Исчезнувшие грёзы

«Будь благодарен даже за маленькие радости, за чувства в сердце, которые делают тебя живым».

После каждой ночи наступает утро, и этот день ничем не изменим. Сижу за столом в кабинете, в руке сигара, мрамор под ногами холодный, а в окне вид на окраину Палермо. Город, который я держу в кулаке.

Лучиано входит без стука.

- Buongiorno capo, «Доброе утро, босс». - говорит он, как всегда, в своей шутливой манере. Для него я не босс, а друг. Хотя скорее всего уже настоящий брат, хоть и не кровный.

- Говори. - кратко говорю я, очищая свой любимый пистолет. Glock 17 - небольшой, удобный и опасный, всё как я люблю.

Он кладёт на стол папку. Чёрная, плотная.

- Контракт почти готов. Люди из Милана ждут подтверждения.

Я киваю.

- Скажи им что завтра пускай ожидают. Хочу видеть цифры, а не пустые разговоры.

Лучиано кивает, глаза острые, как ножи. Он знает, что я не терплю пустоты.

Когда он уходит, в комнате остаётся только звук часов. Тиканье, которое раздражает.

Я открываю телефон, в списке вызовов мелькает номер Киары. Сестра. Единственная, кто может позвонить без разрешения.

- Fratello!, «Брат!» - голос у неё, как всегда, лёгкий, почти музыкальный.

- Что-то случилось? - спрашиваю.

- Нет. Просто хотела сказать, что я познакомилась с замечательной девушкой. Её зовут Лия. - имя ударяет в голову, как выстрел без звука.

- Лия? - повторяю медленно.

- Да. Такая прекрасная девушка со светлой душой, немного грустная иногда, но умная. Мы учимся в одном университете, не зря ты заставил меня выйти на очное обучение, иначе мы бы не познакомились. Представляешь моя первая подруга. Ты же знаешь, как тяжело мне дается дружба, доверие... Но с ней всё не так, с ней мы сразу нашли общей язык, и она настоящая.

Я молчу.

- Ты там? - спрашивает Киара.

- Да, - отвечаю. - Рад, что у тебя появилась подруга.

Она смеётся, что-то говорит ещё, но я почти не слушаю. Имя крутится в голове, как повторяющийся аккорд. Лия.

Случайность? Или судьба играет со мной в свои грязные игры?

Вечером еду в «старый квартал». Там, где серое здание без вывесок, только глухая дверь и запах бензина. Внутри все мои лучшие люди. Лучиано, Меттео, Дарио и ещё пара молодых.

На столе разбросаны карты, документы, телефоны. Я кидаю взгляд на каждого.

- Кто-нибудь может объяснить, почему gli uomini di Messina «люди из Мессины» задержали поставку?

Тишина.

Дарио поднимает глаза.

- Говорят, проблемы с документами.

- Документы, - повторяю я. - Интересно. Когда они в последний раз нуждались в бумагах, чтобы что-то сделать?

Он молчит. Я встаю. Воздух густой.

- Встреть их завтра. Узнай, кто им мешает.

- Понял.

- И, если узнаешь, что они просто решили поиграть со мной, то ты знаешь, что делать.

- Убить? - спрашивает Дарио, что взбесило меня ещё больше.

- Ты впервые выполняешь задание или что? Мне тебе рассказывать, как и что делать даже в таких элементарных вещах? Нужно будет убей, если проблема в ком-то одном реши.

- Понял. - кратко ответил Дарио.

Я редко был в таком плохом настроении как сейчас, поэтому все в комнате напряглись, кроме Маттео и Лучиано. Впрочем, как и всегда, они не те, кого я могу напугать криком или угрозами.

- На этом у меня всё, - в том же тоне сказал я. - Ещё вопросы есть?

Никто не ответил. Значит нет. Я закончил собрание и пошёл в кабинет, но на пол пути Меттео догоняет.

- Ты сегодня... не такой, как обычно. Что происходит, а?

- Всё нормально, тебе что заняться нечем? Плохо спал, вот и всё, - отвечаю, заходя в кабинет, он идёт за мной.

- Армандо, я знаю тебя слишком хорошо, чтобы поверить в эту хуйню. - Но ты не маленький. Захочешь расскажешь.

Он не верит, но больше не задаёт вопросов, и выходит из кабинета.

Мой «легальный» офис - стекло, металл, зеркальные стены. Бумаги, контракты, люди в костюмах. Всё чисто, как будто здесь нет тени от крови.

Такого настроения у меня не было давно. Не знаю, что это такое. Что на меня нашло, и посему я не могу выпустить из головы Лию.

