Исчезнувшие грёзы

«Те, кто не боится Армандо, просто не знают его».

Ночь. Тяжёлая, сырая, пропитанная дымом, тишиной и одиночеством, которое царапает изнутри. Воздух пахнет бензином и асфальтом. Я сижу за рулём, слушаю, как двигатель Mercedes-Benz G-Class ровно гудит в темноте, будто разговаривает со мной на своём языке. Языке постоянства, силы и сдержанного бешенства.

Киара осталась дома. Родители, кажется, счастливы - редкий вечер, когда мы все сидели за одним столом, смеялись, говорили о чём-то простом. В их глазах всё выглядело как нормальная семья. Но в моей голове не они. Не смех, не уют, не алкоголь.

Лия. Такая тихая, будто боялась лишний раз вдохнуть. Маленькая, хрупкая, в своём синем костюме, сидела рядом. И всё вокруг, даже шум дороги, будто приглушало её присутствие. В машине пахло ею. Не только духами, нет, чем-то естественным. Чистотой. Теплом. Тревогой.

Она старалась не смотреть в мою сторону, но я видел, как время от времени её взгляд всё же скользил по мне. Быстрый, осторожный, почти неуловимый. И каждый раз, когда наши глаза встречались, я чувствовал что-то странное. Не интерес, не вожделение, а что-то глубже. Неожиданно живое. Слишком чистое для этого мира.

Мне хотелось спросить, что она думает обо мне. Что она чувствует, когда рядом я. Но я молчал. Всегда молчу, когда слова могут разрушить то, что рождается само и что я изменить не в силах.

Теперь, когда она вышла из машины и скрылась за дверью дома, внутри меня осталась пустота. Не просто тишина, а будто кто-то вынул часть меня и оставил дыру. Нечто неприятно-тянущее в груди, как если бы не докурил сигару, не допил бокал, или не добил врага.

Я зажимаю сигару между пальцами, чиркаю зажигалкой. Пламя отражается в зеркале заднего вида, и выхватывает мой взгляд. Я затягиваюсь, чувствую, как дым обжигает горло и успокаивает нервы.

Но даже дым не может заглушить её образ.

Смешно. Я привык видеть страх, подчинение, интерес - но не это. Не такую искренность. Не такую... лёгкость. Она не притворяется. Не играет. Просто есть. И, чёрт возьми, именно это делает её опасной.

Опасность не всегда в оружии. Иногда она в тех, кто смотрит на тебя и не боится увидеть то, что другие стараются не замечать.

Я медленно выдыхаю дым, смотрю на дом, в котором она живет. Небольшой, но уверен, очень уютный. За окном двигается её тень, она что-то делает, не подозревая, что я всё ещё здесь. Что я не могу уехать.

Пальцы сжимают руль. Машина тихо урчит, готовая сорваться с места. Но я не трогаюсь.

- Спокойной ночи, Лия, - шепчу я в темноту, неосознанно повторяя свои же слова, которые сказал ей несколько минут назад.

Голос глухо звучит в тишине. Я знаю, что должен уехать. Отстраниться. Не позволить себе привязаться. Но внутри уже что-то сдвинулось, треснуло, и я чувствую, что поздно.

Она вошла в дом. А я вошёл в ловушку, о которой сам не знал.

Я гашу сигару, смотрю последней раз на дом и, наконец, трогаюсь с места. Колёса глухо шипят по дороге. Ночь снова становится моей, привычной, холодной, ровной, предсказуемой.

Но теперь в этой тьме есть что-то другое. Неуверенность. Слишком человеческое чувство, которого я давно не знал.

И где-то глубоко внутри я понимаю, что если я продолжу видеть её, это всё закончится не просто привязанностью. Это будет что-то большее. Опаснее. Потому что Лия не просто девочка, попавшая не в то место и не в то время.

Она - единственное, что заставило меня вспомнить, каково это чувствовать.

В голове крутится мысль:

- Что со мной не так?

Я привык к женщинам, которые приходят сами. К тем, кто знает, чего хочет, и чаще всего это деньги, власть, или же просто секс.

Привык к взглядам, полным интереса, желания, расчёта. К тем, кто улыбается, пока я полезен, и исчезает, когда я становлюсь опасен.

Но она... не из их числа. Слишком чистая. Слишком светлая. Слишком неподходящая для моего мира.

