Никакой темной магии

Двери ванной старост, наверное, впервые ощутили на себе такие сильные защитные чары.
Бассейн, наполненный до краёв водой и пеной, поднимал к потолку лёгкий пар. Хоуп осторожно ходила по его бортику на цыпочках, её обувь аккуратно стояла в стороне.

— Ну, я пойду, — выключив краник, собрался уходить Билл.

— Нет! — остановила его Годвин и, повернувшись, показала знакомую ухмылку.

Мгновение и её пальцы уже развязывали бордовый галстук. Щёки Билла мгновенно налились краской.

— Хоуп, я такое не одобряю! — вырвался из её рук Уизли.

— Никто не узнает, — прикусила губу гриффиндорка, кидая рубашку на пол.

Староста был в полной её власти. Он пытался вырваться, но все попытки оказались тщетным.
Хоуп водила ладонями по его спине, едва касаясь кожи кончиками пальцев.
Билл сопротивлялся не долго. Его руки сомкнулись на её талии. Годвин, приходилось на цыпочках, тянуться к его губам, пока она не запрыгнула к нему на руки.
Он поддерживал её, не в силах оторваться от поцелуя.
Пар заполнил всю комнату, оседая на голой коже. Руки Хоуп уверенно расстегнули ремень Билла. Поддаться ей, вот что он сделал, закрыв глаза на все свои принципы и правила.
Горячая вода, в которой Хоуп чувствовала себя легко и свободно, обжигала его кожу. На пунцовом лице Билла лишь ярко выделялись зелёные глаза.

— Чарли всё лето писал тебе? — спросил он, стараясь не двигаться.

— Да... Не каникулы, а сплошное письмо, — Хоуп сдула пену с руки и обвила его шею. — Целое лето переписки... не понимаю, как бабуле такое не надоедает.

— Тогда давай следующее лето проведём вместе, — предложил Билл, убирая с её лба прилипшую прядь.

— Надеюсь, ты умеешь плавать, — хмыкнула Годвин и, запустив пальцы в его рыжие волосы, жадно впилась в губы.

Сердце билось так, будто готово было вырваться. Слишком жарко.
Билл ощущал на себе каждый сантиметр её тела, каждый изгиб. Он принадлежал ей целиком.
***
Маленькая ростом Хоуп болтала ногой, закинув одну на другую. Вместо строгих ботинок на ней красовались удобные кроссовки. Перо тихо поскрипывало по пергаменту.

— Эй, Хоуп! — в неё полетела сложенная бумажка от загонщика их факультета. — Приходи посмотреть отбор в команду!

— Мне это не интересно, — прошипела Годвин, даже не поднимая головы.

Дверь за профессором Макгонагалл с грохотом захлопнулась.

— В первую очередь сдайте мне ваши эссе, — села за стол Макгонагалл.

Кабинет наполнился шуршанием. Студенты доставали свои домашние задания, а на пергаменте Хоуп чернила ещё не успели высохнуть.
После трансфигурации Годвин отправилась на одно из своих любимых занятий — обед.
Чарли запрыгнул через лавку и приземлился прямо рядом с ней. Билл чуть не поперхнулся.

— Ты придёшь на отбор? — спросил Чарли, жадно накидывая на тарелку отбивные.

— А я там зачем? — лениво подняла бровь Хоуп, последний кусок пирога занял почетное место на её блюдце.

— Все помнят твою игру! — салат в тарелке Уизли едва не вылетел наружу. — Я всё ещё надеюсь сыграть с тобой в одной команде!

— Этого не будет, Чарли.

— В любом случае, приходи! — настаивал он. — Если откажешься, я обижусь!

— Чарли, но она даже не член команды, — вмешался Билл, переглянувшись с братом через Хоуп.

— Она была им, и этого достаточно! — упрямо заявил Чарли, пока конструкция в его тарелке держалась словно по волшебнику. — Хоуп, я буду ждать!

Годвин только выдохнула и похлопала его по плечу.
Позже, уже после ужина, они с Биллом вдыхали аромат приближающихся холодов. Трава на лужайке ещё пахла летом. Свет Хогвартса мягко мерцал вдалеке. Билл лежал у неё на коленях, а Хоуп перебирала его волосы.

— Расскажешь мне стих? — наслаждалась сиянием звезд Годвин.

— Какой? — протянул Билл, лениво прищурившись, если бы он был котом, то заурчал бы.

— Любой... я люблю слушать твой голос.

