книгу, — оправдывалась Джейн.
— Знаю. Знаю. Она сказала, что ей нужно «выяснить».
— Что она собирается выяснять? — возмутился Рон. — Слизеринцам же дала разрешение. Почему нам не дает?
Но Джейн прекрасно понимала, какое удовольствие получает Амбридж, держа их в неведении и угрожая роспуском команды, и почему она не хочет так легко выпускать это оружие против них.
— Посмотри на это с хорошей стороны, — сказала Гермиона, — по крайней мере, у тебя будет время написать работу Снейпа.
— Во-первых, профессор Снейп, и я не вижу в этом ничего хорошего, — отрезала Джейн.
Рон посмотрел на неё с удивлением, а Гарри с сарказмом добавил:
— Хорошая сторона, говоришь? «Много Снейпа, мало квиддича»?
Он рухнул в кресло, достал из сумки свои наброски о напитках и принялся за работу. Джейн тоже села в одно из кресел. Уроки зельеварения давались ей легко, поэтому она не доставала домашнее задание и просто смотрела на огонь. Она знала, что Сириус скоро не появится в огне. Тем не менее, каждые пять минут — для осторожности — она поглядывала на пламя. К тому же в гостиной стоял невообразимый шум: Фред и Джордж совершенствовали свой «Забастовочный завтрак» и по очереди демонстрировали его под одобрительные возгласы толпы.
Сначала Фред откусил от оранжевого конца батончика и сделал вид, что его рвет в принесенное ведро. Затем он откусил от темно-красного конца, и рвота мгновенно прекратилась. Ли Джордан, помогавший в демонстрации, убирал рвотные массы заклинанием «Эванеско».
Ритмичные звуки рвоты и веселые крики зрителей, заказывающих Фреду и Джорджу новый товар, были очень громкими. Помощь Гермионы тоже была сомнительной: каждый раз, слыша звук льющейся в ведро массы, она брезгливо морщила нос.
— Тьфу, Миона, иди и останови их, — не выдержала Джейн.
— Не могу. Официально они всё делают правильно, — сказала она, стиснув зубы. — Они имеют право есть любую гадость, и я не знаю правила, запрещающего дуракам покупать это, если не доказана опасность, — а в данном случае опасности, похоже, нет.
— Не понимаю, почему Фред и Джордж сдали всего три С.О.В., — сказал Гарри, видя, как они вместе с Джорданом собирают золото с довольных покупателей. — Они же мастера своего дела.
— Мастера бесполезных эффектов, — отрезала Гермиона.
— Бесполезных, говоришь? — спросил Рон резким голосом. — Они заработали двадцать шесть галеонов.
— Да, если они будут продолжать в том же духе, я уверена, что они даже откроют свой собственный магазин, — согласилась Джейн.
Толпа вокруг близнецов Уизли разошлась не сразу. Затем они втроем долго считали вырученные деньги вместе с Ли, так что гостиная опустела только за полночь. Фред, назло Гермионе, хвастливо потряс коробкой с монетами и, наконец, ушел в спальню для мальчиков. Гарри, чья работа сегодня была непродуктивной, решил закончить. Когда он собирал книги, дремавший в кресле Рон тихо застонал, проснулся и, едва открыв глаза, посмотрел на камин.
— Сириус! — сказал он.
Джейн мгновенно обернулась и увидела в огне лохматую голову Сириуса.
— Привет, — улыбнулся Сириус.
— Привет, — ответили они в один голос и опустились на колени перед камином. Живоглот громко мяукнул, подошел к камину и, несмотря на жар, вытянул морду к Сириусу.
— Как жизнь? — спросил Сириус.
— Не очень, — сказала Джейн, а Гермиона оттащила Живоглота назад, чтобы он не опалил усы. — Министерство издало еще один декрет, теперь и команды по квиддичу нет. Но зато я научилась играть на гитаре, играла перед тем, как пойти в Хогсмид. А эта жаба-палка ничего не смогла сделать.
— Молодец, я горжусь тобой, — обрадовался Сириус, а затем добавил: — Кстати, кружок по защите от темных искусств тоже?
Наступила тишина.
— Откуда ты узнал? — удивился Гарри.
— Место встречи надо выбирать с умом, — широко улыбнулся крестный. — «Кабанья голова», значит.
— Но это же лучше, чем «Три метлы»! — возразила Гермиона. — Там всегда полно народу.
— Значит, меньше шансов, что кто-то подслушает. Тебе еще многому нужно научиться, Гермиона.
— Кто нас подслушал? — спросил Гарри.
— Наземникус, кто же еще.
Все четверо раскрыли рты, Сириус рассмеялся:
— Это была та самая ведьма в вуали.
— Наземникус? — Джейн не поверила своим ушам. — Что он делает в «Кабаньей голове»? Опять хочет кого-то продать? — съязвила она.
— Как ты думаешь, что он может делать? — сказал Сириус. — Следил за Гарри, конечно.
— За мной до сих пор следят? — разозлился Гарри.
— Да, следят. И не зря, потому что ты не нашел ничего умнее, чем создать нелегальный кружок защиты.
Но по его лицу не было видно ни гнева, ни беспокойства. Напротив, он смотрел на Гарри с гордостью.
— А почему Наземникус прятался от нас? — разочарованно спросил Рон. — Мы были бы рады его видеть.
