ЧЕТЫРЕ
Он молчал. Молчала и я. А тем временем его руки все крепче сжимали мой неподвижный стан, путая мысли.
Не знаю, сколько мы простояли вот так, посреди стремительно сгущающихся теней, но я не хотела брать инициативу в свои руки, поскольку не ведала, в каком состоянии был Юлиан.
Он был зол? Пьян? Все вместе? Если так, то лучше было помалкивать.
- Прости, - его тихий голос взорвал окружающую тишину. – Я так скучаю по тебе, малышка Оззи, и знаю, что сам испортил наши отношения. Прошу тебя, вернись. Мама говорит о тебе постоянно. Она переживает и не может понять, почему ты уехала. Зато знаю я и каждый день проклинаю себя за то, что натворил. За то, что позволил тебе бросить все и уехать неведомо куда к девушке, которую ты и в глаза не видела. За то, что не хватило сил и дальше делать вид, что я всего лишь твой брат и испытываю сугубо родственные чувства. Наверное, я должен извиниться за то, что не сдержался и подрался с Виктором, но позволь кое-что объяснить... А знаешь, что было дальше, детка? - теплый несколько раз ломаный нос уткнулся в мою шею и шумно втянул воздух. – Конечно, нет. Ведь ты не прочитала ни одного моего сообщения. А я все ждал и ждал, сотни раз перечитывая написанное. И вот ты здесь. Стоишь посреди моей комнаты. В темноте. Почему ты здесь, Аза? Случайно забрела? По старой памяти?
Я облизнула пересохшие губы, лихорадочно соображая, как оправдать свое поведение, но в голове была лишь пустошь, потому что я и сама не знала, зачем пришла.
- Молчишь, - хмыкнул Юлиан, не дождавшись ответа. - Как и тогда, когда ты бросила меня. Знаешь, а это было больно. Невыносимо, - в горле образовался ком, который никак не удавалось сглотнуть. - В какой-то момент даже промелькнула мысль, как было бы здорово исчезнуть. Просто перестать существовать. Представляешь, мир без меня. Все стало бы намного проще.
- Заткнись, - прошипела я, не желая слушать этот бред, который горечью оседал в желудке.
- Да ладно, Оззи, - продолжил он спокойным тоном, словно говорил о будничных вещах. – Подумай сама, как бы облегчалась жизнь нашей семьи, твоя жизнь. Никаких нервов. Переживаний. Идиллия. А я лишь чертова ошибка природы. Ошибка, которая никогда, - его язык лизнул мою шею, посылая по телу волны дрожи, не имеющей ничего общего с отвращением, - никогда не оставит тебя в покое. Потому что я люблю тебя, Оз. Несмотря на гнев, что вызывает один твой вид. Я люблю тебя.
- Замолчи, - глаза наполнились слезами, и я была не в силах их подавить. – Замолчи.
- Нет, ты будешь слушать, - у меня заболели ребра, так сильно сжались руки брата. – Я люблю тебя. Я хочу тебя. Каждую минуту. Каждое мгновение. И это убивает меня. Потому что я не могу отдать тебе ничего. Тебе ничего не нужно от меня.
- Прекрати, Юлиан, - всхлипнула я и попыталась вырваться, но он был гораздо сильнее. – Ты понимаешь, что несешь? Это неправильно. Это...
- Мерзко? – предположил парень, и его голос перестал быть бесцветным. - Отвратительно? Грешно? Пусть так. Я такой, какой есть. Думаешь, я не пытался избавиться от чувств к тебе? Отнюдь. Я делал все, чтобы перестать видеть в тебе больше, чем сестру. Я встречался с другими девушками. Я спал с ними, а после сжирал себя за это. Я пил. До беспамятства. Но утром все возвращалось в трехкратном размере. Я убеждал сам себя. Я зависал на этих дибильных форумах. Я к мозгоправу ходил, которая смотрела на меня, как на кусок дерьма, хоть и всячески пыталась это скрыть. Как же я был противен ей. Поэтому я пошел к другому. К третьему. Последний втирал, что я всего лишь сильно привязан, потому что забочусь о тебе с детства. Сильно привязан. Настолько сильно, - стальное кольцо разжалось, ладони скользнули по талии, спустились на бедра, - что хочу положить тебя на кровать и покрыть поцелуями каждый сантиметр твоего тела, - дыхание Юлиана стало тяжелым, меня же прошиб озноб паники. – Каждую впадинку, каждый выступ. Я хочу, чтобы ты лежала подо мной. Чтобы ты шептала мое имя, потому что я обожаю, как оно звучит, когда его произносишь ты. Я хочу слышать твои стоны. Я хочу знать, что их вызываю я, а не этот ублюдок Виктор. А теперь уходи, - он отодвинулся так резко, что я едва не потеряла равновесие. – Уходи. Я уже на взводе, так что беги отсюда, пока я не сорвался.
