Исчезнувшие грёзы

«Даже короли склоняются перед теми, кто умеет смотреть им в глаза без страха».

Прошло уже больше месяца с той ночи, когда я впервые увидела его. Больше месяца, а его лицо продолжает всплывать в голове так, словно оно оставило там клейкий след, который невозможно стереть. Я стараюсь не думать о нём. Стараюсь полностью погрузиться в учебу: конспекты, лекции, тексты, статьи. Переключаюсь на работу, на разговоры с Киарой, на звонки Изабеллы, на любые мелочи, которые могут заполнить пространство в голове. Стараюсь быть занята, стараюсь быть обычной.

Но мысли возвращаются сами, без приглашения. Я вижу его взгляд, холодный и сосредоточенный, даже когда он уже не рядом. Почти ощущаю, как он следит за мной, даже если это лишь моя фантазия. Сердце сжимается, дыхание становится чуть быстрее, и я ловлю себя на том, что замираю среди людей, словно он где-то рядом.

Иногда я ловлю себя на том, что представила его улыбку, легкую, но непостижимо притягательную. И тогда в груди появляется странное, тяжёлое чувство, смесь тревоги, ожидания и чего-то почти запретного. Я пытаюсь закрыть эти образы, но они не исчезают. Они словно растворились в воздухе и поселились внутри меня.

Я часто прохожу мимо окон, видя отражение собственного лица, и ловлю себя на том, что ищу его черты, его глаза, его профиль. И каждый раз понимаю, что это невозможно, что это странно и опасно для меня самой.

Я отвлекаюсь на мелочи, на шум улицы, на запах свежего хлеба из ближайшей пекарни, на тихую музыку в кафе на углу. Иногда это помогает. Иногда нет.

Даже Киара, со своими шутками и постоянным смехом, не способна полностью вытеснить эти мысли. Она не знает, как глубоко они пробрались в мою голову. Я не могу рассказать ей об этом, не могу никому. Потому что сама не понимаю, почему он оставил такой след.

А ещё есть работа, привычная, шумная, требующая внимания. Там я могу спрятаться за рутиной, за обязанностями, за улыбками для гостей. Но когда возвращаюсь домой, когда остаюсь одна с тишиной, воспоминания оживают снова.

И тогда я понимаю, что больше не могу просто игнорировать их. Его образ - как тихая, но непрекращающаяся волна, которая возвращается снова и снова, нарушая любой порядок, который я пытаюсь построить в своей голове.

Почему он не выходит из моих мыслей? Почему я чувствую, что эта ночь, этот взгляд, оставили во мне что-то, что не исчезнет?

Я не знаю. Но знаю одно: пока я не узнаю, пока не пойму, что это значит, я не смогу быть полностью свободной.

Сегодня Киара приглашает меня к себе домой на ужин.

- Лия! - звонко говорит она по телефону. - Приходи к нам сегодня вечером, будет семейный ужин. Родители готовят.

Я немного смущаюсь:

- Киара... я не хочу доставлять неудобства.

Она тут же перебивает меня, смеясь:

- Да что ты говоришь! Не доставишь. Родители очень хотят с тобой познакомиться. Я много рассказывала им о тебе.

Я застываю на мгновение:

- Правда? Я... ну я не знаю, что сказать.

- Говорю серьёзно! - кивает она, хотя я не вижу, но чувствую. - Ты для меня уже не просто подруга, а как родная сестра. Я хочу, чтобы ты почувствовала себя здесь как дома.

Я улыбаюсь сквозь лёгкую тревогу в груди:

- Звучит... уютно, - говорю тихо. - Хорошо, приду.

- Отлично! Только приходи пораньше. Мама готовит любимое ризотто с грибами, а папа купил свежие овощи. Будет вкусно.

- Ты точно уверена, что это не слишком для меня? - спрашиваю я.

- Лия, перестань думать об этом! - смеётся она. - Здесь всё просто. Еда, смех, разговоры. Ты просто будь собой.

- Ладно... - тихо говорю я, ощущая, как внутри одновременно и тепло, и странная тревога.