Мира, где каждое слово может стоить жизни. Где даже соратники, не до конца друзья, а партнёры лишь до тех пор, пока их выгода не кончится. Здесь доверие - это валюта, которой почти никто не обладает. А нежность - это слабость, за которую платят болью.

И всё же Лия вошла в этот хаос, словно луч света в помещение, где давно не открывали окна. Не требуя ничего. Не стараясь понравиться. Просто была.

Я вспомнил, как она сидела в машине. Молча, с прямой спиной, ручки на коленях, глаза опущены. Но даже в этом молчании было что-то сильное. Она боялась, но не подчинялась. Смущалась, но не играла.

Я смотрю на дорогу перед собой, пустую, подсвеченную редкими фонарями. Машина несётся сквозь ночь, а мысли будто застряли между ней и мной.

Мне нужно выбросить это из головы. У меня сделки, люди, города. Я привык к контролю. Но каждый раз, когда я закрываю глаза, вижу её взгляд. И тогда внутри поднимается странное чувство. Не злость. Не желание. Что-то, чего хочется впервые за долгое время. Не приказывать, не решать, а просто... понять, просто быть рядом и чувствовать.

В голове снова всплывает её голос - тихий, немного неуверенный:

- «Спасибо, Армандо».

Ничего особенного. Но эти два слова застряли глубже, чем сто клятв и признаний, которые я слышал от других.

Я, человек, привыкший держать в руках чужие судьбы. Но с ней всё иначе. С ней мне впервые кажется, что кто-то способен держать мою. И это пугает сильнее, чем любая угроза.

Телефон звенит, когда я как раз сворачиваю на пустую дорогу, ведущую к бару. На экране всплывает имя - Меттео. Старый друг, правая рука. Тот, кто знает обо мне всё. Он и Лучиано те, кто стали для меня братьями, которым я доверяю, которые рядом, и никогда не предадут низа что.

- Армандо, где ты? - его голос звучит хрипло, в трубке слышен шум улицы и далёкая музыка.

- В пути, - отвечаю спокойно. - Что случилось?

- Лучиано уже решил дело с поставками оружия, но на порту проблемы продолжаются, - с раздражением произносит он. - Кардинале тянет время, обещал к вечеру, а теперь переносит на понедельник.

- Пусть позвонит ему утром, - говорю я ровно, следя за тем, как стрелка спидометра ползёт вверх. - Сегодня я занят.

На другом конце линии раздаётся короткое молчание. Потом лёгкий смешок:

- Capito, allora starò in silenzio. «Понял, тогда молчу».

- Серьезно замолчишь? - произношу с лёгкой усмешкой. - Обычно после этой фразы ты начинаешь говорить ещё больше.

Он хмыкает.

- Ну, может, просто интересно, чем ты так занят в субботу вечером, что тебе не до дел?

- Я уж точно не обязан тебе отчитываться, Маттео.

- Эй, я не лезу, - притворно обижается он. - Но ты же понимаешь, слухи ходят быстро. Сегодня ты был на ужине в Марко и Карен.

- И что? - я не меняю тона.

- А то, что в том доме, кроме твоей сестры, была ещё одна гостья. - его голос становится осторожнее. - Девушка.

Я молчу. Мотор гудит ровно, ровно, как будто заглушает слова.

Маттео продолжает, уже мягче, без привычной бравады:

- Послушай, Армандо, я знаю тебя давно и достаточно. И за всё это время ты никогда не обращал внимания на таких, как она. Ты всегда говорил, что эмоции - это слабость.

- Я и сейчас так думаю, - произношу холодно.

- Тогда почему, - спокойно, почти устало спрашивает он, - ты сам отвозил её домой, а не поручил это кому-то из ребят?

Я не отвечаю. Только слышно, как пальцы бьют по рулю. Секунда тянется, потом две. Я всё ещё молчу обдумывая его слова.

- Va bene, va bene, «Ладно, ладно». - сдаётся он, выдыхая. - Не злись. Просто... будь осторожен, Армандо. Ты знаешь, я не вмешиваюсь. Но если кто-то узнает, что ты интересуешься девушкой, которая не из нашего круга... начнутся разговоры. А разговоры - это проблемы.

- Пусть попробуют, - отвечаю тихо. - Никто не посмеет шептаться обо мне за спиной, тем более о Лии, их жизнь закончиться, как только я это услышу.

Он усмехается, но в голосе чувствуется тревога.

- Да, я знаю. И всё же... ты не тот, кто делает что-то просто так. Если она тебе дорога, лучше не приближай. Не трогай. Иначе в этом мире она сгорит.

