77 Глава
- Что именно заставляет тебя так горько плакать? - с сожалением в голосе тихо спросил Адриан, прислонив свою голову к голове девушки.
- Я не знаю... - дрожащим голосом ответила она. - Мне... так не хватает тепла... - говорила Мари всё сильнее прижимаясь к телу юноши. - Так не хватает внимания и любви... Но всё это так неправильно... - переходя на шёпот продолжала она. - Я не знаю, что мне делать.
- Если ты ждёшь от меня ответа, то я тебе его не дам. Я даже не знаю, что сейчас делаю. - прикрыв глаза говорил Агрест. - Только тебе решать, что можно, а что нет. И только тебе ставить границы дозволенного, Маринетт. - немного наклонив голову добавил парень, после чего скользнул губами по тонкой шее.
Чувствуя на столь уязвимом месте трепетные прикосновения, Мари медленно вдохнула и почувствовала, как её тело отозвалось на действия юноши лёгким вздрагиванием. Она понимала, что в данный момент не способна контролировать свои действия, поскольку разум её был затуманен. Она была способна лишь чувствовать своим телом и только им.
- Это нечестно. - еле проговорила Дюпен-Чен.
- Знаю. Сбрасывать на девушку выбор в таком состоянии недобросовестно, но, быть может, хоть так мне повезёт. - подняв одну руку и проведя подушечками пальцев от уха до ключицы говорил Агрест
- Зачем ты это делаешь? - продолжая наслаждаться его теплом тихо спросила Маринетт, прикрыв глаза.
- У меня нет ответа. Скорее всего я, как и ты, ведом желанием своего тела. Не одной тебе не хватает тепла и любви. - произнёс юноша, лёгким движением руки расстёгивая пуговицу рубашки Маринетт, открывая тем самым для себя более откровенный вид.
- Адриан... - шумно вдохнув прошептала девушка. - Пожалуйста, перестань.
- Это тебе нужно перестать быть такой податливой, иначе я скоро совсем перестану себя контролировать. - развернув её к себе лицом и всматриваясь в опьянённые голубые глаза сказал он. - Ничего не изменилось со времен лицея... - медленно приближаясь к лицу Дюпен-Чен, продолжил он. - Прошло столько лет, а ты всё такая же кроткая. Помнишь, тогда, на складе спортинвентаря? Я просил тебя не быть такой податливой, это сводит с ума.
- Ты помнишь всё? - слегка удивившись произнесла Мари, никак не препятствуя его приближению к своим губам.
- Всё. С недавних пор я помню абсолютно всё.
С каждой секундой их губы становились всё ближе, заставляя изнывать тела от мучительного томления. Они обжигали друг друга тяжелым дыханием, сокращая расстояние между их устами. Аккуратно обхватив своими губами нижнюю губу девушки и уже намереваясь немедленно углубить столь долгожданный поцелуй, парень услышал, как за закрытой дверью прозвучал звонкий голосок.
- Адриан! - выкрикнула Анджел, проходя по длинному коридору в поисках старшего брата.
- Только не сейчас... - прошептал он в распалённые губы девушки.
Тело повелевало разуму подчиниться инстинкту и не останавливаться, но приближающийся голос сестры не позволял этого сделать. Было невыносимо тяжело отпустить хрупкое тело, что так и трепетало в его руках. Юноша понимал, что если сейчас отступит и уйдёт, то такое больше не повторится. Ведь сейчас он беспардонно воспользовался беспомощным состоянием Мари и в дальнейшем она просто не позволит ему таких смелых действий. Вопреки здравому смыслу Адриан всё же не смог сопротивляться своему естеству.