- Отлично! - голос Киары снова наполняет трубку радостью. - И приготовь что-нибудь к чаю, если хочешь, я знаю ты это любишь. И мне очень понравились те твои шоколадные печенья с ванильной прослойкой посередине. Мы потом вместе заварим чай и поболтаем.

Я улыбаюсь, чувствуя, что её энергия способна немного вытеснить напряжение, которое копилось внутри:

- Хорошо, я что-нибудь приготовлю, я так буду чувствовать себя менее обязанной что ли.

- Вот видишь, всё просто, я идеальный психолог! - Киара смеётся. - До вечера, Лия. И не переживай, у нас будет весело.

- До вечера! - отвечаю я, откладывая телефон.

На мгновение я остаюсь в тишине, ощущая лёгкое волнение: уютно, тепло, но и непривычно близко. В глубине меня что-то подсказывает, что этот вечер будет важным, но я ещё не понимаю, почему.

Я одеваюсь повседневно, как советовала Киара. Она говорила, что на семейных ужинах у них принято быть в лёгких домашних костюмах или платьях, никаких официальных нарядов. Я выбираю свой любимый костюм тёмно-синего цвета, он простой, но аккуратный, чтобы не выделяться слишком ярко и в то же время он чудесно гармонирует с моими глазами.

Волосы распускаю, слегка накручивая кончики, чтобы придать им лёгкую мягкость, а не делать образ слишком строгим. Наношу минимальный макияж, едва заметный, только чтобы подчеркнуть естественные черты.

В зеркале отражается привычное лицо, спокойное, аккуратное, ровное. Я улыбаюсь самой себе, пытаясь убедить, что всё под контролем, что это всего лишь ужин.

Но внутри всё немного трепещет. Лёгкая дрожь в груди, непривычное напряжение, будто я шагаю на границе знакомого и неизвестного. Каждый взгляд, каждый шаг к двери кажется важным, и я ощущаю странное предвкушение, смешанное с тревогой.

Просто семейный ужин... - повторяю про себя, но сердце стучит чуть быстрее, а мысли то и дело возвращаются к Киаре, к её родителям, к тому, что будет дальше.

Я ещё раз поправляю костюм, глубоко вздыхаю и направляюсь к выходу, чувствуя, как спокойное отражение в зеркале постепенно сталкивается с дрожью внутри.

Заранее я решила испечь шоколадное печенье с ванильной прослойкой посередине для Киары и её родителей. Стоя на кухне, я растапливала шоколад, размешивала тесто и осторожно выкладывала заготовки на противень. В воздухе смешались запах какао и ванили, тёплый аромат, который сразу поднимал настроение.

Я старалась делать всё аккуратно, проследила за тем, чтобы каждая пара половинок совпадала по размеру и толщине. Для меня это было маленьким способом показать заботу, теплоту, которую словами не выразить.

Когда печенье было готово, я поставила его на охлаждение и затем аккуратно уложила в коробку, обвязанную простой лентой. Лёгкий запах ванили оставался на руках, и я не могла не улыбнуться, думая о том, как Киара будет радоваться.

- Пусть они почувствуют, что я думаю о них, - сказала я себе тихо, заворачивая коробку.

С коробкой в руках я ещё раз проверила отражение в зеркале, костюм тёмно-синего цвета, волосы мягко закручены, лицо спокойное. Всё казалось обычным, привычным.

Я глубоко вдохнула аромат шоколада и ванили, словно он немного успокаивал внутреннюю тревогу, и направилась к двери, готовая к тому, что ждёт впереди.

Когда я подъезжаю на такси к дому Киары, сердце начинает биться быстрее. Каждый стук отдаётся в груди, будто предвкушение и тревога сплелись в одно. Передо мной - большая дверь, аккуратная дорожка с маленькими фонарями, мягко освещающие плитку.

Я задерживаюсь на мгновение, собираясь с мыслями, и звоню. Тонкий звук колокольчика раздаётся в прихожей, и дверь мгновенно открывает Киара.

- Лия! - она бросается ко мне, обнимает тепло, слегка прижимая к себе. Её смех и запах духов сразу наполняют пространство ощущением домашнего уюта. - Ты пришла!

