Глава 105. Неизбежность.
Луна шла впереди, тащимая за собой мир, в котором уже не было правил. Джеймс двигался за ней как тень, иногда толкал в спину, иногда шагал сдержанно, будто давая время отдышаться. Каждый раз, когда она пыталась повернуться, выяснить хоть что-то, или просто замедлить шаг, браслеты на запястьях, холодные и бесшумные, посылали очередной разряд - острый, резкий, заставлявший её издевательски вскидывать руки и выть. С каждой новой искрой у неё слабели силы: плечи, которые ещё утром были тверды, теперь ныли от боли, колени подгибались, мысли путались от голода и усталости.
Они поднялись по длинной бетонной лестнице, ступеньки эхом отдавали под сапогами. Луна поняла, что раньше они были в подвале - запах сырости, звук насосов и тусклый свет лампы в узком коридоре не давали усомниться. Здесь, под землёй, ей казалось, что воздух плотнее и тяжелее. Её запястья были скованы магнитным крепежом - два синих браслета соединяли руки, не позволяя разогнуть пальцы по-настоящему.
Дверь впереди была железной, с маленьким стеклянным окошком, через которое всегда можно было увидеть, что творится в коридоре. Когда Джеймс прижал её плечом и с командовал.
— К стене, — её охватило то ощущение унижения, когда тебя кладут на ладонь, чтобы посмотреть, не вздрогнешь ли. Раньше, в кабинете, у неё были возможности спорить, давать отпор. Сейчас же она чувствовала себя игрушкой в его руках без права голоса.
Она послушно прижалась лопатками к холодной стене. Стена словно впитывала тепло её тела, оставляя только ледяную память о прикосновении. Джеймс вынул из кармана карточку, прикоснулся ею к сенсору - экран на двери вспыхнул зелёным, раздался уже знакомый спокойный щелчок, и дверь открылась. Луна знала, что выйти должна первой: это условие его власти и одновременно развлечения. Он любил видеть её уязвимость.
Когда она переступила порог, яркий дневной свет буквально сшиб её с ног. Внезапная слепота, залы были огромны, как у Донованского особняка, но тут всё было ещё холоднее - стены из стекла, глянцевые чёрные тумбы, кафель, отражающий каждый шаг. Это был дом роскошный до стерильности, место, которое не пахло домом: больше научный центр на привилегии, чем уютный очаг. Луна поняла, что это далеко от школы, от знакомых уголков.
— Где мы находимся? — спросила она, всматриваясь в пустые полки и ровные линии мебели. Её голос звучал слабее, чем хотелось бы, но слова вырвались из горла, узнать местоположение было шансом на сознательное сопротивление.
Джеймс толкнул её спину: не больно, скорее демонстративно.
— Думаешь, я сейчас адрес распечатаю и отдам ланч-бокс с картой? — он усмехнулся, в его голосе не было цинизма, только ледяная уверенность в том, что он контролирует каждую крупицу её жизни. — Не глупи.
У Луны не осталось сил на ответ. Она шла, уставшая, голодная - последний раз ела вчера вечером, и даже воспоминание о еде подкашивало голодными спазмами. Электрические удары, которыми Джеймс время от времени поддерживал её «мотивацию», выжимали из неё последние силы ещё быстрее. Каждый толчок браслетов вытягивал все.
— Если вы не говорите, где мы находимся, зачем тогда держите мои глаза открытыми? — выдавила она, пытаясь приставить к его холодному тону хоть крупицу собственного достоинства.
— Ты правда думаешь, что сможешь сделать что-то мне? На тебе электрические браслеты, одно моё движение и ты останешься без рук, другое движение и твоему милому питомцу оторвут голову. А твои друзья в этот же момент получат уведомление с твоего телефона: «Я отказываюсь учиться в школе. Выбираю путь животного - стать летучей мышью». Я могу расписать твое «медицинское» досье на целую книгу: психологическое заключение, тесты, рекомендации. Я психолог, милочка. Я знаю, как сделать так, чтобы тебя никто не пожалел. — Он говорил тихо, с такой уверенностью, что в крови у неё похолодело.
Слова отрезали не только надежду, но и пространство для манёвра. Луна шла впереди, но слушала каждое его слово. Они знали о её связях, знали, что Джер значил для неё, и не боялись использовать это. Всё это было неправильным, морально мерзким: использовать домашние привязанности как инструмент.
Она пыталась понять: как они смогли забрать Джера? Это было единственной ниточкой, на которую она могла бы вцепиться, чтобы обмануть ситуацию. Если бы Джера усыпили и потом «потеряли», можно было бы инсценировать, что оба пропали - и тогда люди начали бы искать по-другому. Возможно, тогда бы кто-то вспомнил про неё, и про белую мышь, и задал неудобный вопрос. Это был риск, но другой дороги сейчас не было.
