Дети леса. Тайна любви.

Белоснежный седан мчался по долгой трассе, проносясь мимо знакомых указателей. Знак «Школа Кристалл» просвистел в окне, и видно было, как стрелка спидиометра упирается в цифру, сто двадцать километров в час. Ветер свистел за стеклом, но внутри машины было тихо - только Мэдисон, телефон в ухе и ощущение, что мир где-то рядом развалился.

— То есть как она у него?! — раздался очередной визг в трубке. Голос Мэдисон был на грани срыва, но она продолжала держать руль одной рукой, щурясь от недоверия. Как мог Эндрю так обвести их вокруг пальца? План был продуман до мелочей, не было права на ошибку. А теперь всё словно растаяло под ногами.

— Куда он её повёз? — рвано выдохнула она, пытаясь собраться. В голове туман, каждая мысль рвалась от ужаса к беспомощности.

Мужской голос в трубке, обычно холодный и уверенный, сейчас звучал иначе - растерянно, почти уязвимо. «Я по-твоему знаю?» - донеслось до её уха.

Мэдисон раздражённо сжала телефон и швырнула его на пассажирское сиденье. Сердцебиение застучало сильнее. Она не чувствовала ясности, только страх и злость: кто-то предал их доверие, кто-то использовал слабости. Они всё планировали - как могло всё так развалиться?

На школьной парковке, под знаком «Только для персонала», машина стихла, и Мэдисон, не дожидаясь, пока успокоится пульс, выскочила наружу. Дверь хлопнула громко, ключи и сумочка остались в салоне - было не до мелочей. Она шла по коридору медленно, цокая каблуками по кафелю, словно стараясь продлить этот миг, когда ещё можно было подумать, собрать информацию, понять, что делать дальше.

Уроки ещё шли, коридоры были пустее обычного - это радовало: ей нужен был покой, тишина, чтобы привести мысли в порядок. Она включила свет в кабинете, бросила кофту на вешалку и почти бездумно прошла к письменному столу. Но тогда же она почувствовала запах - запах, который был чужим и в то же время знакомым. Она резко повернулась.

— Что ты забыл в моём кабинете, Бэйкер? — её голос застыл в строгой интонации. На диване вальяжно сидел Джеффри, один из тех, кто всегда знал, как шевелить провокациями.

Мэдисон села в рабочее кресло и, откинувшись на спинку, прикрыла лицо рукой. Она устала до костей, но злость давала силы.

— Убирайся отсюда, пока я не вызвала директора, — коротко бросила она.

— Вызывайте, — Джеффри встал без тени страха, — нам есть о чём поговорить. Думаю, директору будет интересно узнать, где сейчас ученица вашей школы и как вы к этому причастны.

Мэдисон нахмурилась. Ему нравилось играть на нервах, вытягивать слова и тянуть за них поводок. Она свела брови, пытаясь понять, что за игра началась.

— Не неси чушь, — попыталась она отмахнуться.

— Правда? Чушь? — он шагнул ближе и положил ладони на стол, глядя сверху вниз. — Доказательств против вас слишком много, чтобы это можно было так просто списать. Где есть Луна, там и вы. Очень предсказуемо. Я знаю, что вы с Джеймсом мутите воду.

Слова жгли. Мэдисон молча слушала, каждое ударяло по чувствам, словно железной шпилькой. Джеффри говорил уверенно, хрустя костяшками пальцев в обычной манере, когда ему особенно нравилось брать контроль.

— И когда Луна пропадает, последним, кто её видел, оказывается школьный психолог, — продолжил он. — Но камеры... камеры неожиданно оказываются выключенными. Как удобно, да?

Мэдисон резко вскочила, тыча в него пальцем.

— Эй, Волчонок, ты забываешься! — она не выдержала.

— Нет, это вы забываетесь, — в его голосе снова слышалась провокация, ему нужно было давить сильнее. — Вы помешанная, больная, храните детские фотки Луны в шкафу - как вы это объясните?

Он шагнул к шкафу, намереваясь проверить ту самую коробку. Мэдисон в панике подскочила и с громким стуком хлопнула по дверце, не дав ей раскрыться.

— Говорите, где Луна, пока всё ещё идёт без суда и следствия, — понизил голос Джеффри. Он был убеждён, что игра выиграна.

Мэдисон на мгновение закрыла глаза. Внутри всё горело, и она попыталась выстроить линию происходящего. Медленно, словно откладывая каждый звук, на указала на стул стоящий параллельно от рабочего стола.