Скидываю с себя пиджак и бросаю его на ближайший диван, а сам иду к шкафу беру стакан и бутылку, и наливаю себе виски. Сажусь за стол, открываю ноутбук, но взгляд снова скользит к окну. На улице идёт девушка, её волосы каштанового цвета, походка лёгкая. Похожая. Слишком похожая.

Я отворачиваюсь, раздражённый ещё сильнее.

«Почему я вообще помню её лицо?»

Ту ночь, её глаза такие испуганные, но упрямые. Девочка с хрупкими плечами и взглядом, будто она видела больше, чем должна.

Вечером, я иду в бар «Verde». Наш укрытый офис, в котором мы всегда развлекались со шлюхами.

Лучиано садится напротив, заказывает виски.

- Ты что-то не в духе, Армандо.

- Просто думаю.

Он усмехается.

- Думаешь? Это уже плохо. Когда ты начинаешь думать, то кто-то умирает. Часто именно тот, о ком ты думаешь.

Я поднимаю бровь.

- Следи за языком.

- Я просто говорю. Что происходит?

- Ничего, - отвечаю холодно.

Лучиано откидывается.

- У нас новые люди из Рима хотят встречу. Скажешь, когда.

- После выходных. Пусть ждут.

Он кивает. Потом смотрит прямо в глаза.

- И, кстати, - говорит он, - та девчонка, которую ты вытащил из той ситуации... Ты ведь узнал, кто она?

Я напрягаюсь.

- Не твоё дело.

- Просто спрашиваю. Ты не тот человек, который помогает просто так. Чем она тебя так зацепила?

Я медленно выдыхаю.

- Осторожнее, Лучиано. Любопытство - это опасная привычка.

Он молчит, но угол его губ чуть приподнимаются в ухмылке. Он не боится меня. Совершенно нет. Но больше не спрашивает ничего о ней. И уходит с блондинкой в VIP-комнату.

Ко мне подсела брюнетка, высокая, стройная, с огромными сиськами и губами. Как кукла, вся сделанная.

- Почему такой красавчик сидит один и грустит? - спрашивает она меня, и кладет руку на колено.

- Тебя это волновать не должно. - отвечаю я, убирая её руку от себя. В голове только образ Камелии.

Нет. Так не пойдёт.

- Ты такой напряженный, пойдем со мной, я помогу тебе расслабиться, сделаю всё что попросишь, - продолжает брюнетка.

Я решил, что это будет лучше, чем думать о ней, может тогда я смогу забыть её. Или хотя бы выбросить из головы.

- Пошли, - бросаю я, идя в свою VIP-комнату. Она плетется за мной на своих высоких каблуках, в коротком розовом платьице.

Как только мы заходим в комнату, она сразу же лезет целоваться. На что я её останавливая. Никогда не целую таких как она.

- Никаких поцелуев и нежных прикосновений, - командую я. - Ставай на колени и соси.

- Поняла, как пожелаете господин, - говорит она, усмехаясь и опускаясь на колени, выполняя мой приказ.

Она делает всё профессионально. Быстро растягивает ремень, снимает боксеры, и берет в рот сначала головку, а потом и весь член.

Но у меня в голове не удовольствие, а лишь она. Лия, официантка.

Я останавливаю брюнетку.

- Хватит, - бросаю деньги на стол, и одеваюсь.

- Что не так? - спрашивает она продолжая стоять на коленях.

Я нечего не отвечаю. Выхожу из бара, сажусь в машину и еду домой.

В пентхаусе темно, только свет из окна и звук моря вдалеке. Я стою у стеклянной стены и курю. Дым поднимается к потолку, заполняя комнату ароматом табака. Третья сигара за день. Не потому, что я зависим, а для того, чтобы снять напряжение.

Раньше я это делал с помощью быстрого секса, но сейчас это не получается. В голове лишь нежное лицо и светлые глазки.

Телефон вибрирует. Сообщение от Меттео:

- La situazione è sotto controllo. «Ситуация под контролем».

Хорошо. Все под контролем. Кроме одного.

Закрываю глаза, и снова вижу её. Лия. Случайная девчонка, официантка, студентка.

Что во мне сломалось, когда я увидел её в ту ночь?

Forse è solo curiosità. «Может, просто любопытство».

O forse qualcosa di più pericoloso. «Или что-то более опасное».

С этими мыслями я уснул.

На следующее утро Меттео заходит с планшетом в мой кабинет.

- Новости. Контракт подписан. Люди из Неаполя согласны на условия.