Лёгкий ветер поднимал сухие листья, а тишину ночи нарушал лишь спокойный голос старосты.
Сердце Хоуп трепетало от радости. Он читал стихи для неё, и пускай даже в них не было и капли романтики. Билл рассказывал, то что знал на изучать, и как положено мальчишке знал он совсем строгие произведения. Хоуп любила его так сильно, готовая слушать до хоть историю магии, главное с его уст.

— Нужно возвращаться, — глянул на часы Билл. — Уже за полночь.

— А может, просидим так до утра? — Хоуп наклонилась ближе, почти касаясь его лица. — Время такое быстротечное... давай просто насладимся им.

— Утром занятия... рано вставать, — ворчал Уизли.

— Пожалуйста, Билл, побудь со мной ещё немного, — Хоуп сплела их пальцы в ключ.

— Разве что совсем чуть-чуть... — выдохнул староста.

Их разговоры длились до самого утра. Когда небо начало светлеть, Билл устало брёл по коридору, пока Хоуп, шла впереди, притормаживая на каждом повороте.
Зевки сопровождали Уизли весь день, но даже усталость не стоила той ночи.
Хоуп была жадной и если бы могла, она бы провела с ним ещё тысячу таких ночей.

— Чарли мне все уши прожужжал этим отбором, — жаловался Билл, аккуратно нарезая ингредиенты для зелья. — Я уже совсем не рад его назначению на пост капитана...

— Да уж... может, он и вправду обидится, если я не приду? — Хоуп без особого интереса чистила имбирь.

— Но ты же придёшь, — Билл подвинул ей доску с идеально нарезанными ингредиентами, а себе взял её, с усталым корнем лещины, который давно стоило перетереть.

— Приду... — устало выдохнула Годвин.

Если бы не Уизли, её зелья давно бы взрывались. Профессор Снейп это прекрасно знал и каждый раз шипел на ученицу, делая ей язвительные замечания.
На трибунах собрались почти все девочки с Гриффиндора, их интересовал не столько сам квиддич, сколько мальчики из команды. Хоуп укуталась в пальто и шарф, поглядывая на своих соседок по комнате. Благо шарф скрывал её недовольную гримасу: сидеть в такую погоду в лёгких мантиях и коротких чулках казалось ей полным безумием.

— Хоуп, иди к нам! — махал ей Чарли.

Спускаясь вниз по трибунам, Годвин растирала ладонями предплечья. Этот день со своей промозглой погодой был было бы куда лучше провести укутавшись в одеяло, чем смотреть на отбор.

— Ох, эти тучи... — она всматривалась в серое небо, надеясь поймать хоть один луч солнца.

— Тебе холодно? — не дождавшись ответа, Чарли снял свою куртку и накинул ей на плечи.

— Ты что? Замёрзнешь! — возмутилась она.

— Мне жарко! — отрезал Уизли. — Подержи пока на себе, ленюсь относить в раздевалку!

Сегодня Чарли был совсем другим, серьёзным, собранным, как настоящий капитан. Он не шутил с кандидатами и относился к отбору с полной ответственностью. В этот момент он напоминал Хоуп своего брата. Она видела в нём не одну черту Билла, даже взгляды у них оказались похожи.

— Да уж, это забирает больше сил, чем сам матч... — вздохнул Чарли, усаживаясь рядом с ней на трибуну и подперев лицо руками.

— Ну, не знаю, Уилфред неплохо отыграл, — попыталась утешить его Хоуп.

— В следующем году ещё и вратаря искать, — протянул Уизли, потянувшись и бросив журнал рядом.

— А ваш Перси? — подняла журнал Хоуп и стала листать.

— О, нет, — рассмеялся Чарли. — Перси точно не создан для квиддича.

— Они с Оливером Вудом так яростно спорили о «Пушках Педдл», что я аж удивилась словарному запасу первоклашек — улыбнулась Годвин.

— Да, Перси у нас такой, наверняка доказывал, что именно они лучшие! — стоило Чарли взглянуть на Хоуп, и настроение у него сразу улучшалось.

— Это даже хорошо! — слегка кудрявые от влаги пряди спадали Годвин на глаза.

— Может, всё-таки вернёшься в команду? — тихо предложил Чарли, чуть смутившись.

— Не-а, — коротко отрезала Хоуп.

— Тогда давай хотя бы в Хогсмид сходим вместе, — замер капитан. — Куплю тебе тёплого чая, шоколадную лягушку...

— Чарли, — с выдохом произнесла Годвин, — ты меня ничем не убедишь.

— А я и не пытаюсь, — тихо, почти шепотом произнес он. — Просто прогуляемся.