— Сядь, — сказала она тихо. — Поговорим.

Он сделал это медленно, сел с явным недоверием, ожидая уловки. Он слышал в её голосе слабость, но считал, что сейчас она будет выкатывать вину на стол. Однако вместо этого Мэдисон взяла себя в руки и заговорила ровно, но сжатым тоном.

— Луна действительно была у меня, — начала она, оттягивая воротник пальцами, словно собирая силы. Слово «была» висело в воздухе и звучало как приговор.

Джеффри уловил паузу и склонил голову, снова хрустя пальцами.

— Куда вы её дели? — его тон стал резче.

Мэдисон на мгновение задумалась. Она понимала, что каждое слово может стать оружием против неё, но молчание - равно опасность для девочки. Она выдохнула.

— Её забрал Милинг.

В этой фразе было всё - обвинение, облегчение, неизбежность. Джеффри на миг побледнел, он ожидал признания в её причастности, но не такого имени.

— Что? — слово вырвалось из его рта едва слышным выдохом.

Мэдисон наблюдала за ним, читала по лицу все его эмоции.

— Прежде чем ты начнёшь кричать и обвинять нас, послушай. Мы не действовали просто так. Мы почти не навредили ей и делали это во благо.

— Почти? — Джеффри прервал её резко, голос приобретал опасную остроту. — Когда она исчезала, я чувствовал, как всё тело будто покрывается иглами, знобит, силы тают вдвое быстрее. Сначала я не понимал, что происходит, потом вспомнил: Луна всё ещё в моей стае. Эти ощущения - это ваш след. — Он шипел, слова как уколы.

Мэдисон замолчала. Она знала - причинённый вред есть. Но в её глазах читалось и другое: уверенность, что без этих жертв всё могло бы закончиться куда хуже.

— Вы только ей вредите! — Джеффри встал, руки судорожно мотали воздух. — Зачем? Для чего вы это делаете?

— Я не причиняю ей вреда, я пытаюсь спасти её, — её голос поднялся, как бы приказывая замолчать. Вокруг повисла тишина, это неожиданное утверждение заставило Джеффри прищуриться.

Он не хотел верить ей - их действия отняли у него не только спокойствие, но и близкого человека. Тем не менее какая-то часть сознания требовала услышать объяснение.

— Она... она не совсем оборотень, — наконец выдохнула Мэдисон, медленно, словно подбирая каждое слово.

— Что вы несете? — Джеффри схватился за переносицу, лицо исказилось от того абсурда, который, как ему казалось, сейчас пытаются подсунуть.

— Я говорю правду. — Она постучала по столу, чтобы убедить его. — Луна не простая летучая мышь. Она альфа...

У Джеффри невольно растаял скепсис в глазах, но удивление осталось. Он моргнул не один раз, пытаясь найти в её словах ложь. Но Мэдисон смотрела искренне - впервые за долгое время.

— Этих существ называют ещё сумеречными демонами. Они рождаются крайне редко, и если их не обучать, если не запечатать их силу вовремя, может случиться непоправимое.

— Она выглядит как оборотень, ведёт себя как оборотень, превращается как оборотень. О каком демоне вы говорите? — Джеффри в голосе слышалась смесь раздражения и растерянности.

Мэдисон открыла ноутбук и, не торопясь, начала печатать, продолжая объяснять.

— Силу сумеречного оборотня, как новорождённого, обычно запечатывают сразу. Им преподают баланс и умение держать эмоции под контролем. Пока эмоции не отдают верх - сила остаётся глубоко внутри. Я знаю Луну с детства. Она, может, меня не помнит, но мы с Джеймсом были рядом. Всегда. Джеймс - психолог, он знает о ней больше любого из нас. Когда она пришла в эту школу, мы сначала обрадовались: возможно, она сможет жить свободнее, не маскируя своё «я». Но всё пошло не так.

Джеффри невольно приблизился, язык облизнул пересохшие губы - он пытался вцепиться в каждое слово. Мэдисон говорила ровно, чётко, как человек, который проговорил эту историю не раз.

— Она начала терять контроль. Ранее спокойная девочка превратилась в эмоциональную бомбу, — Мэдисон задержала взгляд на нём. — Всё началось с той маленькой, чертовой летучей мышки, которую она призвала. Кто-то из нас сразу почувствовал всплеск - сработала сила альфы. Это было не просто проявление магии, это был сигнал. Оборотни начали бы задавать вопросы: откуда появилась эта летучая мышь, которая здесь не водится? Если бы к Луне пришли специалисты, всё раскрыли. Мы не могли допустить, чтобы её подвергли опасности.