— Его лишили права входить в «Кабанью голову» двадцать лет назад, — объяснил Сириус. — А у этого бармена хорошая память. Когда Стерджиса арестовали, мы лишились мантии-невидимки Грюма, поэтому в последнее время Наземникус часто переодевается ведьмой... Кстати, Рон, Джейн, у меня к вам первое дело: я поклялся передать наказ вашей матери.
— Охо, это не к добру, — забеспокоилась Джейн.
— Она сказала: ни в коем случае не участвовать в тайном кружке защиты от темных искусств. Сказала: вас обязательно исключат из школы, жизнь будет испорчена. Сказала: у вас еще много времени, чтобы научиться защищаться, сейчас об этом думать рано. Кроме того (он посмотрел на Гарри и Гермиону), она советует Гарри и Гермионе не начинать это дело, но признает, что не имеет права отдавать им приказы, поэтому просит не забывать, что она просто заботится о них. Она бы написала об этом, но если сову перехватят, это принесет вам большие неприятности. А лично сказать не может — сегодня она на дежурстве.
— На каком дежурстве? — удивился Рон.
— Неважно, дела Ордена. Поэтому обязанность донести эту новость до вас, а от вас получить подтверждение, что вы всё слышали, возложена на меня — потому что она, похоже, и мне не доверяет... Кстати, Джейн, она велела тебе избавиться от твоих лохмотьев, но, как ты знаешь, они мне нравятся.
— О боже мой, я так и боялась, что она придерется к одежде, — вздохнула Джейн.
Все это время Живоглот мяукал, пытаясь поймать голову Сириуса, а Рон ковырял дырку в коврике перед камином, ворча:
— Джейн, ты только об одежде и думаешь? — А потом Сириусу: — Значит, ты хочешь, чтобы мы пообещали не участвовать в кружке защиты?
— Я? Конечно, нет! — удивился Сириус. — По-моему, это отличная идея!
— Правда? — обрадовался Гарри.
— Конечно! Ты думаешь, твой отец и я склонили бы головы перед такой старой каргой, как эта Амбридж?
— Но в прошлом семестре ты постоянно твердил: «не рискуй, будь осторожен!»
— В прошлом году, Гарри, были все признаки того, что кто-то в Хогвартсе планирует убить тебя! — нетерпеливо ответил Сириус. — А в этом году мы знаем, что вне Хогвартса есть кто-то, кто хочет тебя убить, поэтому я считаю, что научиться защищаться — хорошая идея.
— А если нас исключат? — с сарказмом спросила Гермиона.
— Гермиона, — сказал Гарри, — это же была твоя идея!
— Знаю. Мне просто было интересно, что думает Сириус.
— Лучше уметь защитить себя и уйти отсюда, чем сидеть в школе беспомощным, ничему не учась.
— Настоящие золотые слова, — одобрила его Джейн.
— Ну, а как вы собираетесь организовать группу? Где будете встречаться?
— В этом главная трудность, — сказал Гарри. — Мы не знаем, где встретиться.
— Как насчет «Визжащей хижины»? — предложил Сириус.
— О, это отличная идея! — воскликнул Рон, но Гермиона скептически сморщила нос.
Остальные четверо, включая Сириуса в огне, повернулись к ней.
— Сириус, когда вы там собирались, вас было всего четверо, — сказала Гермиона, — и вы все могли превращаться в животных, а при необходимости, наверное, могли поместиться под одну мантию-невидимку. А нас тридцать три человека, и среди нас нет ни одного анимага, кроме Джейн. Нам нужна не мантия-невидимка, а большой шатер...
— К тому же на третьем курсе я проломила потолок в одной комнате, — вспомнила Джейн. — Поэтому другим тоже может быть легко что-то сломать...
— Справедливо, — сказал Сириус, немного приуныв. — Ладно, я уверен, вы что-нибудь придумаете. На пятом этаже за большим зеркалом был широкий тайный ход, там можно тренировать заклинания.
Гарри покачал головой:
— Фред и Джордж сказали, что он закрыт, даже обвалился.
— А-а, — нахмурился Сириус. — Я подумаю еще раз...
Он не закончил фразу. Его лицо внезапно напряглось. Он повернул голову и уставился на кирпичную стену камином.
— Сириус? — вздрогнул Гарри.
Но он исчез.
— Что с ним случилось? — удивленно спросила Джейн, глядя на друзей.
Гермиона испуганно вскочила и посмотрела в камин.
В огне появилась рука, которая словно пыталась что-то схватить — пухлая рука с уродливыми кольцами старого образца на толстых пальцах.
Дети бросились врассыпную. У двери в спальню для девочек Джейн обернулась. Рука Амбридж в огне всё еще шарила в воздухе, словно ища волосы Сириуса, было видно, что она во что бы то ни стало хочет его поймать.
На следующий день Джейн сказала:
— Эта мушиная жаба читала твою почту, Гарри. Я в этом уверена.
(Её сегодняшний образ: на ней черный свитер с капюшоном и рваными краями, снизу комбинированные брюки-карго из камуфляжной ткани и ткани оливкового цвета. На брюках длинные молнии и ремни. На ногах черные ботинки на толстой подошве с металлическими заклепками на носках, на запястьях цепные браслеты и кожаные перчатки без пальцев).
— Думаешь, это она напала на Буклю? — яростно спросил он.
— Можно сказать, я уверена, — мрачно ответила Гермиона. — Посмотри на свою жабу, она убегает.