Второго предупреждения я дожидаться не стала, вылетев из спальни пулей и заперев дверь своей комнаты на ключ, все это время торчавший в замочной скважине изнутри. А тем времен дом сотряс грохот. Похоже, Юлиан опять что-то разбил.
***
Я не могла уснуть. Всю ночь ворочалась из стороны в сторону, то и дело поглядывая на запертую дверь и прислушиваясь к каждому шороху, покуда сознание истязало воспаленный мозг, вновь и вновь прокручивая то, что сказал Юл. «- ... хочу положить тебя на кровать и покрыть поцелуями каждый сантиметр твоего тела... хочу, чтобы ты лежала подо мной... шептала мое имя... хочу слышать твои стоны... их вызываю я, а не этот ублюдок Виктор...».
- Проклятье, - я перевернулась на живот и накрыла голову подушкой, будто это могло помочь избавиться от назойливых точно мухи мыслей.
Часы показали половину восьмого, когда я оставила попытки хоть ненадолго забыться и, откинув простыню, посеменила в ванную. К сожалению, горячий душ расслабил тело, но не голову. Вернувшись в комнату, я посмотрелась в зеркало. Печальное зрелище: опухшие глаза, в которых поселилась отчетливая усталость. И это уже на второй день пребывания в Долграде. Лучше и придумать нельзя.
- Доброе утро, - заулыбалась мать, ранняя пташка, когда я показалась на кухне, щедро замазав черные круги корректором. – Как дела?
- Пойдет, - я поправила тонкий ремешок василькового платья с короткой юбкой «полусолнце». – Собираюсь наведаться в кондитерскую и обсудить с Ингой кое-какие идеи.
- Сейчас? – женщина изумленно покосилась на часы. – Только семь. Не думаю, что Инга придет так рано. Тем более, что кафе открывается в девять.
- Значит, я загляну к ней и выслушаю сотню причин, почему я плохая сестра.
- Но я думала, ты позавтракаешь со мной, - заметно расстроилась мама и отложила в сторону кулинарный журнал.
- Я обязательно позавтракаю с тобой, - заверила я, краем уха отмечая опасный скрип половиц, от которого сердце пропустило удар. – Обещаю, завтра я буду в полном твоем распоряжении.
- Ловлю на слове, - шутливо прищурилась мать.
- Отлично, - кивнула я и заторопилась к выходу, все крепче сжимая лямки тряпичного рюкзака.
- Аза! – окликнул меня Юлиан, когда я уже отодвигала шторку, дабы выбежать во двор.
Выругавшись про себя, я обернулась с нарочито безразличным видом.
- Доброе утро, - на его харизматичном лице, которое, однако, не вписывалось в общепринятые стандарты красоты, появилась непринужденная улыбка.
- Доброе, - кивнула я, не переставая дивиться резким перепадам его настроений.
- Может быть, тебя подвезти?
- Спасибо, но...
- Подумай хорошенько, малышка Оззи, - усмешка стала еще шире, а взгляд переместился влево, намекая на ту, что, очевидно, вслушивалась в каждое слово, сидя за кухонным столом. – До Инги ехать с двумя пересадками, а транспорт уже оккупирован отдыхающими и спешащими на работу местными. Да и я был бы не прочь позавтракать с двумя сестренками.
Настоящий бес. Без труда загнал меня в угол. Воспользовался чувствами матери и сыграл на моей совести. А ведь я бежала из дома, потому что хотела не видеть его. Хотела быть как можно дальше. Хотела прийти в себя.
- Ладно, - согласилась я, потому что другого выхода не было. – Поехали.
- Дай мне пару минут, - попросил Юл и быстро вернулся на этаж, чтобы вскоре появиться вновь, одетым в присущем ему стиле.