Я откидываюсь на спинку сиденья, сжимая руль.

- Ты говоришь, будто я чудовище.

- Нет, друг. - его голос звучит глухо. - Но мир, в котором мы живём, не прощает света. А она слишком светлая для тебя.

Молчание. Только шум дороги, свист ветра, редкие отблески фар.

- Увидимся. - наконец произношу я.

- И, Армандо... - он делает короткую паузу. - Если вдруг почувствуешь, что начинаешь что-то чувствовать, просто вспомни, кто ты.

Связь обрывается. Экран гаснет. Я сижу в машине, глядя на дорогу впереди.

Мир вокруг будто снова сжимается до привычной тишины. Но его слова застревают где-то глубоко.

«Если начинаешь что-то чувствовать, просто вспомни, кто ты».

Я улыбаюсь сам себе, устало, почти с насмешкой. Проблема в том, что я и так помню. Каждую секунду. Каждую ночь. Но впервые за долгое время мне этого недостаточно.

Клуб встречает меня как дом, это то место, куда только те, кому известно о мафии приходят развлечься. Тот самый запах - алкоголь, парфюм, дым кальянов и гул басов. Огни бьют в глаза, но я люблю этот свет. Он делает всех одинаковыми: богатых, бедных, уверенных и потерянных. Здесь никто не задаёт лишних вопросов. Никто не видит, кто я на самом деле. Для публики просто дорогой бар за городом. Для меня один из инструментов влияния. Один из тех, где можно услышать всё, не задавая ни единого вопроса.

Мои люди уже здесь. Охрана, бармены, музыканты, все знают, кто хозяин. Хоть моё имя не написано на вывеске, оно звучит здесь чаще, чем музыка. Я прохожу мимо стойки, кивок - и бармен уже ставит на столешницу мой обычный виски.

VIP-зона, чуть выше, чем зал, чтобы видеть всех. Это не случайность. Я не люблю быть внизу. Мне нужно видеть лица, мимику, жесты. Любая мелочь может выдать предателя. Я научился читать это ещё тогда, когда за ошибку платили не деньгами, а телами.

Лучиано сидит на привычном месте. Кожа кресла блестит от света, бокал рома играет в его руке янтарным отблеском. Он видит меня и усмехается, вытягивая руки.

- Eccolo, il nostro re! «Вот и наш король!»

Я подхожу медленно, спокойно, садясь напротив.

- Лучиано, - произношу ровно. - Убери пафос. Короли живут дольше, когда молчат о своей короне.

Он смеётся, тихо, с лёгким раздражением.

- Ты не меняешься. Всегда холодный, как гранит. Даже в аду не вспотеешь.

- Возможно. Но, в отличие от тебя, я туда не собираюсь.

Он делает вид, что обиделся.

- После такого ужина, думаю, ты как раз заслужил отдых. Семья, смех... Твоя сестра опять пыталась свести тебя с кем-то?

Я молчу.

- А, значит, попала в цель. Кто она?

- Не твоё дело.

- Mio dio, «Господи», - усмехается он. - Значит, всё серьёзно. Ты обычно не так скуп на слова.

Я беру бокал, отпиваю, ощущая, как алкоголь греет грудь.

- Что ты мелешь а? Там была девушка, которой мы тогда помогли, сестра Киары, Лия, вот и всё.

- А, понимаю. - произносит он в привычной манере.

- А ещё из-за ваших развлечений с Меттео вчера я не спал целую ночь.

- Решил лечиться по рецепту старой школы - виски и женщины?

- Не сегодня.

Он медленно поднимает брови.

- Не сегодня? Кто ты и что ты сделал с Армандо Бенедетто?

- Устал, - отвечаю коротко.

- Устал... - повторяет он, склонив голову. - Или, может, впервые в жизни влюбился? Упссс... - говорит он, заливаясь смехом.

Я поднимаю взгляд.

- Повтори.

Он видит, как меняется моё лицо:

- Ладно, братишка. Не бесись. Просто шутка. Но если честно, ты выглядишь иначе. Не как обычно.

Я смотрю на него спокойно.

- Ты слишком много смотришь, Лучиано. Иногда любопытство стоит головы.

Он усмехается, и внимательно смотрит на меня.

- Боюсь, боюсь. - говорит он с иронией в голосе. - Я просто заметил, что сегодня ты другой. Спокойный, но не тот холод, к которому мы привыкли. Что-то гложет. Не бизнес. Что-то личное.