Жаба радостно прыгала к другому концу стола. Гарри направил на неё волшебную палочку:
— Акцио! — Жаба послушно прилетела ему в руку.
Урок заклинаний был самым удобным моментом для тайного разговора: из-за шума и суеты вокруг никто не услышит, что ты говоришь. Сегодня в классе, где раздавалось кваканье жаб и карканье воронов, под стук дождя в окно Джейн, Гарри, Рон и Гермиона свободно шептались о том, как Амбридж чуть не поймала Сириуса.
— Я заподозрила неладное еще тогда, когда Филч обвинил тебя в покупке «навозных бомб». Глупее этого ничего не придумаешь, — прошептала Гермиона. — Если бы она прочитала твое письмо, было бы ясно видно, что ты их не покупал. Тогда зачем придираться из-за такой глупой шутки? А потом я подумала: а что, если кому-то нужен повод, чтобы прочитать твою почту? Амбридж легко это организовать: подговорит Филча, он сделает грязную работу, отберет письмо, а она его украдет или потребует показать. Филч не будет против: когда это он защищал права учеников? Джейн, ты раздавишь жабу.
Джейн посмотрела на свою руку: действительно, она так сильно сжала жабу, что у той вылезли глаза. Она быстро положила её на стол.
— Вчера ночью всё висело на волоске, — сказала Гермиона. — Интересно, знает ли Амбридж, насколько она была близка к цели? Силенцио.
Она тренировала заклинание немоты на жабе, и та умолкла, не успев закончить кваканье, и обиженно посмотрела на неё.
— Если бы она поймала Нюхалза...
— Сегодня утром он сидел бы в Азкабане, — закончил за неё Гарри.
Он небрежно взмахнул палочкой, и его жаба раздулась, как зеленый шар, издав тонкий звук.
— Силенцио, — сказала Гермиона, быстро направив палочку на жабу, и та беззвучно выпустила воздух. — Он больше не должен так делать, и точка. Только я не знаю, как его предупредить. Сов посылать нельзя.
— Думаю, он и сам не будет рисковать, — сказал Рон. — Он не дурак. Понимает, что чуть не попался. Силенцио!
Большой уродливый ворон пренебрежительно каркнул ему в лицо.
— Силенцио. СИЛЕНЦИО!
Ворон закаркал еще громче.
— Ты неправильно двигаешь палочкой, — критически заметила Гермиона. — Не маши, а делай колющее движение.
— Вороны упрямее жаб, — проворчал Рон.
— Ладно. Поменяемся. — Она взяла его ворона и отдала свою пухлую жабу. — Силенцио!
Ворон открыл острый клюв, но из него не вылетело ни звука.
— Очень хорошо, мисс Грейнджер! — Когда сзади послышался тонкий голос профессора Флитвика, все трое вздрогнули. — А теперь попробуйте вы, мистер Уизли.
— А?.. Да, да, сейчас, — сказал Рон, мгновенно покраснев. — Э-э... Силенцио!
Он так старался, что ткнул жабу в глаз, она громко заквакала и спрыгнула на пол.
Поэтому Джейн, Рон и Гарри ничуть не удивились, когда им велели тренировать заклинание немоты в свободное время.
Из-за проливного дождя им разрешили провести перемену внутри здания. Они нашли свободное место во втором этаже, в шумном, полном людей классе. Там Пивз парил у люстры, время от времени плюя кому-нибудь на голову чернильными пулями из трубочки. Как только они сели, из шумной толпы вынырнула Анджелина Джонсон.
— Что еще случилось? — спросила Джейн.
— Я получила разрешение. Мы можем собирать команду!
— Отлично! — закричали Рон, Джейн и Гарри.
— Да, — лицо Анджелины сияло. — Я ходила к МакГонагалл, она, должно быть, поговорила с Дамблдором. Короче говоря, Амбридж была вынуждена уступить. Ха! Жду вас в семь на поле — нам нужно наверстать упущенное. Вы же понимаете, что первый матч всего через три недели?
Она отошла от них, увернувшись от чернильной пули, выпущенной Пивзом (пуля попала в стоявшего рядом первокурсника).
Рон посмотрел на дождь, бьющий в окно, и его улыбка как рукой сняло.
— Хоть бы к вечеру утихло. Что с тобой, Гермиона?
Гермиона тоже смотрела в окно, но словно ничего не видела. Её взгляд замер в одной точке, брови были нахмурены.
— Просто... задумалась... — сказала она, всё еще глядя в сторону окна.
— О Сири... О Нюхалзе? — спросил Гарри.
— Нет... не совсем... — медленно ответила она. — В основном... Правильно ли то, что мы делаем... Как вы думаете?
Джейн, Гарри и Рон переглянулись.
— Да, это прояснило ситуацию, — сказал Рон. — Ты не могла бы выразиться точнее?
Гермиона посмотрела на него так, словно только что увидела.
— Я просто, — сказала она твердым голосом, — подумала о том, насколько правильно открывать кружок по защите от темных искусств.
— Что? — хором воскликнули Гарри и Рон.
— Если я не ошибаюсь, это была твоя идея! Когда ты убеждала нас с Гарри, — сказала Джейн.
— Знаю. — Гермиона скрестила пальцы. — Но после разговора с Нюхалзом...
— Он же полностью это поддержал, — сказал Гарри.
— Да, — сказала она, снова уставившись в окно. — Поэтому я и начала сомневаться, насколько это хорошая затея.