— Как вы забрали Джера? — спросила она тихо.
— Ты же ковырялась в кабинете Мэдисон, — сказал Джеймс, словно читая её мысли. — Должна знать, она квалифицированный врач, профессор наук. Думаешь ей не дали бы разрешение? — его голос был согнут в усмешке, в которой слышалась гордость собственным знанием.
Луна раскрыла глаза ещё больше - не от удивления, а от возмущения. Мэдисон? Профессор наук? Казалось нелепым, что человек, занимающий такую должность, будет работать в школе простым медиком. Это объяснение ломало ткань её представлений о том, кто может быть союзником. Если за всем этим стояла известная фигура, значит, пути назад нет - система защищает своих.
Они прошли по длинному коридору, вдоль висели картины - груды лиц и пейзажей, которые казались лишними здесь, в этом стекле и мраморе.
Одна из дверей выглядела как выход, но едва она приблизилась, как браслеты снова сжали её, и словно через вскрик внутри, пришёл очередной разряд. Боль разлилась по телу так резко, что она чуть не упала. Крик вырвался из горла - короткий, резкий, отдавшийся в пустых стенах дома.
Джеймс встал рядом, не двигаясь, и посмотрел на неё так, как смотрят на противника, которого вынуждены держать на поводке.
— Учти, — сказал он спокойно, почти сочувственно. — Это ещё не всё.
Луна даже не успела рвануться на Джеймса, как вдруг почувствовала странное облегчение: магнитный замок браслетов ослаб. Они не рассыпались и не упали, но теперь её запястья уже не были сцеплены спереди. Как-то автоматически, по команде, раздалось чужое.
— Скрепи руки за спиной.
Она нехотя повернула ладони и прошла через знакомую процедуру: руки за спиной, кисти сомкнулись, мгновение и две части браслетного механизма снова слиплись, но уже сзади, придав ей позу молчаливой покорности. Запястья затянулись плотнее, чем раньше, металл впился в кожу. Луна почувствовала, как кровоснабжение немножко нарушилось - пальцы похолодели. Это был не просто способ обездвижить: это было ежедневно повторяемое унижение.
Джеймс не торопился. Он достал коричневый плед, туго сложил и накинул его ей на плечи. Ткань чиркнула по шее, и Луна вздрогнула от резко пришедшего холода или от ощущения, что ткань служит не столько укрытием, сколько маскировкой. В таком виде она могла быть выведена наружу, не привлекая лишнего внимания. Он знал себе цену, и Луна чувствовала, что каждый его жест был заранее продуман.
В её голове крутились мысли о том, насколько вдумчивы и расчетливы были Мэдисон и Джеймс. Они действовали не дилетантски: их шаги продуманы. Это не просто похищение ради услужения чьей-то прихоти. Это работа людей, которые умели давить на слабости, собирали информацию и умели её применять.
Они вышли на улицу. Свет оказался настолько ярким, что Луна на мгновение потеряла ориентиры и судорожно осмотрелась: кругом - аккуратный газон, подстриженный до идеала, редкие стриженые кусты и дорожка, ведущая к широким ступеням. Никого на тропинках не было, воздух пахнул свежестью и где-то вдалеке - городом.
— Крикнешь, я всем скажу, что ты сумасшедшая. — шипнул Джеймс в самое ухо. Голос был рядом, как щекотка, и Луна сглотнула. Слова ударили по её хрупкой надежде: он был психологом, он мог оформить всё так, чтобы никто не поверил её словам. Он мог подписать её судьбу под грифом «психическое расстройство».
В этот момент послышался чужой голос ровный, уверенный, словно принадлежавший человеку, который не привык испытывать страх.
— Какая интересная встреча. — прозвучало откуда‑то слева, и Луна вместе с Джеймсом инстинктивно повернули головы. На лужайке, аккуратно, как на сцене, стоял Эндрю Милинг.
Он был одет просто - тёмная куртка, джинсы, но в его позе и прямом взгляде было столько власти, что казалось: он способен чем‑то распоряжаться на этом участке земли.
— Что ты здесь забыл? — резко спросил Джеймс и шагнул вперёд. Его рука автоматически отодвинулась в сторону закрывая девушку. Луна едва не отшатнулась: теперь похититель стоял словно защищая её и кто знает, что произойдёт, если конфликт развернётся на глазах у прохожих.
Эндрю только усмехнулся. В его голосе было лёгкое презрение и какая‑то ясная миссия.
— Пришёл забрать Луниану. — сказал он, глядя прямо на Луну так, будто это слово означало для него больше, чем просто имя. Луна вдохнула резко, оно прозвучало чуждо и одновременно, как обещание. Что именно он имел в виду - она не понимала, но сердце сжалось.