Я не отвечаю. Только смотрю на танцпол. Толпа двигается под ритм басов. Красный свет мигает, и всё кажется замедленным. Лица, руки, движения. Сотни тел.

- Знаешь, - говорит Лучиано, - я всегда думал, что ты такой как нож. Острый, точный, холодный. Без эмоций. Но сейчас... будто лезвие забилось.

- Осторожнее, - отвечаю. - Ты пьян иди домой.

Он смеётся.

- Я тебя понял. Просто предупреждаю. Женщины - это не контракты. Они не подчиняются, не подписываются, не контролируются. Они ломают твою чёрствость и заменяют её теплом.

Мгновение тишины. Мы оба знаем, что в этой фразе не бахвальство, а факт.

После недолгой тешены Лучиано продолжает:

- Ну, если уж ты сам не скажешь, я всё равно узнаю. Меттео уже шепнул, что видел тебя с какой-то девушкой после ужина.

- Мэттео слишком любит говорить. Ему нужно заняться делом.

- Я передам, - усмехается Лучиано.

Пауза. Потом его взгляд становится серьёзным. Он наклоняется ближе.

- Кстати... Возвращаясь к роботе.

Я слегка киваю, он понижает голос.

- Новости по Кардинале. Его люди крутились с Россини вчера ночью. Слышал, хотят срезать долю.

- Дерьмо. - выдыхаю. - Эти идиоты решили, что я перестал их контролировать, нужно разобраться.

- Может, я сам разберусь?

- Нет, ты не в форме.

- Я всегда в форме. - отвечает Лучиано допивая уже двадцатый бокал виски. - Та и ты сегодня не в форме.

- И что со мной не так? - спокойно спрашивая. - Я трезв, в отличии от тебя.

- Не спорю. Но когда ты слишком спокоен кто-то обычно исчезает либо умирает.

- Тогда пусть исчезнут все, кто забывает, кому принадлежит этот город.

Он улыбается. Но в улыбке тревога.

- Понял. После клуба?

- После клуба.

Просидев ещё немного в тишине, он добавляет:

- Мы с тобой оба знаем, Армандо... Если женщина сможет проникнуть в твой мир, хоть на шаг... ей не выжить.

- Она не войдёт, - говорю спокойно. - Я не позволю.

- А если уже вошла?

Я замолкаю. Только ритм басов, запах алкоголя и мгновение тишины между вдохом и выдохом.

Я встаю.

- Подготовь людей. Через час едем к Кардинале.

Лучиано кивает.

- Конечно, сейчас.

Я спускаюсь по лестнице, и музыка становится громче. Толпа пульсирует. Люди улыбаются, пьют, живут. А я иду сквозь них один, как всегда.

Но где-то внутри, под всей бронёй, что-то не даёт покоя. Её лицо. Её глаза. Лия. Там, где я должен быть камнем появляется трещина. Маленькая, почти невидимая. Но я чувствую, как через неё проникает свет. А свет, если его не остановить... со временем ломает даже камень.

Холодный воздух ударяет в лицо, когда я выхожу из клуба. Я достаю сигару, поджигаю, пламя на секунду освещает пальцы, и дым обволакивает мысли, делает их тише. На мгновение кажется, что город затих.

- Красивый вечер, да? - женский голос звучит мягко, с легкой хрипотцой.

Я поворачиваю голову. Блондинка, в красном платье, слишком коротком для этого холода. На лице уверенность, за которой прячется привычка к чужому вниманию. Она делает шаг ближе.

- Не часто вижу таких, как ты. Обычно рядом кто-то... - она улыбается, - повеселее, к примеру девушка, которая даст расслабиться такому красавчику.

Я выдыхаю дым в сторону.

- А я не часто вижу таких, как ты, которые не знают, когда нужно остановиться.

Она смеётся тихо, будто не слышала предупреждения.

- Осторожно, иначе могу принять это за приглашение провести ночь.

- Не стоит.

Она прищуривается.

- Почему? Я тебе не нравлюсь?

Я смотрю на неё спокойно, без интереса.

- Ты не она.

Её улыбка гаснет. Она моргает, делает шаг назад, не понимая.

- Что?

Я молчу. Только дым, ритм музыки изнутри клуба, и мои мысли, которые снова возвращаются туда, где я не хочу быть. К её лицу. К Лии. Её взгляд... не наглый, не расчетливый. В нём было что-то, чего я не видел давно. Чистота.