Над ними парил Пивз, готовя свою трубку; все четверо подняли сумки над головами, пока он не улетел.
— Давай честно, — сердито сказал Гарри, поставив сумки на пол. — Сириус нас поддержал, и поэтому ты думаешь, что нам стоит отказаться от этой затеи?
Гермиона выглядела очень несчастной. Глядя на свои руки, она сказала:
— А ты действительно веришь его мнению?
— Да, верю. Он всегда давал отличные советы.
Чернильная пуля пролетела мимо них и попала точно в ухо Кэти Белл. Кэти вскочила и начала швырять в Пивза всё, что попадалось под руку. Некоторое время Гермиона наблюдала за ними, а потом, тщательно подбирая слова, снова заговорила:
— Вам не кажется, что он... ну... стал слишком импульсивным с тех пор, как застрял в доме на площади Гриммо? Он... как бы это сказать... живет через нас?
— Что значит «живет через нас»? — удивился Гарри.
— То есть... конечно, он будет рад тому, что прямо под носом у Министерства создаются тайные общества защиты... По-моему, он злится, что сам не может ничего сделать и сидит взаперти... вот и подначивает нас, как бы это сказать.
Рон совсем ничего не понял.
— Сириус прав, — сказал он, — ты действительно заговорила точь-в-точь как моя мама.
— Прости, если это тебя заденет, но он не подавал идею и даже не намекал на неё. А то, что он злится — он имеет на это право. Посмотрела бы я на тебя, если бы тебя заперли в доме, который ты ненавидишь! — съязвила Джейн, но она не была рада. — Если не уверена в себе, не вали это на Сириуса и лучше вообще с ним не разговаривай!
Гермиона прикусила губу и не ответила. Прозвенел звонок, в этот момент Пивз спикировал вниз и вылил всю чернильницу на голову Кэти Белл.
Вечерело, но погода не улучшилась. В семь часов Рон, Джейн и Гарри, направившиеся на спортивную площадку, мгновенно промокли до нитки, они едва шли, скользя по мокрой траве. Небо потемнело, сверкала молния. Когда они вошли в теплую и светлую раздевалку, им стало легче, но они знали, что это ненадолго. Фред и Джордж советовались, не использовать ли «Забастовочные завтраки», чтобы избежать тренировки.
— Она сразу догадается, — тихо сказал Фред. — Жаль, зачем я вчера предложил ей купить «Рвотные батончики»?
— Может, попробуем «Лихорадочные леденцы»? — спросил Джордж. — Их еще никто не видел.
— Они действуют? — с надеждой спросил Рон. Потому что дождь колотил по крыше сильнее прежнего, а за окном выл ветер.
— Вообще-то да, — сказал Фред, — температура поднимается.
— Но выскакивают гнойные фурункулы, — сказал Джордж, — мы еще не придумали, как от них избавиться.
— Я не вижу никаких фурункулов, — сказал Рон, глядя на близнецов.
— И не увидишь, — грустно сказал Фред. — Они выскакивают в таких местах, которые не показывают прилюдно.
— Но садиться на метлу — это просто...
Из комнаты капитана вышла Анджелина.
— Слушайте меня, команда. Знаю, что погода не сахар, но нам, возможно, придется играть со Слизерином в таких же условиях. Поэтому лучше проверить, как мы к этому адаптируемся. Гарри, ты сделал что-нибудь со своими очками, чтобы дождь не заливал глаза, как в прошлый раз в игре с Пуффендуем?
— Гермиона сделала. — Гарри достал волшебную палочку, коснулся очков и сказал: — Импервиус!
— Давайте все попробуем, — сказала Анджелина. — Если дождь не будет попадать на лицо, видимость улучшится. Итак, все вместе: ИМПЕРВИУС. Готово. Пошли.
Они положили палочки во внутренние карманы, закинули метлы на плечи и вышли за Анджелиной.
Увязая по колено в грязи, они дошли до середины поля. Несмотря на заклинание «Импервиус», ничего не было видно; солнце садилось, дождь хлестал по земле.
— Итак, по свистку! — крикнула Анджелина.
Джейн оттолкнулась от земли и взлетела в небо; ветер слегка сбил её с курса. В такую погоду она ничего не видела, никто из них не знал, что делают остальные. Ветер усилился, Джейн постоянно с кем-то сталкивалась, и это её злило. В конце концов, мяч попал ей в руки, она с трудом зажмурилась, увидела кольца и полетела к ним. Тут прилетел бладжер, сбил её метлу (она порадовалась, что не взяла свою «Нимбус-2001»), и когда она уже падала на землю, закрыв лицо руками и ожидая удара о грязь, кто-то её подхватил. Это был Фред, но Джейн не успела обрадоваться — в его кармане что-то взорвалось, появился густой желтый и розовый дым.
Анджелина тренировала их около часа, пока не признала поражение. Ведя насквозь промокшую и унылую команду в раздевалку, она твердила, что тренировка не прошла даром, но в её голосе не было никакой уверенности. Особенно жалко выглядели Фред, Джейн и Джордж: они шли, широко расставляя ноги, и кривились при каждом движении. Можно сказать, что состояние Джейн было самым худшим: тело горело, и её начало трясти. И при каждом шаге её подташнивало.
— Кажется, у меня несколько штук взорвалось, — упавшим голосом сказал Фред.
— У меня нет, — скривился Джордж. — Ужасно болит... даже кажется, что опухло.