Она стояла, не в силах пошевелиться: побежать смысла не было, браслеты мешали и каждый шевелёк грозил новым разрядом. В её голове мелькали вопросы, на которые не было ответов: зачем она одновременно нужна Джеймсу и Мэдисон и этому человеку?
— Как ты нас нашёл? — скрытая угроза в голосе Джеймса промелькнула к ней как удар.
Эндрю широко улыбнулся, словно у него уже был готов план.
— Думаешь, я просто так состою в совете оборотней?— Его тон был спокойным, но в нём слышалась возмущённая насмешка. — Пришлось покопаться. Я не могу оставаться в стороне после того, что случилось в школе.
Он сделал шаг в сторону, чтобы получше разглядеть Луну. При этом Луна заметила, что взгляд его оценивает не только её физическое состояние, но и что‑то внутреннее - возможно, облик зверя в ней.
— Кстати, привет, Луна. Твои друзья очень скучают по тебе.
Эти слова были одновременно утешением и ножом. Она невольно напряглась: помощь ли это? Или же он играет в свою игру - добрый спаситель, использующий ту же систему рычагов контроля? Его спокойствие и уверенность раздражали Джеймса: тот сжал кулаки.
Эндрю продолжил.
— Я узнал многое. Я не мог закрыть на это глаза. Я подключился к закрытому радару. Сначала он молчал и это было странно. Но потом я перемотал архивы и увидел мощный всплеск оборотнейской силы.
Луна поняла, к чему он ведёт. Радар не показывал её, потому что она была в клетке, где магия и сила глушились - это объясняло их неспособность отследить её раньше. Слова в её голове загрохотали, они знали слишком многое, чтобы оставить её без мер. Джеймс напрягся ещё сильнее.
— Это уже не твоё дело. Уходи отсюда. Луну ты не получишь, — твёрдо сказал он. Но Милинг только улыбнулся ещё шире, в этой улыбке была своя игра.
Рука Эндрю коснулась пояса. Луна ощутила, как внутри что‑то ушло в дальнее предчувствие. Он чуть отодвинул куртку и угрожающе показал оружие. Пистолет - не просто страховка, а демонстрация силы и готовности действовать. Луна ощутила, как кровь уходит из лица.
— Не заставляй меня применять критические меры, — произнёс Эндрю спокойно, как врач, но в этих словах не было пощады. — Садите её в мою машину и передайте пульт от наручников.
Затем помолчав добавил.
— Глупо было использовать мою технику против меня же.
Джеймс стиснул зубы. У Луны сердце ёкнуло: она впервые увидела в его взгляде не просто равнодушие, а уязвимую злость. Видно было, что Эндрю смог вывести его из равновесия. Это был момент, когда у сильного человека вырывается неожиданный звук и Джеймс сделал его: маленькое резкое движение, и к нему прилетела маленькая чёрная кнопка. Луна увидела, как она полетела по воздуху и оказалась в ладонях Милинга.
Похоже, Джеймс сделал выбор - отдал управление. Может, он решил не вступать в это, может, понял, что выиграть тяжело. Но Луна поняла другое: теперь кто‑то другой держит рычаг, а это значит, что ситуация меняется. Кому отдаст предпочтение этот новый «хозяин» - добру или контролю? Эндрю хмыкнул, сжал кнопку в руке, и Луна увидела, как его пальцы чуть‑чуть побелели.
— Садите её в машину, — повторил он, и его голос стал железнее. Двое охранников снаружи, тихо дожидавшиеся команды, подошли и взяли её под руки. Луна едва не дернулась, но браслеты сзади держали крепко. Плед сполз, и на её плечи упала прохлада ночи.
Она шагнула к машине, каждая ступень была как испытание. В голове рождались планы, но руки сзади мешали - снять браслеты было невозможно. Эндрю подошёл, по‑человечески наклонился к ней и шепнул.
— Я не враг, Луна. Но и не добрый волшебник. Ты просто - ключ. И никто не отдаст ключ так просто.
Её чувство было жестоко: она ощущала себя пешкой на шахматной доске, которой двое мужчин перекладывают из рук в руки.
Когда дверь машины захлопнулась, и их автомобиль тронулся, Луна на секунду увидела в зеркале, как Эндрю удерживает в руке её судьбу - маленькую чёрную кнопку. Она не знала, что он с ней сделает.
____________________
Ребят, вот вам две главы, но прежде чем ругаться я скажу - главы вышли почти 2000 слов каждая, хотя обычно я выпускаю по 1000. Это связано с тем, что я сильно заболела(
Больше меня в тгк: vaikulee
там информация выходит раньше, а так же много интересного, как и про фф, так и про саму вселенную дети леса