- Привет, Киара, - отвечаю я, чуть смущённо, пытаясь скрыть внутреннее напряжение. - Спасибо за приглашение.

Её глаза сияют, улыбка искрится, и на мгновение кажется, что весь мир за дверью этого дома замедлился, что здесь нет тревог, нет городского шума и обязательств. Здесь должно быть спокойно. Но внутреннее напряжение не покидает меня: лёгкая дрожь в руках, учащённое дыхание, ощущение, что я всё ещё на границе привычного и неизвестного.

- Давай, пойдем, - кивает Киара, беря меня за руку. Её прикосновение тёплое, уверенное, будто ободряющее. - Родители ждут.

Мы идём по прихожей, слышны тихие шаги по паркету и приглушённый аромат свежего хлеба и специй из кухни. Слева на стенах висят фотографии семьи, моменты смеха, праздников, прогулок. Я задерживаю взгляд на одной из них: Киара в детстве, улыбается с широко раскрытыми глазами, а рядом её родители.

Киара ведёт меня через гостиную, её пальцы слегка сжимают мою руку, как будто поддерживая. Я стараюсь держать осанку ровной, чтобы не выдать волнения, но сердце всё ещё ускоряет ритм, а в голове мелькают мысли: просто семейный ужин. Ничего больше. Просто быть собой.

Просторная гостиная с высокими потолками залита мягким светом. В комнате стоят её родители, улыбающиеся и спокойные.

- Добрый вечер, Лия! - говорит мама Киары, мягко улыбаясь. - Я Карен, а это Марко. Как твой день дорогая?

- Добрый вечер, - отвечаю я, чуть робко, - день обычный... учеба, работа.

- Мы так рады, что ты пришла, - добавляет папа, улыбаясь спокойно. - Надеюсь, тебе будет уютно у нас.

Они задают несколько простых, но тёплых вопросов: о том, что мне нравится изучать, как провожу свободное время, о друзьях. Я отвечаю, стараясь улыбаться, и с каждым их словом ощущаю мягкое тепло - дружелюбие, заботу, которую трудно передать словами. Внутри всё колеблется, как будто я иду по краю невидимой грани, балансируя между волнением и ощущением уюта.

- Проходите на кухню, - говорит мама Киары, слегка наклонившись, - ужин почти готов.

Я внезапно замечаю, что коробка с печеньем всё ещё у меня в руках.

- Ой... -говорю я, - Это вам, я приготовила печенья, которое любит Киара, надеюсь и вам понравится. - продолжаю я смущенно улыбаясь.

- Нам очень приятно, спасибо! - говорит Марко. - Но не стоило утруждаться, для нас и так радость что ты пришла, но теперь мы ещё и вкусное печенья поедим. - продолжает Марко улыбаясь мне.

Мы идём через длинный коридор, и я замечаю каждый мелкий уютный штрих: мягкий ковер, свечи с едва уловимым запахом корицы и ванили, аккуратно расставленные книги, фотографии семьи на стенах. Всё кажется живым, тёплым, настоящим.

На кухне стол уже накрыт. Свет мягко отражается от поверхностей, создавая ощущение домашнего тепла. Киара машет рукой:

- Садись, Лия, - её улыбка лучится радостью, - скоро всё будет готово.

Я сажусь за стол, и ощущаю, как лёгкая тревога постепенно растворяется в этом уюте. Киара бегает по кухне, подаёт тарелки, смеётся, иногда оборачиваясь ко мне с улыбкой:

- Я так рада, что ты пришла!

- И я тоже рада, - отвечаю тихо, - здесь... очень уютно.

Марко наклоняется чуть ближе, тихо:

- Не переживай, Лия, просто будь собой. Мы рады просто посидеть вместе.

Мягкий голос Карен добавляет ещё больше тепла:

- Да, дорогая, расслабься. - говорит она дружественно.

И вот, сидя за столом, я понимаю, что это спокойствие и забота настоящие. Здесь можно просто быть собой. И несмотря на лёгкое внутреннее трепетание, я впервые за долгое время чувствую, что напряжение начинает слегка уходить.