— Я вас убью, — сказала Джейн, всё еще дрожа. — Безмозглые идиоты...
Она не смогла закончить фразу, у неё снова скрутило живот и подкатила тошнота. Рон тут же притащил откуда-то ведро и подал ей, Джейн вырвало в него.
Внезапно:
— Ой! — вскрикнул Гарри.
Он зажмурился от боли и прижал полотенце к лицу.
— Что с тобой? — послышались голоса.
— Эти изобретения... — Джейн снова вырвало в ведро, — ...тебя не задели?
Гарри убрал полотенце и сказал:
— Ничего. Глаз ткнул.
Позже, когда команда в мантиях, нахлобучив шляпы до ушей, выходила из раздевалки, Фред и Джордж поддерживали Джейн. Фред погладил её по спине:
— Прости, малышка, когда доберемся до общей комнаты, дадим противоядие.
Джейн снова вырвало в ведро:
— Я вас убью!... Взять эти штуки и не взять противоядие... вам в голову не пришло?
Трое, спотыкаясь, шли к замку. Всю дорогу Джейн проклинала и близнецов, и Анджелину, которая вывела их на тренировку в такой день.
Когда они прошли мимо Полной Дамы, близнецы с трудом дошли до своих комнат и дали Джейн противоядие. Как только она его выпила, дрожь прекратилась, рвота.Джейн почувствовала себя так, словно оказалась на облаке. После этого она пнула Фреда по правой ноге, а Джорджа по левой:
— Безмозглые! — Сказала она и ушла в спальню для девочек.
Близнецы, потирая ноги и стеная, Фред сказал:
— Спасибо, хоть бы спасибо сказала за то, что я тебя поймал.
Джейн только показала им средний палец и ушла.
На следующий день на Джейн была белая рубашка с длинными рукавами, поверх которой была надета черная футболка с легендарным логотипом группы Nirvana, а снизу — широкие джинсы-карго светло-голубого цвета в стиле "baggy". На джинсах было много карманов и декоративных ремней. Также были черно-белые кеды, ремень с металлическими заклепками и цепочка на джинсах. На шее были большие наушники. Для сегодняшней погоды наряд был не слишком теплым, но и не слишком тонким.
Увязая в садах, утопающих в грязи, они направились на сдвоенный урок травологии; ветер трепал их мантии. Слова профессора Стебль были едва слышны — дождь так барабанил по крыше теплицы, что казалось, будто идет град.
Шторм не утих и после обеда; урок по уходу за магическими существами перенесли с улицы в пустой класс на втором этаже, а в обед, ко всеобщей радости, Анджелина сообщила членам команды, что тренировки не будет.
— Отлично, — тихо сказал ей Гарри, — нашлось место для первого занятия по защите. Сегодня в восемь, восьмой этаж, напротив гобелена с изображением Варнавы Вздрюченного, которого бьют тролли. Можешь сказать Кэти и Алисии?
Она немного удивилась, но обещала передать остальным. Гарри принялся за сосиски с пюре. Стоит отметить, что ночью к ним пришел Добби и сказал, что поможет найти место, называемое «Комнатой туда-сюда» или «Выручай-комнатой», которая снабжает человека нужными вещами.
Гермиона посмотрела на Гарри.
— Что случилось? — спросил Гарри с полным ртом.
— Инициативы Добби не всегда безопасны. Помнишь, он оставил твою руку без костей?
— Вообще-то он не оставлял его без костей, это сделал этот обманщик Локхарт, твой кумир. Добби просто заколдовал бладжер и сломал Гарри руку, — сказала Джейн. — И всё лето он прятал письма, которые мы писали Гарри, к тому же пришел к нему домой и выставил его сумасшедшим перед гостями. И закрыл ворота, не пропустив меня, Рона и Гарри. Из-за этого мы полетели на папиной машине, чуть не попали под поезд, а потом врезались в эту колотящую иву, которая чуть не раздавила нас вместе с машиной. В конце концов, в разбитую вдребезги машину как-то вселилась жизнь, и она исчезла в запретном лесу. Интересно, она всё еще обитает в лесу?
— Джейн, хватит, дальше рассказывать не надо, — остановил её Гарри, а потом посмотрел на Гермиону. — Эта комната — не просто фантазия Добби; Дамблдор тоже знает о ней, он говорил об этом при мне на Рождественском балу.
Лицо Гермионы прояснилось:
— Дамблдор сказал?
— Просто вскользь. — Гарри пожал плечами.
— А, ну тогда хорошо, — сказала она и больше не возражала.
Большую часть дня Джейн, Гарри и Рон провели в поисках ребят, записавшихся в пабе «Кабанья голова». Джейн сама нашла Драко, Блейза, Тео и Пэнси: к концу ужина все двадцать девять человек, пришедшие в «Кабанью голову», были оповещены.
В половине седьмого Джейн, Гарри, Рон и Гермиона вышли из гостиной; в руках у Гарри был старый лист пергамента. Студентам пятого курса разрешалось ходить до девяти часов, но все четверо, поднимаясь на восьмой этаж, тревожно оглядывались по сторонам.
— Стой, — сказал Гарри, пройдя последнюю ступеньку. Он развернул пергамент, коснулся его волшебной палочкой и сказал: — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость, и только шалость.
На пустом листе появилась карта Хогвартса. Черные точки с именами показывали, где находятся разные люди.
— Филч на третьем этаже, — сказал Гарри, поднеся карту к глазам, — а Миссис Норрис на пятом.
