Number 34
Алекс аккуратно накрывает ладонями милое личико парня, нежно накрывая его губы своими. Они оставляли маленькую частичку себя друг в друге, не желая отцепляться. Насколько сильно можно любить человека, чтобы просто пройти сквозь него и вселить свою любящую душу с чувствами в его тело, чтобы он чувствовал, что любим?
Всё будет хорошо, только не между ними. Когда этот поцелуй оборвётся, то всё закончится. Навсегда, но сейчас они наслаждаются последними сладкими искрами, которые имеют только губы. Губы любящих людей, которые просто хотят защитить друг друга от самих себя.
Вот руки уже скрещены, и, кажется, этому нет конца. Ноги юноши слегка подкосились, ведь поцелуй был полон тех чувств, которые он уже вряд ли прочувствует. Без слов, а как больно...
Почувствовав солёный привкус, мужчина так же аккуратно отцепился от тонких губ Питера, снова увидев, как тот плачет. Мальчишка быстро повернулся к нему спиной, начав вытирать слёзы, но получалось только хуже. Слишком много он пустил сегодня слёз.
- Конец? – тихо спросил Алекс, смотря в спину плачущему мальчишке.
- Конец, Алекс, - еле-еле ответил Питер, будто бы был снова близок к истерике. Голос, тело, душа. Вся судорожно тряслось и готово было рассыпаться на мелкие кусочки от боли, ломая такую прекрасную и юношескую, столь молодую конструкцию, - конец!
- Спокойной ночи, - Купер быстро покинул комнату, а юноша закрыл рот руками, лишь бы не прокричать и не позвать его обратно.
******
Так же ярко светило солнце, будто и вправду ничего не было, но мальчишка просыпается в той же комнате, кровати, одежде. На тумбочке пару таблеток и стакан воды. Он сразу же понял, что это для него, но вот только таблетки его не вылечат.
Питер болен любовью. Больной беспощадной любовью и её так не удалось вывести из организма.
Она ничего в нём не оставила, хотя продолжает питаться только им. Вот проходит какое-то количество времени. Юноша ест свой завтрак, который ему принесли на подносе и нетрудно догадаться, кто это был. Таким же способом ему удалось стащить и нож...
Любить — это глупо. Даже слишком. Она воскрешает, а затем топчет, размазывает тебя и твои чувства по полу. Кажется, мир на этом не зациклен. Из окна комнаты чудный вид, свежий воздух проникает в лёгкие, обдувает бледное лицо, но не возвращает былых чувств.
Он даже не Девятый. Он здесь никто. Эта мысль пробила голову только утром, когда мальчишка смотрел на перебинтованные запястья. Оставалось ждать, пока птичка выпорхнет из клетки на свободу, покоряя новые вершины неба.
На шее и груди кто-то сменил пластыри, но они не скроют этого ужасного вида. Питер выглядел отвратительно, а ведь из него выжили все соки за последние дни. Чтобы не произошло этой ночью, он до сих пор продолжает думать о нём. И лишь о нём...
Хотя смысла в этом вообще не было.
Спустя какое-то время за дверью слышатся шаги. Парень напрягся, но так никто и не входил. Шаги постепенно превратились в бег, послышались голоса, кашель. Было трудно понять, что за суета творится за дверью, когда в комнате было всё хорошо, не считая самого Питера. Ему хватило сил открыть дверь и покинуть комнату, начав резко кашлять.
Покинув маленький коридорчик, мальчишка оказался над лестницей. По первому этажу около трёх охранников суетились остальные, что-то говорили. На них он внимания не обратил. Прикрыв рот рукой, чтобы хоть как-то заглушить кашель, юноша быстро направился в тёмный коридор. Нужно узнать причину всей этой суматохи.
Явно кашель не проявился просто так. Это был не кислород. Что-то другое. И было совсем не важно, что большая по размерам футболка еле-еле прикрывала ягодицы, подходя под цвет нижнего белья. Он продолжал идти, сильнее начав кашлять.
Завернув за угол, на глаза резко попался один из охранников, и Питер вздрогнул, но все страхи моментально исчезли, поняв, что он почти задыхается, валяясь на полу. Было трудно подойти и рассмотреть его во всей красе, но даже сделав это, руку помощи тянуть не особо хотелось. Не исключение, что этот человек мог быть виновным в смерти Эмили.