Опасная. Потому что настоящий свет режет глаза тем, кто привык к темноте.

Женщина ещё секунду стоит, потом хмыкает и уходит, её каблуки отстукивают равнодушный ритм по тротуару. А я затягиваюсь снова, чувствую вкус горечи, но не от табака.

Лучиано выходит следом, подзывает:

- Всё готово. Машина ждёт. Меттео тоже будет.

- Поехали, - говорю я.

Я сажусь в машину, включаю двигатель и долго сижу, не трогаясь с места.

В голове всплывает один вопрос:

- Зачем она мне?

Ответа нет. Только ощущение, что я где-то потерял контроль. Я ненавижу терять контроль.

В машине я, Меттео, Лучиано и Дарио.

- Он на старом складе на Виа Монтале, - говорит Мэттео. - С ним двое охранников, остальные разбежались, когда услышали, что ты едешь.

- Правильно сделали, - отвечаю ровно. - Не люблю, когда мне приходится повторять.

Лучиано усмехается, но быстро гасит улыбку, видя, что я не в настроении. Молчание возвращается. Только шум шин и редкие вспышки света от фар встречных машин.

Когда подъезжаем, я вижу, что двери склада открыты, будто они нас уже ждут. Двое у входа опускают глаза, даже не пытаясь говорить. Я вхожу первым.

Внутри тусклый свет, запах металла, масла и страха. Кардинале стоит у стола, пальцы дрожат, сигарета не докурена.

- Армандо... - голос его ломкий, будто он проглотил камень. - Это недоразумение. Я просто...

- Замолчи, - произношу я спокойно.

Тишина падает мгновенно. Я подхожу ближе, медленно, не спеша.

- Ты знаешь, что я не люблю объяснений. Я люблю порядок.

- Армандо, я клянусь, я не хотел... Россини предложил условия, я думал...

- Ты думал.

- Да, я...

- Ты не имеешь права думать без моего разрешения.

Он молчит. Я беру со стола стакан, смотрю на него, потом ставлю обратно.

- В этом городе думает только один человек. Я. Остальные делают.

Меттео стоит у стены, молчит. Лучиано достаёт пистолет, но я поднимаю руку.

- Не надо. Он поймёт по-другому.

Кардинале бледнеет.

- Я всё исправлю. Сегодня же. Я... я был неправ.

- Я знаю.

- Я... я заплачу штраф, всё, что нужно...

- Деньги не решают всё. Решает страх.

Я делаю шаг ближе, и он почти падает, пятится, упираясь спиной в стену.

- Помни, Кардинале, - говорю я тихо, почти шёпотом, - каждый, кто забывает, кому принадлежит этот город, получает напоминание.

- Я понял... понял, Армандо. Клянусь.

Я наклоняюсь чуть ближе, и говорю почти спокойно:

- Клятвы для церкви. У меня всё проще: делаешь - значит живёшь. Ошибаешься - исчезаешь.

Он кивает, глаза дрожат.

- Я... я всё понял.

Я отступаю.

- Хорошо. Завтра договор на мой стол. До полудня. Иначе будешь мертв.

- Да... да, конечно.

Разворачиваюсь к выходу. Лучиано и Меттео идут за мной. Снаружи холоднее, чем было, но воздух чище. Я закуриваю сигару.

- Думаешь, он понял? - спрашивает Лучиано.

- Если нет, узнает, каково это, когда не понимаешь вовремя.

Меттео усмехается, мы садимся в машину. Снова дорога, снова ночь, снова город. Я смотрю в окно, где-то там, в темноте, спит Лия. И впервые за долгое время я ловлю себя на мысли: не всё можно держать под контролем.

Даже если ты привык управлять страхом других - самому от себя не убежишь.

Когда мы подъезжаем к дому, я иду в свой кабинет и остаюсь один.

С тех пор как я увидел её, всё перестало быть простым.

Внезапно сквозь тишину прорезается звук входящего звонка, на экране всплывает имя - Фабиано.

- Привет братишка, - начинает он как только я поднимаю трубку. - Я уже дома, и получил от тебя подарок за победу, спасибо, ты же знаешь, как я мечтал о Ducati Superleggera V4.

- Привет Фабиано, конечно, знаю, ты же мне все уши прожужжал о нём, - говорю я, наши разговоры, это единственно что отвлекает меня от мира мафии, - я купил его ещё в первы день твоих соревнований, я же знаю что ты победишь, сомнения не было.