— Как-нибудь в другой раз, — Хоуп положила журнал ему на колени. — Смотри, Кори Хейден, кажется, тоже пришла на отбор.

Куртка вновь согревала Чарли, пока он поглядывал на Хоуп в стороне, а Кори рассказывала о своих «сильных сторонах».

Гостиная Гриффиндора гудела, как улей. Хоуп и Билл сидели за одним столом. Он внимательно проверял её эссе по зельеварению, исправляя ошибки.

— Вроде всё правильно, но что-то не так, — задумчиво крутил перо Уизли.

— Ну раз правильно, значит, нечего и тратить время, — лениво обводила на карте мира острова Хоуп.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась команда по квиддичу, принося с собой запах дождя и мокрой формы. Капли с их мантии оставляли следы на полу.

— Вас всё-таки поймал дождь? — крикнул Билл, отвлекаясь от пергамента.

— Как видишь! — развёл руками Чарли.

Он стал всё чаще замечать Хоуп рядом с братом. За завтраком, за обедом, даже на переменах они сидели вместе, и теперь это почему-то вызывало у него странное чувство.
К матчу погода улучшилась. Лучи пробивались в окна освещая бордовые диваны.

— Мама просит в подробностях описать первую игру Чарли в качестве капитана, — прочитал Перси, наблюдая, как Билл переводит руны.

— Вот и напишешь ей, — не поднимая глаз, ответил Билл. — У тебя это отлично получается!

— Надо взять с собой бинокль! — вдруг оживился Перси. — У тебя есть бинокль?

— Откуда? — приподнял бровь староста.

— У Оливера возьму! Мне нужнее! — уже на бегу крикнул младший Уизли.

Первая игра сезона. Трибуны переполнены, воздух звенел от криков болельщиков. В гостиной же стояла тишина, все ушли смотреть матч. Только в комнате мальчишек, на верхнем этаже, оставались двое. Восторженные крики доносились с поля, пока не сменились на голос комментатора, что звучал значительно тише. Волосы Хоуп спадали с плеч, дыхание прерывалось. Нежный стон пронзил тишину. Годвин сама закрыла себе рот ладонью. Билл убрал прядь, что упала на её грудь, нежно касаясь кожи. Его руки дрожали, а тело горело. Ладони Хоуп у него на торсе заставили прикусить губы. Продержаться хотя бы ещё немного...Её движение, уверенные, и ухмылка на лице стали для него самым сильным наслаждением. Он смотрел на неё снизу, заметил такой редкий румянец на её щеках. Какая же она...идеальная. Трибуны взорвались громким криком. Гриффиндор забил мяч. Билл закрыл глаза, он слушал лишь дыхание Хоуп возле ушей.
Билл водил руками по спине Хоуп целуя её плечи. Она сама предложила не пойти на матч и сделала это так, что Билл не смог отказать. А Чарли всё ждал, надеялся, что она придет. Он выглядывал не снитч, а Годвин на трибуне. Не нашел. Не было ни её, ни старшего брата. Казалось, весь Гриффиндор смотрел матч, кроме них двоих. Уизли впервые всё понял, всё осознал. Билл всегда улыбался на письма Хоуп, у них одинаковый стиль в одежде, и сидят они всегда вместе. Он замечал это и раньше, но не верил. Чарли ждал, что его брат расскажет сам, а пока он молча, это не могло быть правдой. Уизли гнался за крохотным золотым мячиком всё время оглядываясь вниз. Именно в тот миг, когда его взгляд был направлен на трибуны, ловец Когтеврана поймал снитч. Свисток и матч закончен. Билл оторвался от живота Хоуп оставляя на коже жар от поцелуев.

— Матч закончился! — стал одеваться Уизли.

— Бесит! — зло потянула замочком на юбке Годвин. — Хочу поскорее выпуститься!

— Ну ну, там взрослая жизнь, работа... — Билл скидывал на пол все постельное белье.

— Я не буду тратить время на такую глупую вещь, как работа. — бархатная резинка с тумбочки быстро оказалась на волосах Хоуп. — Это как рабство, только законное!

— Не говори глупости! — Староста быстро отнес вещи в стирку.

К его возвращению следов Хоуп уже не было. Аккуратно заправленная кровать даже не давала ни малейшего намека. Годвин пришла в гостиную с улицы и все это видели. Чарли опустил глаза глядя на неё у прохода. Он не купился на её ложь, замечая румянец на щеках и чувствуя запах брата. У всего факультета настроение желало стать лучше.