Парень провёл кончиком языка по нижней губе девушки, после чего та приоткрыла рот с еле слышным томным вздохом, тем самым давая волю его решительным действиям. Пользуясь кроткостью Маринетт, Агрест медленно, но властно запустил горячий язык в её рот, заставив содрогнуться всё её тело. Дыхание девушки стало прерывистым и осторожным. Когда их языки соприкоснулись, внутри всё мгновенно вспыхнуло, будто пытаясь спалить тела изнутри. Девушка стала аккуратно отвечать на поцелуй, проводя своим языком по языку юноши, что заставило его еле слышно простонать. Казалось, будто границ больше не было и Мари была готова на всё, чтобы только не прекращать чувствовать это тепло и эту бескрайнюю нежность, подаренную тем, от кого так и веяло обжигающим холодом. Тело парня требовало большего, подталкивая его на дальнейшие более смелые действия. Приподняв руки, что лежали на талии девушки, он начал медленно расстёгивать пуговицы на её рубашке, словно давая возможность ей осознать происходящее. Но та в ответ вместо какого-либо сопротивления напротив поддалась этому порыву и обвила руки вокруг шеи юноши, слегка поглаживая её подушечками пальцев. Побежавшие от нежных прикосновений мурашки не остались незамеченными Маринетт. Мысль о том, что Адриана будоражат её прикосновения заставляла затаить и без того сбитое дыхание. Она настолько давно не видела такого отклика на себя у Луки, что это казалось чем-то невероятным. В этот момент тело Мари само подалось вперед, сильнее прижимаясь к юноше и крепче обвивая руками его шею. Она чувствовала сильное напряжение в каждой мышце его естества в то время, как сама всё больше таяла от жара, исходящего от разгорячённого юноши. Пропадая в своих горячих фантазиях о дальнейших действиях Адриана, девушка не заметила, как её рубашка была беспощадно сорвана с тела и уже летела на пол, словно ненавистный элемент одежды. Избавившись от неё, Агрест стал аккуратно напирать на Мари, подводя её к большому дивану, в то же время усиливая интенсивность и без того страстного поцелуя. Девушка тихо постанывала от пылкого сплетения их языков. Парень умело владел её ртом совмещая требовательность с нежностью, что сводило девушку с ума. Аккуратно уложив её на мягкое ложе, Адриан, оторвавшись от её уст, стал медленно и аккуратно спускаться всё ниже, будто по-прежнему проверяя границы дозволенного. Но Маринетт вцепилась руками в его одежду на спине и лишь громче застонала, давая окончательно понять, что никаких границ уже не существует. В это мгновенье юноша услышал, как голос Анджел стал опасно близок и мысленно выругался на то, что именно в этой двери нет замка.
- Маринетт... - оторвавшись от фарфоровой кожи тихо произнёс он. - Маринетт, послушай... - продолжил он, вновь возвращаясь к её губам. - Мне нужно выйти к Анджел, иначе она сейчас зайдёт сюда. Пожалуйста, подожди меня минуту. - добавил он, после чего коснулся своими губами уст Мари.
- Нет... - прошептала та в ответ еле дыша.
Девушка противилась его уходу, будто осознавая то, что если сейчас парень оборвёт это безумие, то она уже больше не сможет себе этого позволить. А как же хотелось получить сполна тех чувств, в которых она так сильно нуждалась.
- Пожалуйста, Маринетт, всего минуту. - сказал Агрест, поцеловав тонкую шею, после чего быстро встал и вышел за дверь. - Анджел. - окликнул он младшую сестру, что уже подходила к двери.
- Адриан! Почему вы ушли? Я вас чем-то обидела? - с грустью в голосе спросила девчушка.
- Нет, Анджел, всё хорошо. - присев рядом с ней, чтобы быть на одном уровне, с лёгкой улыбкой сказал Агрест. - Просто нам нужно было поговорить. Вы возвращайтесь с мамой в мой кабинет. Я закончу и вернусь к вам. Потом мы вместе поедем ко мне домой, хорошо?
- Угу! - радостно кивнув, произнесла девочка.
После этого она обняла старшего брата и побежала обратно к матери, которая снова за ней не поспевала.
В это время оставшись наедине с собой Маринетт приподнялась на диване, оперевшись на локти. Посмотрев на свою грудь, которую прикрывал лишь лифчик, она тяжело вздохнула, чувствуя, как низ живота мучительно сводит от сильного возбуждения. Проведя глазами по обстановке и стараясь оценить ситуацию своим опьянённым сознанием, Мари увидела свою смятую рубашку, что так небрежно валялась на полу. Медленно поднявшись и подойдя к вещи, она подняла её и села на край дивана, прислонив рубашку к своей груди, словно закрываясь ею. С каждой секундой девушка всё больше осознавала, что происходило здесь минутой ранее. В горле резко образовался давящий ком. Даже понимая, что она совершает ошибку, чувство возбуждения никак не хотело проходить. Маринетт по-прежнему желала Адриана. Желала так сильно, что низ живота, казалось, вот-вот сильно заболит от сформировавшегося тяжелого кома. От этих мыслей становилось невероятно тошно. Её душу раздирало множество противоречивых чувств, от чего она совсем перестала понимать, чего хочет по-настоящему.