Честно говоря, Юлиан всегда выделялся на фоне нашей семьи своей любовью к неформату во всем: от внешнего вида до музыки, что лилась из динамиков «Джипа CJ5», верх которого был снят на время лета.
Подпевая Слэшу, больше известному как соло-гитарист американской хард-рок-группы «Guns N' Roses», брат, облаченный в светлую майку, что открывала его татуированные руки, уверенно лавировал в плотном потоке, держа руль ладонями в перчатках без пальцев и выжимая педали ногами в хлопковых черных шортах ниже колен и того же цвета кедах. На запястьях его красовалось множество тонких браслетов, а на голове - очки с серебристыми зеркальными стеклами, гармонирующие с симметрией из колец в нижней полноватой губе.
- Это было нечестно, - начала я, когда мы преодолели большую часть пути, неуютно поерзав на кожаном сидении.
- Да, - не стал отрицать Юлиан и затормозил на светофоре.
- И это все, что ты мне можешь сказать? – спросила я раздраженно, пока парень откидывал со лба растрепанные пряди темных волос, основная масса которых была собрана резинкой. – Да?
- А что ты хочешь услышать?
- Хотя бы то, почему ты ведешь себя как придурок! - меня поражал его пренебрежительный тон.
- Потому что я всегда им и был. Разве нет, малышка Оззи?
- Хватит.
- Хватит что?
- Хватит называть меня так!
- Помнится, - брат начал набирать скорость, - раньше ты не возражала.
- Если ты не заметил, все несколько переменилось! – самодовольный вид Юлиана изрядно бил по нервам.
- Ничего не переменилось, - возразил он, сворачивая на нужную улицу. – Я все тот же Юлиан, который говорит все те же слова. Это просто ты начала понимать их истинный смысл.
- И мне он не нравится, - прозвучало слишком грубо, однако Юл и бровью не повел, а, похоже, еще больше развеселился.
- О, я заметил! – он въехал во дворы розовых многоэтажек и затормозил у первого подъезда той, что была ближе всех к детской площадке. – Увы, твое отношение ни на что не влияет. Я люблю тебя.
- Ради Бога, замолчи, - мне отчаянно хотелось закрыть уши и затопать ногами сродни маленькому ребенку.
- Хорошо, малышка Оззи, - подразнил Юл и, выйдя из автомобиля, обогнул его и полез рукой за сидения.
- Ты чего удумал? – расширила я глаза, когда увидела бело-красный мегафон.
- Чиж Инга Родионовна! – его звучный бас разнесся по всему двору, переполошив прохожих, заставив меня покраснеть и прикрыть лицо рукой. – К вам обращается компания «Юлаза»! Выйдете из сумрака! Повторяю! Чиж Инга Родионовна! К вам обращается компания «Юлаза» по крайне срочному вопросу! Хватит дрыхнуть! Откройте глаза и выйдете на балкон! Чиж Инга...
- Ты больной?! – закричала сестра, распахнув окно балкона, вид у нее был разъяренный и заспанный.
- Доброе утро! – нисколько не смутился Юлиан, продолжая терроризировать уши людей. – Компания «Юлаза» рада приветствовать вас и хочет пригласить на завтрак! Повторяю!
- Заткнись, Юлиан и беги отсюда! – перебила брата Ин, едва не выпадая. – Потому что я собираюсь надрать тебе уши!
- Жду! – ответил парень и убрал мегафон обратно в кузов.
- Ты просто..., - начала я, чувствуя неодобрительный взгляды окружающих.
- Придурок? – перебил Юлиан и сунул руку в карман за ожившим смартфоном. – Где-то я это уже слышал. Да, босс.
Через секунду он скривился и переместил очки на лоб.
- Я понял. Будет сделано.
- Что-то случилось? – поинтересовалась я и тут же прикусила язык.
Не стоило проявлять любопытство. Дистанция. Нужно было сохранять дистанцию.
- Нужно ехать на работу, - вздохнул он, размещаясь рядом. – Скажи Ин, что я испугался и сбежал. Потешь ее эго.
- Хорошо, - я отстегнула ремень и спрыгнула на асфальт.
- Увидимся вечером, - брат вернул очки на место. – Малышка, Оззи.
Взревел мотор и Юл укатил, оставив меня позади. Если бы он только знал, как мне нравились его обращения. Вот только я не признавалась в этом даже самой себе.