— А что насчет этой мушиной жабы? — спросила Джейн. Гарри показал карту.
— В своем кабинете. Всё в порядке. Пошли.
Они поспешили к месту, о котором говорил Добби — к пустой стене напротив огромного гобелена с изображением Варнавы Вздрюченного, пытавшегося научить троллей балету.
— Итак, — сказал Гарри, когда побитый молью учитель танцев троллей перестал их бить и посмотрел на них. — Добби сказал так: нам нужно сосредоточить всё свое внимание на том, что нам нужно, и трижды пройти мимо этой стены.
Они так и сделали, развернувшись у первого окна и возвращаясь мимо вазы в рост человека. Рон так напрягся, что у него глаза скосились; Гермиона что-то бормотала про себя; Гарри сжал кулаки и смотрел прямо перед собой. Джейн крепко сжала край одежды и пыталась представить.
«Мы должны уметь сражаться, — думала она. — Дай нам место для учебы... где нас никто не найдет».
— Джейн! — вскрикнула Гермиона, когда они повернули после третьего раза.
В стене появилась сияющая дверь. Рон посмотрел на неё с подозрением. Гарри взялся за медную ручку, открыл дверь и первым вошел в просторную комнату, освещенную огнями, похожими на факелы в подземелье восемью этажами ниже.
Вдоль стен тянулись книжные полки, на полу вместо стульев лежали огромные шелковые подушки. На стеллаже в глубине стояли разные приборы — вредноскопы, стервовизоры, детектор лжи и большой треснувший Проявитель врагов.
— Эти понадобятся, когда будем делать заклинание Оглушения. — Рон воодушевленно пнул подушку.
— А книг-то сколько! — воскликнула Гермиона, проводя пальцем по кожаным переплетам. — «Руководство по практическим проклятиям»... «Как превзойти темные искусства»... «Самооборона с помощью амулетов»... Ох! — Она с сияющим лицом повернулась к Гарри. Было видно, что книжное сокровище наконец убедило Гермиону в правильности этого дела. — Гарри, это же чудесно! Здесь есть всё, что нам нужно!
Она без лишних слов взяла с полки книгу «Прочь от порчи», тщательно пометила страницу, которую читала, и отложила её в сторону.
— Вау, манекены! Есть деревянные! И тканевые! Вау, даже железные! — обрадовалась Джейн манекенам, и в этот момент:
Бах!
— Джейн! Не используй заклинание «Конфринго»! — сказала Гермиона, глядя на то, как деревянный манекен взорвался изнутри и разлетелся на куски, а на его месте остался ожог.
— Прости, не удержалась, — рассмеялась Джейн. В этот момент в комнате подул ветер, в стене появилось отверстие, которое всосало гарь, и стена снова приняла свой первоначальный вид.
— Вау, она сама убирает. Мне очень нравится эта комната, — восторженно крикнула Джейн.
В дверь тихо постучали. Джейн обернулась. Пришли Джинни, Невилл, Лаванда, Парвати и Дин. За ними вошли Драко, Тео, Блейз и Пэнси. Пэнси удивленно оглядела комнату и улыбнулась:
— Вау, это красивее, чем ваши прежние грязные места.
— Охо! — сказал Дин, оглядываясь. — Что это за комната?
Гарри начал объяснять, но не успел закончить — пришедших стало больше, и пришлось начинать всё сначала. К восьми часам все подушки были заняты. Джейн подошла к двери и повернула ключ в замке. Замок громко щелкнул, все замолчали и повернулись к Джейн и Гарри. Гермиона тщательно пометила прочитанную страницу книги «Прочь от порчи» и отложила её.
— Итак, — сказал Гарри, немного волнуясь, — мы нашли место для тренировок, и оно, похоже, вам понравилось.
— Удивительно! — сказала Чжоу, остальные одобрительно загудели.
— Потрясающе! — сказал Фред, с недоверием оглядываясь по сторонам. — Однажды мы прятались здесь от Филча, помнишь, Джордж? Тогда это была кладовка для швабр.
— Гарри, что это за штуки? — спросил Дин из глубины, показывая на Проявитель врагов и вредноскопы.
— Детекторы темных сил, — объяснил Гарри, проходя между подушками к тому месту. — По сути, все они показывают приближение врагов и черных магов.
— Но не верьте им слишком сильно, — вмешалась Джейн. — Они могут ошибаться или обмануть.
Джейн заглянула в Проявитель врагов: внутри двигались смутные тени, но узнать их было невозможно. Она отвернулась.
— Я думаю, с чего бы нам начать и... — Она заметила поднятую руку. — Да, Гермиона.
— По-моему, нам нужно выбрать лидера.
— Лидер — Гарри, — тут же ответила Чжоу.
— Эй, не спеши! Лидером должна быть Джейн, — тут же возразил Драко. Фред и Джордж подозрительно посмотрели на него и нахмурились.
— Стойте, лучше нам всем проголосовать по правилам, — не раздумывая сказала Гермиона. — Тогда его полномочия будут официальными. Итак, кто за то, чтобы Гарри был лидером?
Многие подняли руки (Гермиона, Невилл, Чжоу, Мариэтта, Дин, Лаванда, Парвати, Падма, Колин, Деннис, Эрни, Джастин, Ханна, длинноволосая девочка из Гриффиндора, Кэти Белл и Луна).