Он хоть и сломлен, но не тупой.
Увидев в его брюках оружие, парень совсем не удивился. Выпала возможность разглядеть его во всей красе, потому что чёрный пиджак задрался, и Питер, не раздумывая, присвоил пистолет себе, аккуратно начав рассматривать в своих руках.
Этим можно было стереть человека с любых глаз, убить. Быстро, что даже никто и не поймёт. Юноша посчитал нужным взять предмет для защиты, если уж ситуация обретёт не самые лучшие обороты, а это, скорее всего, так и будет. Он был холодным, чёрным, неудобным для бледных рук, но это не остановило мальчишку. Медленно встав в полный рост, он так же молча направился к Алексу, но уже пряча руки с оружием за спиной.
Было интересно, как сам мужчина чувствовал себя после вчерашних действий и разговора с парнем, но эту мысль у Питера выбил сильный кашель. Здесь не всё нормально. Что-то происходит, и с каждой секундой становится страшно. Снова завернув за угол, мальчишку чуть не сбил очередной охранник, а дверь в великую комнату была открыта нараспашку. Юноша быстро оказался в дверном проёме, увидев спиной к себе Купера, который что-то яростно разбирал на столе.
- Питер? - тихо проговорила Хлоя, первая заметив парня. Она оказалась по ту сторону стола, скрываясь за мужским телом.
Алекс резко повернулся, с удивлением начав рассматривать мальчишку. Он был одет в чёрный строгий костюм, на шее мотался развязанный галстук такого же цвета. Девушка была одета в чёрное свободное платье с длинным рукавом, подойдя к мужчине, начав мять руки. Она не меньше волновалась за юношу в последние дни.
- Выходи в сад, немедленно! - обеспокоенно проговорил Алекс, быстро подойдя к Питеру.
Тот лишь затаил дыхание, рассматривая любимого. Какой бы конец они там себе не назначили, но он любит до сих пор, и...
Это был отличный шанс.
- Отпусти меня, - очень тихо, с каким-то страхом отозвался парень, смотря в голубые глаза.
- Нет, - мужчина сразу же замотал головой, вцепившись в плечи юноши, - не сейчас, пожалуйста. Знаю, обещал, но... - он замолчал, будто бы переводя дыхание, - Мне бы для начала тебя сохранить, так что быстро выходи из поместья.
- Отпусти, - на своём настоял мальчишка, набрав воздух в лёгкие.
Увидев, как Алекс нервно выдохнул и отвёл взгляд, понял, что лишь бесит. И знал, что и вправду всё очень плохо. Его хотели сберечь, а он просто хотел свободы. Прямо сейчас. Это была отличная и больная возможность. Лучше уж покинуть это место сейчас, чем ещё несколько дней тихо наслаждаться тем, кого ты потерял, и всё ещё оставаться никем.
- Питер! - резко рявкнул мужчина, а затем закашлял.
В следующие секунды Алекс застыл. Вся его ненависть вмиг куда-то испарилась, Хлоя позади него напряглась, приоткрыв рот, а мальчишка нацелил на него пистолет, нервно сглотнув. Сердце бешено колотилось туда-сюда. Купер и вправду боялся сделать лишние движения.
- Откуда это у тебя?
- Это не важно, - спокойно ответил юноша, крепче сжав орудие в руках.
- Хорошо, - мужчина неловко улыбнулся, отпустив плечи парня, - значит, угроза?
- Возможно. Просто ты должен понять, что моя жизнь намного важнее всяких разговоров и событий в твоём доме. Мне уже не важно, что сейчас происходит. Я хочу попасть домой.
Хоть он и пытался выглядеть спокойным, но было видно, как ему трудно просто держать пистолет рядом с Алексом. Он ни в коем случае не хотел его убивать, просто нужно было прибегнуть к особым мерам. Купер бы его просто так не отпустил.
Иронично, что они поменялись местами, ведь Алекс точно так же наводил пистолет на парня.
- Наверное, тебе страшно, - продолжил Питер, - ты весь напрягся, а помнишь, когда сам подставил дуло пистолета мне? Ты хотел поиграть, увидеть боль, а я хочу обрести свободу. Это намного важнее всяких игрушек.