Прикрыв глаза и продолжая прижимать к себе мятую рубашку, девушка не заметила, как Адриан вернулся к ней.
- Маринетт. - на выдохе произнёс он, садясь рядом. - Я не могу понять твоих чувств, но вижу, как тебе тяжело. Поэтому... - осматривая её оголённые плечи с выпирающей ключицей, тихо продолжил юноша. - ... Одевайся, я отвезу тебя домой. - выдержав небольшую паузу, словно решаясь произнести ненавистные сейчас ему слова, добавил Агрест.
- Нет... - лишь прошептала девушка.
- Если не хочешь, чтобы я тебя отвёз, то я могу попросить водителя. Я понимаю, что сейчас ты....
- Не в этом дело. - перебила парня Дюпен-Чен. - Я не хочу домой... Совсем не хочу...
Слыша то, как голос девушки стал подрагивать, Адриан аккуратно развернул её лицо к себе.
- Чего ты сейчас хочешь? - глядя в покрасневшие от накатывающих слёз глаза, с горечью спросил он.
- Я не знаю... - ответно посмотрев в его глаза, произнесла девушка, вновь отпуская слёзы. - После того, что я сделала, я больше ничего не понимаю.
Совершенно не находя слов для нужного ответа, юноша резко, но нежно обнял Мари, аккуратно прижимая её к себе. Слушая всхлипы и сводя брови от беспомощности, он лишь водил рукой по её оголённой спине, в глупой надежде, что это хоть немного успокоит девушку.
- Маринетт... Я понимаю, что тебе очень тяжело, но только тебе решать, что делать. - тихо сказал парень возле её уха.
Услышав это, девушка слегка отстранилась и вновь заглянула в зелёные глаза. Немой зрительный контакт продолжался около десятка секунд, вновь дав надежду Агресту. Медленно начиная приближаться к её лицу, он вопреки своим желаниям надеялся, что сейчас она точно оттолкнёт его. Но вновь коснувшись мягких, пухлых губ, позабыл об этих мыслях. Мари снова поддалась юноше, желая взять от него как можно тепла и нежности, даже не смотря на свои противоречивые чувства и вину, испытываемую перед Лукой.
- Ты же пожалеешь об этом. - с огромным усилием оторвавшись от сладостного поцелуя, произнёс Адриан, стараясь держать себя в руках.
- Да, пожалею. - честно ответила Дюпен-Чен. - Но сейчас я не могу ничего с собой поделать... - томно дыша добавила она.
- Ну нет. Так не пойдёт... - встав с дивана сказал парень.
- Уходишь?.. - с долей разочарования спросила девушка.
- Я не хочу очередной раз стать ошибкой для тебя. - ответил Агрест, после чего быстро вышел из зоны отдыха.
Быстрым шагом направляясь на улицу, юноша резкими движениями стал доставать на ходу пачку сигарет из внутреннего кармана пиджака. Как же трудно было держать себя в руках. Как же хотелось просто выпустить всю злобу и накопленную усталость наружу. Но парень прекрасно понимал, что так будет только хуже. Сковав себя мысленными оковами, он, выйдя из здания, закурил и стал пытаться успокоиться. Окурок за окурком летели в мусорную урну, но желаемое успокоение так и не наступало. Хотелось громко кричать и сбежать от собственной поганой жизни, забыть о своих обязанностях и жить собственной жизнью, той, о которой он так давно грезит. Но это была лишь несбыточная мечта. Парень не мог позволить себе даже маленьких радостей жизни несмотря на то, что был достаточно богат. Это не имело совершенно никакого значения...