— Шестнадцать человек, — сказала Гермиона, пересчитав поднятые руки. — А теперь, кто за то, чтобы Джейн была лидером?
Остальные ученики подняли руки (Драко, Тео, Блейз, Фред, Джордж, Ли, Джинни, Анджелина, Алисия, Энтони, Терри, Майкл, Рон, даже Пэнси и Смит подняли руки, и снова подняла руку Луна).
— Рон? — удивился Гарри.
— Что? Она же моя двойняшка, — оправдывался Рон.
— Прости, Гарри. Но мы знаем, что с нашей сестрой будет интереснее, — сказал Фред, Джордж кивнул в знак согласия.
Гермиона растерялась:
— Снова шестнадцать голосов. Полумна, нельзя поднимать руки за двух людей сразу.
— Мне нравятся оба, они интересные, я выбираю обоих, — сказала Луна, не отступая, и даже подняла обе руки.
— Ну ладно. У нас равенство. Но это даже хорошо. Пока мы не перессорились, давайте вспомним, что я предлагала их обоих в качестве учителей, потому что они могут научить тому, чего не умеем мы. Поэтому оба будут равноправными лидерами.
Джейн и Гарри переглянулись и кивнули. Другие ученики поддержали их аплодисментами.
— Ладно, хватит, — остановила их Джейн. — Итак, что будем делать дальше, Миона?
— Еще одна идея: нам нужно название, — сказала она звонким голосом, всё еще не опуская руку. — Это укрепит коллективный дух, верно?
— Может, назовем «Лига против Амбридж»? — с надеждой предложила Анджелина.
— Или группа «Министерство магии — маразматики»? — предложил Фред.
— Может, назовем «Группа по уничтожению мушиной жабы»? — предложила Джейн.
— Я думала так, — сказала Гермиона, косо глядя на Фреда, — чтобы название ничего не говорило посторонним, чтобы его можно было свободно произносить и во внеурочное время.
— Как насчет «Оборонное движение»? — сказала Чжоу. — Сокращенно ОД, никто ничего не поймет.
— Да, ОД — достойное название. Только пусть оно означает «Отряд Дамблдора», потому что Министерство боится этого больше всего на свете.
Все остались довольны этим, смеясь и шумно одобряя.
— Все за ОД? — серьезно спросила Гермиона и опустилась на колени на подушку, чтобы сосчитать голоса. — Большинство поддержало. Принято!
Она приколола к стене пергамент с подписями и написала сверху крупными буквами:
ОТРЯД ДАМБЛДОРА
— Хорошо, — сказал Гарри, когда все уселись. — Тогда начнем? Я начну первым, если ты не против, Джейн?
— Нет, начинай, — сказала Джейн.
— Хорошо, спасибо, — сказал Гарри и продолжил: — Думаю, стоит начать с разоружающего заклинания «Экспеллиармус». Знаю, что оно очень простое, но оно мне очень помогло...
— Пожалуйста, — сказал Захария Смит, закатив глаза и разведя руками. — Ты действительно думаешь, что «Экспеллиармус» спасет нас от Сами-Знаете-Кого?
— Я использовал его против него, — спокойно сказал Гарри. — В июне оно спасло мне жизнь.
Захария открыл рот. Все замолчали.
— Но если считаешь себя выше этого, можешь уходить.
Смит не шелохнулся. Как и остальные.
— Ладно, хорошо, — начала Джейн. — Раз Гарри закончил, начну я. Раз Гарри рассказывает о своем боевом заклинании, я тоже начну со своего. Заклинание, которому я буду учить — «Конфринго».
Послышались удивленные возгласы. Гермиона втянула живот:
— Лин, не стоит начинать с этого заклинания, оно слишком опасно для первого раза.
— Да брось, какая там опасность, к тому же я не заставляю их нападать друг на друга, — сказала Джейн, а потом показала на три вида манекенов. — Вы знаете, что это такое. Вы будете атаковать эти манекены заклинанием, которому я вас научу, и я прошу вас стоять подальше, чтобы не пораниться. И моё главное предупреждение: если вы примените заклинание, которому я научила не для нападения друг на друга, на ком-то другом, я сама покажу вам кузькину мать и преподам урок, который вы не забудете всю жизнь, понятно? — она стала строгой.
Все кивнули без лишних слов.
— Ладно, хорошо, — сказала Джейн. — Для начала разделимся на тех, кто поднял руку за меня, и тех, кто за Гарри. А Луну я возьму к себе сегодня. Думаю, для заклинания Гарри нужно разделиться на пары, но для моего — нет.
Так группа разделилась на две части. Гарри и Джейн тоже разошлись в разные стороны, и оба решили разделить пространство защитным заклинанием, чтобы заклинание одного не перешло на другую сторону и не причинило вреда. Джейн временно поставила перед учениками тканевые манекены в качестве безопасных, а потом расставила другие по одному в ряд на некотором расстоянии сзади. Сначала она сама вышла вперед:
— Раз это связано с огнем, это требует смелости. Поэтому постарайтесь не бояться. Держите руки прямо и при взмахе поднимайте их высоко, направляйте точно, — сказала Джейн и сама произнесла заклинание. Манекен упал, появился ожог. Комната снова открыла отверстие и всё убрала. — Видите? Она сама убирает, так что не бойтесь отравиться, — сказала она и отошла за спину своей группы. — Итак, на счет три... Раз, два, три...
— КОНФРИНГО! — хором закричали шестнадцать учеников.