- Отлично.

После встречи я возвращаюсь в машину. Внутри лишь тишина.

Пахнет кожей и бензином. На пассажирском сиденье её шарф. Лёгкий, красивый. Тот самый, который остался тогда. Я даже не заметил, как положил его сюда.

Медленно подношу его к носу, и вдыхаю её аромат. Аромат ванили - олицетворяющий её нежность и красоту.

- Che cazzo mi succede... «Что, чёрт возьми, со мной происходит...»

Кидаю шарф на заднее сиденье. Но запах всё равно остаётся.

Когда я возвращаюсь домой Меттео опять заходить без стука в мой кабинет. В прочем, как и всегда. Только им это позволило. Ему и Лучиано.

В его руках - папка. Та самая, которую я ждал, отчёт от людей, которые наблюдают за Лией.

- L'hai chiesto tu, «Ты сам просил».

Я открываю папку. Фотографии. Снимок у университета, другой на остановке, в руках термокружка. Лицо то же. Хрупкое, нежное. Глаза, в которых отражается что-то, чего я не понимаю.

- Кто её окружает?

- Есть одна подруга по имени Киара, - говорит он усмехаясь.

Я замираю.

- Киара? - уточняю.

- Да. Та самая. Твоя сестра... - он смотрит на меня, а затем добавляет. - Не понимаю, что у тебя с ней, но вас будто сама судьба сводит. Хотя ты сам знаешь, что я в такое не верю.

Пальцы медленно сжимаются. В голове всё гудит. Мир становится тесным, как будто кто-то резко закрыл крышку.

- Никому ни слова, - говорю тихо.

Меттео кивает.

- Capito. «Понял».

Он выходит. Я остаюсь один.

Сижу, смотрю на фото. Она не из моего мира. Её место среди книг, света, юности. А моё среди мрака, сделок и крови, которая почти каждый день оставляет след на руках.

Почему она снова так рядом?

Не просто в мыслях - теперь буквально. Сестра дружит с той, кого я должен забыть.

Вечер, сделка. Большой зал, длинный стол, стены серые, лампы от которых исходит лёгкий холодный цвет.

Вокруг десять человек. Старшие, проверенные. Люди, которые держат всё это здание изнутри.

Я стою в конце стола.

- Страна продолжает жить, - начинаю. - Но кто-то слишком быстро хочет забыть, кто хозяин этой страны. Многие считают, что я руковожу только Палермо, а не всей Италией.

Кто-то кашляет, кто-то прячет взгляд.

- Mettiamo le cose in chiaro. «Давайте проясним данные вещи». Все вы знаете, я не люблю угроз. Я люблю факты. Нам нужны гарантии. А кто не с нами или не согласен - пусть идут к черту.

Тишина.

- Почему молчите? Мы не дети. Все, кто сейчас здесь должны знать, что все что вы делаете должно проходить через меня. - я смотрю вдоль стола. Десять человек, десять лиц. Кто-то опускает глаза, кто-то делает вид, что ищет что-то в бумагах.

- В последние месяцы, - продолжаю, - некоторые сделки проходят мимо меня. Без уведомлений. Без процентов. Без согласования.

Ферретти, старик с седыми висками, выдыхает, пытаясь держать лицо.

- Это... это просто недоразумение, синьор. Люди ошиблись в расчётах...

Я наклоняю голову, будто прислушивается к звуку его голоса.

- Ошиблись? - повторяю. - Сколько стоит ошибка, Ферретти?

Тот молчит.

- Я спрашиваю, - говорю уже чуть громче, - сколько стоит твоя ошибка?

Ферретти шепчет:

- Не больше десяти миллионов... синьор.

- А сколько стоит твоя жизнь? - спокойно спрашиваю. И в этот момент в зале становится так тихо, что кажется, что я здесь один.

Я медленно сажусь за стол, открывая папку. Вытаскиваю лист и кидаю его перед Ферретти. Это чек, который ему нужно будет оплатить.

- Подпиши. Завтра вернёшь всё. Через неделю вернёшь уважение. Если сможешь, конечно. Первую ошибку прощаю, но, если это повториться так просто ты не отделаешься. - затем я перевожу взгляд на остальных. - Касаемо всех остальных... я хочу знать, кто из вас забыл, кому он обязан.

Паола, единственная женщина за столом, говорит тихо, почти шёпотом:

- Мы все здесь ради дела, Армандо. Ради общего будущего.

- Общее будущее? - усмехаюсь я. - В моём будущем предателей нет и нее будет Паола.