Поняв, что Алекс хочет его перебить, мальчишка резко высказал:
- Между нами больше ничего нет. Я имею право тебя ненавидеть, а есть за что. И я знаю, что сам перехожу все границы сейчас, но думаю, что имею право и на это, хоть тот ещё слабак.
- Слабак не станет нацеливать пистолет на меня, - уверенно отозвался Купер, - знаю, что заслужил твоей ненависти.
После этих слов он аккуратно коснулся руки юноши. Парень запаниковал, чувствуя, как шанс уходит куда-то вдаль, словно вода сквозь пальцы, но оказалось совсем не так.
Алекс сам подставил дуло пистолета прямо к своему лбу, отпустив удивлённого Питера. Осталось спустить курок и всё. Закончится всё. Он сам встаёт под прицел.
- Так что стреляй, - тихо, будто бы перед настоящей смертью произнёс он, закрыв глаза.
Парень растерялся, глаза его заметались туда-сюда, рука с пистолетом задрожала, и Купер это чувствовал. Понимал, что ему страшно, но не открывал глаза. Страшно по ошибке спустить курок и убить того, кем живёт сердце, но он же мальчишку не жалел. Ни капли.
Но Питер не Алекс.
Резко вскрикнув, мальчишка куда-то в сторону кидает оружие, снова близок к срыву, крикам, слезам. Это была жестокая пытка для его души. Закрыв глаза, он разворачивается и прикладывает все усилия, чтобы убежать от мужчины. Считал, что снова опозорился и хотел просто исчезнуть, чтобы никого не видеть.
Вот, кажется, сделан первый шаг, снова подступает кашель, но крепкие мужские руки резко обхватывают хрупкое тело, прижимая к себе. Парень был готов помереть в этот момент. Всё. Это было начало конца нарастающего ада, и из рук этого самого ада у Питера не было шанса выбраться.
Тело окаменело, ноги подкосились, и, если бы Купер отпустил его, то он бы без сознания повалился на пол, обретая это состояние во время падения, но оставалось вцепиться в сильные руки и ждать предстоящей смерти.
- Знаешь, - начал тихо шептать Алекс, опалив ухо мальчишки горячим и пылким дыханием, - я только сейчас понял, что любить тебя намного сложнее, чем кого-то другого.
Парень зажмурил глаза. Они же выяснили, что это конец. Зачем начинать всё сначала?!
- Поэтому и отпускаю, - вложив что-то в ладонь Питера, Купер отпустил и подтолкнул его вперёд, чувствуя за спиной рывки воздуха.
Эта была Хлоя. Всё это время она была в безумном напряжении. Если парень прощается с Алексом, то он прощается и с ней. Навсегда. Иного выбора нет.
Освободившись, парень медленно повернулся к мужчине лицом, а затем так же медленно открыл ладонь, начав рассматривать её содержимое. Эта была помятая пачка сигарет "Мальборо", а на ней всё ещё ценник из магазинчика в Джерси-Сити.
Он не верил. Не верил, что Купер его просто так отпускает.
- Беги! - резко крикнул Купер, понимая, что мальчишка готов выпасть из реальности.
Питер рванул со всех ног, крепко до боли сжав и так мятую пачку сигарет. Чувства снова брали вверх. Он же так хотел убежать, а, оказывается, это так больно...
С каждой секундой тянет назад. Вот парень уже на лестнице, быстро пролетает и с громким звуком распахивает входную дверь. Яркое солнце слепит глаза, но юноша снова вдохнул свежий воздух, избавившись от газа пропана. Его встретили обеспокоенные взгляды девушек, а в их число входила и Валери, но Питер их будто не замечал вообще. Он помчался мимо них и добежал до узорчатых ворот. Будто бы врезавшись в них, с хрупкого сердца парня упал тяжёлый камень. Они с лёгкостью открылись. Алекс смело открыл их специальным пультом и сейчас стоит на балкончике одной из комнат, с серьёзностью наблюдая, как шикарная птица обретает свободу.
Выйдя за пределы особняка, Питер громко выдохнул, переводя взгляд. Девушки с удивлением рассматривали, как он освобождается из-под власти демона, и одна из них двинулась к выходу, а другие за ней. Они же ничем не различались. Каждый и каждая жаждали свободу, и вот, остался всего лишь один миг. Выпал шанс.
Раздаётся выстрел.