Как вдруг... Я оглядываюсь по сторонам. И замечаю его.

Сначала я не верю своим глазам. Человек, которого я видела всего один раз, в ту ночь, стоит в углу кухни. Он разговаривает с кем-то по телефону, тихо, спокойно, но каждый его жест, каждое движение выверено, идеально. В нём есть что-то такое, что заставляет сердце биться быстрее, хотя вокруг обычная домашняя суета, смех Киары, звон посуды, мягкий свет ламп, запах свежей еды.

Он строгий и спокойный, взгляд холодный, почти непроницаемый. Но одновременно притягательный, словно невидимая сила тянет к нему взгляд, заставляет замедлять дыхание. Я ощущаю, как ноги становятся ватными, как будто я в нерешительности стою на пороге чего-то неизвестного, но захватывающего.

- Лия, - слышу голос Киары, звонкий и тёплый. - Я хочу, чтобы ты познакомилась. Это мой старший брат. Армандо.

Мир будто замедляется. Каждый звук вокруг теряет остроту, остаются только его очертания: ровная осанка, уверенная, как будто всё вокруг него подчинено невидимому порядку, руки сложены перед собой, лёгкая тень на лице, глаза, холодные, но пронзительные.

Моё сердце сжимается, когда я встаю из-за стола, ноги чуть подкашиваются пока я подхожу к Киаре. Я глубоко вздыхаю, пытаясь собраться, и медленно поднимаю взгляд. Его лицо спокойно, почти без эмоций, но я ощущаю, что эта спокойность сильнее любого волнения.

Он слегка улыбается, почти незаметно, как будто эта крошечная улыбка исключение из его строгого порядка.

Но теперь я понимаю одно. Всю эту неделю, весь месяц, все мысли о нём в моей голове - не случайность. Каждая мельчайшая деталь, каждый образ, который всплывал без предупреждения, всё это было подготовкой к этой встрече. К моменту, когда он окажется здесь, передо мной, обычный и при этом совершенно не обычный.

Я делаю шаг вперёд, сердце стучит, дыхание чуть неровное. И понимаю, что ничего в этом мире не кажется таким ясным и одновременно пугающе неизвестным, как он.

- Приятно познакомиться, Лия, - говорит он тихо, ровным, чуть низким голосом.

- Пр... приятно, - выдавливаю я, чувствуя, как колени дрожат.

Он слегка улыбается, коротко, сдержанно, но в этой улыбке есть что-то тёплое, почти неуловимое. Я ловлю себя на том, что не могу отвести взгляд. Его присутствие заполняет пространство, будто воздух стал плотнее, будто вся комната чуть сжалась вокруг нас.

Мир вокруг звучит глухо, слова Киары, смех её родителей, звон посуды, всё уходит куда-то вдаль. Есть только он. Армандо.

В памяти всплывают все эти недели, бессонные ночи, когда я пыталась отвлечься, утренние лекции, когда взгляд блуждал по окну, шум бара, голоса, кофе, и это странное чувство, будто за мной кто-то наблюдает. Всё сливается в одну точку, в этот момент, когда он стоит передо мной.

Он чуть наклоняет голову, взгляд спокойный, выверенный. Но я замечаю, как его глаза задерживаются на секунду дольше, чем следовало бы. Не просто вежливость. Не просто приветствие. Что-то ещё.

- Киара рассказывала о тебе, - говорит он после короткой паузы. Его голос ровный, но в нём есть странная мягкость. - Говорила, ты отличаешься от остальных.

Я смущённо улыбаюсь, чувствуя, как внутри всё сжимается.

- Надеюсь, в хорошем смысле.

Киара смеётся с другого конца стола:

- В лучшем! Она самая добрая и терпеливая из всех, кого я знаю. К сожалению, Фаби сегодня не будет, он ещё на соревнованиях во Франции, но он бы точно со мной согласился.

Армандо чуть усмехается, но не сводит с меня взгляда.

- Терпение - это редкость, - тихо произносит он. - Особенно в наши времена.

Я не знаю, что ответить. Его слова звучат просто, но в них есть какая-то глубина, от которой становится трудно дышать. Я киваю, опускаю глаза, пытаясь скрыть, как сильно меня выбило из равновесия.