В этой части комнаты начался настоящий фейерверк. Удар заклинания отшвырнул тканевый манекен к стене. Фред, Джордж и Ли так увлеклись, что начали палить и по другим манекенам без разбора, один удар даже полетел в сторону Смита. Джейн не успела защитить его заклинанием, но оно не попало в Смита, а взорвалось в воздухе, словно перед ним была невидимая преграда.
— Прости, сестренка, — виновато переглянулись Фред и Джордж.
— Магия для вас не игра, в следующий раз будьте осторожнее, — предупредила она их, но, подойдя ближе, прошептала: — Верьте мне, если бы у меня была возможность, я бы и сама применила заклинание к этому подлецу, но это не то заклинание, которое превращается в человека.
Затем, подумав, что раз была невидимая защита, которая спасла Смита, она посмотрела вперед:
— Эта комната начинает мне нравиться. Давайте, продолжайте.
Джейн наблюдала за остальными и даже сама не понимала, что происходит. Анджелина и Алисия точно прицелились в манекен, но вместо огненного взрыва пошел только густой дым. Смит не смог поджечь манекен даже чуть-чуть. А Луна и вовсе пятилась назад от испуга при каждом взмахе палочки. Майкл то ли слаб, то ли неправильно целится — все его удары пришлись не в манекен, а в стену. Терри так увлекся своей палочкой, что чуть не ткнул Энтони в глаз.
— Боже мой, что это, — Джейн посмотрела вокруг, а потом посмотрела на Пэнси, которая всё еще ворчала и смогла только опалить край манекена, и на Рона, который даже не пытался колдовать от волнения. — Они очень похожи друг на друга.
Затем она поднесла палочку к горлу:
— ПРЕКРАТИТЕ! — закричала она, а затем, поправив голос: — Молодцы, неплохо, но еще недостаточно. Повторите правильно.
Джейн снова начала помогать другим правильно стоять и держать руки. Подойдя к середине, к Пэнси и Рону, она сначала повернулась к Рону, правильно вложила ему в руку палочку и сказала:
— Рон, ты самый смелый человек, которого я знаю. И я знаю, что ты справишься с этим очень хорошо. Выкинь лишние мысли и покажи свою смелость.
Рон глубоко вздохнул, направил палочку на манекен, и тот взорвался, разлетевшись на куски точно посередине.
— Я сделал это! Я смог! — обрадовался Рон.
— Молодец, я знала, — улыбнулась Джейн, а затем перешла к Пэнси. — А теперь, принцесса с нахмуренными бровями, давай посмотрим на твои проблемы.
Она взяла её за руки и правильно направила:
— Руки должны быть так, тело прямо. А ноги поставь правильно, — поправила она её ноги. — Идеально, а теперь атакуй.
— Думаешь, это сработает? — проворчала Пэнси, но всё равно произнесла заклинание. Хоть оно и не попало в середину манекена, оно разорвало его в клочья, оставив пепел.
— Сработало же, — рассмеялась Джейн, а затем, проходя дальше, увидела, что Тео всё еще смотрит на Луну. — Эй, это место не для лентяев, спрячь свое влюбленное сердце и работай! — Она повернула его голову к цели, направила туда его палочку и пошла дальше. Проходя мимо, Джейн хотела помочь Джинни, но Блейз, который и сам смог взорвать манекен, что-то ей говорил и слегка поправил её руку. Джинни удивительно точно попала в манекен и взорвала его, даже оставив небольшую дыру в стене.
— Вот это моя сестра, — обрадовалась Джейн.
В какой-то момент в их пространство вошел Гарри, подошел к Джейн, показал на часы и сказал:
— Десять минут десятого. Пора возвращаться в гостиную.
— Хорошо, — сказала Джейн. Когда Гарри ушел, Джейн скомандовала: — Давайте, на сегодня хватит, на этом закончим.
Она остановила всех, а затем убрала защиту, разделявшую две стороны, и присоединилась к Гарри. А комната всасывала пепел от тренировки через свои отверстия и убиралась.
— В целом, очень хорошо, — сказал Гарри. — Но мы опаздываем, пора уходить. Через неделю на этом же месте, в это же время?
— Пораньше бы! — попросил Дин Томас, многие согласно кивнули.
Но Анджелина их остановила:
— Начинается игровой сезон, нужны и тренировки!
— Тогда соберемся в среду вечером, — сказал Гарри, — и выберем дополнительный день. А теперь пошли.
Он достал Карту Мародеров и проверил восьмой этаж на наличие учителей. Затем, внимательно следя за движением черных точек, он начал выводить их по три-четыре человека. Он хотел убедиться, что все благополучно добрались до своих спален: пуффендуйцы — в коридоре, ведущем к кухне на втором этаже; когтевранцы — в Западной башне замка; слизеринцы — внизу у подземелий; гриффиндорцы — в коридоре с портретом Полной Дамы.
— Всё прошло очень хорошо, — сказала Гермиона, когда они, наконец, остались втроем.
— Отлично! — поддержал Рон. Они вышли в коридор; дверь в тот же миг слилась с каменной стеной. — Вы бы видели, как я взорвал манекены!
— Да, ты был великолепен, — сказала Джейн, а потом повернулась к Гарри и Гермионе. — А как прошло у вас?
— Я несколько раз победила самого Гарри, — с гордостью сказала Гермиона.
— Да, вообще-то прошло круто, для первого дня неплохо, — сказал Гарри.