Их беспощадно расстреливают мужчины, словно зверей. Мальчишка видит собственными глазами, как на их одеждах появляется кровь. Такая же яркая, как и на запястьях Питера день назад. Сад быстро покрывается трупами, а дорога расстилается Десятой. Она мчит со всех сил к выходу, смотря только на парня.
- Питер, беги! - громко прокричал она, сжав руки в кулак.
И на его глазах девушку пронзает маленькая пуля. Валери имеет силы остановиться, медленно накрыть белое пятно на рубашке ладонями, поднять взгляд снова и громко выдохнуть. Парень понимает, что быстро начинает терять контроль над собой и резко прикрывает рот руками, не опуская взгляда. Десятая только успевает легко улыбнуться, а затем падает на землю, будто бы разбиваясь об неё. Навсегда. Позади Валери стоял Люцифер, всё ещё направляя оружие, но уже не на какую-то девушку, а на самого Питера.
Его карие глаза снова пылали ненавистью и злобой, будто бы ничего и не поменялось с того дня. Даже не взглянув на девушку у своих ног, не замечая других людей рядом, он, не опуская оружия, перешагнул через умершую Десятую и направился к мальчишке.
- Не стрелять! – пронзил сверху голос, и оба подняли взгляды, увидев Алекса.
Нет, вчерашний разговор не был точкой, концом. Вот он – тот самый конец. Весь мир рушится, понимая, что смысла существовать больше нет.
Он видел. Прекрасно видел, как убивали его же девушек. Убили Валери, которая крутилась последний день с парнем. Видел всё, но так ничего и не сделал. Боль от разлуки снова заставила покрыться окровавленное сердце толстым слоем льда, ибо с таким серьёзным лицом невозможно смотреть, как убивают людей. Твоих же людей.
- Но он же убежит! – вскрикнул Люцифер, снова опалив юношу своим гневным взглядом, не опуская пистолета.
- Пусть бежит, - холодно проговорил Купер, взглянув на парня.
В тот момент сила ударила в ноги, и Питер побежал в лес. В самую гущу, чтобы его не нашли, чтобы даже не пытались искать, чтобы не видеть эти холодные глаза. Голые ноги соприкасались с неудобной поверхностью природы, но, если ты чувствуешь боль, то это доказательство того, что ты жив. Отдавшись этому девизу, парень, не оборачиваясь, углублялся всё дальше и дальше, чтобы след его исчез.
- Не добежит же, - мужчина бросил пистолет на умершее тело позади него.
- Если захочет жить, то убежит, а он хочет. Я в этом не сомневаюсь.
Удалось уже расцарапать ноги в кровь, но юноша и вправду хотел жить. Хотел свободы, но вот сколько она стоила? Очень много. И расцарапанные ноги – это только малая часть.
До сих пор не верилось, что он обрёл то, чего так желал. Ветки деревьев так и просятся расцарапать лицо мальчишки, но он продолжает бежать. Бежать, что есть сил, и больше никогда не возвращаться назад.
Ведь хотел закрыть глаза. Закрыть глаза на чудовищную сторону этого человека, но сам Алекс был прав. Он зверь. Самый настоящий, хоть и иногда был не похож на него. Что проще: стать зверем для него, или же чтобы он стал для тебя человеком? Кажется, ни один из вариантов не подходит под ситуацию. Обоим было трудно.
Ничто так не занимало голову, как мысли о побеге и смерти Валери. Она умерла у него на глазах и сделала слишком много, что не заслужить такого. Ни одна из девушек не заслужила такого. И Питер тоже.
Казалось, что весь этот ад так далеко... но он ближе, чем кажется. В самом сердце, хоть и не за спиной, в глубинах души. Особняк уже далеко, ноги в крови, лицо в красных узорах от ударов ветвей, по лбу стекает пот, а на щеках перемешивается со слезами. Облокотившись на дерево, мальчишка начал переводить дыхание. Он бежал вперёд, но до сих пор ничего нет.
Вдруг уши режет звук, будто бы по шоссе пронеслась машина. Подняв голову, Питер начал оглядываться. Перед глазами было мутно, но он снова двинулся туда, куда зовёт за собой свобода.
Пробежав ещё некоторое расстояние, земля и ветки сменяются асфальтом. Тёплым асфальтом, которое нагрело солнце. Смотря куда-то вдаль, юноша не понимает, что всё. Конец пути. Вот она – свобода. Но перед глазами мутно, как в воде.