Джеффри встал, рука машинально провела по волоса.

— Вы специально подставили Джера, чтобы их связь с Луной осталась неочевидной? — вслух он произнёс имя почти шёпотом. Увидев кивок Мэдисон, добавил уже громче. — А почему Холли оказалась замешана? Зачем нужно было подставлять её?

— Я не хотела подставлять Холли. Я не знала, что она возьмёт вину на себя. Мы просто пытались создать помехи, отвлечения - не больше. Но случилось кое-что ещё хуже: Луна, в попытке защитить подругу, сама призналась, что это её летучая мышь. Она хотела прекратить слухи, но этим почти подписала себе приговор. Её могли отчислить. И тогда Джеймс подкинул липовые улики. — вздохнула Мэдисон.  — Он сделал это не для того, чтобы навредить или избавиться от кого-то. Он хотел сохранить Луну от разоблачения и медицинского вмешательства, которое могло уничтожить её природную сущность. Его план был запутать следы, чтобы комиссия не смогла связать Луну к этому. Надеялись, что заведут уголовное дело, а с Луны снимут ответственность.

Джеффри сжимал собственный кулак.

— Я предостерегала её, — начала она, стараясь идти по ниточке воспоминаний без лишних эмоций. — Наблюдала со стороны, видела, как она тянется к людям, к сильным эмоциям. Но больше всего её силу возбуждало присутствие рядом с тобой. Это было опасно, но в то же время единственное, что нас спасало. Её сила альфы сработала иначе: она по ошибке привязалась к тебе и к твоей стае. Это случилось в ту самую ночь, когда мы впервые встретились. Она была там, услышала твой призыв и настроилась на твою чистоту.

Джеффри изучал бумаги на столе которые протянула ему женщина, листы были исписаны пометами и таблицами, но взгляд его остановился на одной строке: резкий скачок силы Луны пришёлся на тот период, когда она перешла в школу.

— То есть... из-за того, что она в моей стае, её сила притормаживается? — осторожно спросил он, будто проверяя саму идею вслух.

— Верно, — подтвердила Мэдисон. — Пока она находится под чьей-то властью, выйти из-под контроля ей труднее. Но это работает только в пределах влияния - физического и эмоционального. Когда вы оказались далеко друг от друга, когда она уехала к дяде, расстояние сыграло против нас. Твоя сила ослабла, её эмоциональная устойчивость снизилась, и в первый раз альфа активировала себя полностью.

Она замолчала, собирая слова, а потом продолжила, голос стал ровным и жестким.

— В тот день она воздействовала на Донована. Его сознание начало скользить в транс, в её транс. Он буквально перестал быть собой, а когда приходил в сознание, падал в обморок. После этого начались её обследования. Джеймс и я поняли: если не вмешаться немедленно, она выйдет из-под контроля.

Джеффри оторвался от развернутого экрана и уселся поудобнее, глаза его искали в комнате какие-то подтверждения, прокручивали варианты.

— Если другие узнают о ней, что может произойти? — спросил он осторожно.

— В лучшем случае совет попытается «выкачать» из неё силу, — ответила Мэдисон без энтузиазм. — И тогда не факт, что Луна останется самой собой. Возможно, её сущность изменится - она станет человеком, лишённым тех свойств, которые делают её уникальной. А в худшем...

Она не стала додавать слова сразу, но взгляд её был ясен.

— ...убьют, — закончил за неё Джеффри, и в комнате повисла тяжёлая тишина. Он сглотнул бросил на стол бумагу, потом громко выругался. Его взгляд метался между монитором и Мэдисон, словно ища в ней ответ на невозможный вопрос.

— Не тех вы считали врагами. Мы всегда пытались ей помогать, пусть и странными способами, — голос медсестры стал тише. — Но сейчас мы ошиблись. Луну забрал человек, которому безразлична её жизнь. Ему важна только сила - и с альфой сумеречных охотников он сможет создать армию. Тогда начнётся настоящая война между теми, кто охотится, и теми, на кого охотятся.

Джеффри дернулся, будто от удара током. Он медленно поднял голову, словно обдумывая все варианты исхода.

— Мы ещё можем это предотвратить.