- Лия, садись, - говорит Карен, ставя тарелку с пастой на стол. - Всё готово.

Я послушно сажусь. Киара болтает, смеётся, что-то рассказывает, родители поддерживают разговор. Только я ощущаю, как его взгляд иногда ненадолго останавливается на мне, будто случайно, но я чувствую это каждой клеткой.

И в тот момент, когда наши взгляды снова встречаются, я понимаю:

это не просто совпадение.

Он сидит рядом, спокойный, почти неподвижный, но взгляд, тот самый, пронзительный, внимательный, будто читает мысли. Внутри меня всё смешивается - тревога, растерянность, странное притяжение, которое невозможно объяснить.

Я пытаюсь улыбнуться, но губы предательски дрожат. Его глаза задерживаются на мне дольше, чем нужно, и сердце начинает биться чаще. Внезапно я понимаю: я его не забуду. Уже не смогу.

- Я слышал, ты учишься на факультете международного права, - говорит он тихо, голос ровный, но в нём есть лёгкая хрипотца, будто он вспоминает тот короткий разговор в машине. - Верно?

Я чувствую, как дыхание сбивается. Он помнит.

- Да, - выдыхаю я, чуть тише, чем хотела. - Всё верно.

Киара подскакивает, улыбаясь:

- Вот! Я же говорила тебе, брат, что она у нас почти будущий дипломат. Лия вообще знает все статьи и законы лучше, чем половина преподавателей.

- Не преувеличивай, - пытаюсь пошутить я, но голос всё ещё звучит неровно.

Карен ставит на стол новую тарелку, кивает с улыбкой:

- Международное право - серьёзная сфера. Ты, наверное, очень усердная девушка.

- Она ещё и работает, - вмешивается Киара. - В баре «Notte e Caffè».

Марко приподнимает бровь:

- Бар и право, очень интересное сочетание.

Киара смеётся:

- Она там не пьёт, папа, если ты об этом подумал.

Все смеются, и даже Армандо тихо усмехается, но не отводит от меня взгляда. В этой лёгкой семейной теплоте я ощущаю, как его присутствие будто тянет воздух вокруг себя, всё становится немного плотнее, будто он занимает больше пространства, чем остальные.

- Бар. Неплохое место, - спокойно говорит он. - Особенно если там присутствует порядок.

- О, у нас там всё идеально, - отвечает Киара, хитро глядя на брата. - Удивительно, правда?

Он смотрит на неё, а потом снова на меня.

- Вижу, у тебя всё под контролем, - произносит тихо, почти небрежно.

Я не знаю, ответить ли. Кажется, он говорит не только о работе. В его тоне есть что-то ещё, почти невысказанное.

- Я стараюсь, - произношу тихо, стараясь не выдать, как учащённо бьётся сердце.

- Это видно, - отвечает он спокойно и отводит взгляд, будто не хочет, чтобы кто-то понял, что, между нами, только что проскочило что-то невидимое, тонкое, но очень реальное.

Киара улыбается, не замечая напряжения.

- Ну всё, разговоры потом. Ешьте, пока паста горячая!

Смех, звон посуды, лёгкий аромат соуса, всё вокруг кажется тёплым и живым. Но где-то между фразами, между улыбками родителей и болтовнёй Киары, я чувствую на себе его взгляд, такой внимательный, как будто он изучает меня снова.

Разговор за столом продолжается. Родители обсуждают повседневные вещи, Киара шутит, я смеюсь тихо, стараясь быть частью этого уюта. Но каждый раз взгляд мой возвращается к нему. Он сидит спокойно, держит руки на столе, будто вес всего мира на них не давит, и в то же время ощущается сила, которую я не могу понять.

- Ты давно здесь живёшь, Лия? - спрашивает он наконец, ровным, чуть приглушённым голосом.

Я быстро моргаю, возвращаясь из своих мыслей.

- Не так давно, - отвечаю, стараясь звучать непринуждённо. - Переехала из Монтерея около двух месяцев назад.

Карен с интересом склоняет голову.