Резко перед глазами промчалась машина по полосе, заставив Питера зажмурить и снова открыть глаза, начав громко дышать. Он возвратился в реальность, взглянув в чистое голубое небо. На лице появляется слеза, но она уже озарена яркими лучами солнца, и в один момент свобода полностью даёт о себе знать, обдувая мальчишку ветерком.
По полосе, где стоял парень, проезжает грузовик. Водитель транспорта сигналил, но мальчишка его будто не слышал, смотря в голубое небо, а после соприкоснулся с самой настоящей реальностью, которая бьёт иногда похлеще, чем Купер.
******
Резко открыв глаза, Питер замирает, видя перед собой белый потолок. Всё это казалось сном, сплошным кошмаром, но реальность ударила прямо больному месту, давая понять, что она существует. Даже для сломанного парня.
Приподнявшись, он готов был увидеть какую-нибудь знакомую комнату, но нет. Это была палата городской больницы, а рядом стоит капельница, которая передаёт юношескому телу своё содержимое по трубке иголкой в теле, маска на лице. Боль в теле была терпима.
У него был растерянный вид. Выставив перед собой руки, парень увидел, что они снова перебинтованы, на лице пару пластырей, ноги так же перебинтованы. Его будто бы собрали по кусочкам, а значит Алекс был далеко.
Чтобы убедиться, парень аккуратно снял с лица маску, и, схватившись за капельницу, встал в полный рост. С ней он направился медленно к окну, которое было открыто нараспашку, и, увидев за ним людей, которые шли в будний день по своим делам, дома и прочее, полностью открыл глаза, понимая, что он добился своей свободы.
- Сынок? – раздался знакомый голос, который был полон волнения. Он дрожал, будто бы его хозяин готов был заплакать.
Обернувшись, у входа в палату мальчишка увидел родителей. Мать выронила сумочку из рук, прикрыв лицо руками от удивления и облегчения, а её верный муж держал её за плечи. На глазах у женщины навернулись слёзы, и, не выдержав, она бросилась к сыну, чтобы обнять его.
- Господи, где же ты был?! – сквозь слёзы проговорила она, сжимая чистую одежду на повреждённом теле сына, - Что с тобою делали? Почему ты ушёл?
Юноша лишь легко улыбнулся, погладив мать по её шелковистым волосам. Знал, что у каждого было очень много вопросов, но сейчас это не так важно. После, он поднял взгляд, столкнувшись с отцом, который тоже оказался рядом. Он обнял жену и любящего сына, тяжело вздохнув.
- Знаете, я побывал в аду, потому что согрешил...
Краем глаза Питер заметил на тумбочке, которая стояла у окна, помятую пачку сигарет «Мальборо». Он сам даже не может поверить в то, что получил их и донёс до самого города. Но даже, если это был сон, то он закончился, а жизнь продолжается.
- Полюбив самого настоящего дьявола, - тихо прошептал парень, закрыв глаза и отдаваясь покою нормальной жизни.
******
Мужчина молча склеивал скотчем порванную фотографию с несколькими изображениями юноши, будто бы собирая своё одинокое разбитое сердце. Прошло уже достаточно времени с тех пор, как он остался один.
- Ты такой здесь милый, - он легко улыбнулся, проведя пальцем по изображению со счастливым Питером.
Вот и подошла к концу первая часть книги, но даже не думайте, что это конец. Я бы сама не пережила такого конца, хотя когда-то планировала закончить на этой ноте.
Хочу поблагодарить всех, кто меня поддерживал. Спасибо. Спасибо большое Вам. Уже 1600 просмотров, 200 звёзд и это так быстро. Вторая книга лишь в это время набирала свои обороты.
Итак, я ухожу в отпуск (Слава тебе Господи), но вернусь, как только наступят каникулы. Они начнутся с 30 октября и две недели - не так уж и много. Надеюсь, Вы успеете отойти от всего, что произошло.
Хочу узнать Ваше мнение по поводу первой части. Я даже плакала на последних двух главах😫😭 Это слишком печально даже для меня. Жду Ваших слов.
Я устала, правда, но работа проделана с огромным удовольствием. Люблю и уже скучаю💖
Оставляю старую обложку здесь, ибо буду делать новую ко второй части)