- А как по-другому? Ты же мой учитель, - говорит он, а потом вдруг продолжая выдает то, о чём я не подозревал. - Босс мафии не может хуже научить?

Я замираю, услышав эти слова, всё что я делал было ради него, но я не хотел, чтобы он когда-то об этом мире узнал.

Будто только понял, что сказал что-то не то, он продолжает:

- Блядь, Армандо, я знаю, что ты не хотел, чтобы я когда-то узнал, но уже ничего не изменишь, и если ты думаешь, что меня это оттолкнёт от тебя, или другая ересь, то это не так.

- Как давно ты знаешь?

- Уже как пять лет, с пятнадцати. Я был в одном баре, когда ты с парнями пришли и устроили перестрелку, и...

- Только не говори, что тем четвертым который дрался с нами, и мы потом не смогли его найти был ты.

- Им был я. - отвечает он будто в этом нет ничего такого.

- Ты блядь сейчас шутишь или что это такое? - со злостью уже говорю я.

- Армандо, я не шучу, - продолжает он спокойно, - и меня устраивает такова жизнь, я не раз вам помогал, если ты обдумаешь все опасные задания. Я просто не говорил, потому что знал, что твоя реакция будет именно такой.

- А чего ты ожидал? Что я буду рад тебе в этом мире? Что поставлю тебя под опасность?

- Остановись и успокойся. - говорит он таким голосом как будто ничего не произошло. - Мне не пять лет, а двадцать, я знаю что Марко и Карен нам не родные родители, как и Киара, знаю какими подонками были кровные, знаю что ты меня спас от них, что с десяти лет дрался в подпольных клубах, знаю за что убил Рикардо. Я знаю всё.

У меня не было слов. Лишь такое ощущения что кто-то вынул часть меня, и не возвращает.

- Армандо, не молчи.

- Фабиано, что ты мне предлагаешь сделать с этой информацией? - говорю я, не зная, как мне это переварить. - Единственное что приходит в голову, это посадить тебя в комнату с замком и не выпускать, пока ты не поймешь, что оно тебе не нада.

- Ех, слабенько... - всё что я слышу лишь усмешку, и никакого страха, - Я предлагаю тебе взять меня в качестве четвертого, и будем наконец нормально драться, а то прятаться и ходить в маске мне надоело.

- Ты понимаешь о чём просишь?

- Конечно, с оружием обращаюсь не хуже тебя, замки взламываю легко, дерусь как ты знаешь превосходно.

- Фабиано ты сошел с ума?

- Нет, я наконец решился на этот разговор. Пойми, если ты хочешь меня обезопасить, то лучше будет если ты согласишься, и я буду рядом с вами, а не один как прежде.

- Ты же понимаешь, что не сможешь жить как прежде после того, как вступишь в ряды мафии, ты станешь тем, кто будет одним из главных.

- Конечно понимаю, - он продолжает говорить так, как будто мы обсуждаем какой кофе выпить на завтрак, а не о таком мире как мафия, - и я давно уже готов к этому. Оставалось лишь твое согласие.

- Мне нужно понять, что дальше делать, так что дай мне время, - отвечаю я ему, - жду тебя завтра утром в нашем офисе. Как я понимаю, где он ты тоже прекрасно знаешь.

- Конечно знаю братишка, сладких снов!

- Ага, спи давай.

Когда экран телефона погас я снова провалился в свои мысли. Фабиано станет частью мафии. Частью того, от чего я его ограждал всеми способами, но видимо недостаточно хорошо. Настолько плохо, что в пятнадцать лет, когда я думал, что он учиться, он дрался со мной и парнями, причём ничем не хуже, и стрелял на высоком уровне. Не промазывал, не ждал.

Он станет в ниши ряди, войдет в мир мафии. Звучит как мой самый страшный кошмар, но это реальность.

P.S. Дорогие читатели, незабываем за комментарии и голоса к главам!
Помните, что чем вы активные, тем быстрее я буду выкладывать новые главы✨

Также хотелось бы попросить вас в комментариях ответить на несколько вопросов:
1. Улучшилось ли качество глав, стиль писания и сюжет на данный момент в сравнении с первыми главами?
2. Есть то, что вам не нравиться в книге? Если да, что именно?
3. Хотите ли чтобы эта книга была не одиночка, а цикл?

Наперед спасибо за уделённое время!!! 🖤