- Из Монтерея? О, это ведь на севере, да? Красивое место.

- Очень, - киваю. - Только шумное. Здесь как-то... спокойнее.

- Ну конечно, - вмешивается Киара, улыбаясь. - Мы же тут как в тихом уголке мира. Кроме, может быть, моего брата, он всё время занят.

Армандо бросает на неё короткий взгляд, но без раздражения.

- Кто-то должен работать, пока вы отдыхаете, - спокойно отвечает он.

- О, вот опять! - смеётся Киара. - Даже за ужином у тебя работа в голосе.

Марко вмешивается, слегка поддразнивая сына:

- Таков уж твой брат, Киара. Серьёзен, собран, всегда при деле. Ему бы хоть раз расслабиться.

- Сомневаюсь, что он умеет, - говорит Киара, глядя на меня. - Представь, Лия, он даже в детстве всё время пытался всех организовать. Помню, как заставлял нас с друзьями стоять в строю, когда мы играли во дворе. Учил нас драться. Кстати, в борьбе он вообще профессионал.

Я не удерживаюсь от лёгкой улыбки.

- Похоже, это у него врождённое.

- Именно, - кивает Карен.

Армандо чуть приподнимает бровь.

- Разве это плохо? - произносит спокойно, но в его тоне чувствуется лёгкий оттенок иронии.

- Плохо, когда из-за этого ты забываешь, что жизнь, это не только отчёты и сделки, - поддразнивает Киара. - Иногда можно просто... жить.

- Я живу, - отвечает он коротко, глядя прямо на неё. А потом переводит взгляд на меня. - Просто по-своему.

Между нами проходит короткая пауза. Не неловкая, скорее напряжённая. Я ощущаю, как сердце снова учащает ритм.

Марко, словно чувствуя это, быстро меняет тему:

- А как тебе город, Лия? Удалось привыкнуть?

- Да, - отвечаю, чуть выдохнув. - Он красивый. Особенно вечером. Когда огни отражаются в воде у набережной.

- Она часто там гуляет, - добавляет Киара. - Говорит, помогает думать.

Армандо тихо усмехается.

- Хорошее место, - произносит он. - Но не всегда безопасное ночью.

- Я не гуляю поздно, - отвечаю я, чуть тише, чем нужно.

- И всё же, - добавляет он спокойно, - будь осторожна. Город красивый, но не всегда добрый.

Его слова звучат просто, почти как совет. Но под ними что-то большее.

Карен с улыбкой ставит на стол десерт тирамису и мои печенья.

- А это, кстати, Лия принесла, - говорит она. - Смотри, какие красивые печенья, Армандо.

Он переводит взгляд на тарелку, потом на меня.

- Ты сама их приготовила?

- Да, - киваю. - Просто... хотела сделать что-то приятное.

- Получилось, - произносит он спокойно, чуть кивая. - Они выглядят идеально.

- Неудивительно, - смеётся Киара. - Она всегда всё делает с душой. Даже кофе в баре у неё какой-то особенный.

Я чувствую, как краска поднимается к щекам.

- Киара, перестань...

- Нет, правда, - продолжает она, смеясь. - У Лии талант превращать обыденное в уют.

Армандо смотрит на неё, потом снова на меня.

- Иногда именно в этом и есть сила, - говорит тихо. - Делать простые вещи... по-настоящему.

Мгновение тянется, и я не знаю, почему от его слов внутри становится тепло и тревожно одновременно.

Разговор возвращается к лёгким темам, о книгах, фильмах, о том, куда Киара хочет поехать летом. Все смеются, спорят, обсуждают. А я лишь время от времени ловлю его взгляд. И каждый раз, когда это происходит, внутри будто загорается тихий огонь.

И тогда я понимаю: каким бы спокойным он ни казался, в Армандо есть нечто, что невозможно укротить. Сила, холод и странная, тихая опасность, но вместе с этим и что-то ещё, от чего невозможно отвести взгляд.

P.S. На прошлой главе набралось на данный момент рекордное количество голосов и комментариев, поэтому как и обещала глава выходит скорее!!! ✨
Продолжим в том же духе?