Я поддаюсь вперёд, опирается ладонями на стол.

- Я не поднимаю голос, не машу руками, не стреляю. Но запомните: если я посмотрю на кого-то из вас вот так... - медленно обвожу взглядом всех присутствующих, - Это значит, что решение уже принято.

За дверью что-то грохает, может, ветер, может, шаги. Никто не поворачивается. Я медленно выпрямляюсь, и застёгиваю пиджак.

- И последнее, - говорю я, направляясь к выходу. - Завтра всё должно быть чисто. Иначе я начну вычищать сам.

Дверь за мной закрывается, и я ухожу. Никто не говорит ни слова. Только Ферретти всё ещё сидит, глядя на лист бумаги перед собой, как на приговор.

Лучано догоняет меня у двери.

- Ты перегнул, Армандо. Люди боятся.

- Пусть боятся, - отвечаю. - Это проще, чем заставлять уважать.

Он смеётся, но не спорит.

Выхожу на улицу, сажусь у за рулём, ночь. Палермо - лабиринт света и теней. На перекрёстке останавливаюсь, смотрю в зеркало, в голове снова она. В различных образах. Как выглядела, когда стояла у клуба, растерянная. Как держала руки, будто защищалась от всего мира.

Почему именно она?

Я видел и имел сотни женщин. Краше, умнее, опаснее. Хотя так ли это? Нет, она невероятно красивая, самая красивая, и ум я уверен тоже присутствует. И память возвращает только её. Никого другого.

Телефон звенит. Киара.

- Ciao, fratello! «Привет, брат!»

- Привет. Где ты?

- В парке. Мы с Лией и ещё двумя одногруппниками идём в кафе.

Имя режет слух.

- Осторожнее, Киара, - говорю. - Не всем можно доверять.

- Ты, как всегда, - смеётся она. - Всех подозреваешь. Но Лия хорошая, поверь.

Я не отвечаю.

Она не должна знать, что я уже знаю всё.

Вечер. Море тихое, ветер солёный. Меттео снова появляется с отчётом.

- С поставками всё чисто. Контракт с Неаполем работает. Но есть слухи, что кто-то интересуется нами из Милана.

Я отставляю стакан.

- Кто именно?

- Имя не знаем. Но говорят, человек влиятельный.

- Разберись.

- Уже делаю.

Ночь. Снова город, снова свет фар. Я еду без цели. Мимо проходит улица, где стоит клуб «Ночь и кофе». Клуб, в котором я хозяин, но она об этом не знает.

Паркуюсь неподалёку. Вижу, как она выходит. В руках сумка, на плечах светлый свитер. Рядом с ней Алессандро, управляющий. Он смеётся, говорит что-то, и Лия улыбается.

Что ты делаешь, идиот, - думаю про себя. - Ты не заслуживаешь этого.

Но взгляд не отрывается.

Когда они удаляются, скрываясь за стенами здания, я остаюсь в машине ещё минуту, потом завожу двигатель.

- Finiscila, Armandò... «Хватит, Армандо...»

Следующее утро начинается, как всегда. Офис, утренний кофе. Лучано заходит без предупреждения.

- Ты видел отчёт Меттео?

- Да.

- Есть новости по Милану.

Я поднимаю глаза.

- Говори.

- Похоже, они хотят влезть в наш сектор. Через посредников.

- Пусть попробуют.

- Что, просто так?

- Нет. Просто я хочу знать, кто у них за спиной.

Он кивает, потом медленно добавляет:

- Ты стал другим.

- Что значит «другим»?

- Ты думаешь. Ты чувствуешь. Это не похоже на тебя.

Я усмехаюсь.

- Ошибаешься. Я просто стал старше.

Он молчит, но в его взгляде мелькает сомнение.

Через полчаса Меттео возвращается с новыми данными.

- Миланцы работают через человека по имени Базилио

- Базилио... - повторяю. - Слышал.

- Есть слухи, что он связан с политиками.

- Тогда нужно действовать аккуратно.

Внезапно телефон звонит дважды. Я не люблю, когда звонят дольше нужного. Это значит, что человек либо не уверен, либо слишком хочет показать уверенность.

- Армандо, - произносит голос на другом конце. Холодный, вежливый, с лёгким миланским акцентом. - Рад, что наконец-то говорим напрямую.

- Радость не просто чувство, это роскошь, - отвечаю я. - Мы говорим, потому что время пришло.

Пауза. Он улыбается, я слышу это даже сквозь провод.

- Говорят, ты не любишь сюрпризы.

- Я люблю контроль, - отвечаю. - А сюрпризы, это признак плохого планирования.

- В Милане говорят, ты слишком уверен в себе.

- Милан входит в область моего правления, и в моей стране говорят, что я всё ещё жив. И что это не совпадение.

Он тихо смеётся.

- Хорошо. Давай не будем терять время. Твой человек в Генуе вмешался в наши поставки.

- Не мой, - поправляю. - Но, если бы был мой, он бы не вмешивался. Он бы закончил вопрос.

Ещё пауза. Холодная, точная, как пауза хирурга перед разрезом. Я представляю, как он сидит в кожаном кресле, чуть откинувшись назад, с бокалом вина в руке, думает, что держит равновесие.

- Я не люблю, когда в мои дела вмешиваются, - говорит он.

- Никто не любит, - отвечаю. - Но иногда приходится напоминать, что мир не вращается вокруг тебя. Даже учитывая то, что я в наркотрафик Милане не вмешиваюсь пока, но это не значит, что этого не будет в дальнейшем, это ты действуешь на моей территории без моего разрешения, а не наоборот.

Он будто слегка меняет тон, голос становится суше:

- Осторожнее, Армандо. Это не игра.

Я усмехаюсь.

- Я привык играть на поле, где кровь настоящая, а не искусственная. Политики часто забывают, что у власти короткая память. А вот у страха нет.

Он молчит. Я знаю, что попал. Знаю, что сейчас он делает вид, будто обдумывает ответ, а сам ищет, где я оставил слабину. Не найдёт.

- Тогда так, - наконец говорит он. - Мы не мешаем тебе, а ты не трогаешь наши поставки.

- Нет, - отвечаю сразу. - Ты не с тем разговариваешь. Я не тот, кто будет уступать Базилио. Вы пока что можете перевозить товар через Милан. Но не продавать его там. Мой город не будет наполнен наркотой. А если я услышу, что вы продолжаете, мы будем говорит по-другому.

Он снова замолкает. Потом тихо:

- Ты угрожаешь?

- Я просто даю тебе варианты, - отвечаю. - И делаю выводы заранее.

Несколько секунд ни звука. Только гудение линии. Потом короткий смешок:

- Чёрт, Армандо... ты, кажется, всё ещё тот, кого нельзя недооценивать.

- Знаешь, в чём твоя проблема? - он молчит. - В том, что ты политик, и не разбираешься в делах мафии, сейчас, ты тот, кто слушает, а я тот, кто всегда заканчивает разговор.

Я нажимаю на кнопку и кладу трубку.

- Он не послушает Армандо, слишком самоуверен, - говорит Меттео.

- Мы можем преподать ему урок, и заодно развлечёмся. - предлагает Лучиано.

- Пока что не будем его трогать, посмотрим, что он сделает, - отвечаю я. - Я уверен, что за есть кто-то, и для начал нам нужно узнать кто, а затем склонить обоих.

После встречи я закрываюсь в кабинете. Смотрю на фото Лии, лежащее между бумагами. Неосознанно провожу пальцем по краю.

Ты не должна была появляться. Ты не должна быть частью этого мира.

Телефон вибрирует. Сообщение от Киары:

- Я сегодня получила пять по психологии, мы общались с людьми су которых есть проблемы, а ещё Лия сегодня упала с лестницы в университете, но всё хорошо. Я так волновалась, ты не представляешь.

Сердце сжимается. Всё хорошо.

Я ставлю лайк на сообщение и пишу:

- Ты молодец!

Я хватаю пиджак, выхожу в ночь.

Машина заводится мгновенно, улицы пролетают одна за другой. Я останавливаюсь у здания университета. Поздно. Пусто. В окнах горит свет, возможно, дежурная уборщица, но я стою, как идиот, и смотрю.

- Basta, Armandò... «Хватит, Армандо...»

Но внутри что-то другое, новое. Не страх, не вина. Что-то старое, забытое.

Может, это то, что я давно потерял вместе с совестью.

Вечер. Я снова один. На столе лежат документы, отчёты, оружие, которое не нужно, но всегда рядом. Телефон молчит.

Почему её имя звучит в голове так, будто это приговор? Почему я не могу просто вычеркнуть её, как любую другую?

Может, потому что впервые за годы я чувствую что-то человеческое. А значит стал слабее. Чувства не для меня.

Я встаю, подхожу к окну. Палермо светится. Внизу гудят машины, где-то звучит смех. Мир живёт. Веселиться. Не думая и о чём.

- Buonanotte, Lìa... «Спокойной ночи, Лия...»