Очередной раз выпуская терпкий дым из рта, Адриан посмотрел в небо и прикрыл глаза. В голове сразу всплыл образ Маринетт, что еще недавно таяла в его объятьях. Её томные вздохи, тихие постанывания, бархатная кожа. Безумие... Агрест не понимал, как ему удалось оторваться от этого сладостного безрассудства. И хоть юноша осознавал, что девушка может очнуться и передумать в любой момент, но всё же сильно надеялся, что она дождётся его.
Уже начиная чувствовать тошноту от очередной выкуренной сигареты, юноша решил вернуться в свой кабинет, всё же его там ждали родные. Поднявшись по лестнице на второй этаж, он увидел открытую дверь зоны отдыха. Быстро окинув взглядом помещение, парень не увидел там девушки. Тяжело вздохнув, он собирался направиться на своё рабочее место, но в этот мгновение услышал звук открывающейся двери уборной, что находилась совсем рядом. Вышедшая оттуда девушка застыла, вновь поймав на себе взгляд потухших зелёных глаз, что ещё совсем недавно горели, словно изумруды на свету. Молодые люди стояли и просто смотрели друг на друга не в силах оторвать взгляд. Выдерживая зрительный контакт, Агрест подошёл к Дюпен-Чен.
- Хочешь мне что-то сказать? - тихо произнёс он.
Но Маринетт лишь молча продолжала смотреть на него заплаканными глазами. Её взгляд оказался для парня красноречивее любых слов.
- Пойдём. - осторожно взяв её за руку, сказал Адриан. - Думаю, нам всё же нужно поговорить. - легонько потянув за собой Мари, добавил он, заводя её обратно в зону отдыха.
Усадив девушку на маленький диван и сев напротив неё, Агрест откинулся на спинку дивана и тяжело вздохнул.
- Маринетт, я вижу, что у тебя ко мне много вопросов. И уже достаточно давно... Если у тебя есть желание, то задавай их сейчас. Не думаю, что нам ещё выдастся возможность вот так спокойно поговорить. - серьёзно заговорил он.
Дюпен-Чен сидела и продолжала прожигать парня своим взглядом, словно пытаясь решиться заговорить. После всего, что сегодня произошло, заставить себя задать хоть один вопрос было невероятно трудно. И Адриан это прекрасно понимал, поэтому терпеливо ждал, когда же она наконец осмелится заговорить.
- Почему... - тихо начала говорить девушка, спустя пару минут молчания. - Почему ты так ведёшь себя? Сначала целуешь, потом делаешь вид, что меня и вовсе не существует, затем снова целуешь. Я не понимаю...
- Прежде чем задавать мне такие вопросы, будь уверена, что сможешь сама на них ответить. - сказал серьёзно юноша. - Ты должна понимать, что у меня тоже есть вопросы к твоему поведению.
В ответ на это, Дюпен-Чен лишь стыдливо опустила взгляд.
- И всё же, я попробую ответить. Безусловно, в последнее время меня сильно тянет к тебе. Всё началось с той аварии. Когда я очнулся и увидел тебя без сознания, в крови, я безумно испугался. Испугался потому, что уже видел это... В тот момент в моей голове всплыли воспоминания, которые я столько лет закапывал всё глубже внутрь себя. Так мне было легче жить. Но тогда... В то мгновение всё изменилось. Допустив мысль о том, что ты можешь умереть и снова из-за меня, я будто сам выкопал то, что пытался забыть. С того дня в моей голове всплывало всё больше воспоминаний о былой жизни. Стало очень трудно. Общение с тобой не давало мне покоя. Я хотел продолжать говорить с тобой, но после каждого разговора мне становилось тяжело. Словно на плечи падал огромный камень. В общем, я запутался в собственном противоречии. И в один момент я просто сорвался. Я понимал, что сделал что-то плохое, но, даже не помня, что произошло, осознавал, что мне это дико понравилось. Это меня сильно напугало. Поэтому я решил, что лучшим выходом будет отдалиться и свести общение к минимуму. Я понимал, что для тебя это будет крайне непонятно, но по-другому не мог. Но и тут я ошибся. Держаться на расстоянии оказалось ещё труднее, а твоя податливость вообще убивала меня. Я знаю, что ты давно стала для меня чужой, как и я для тебя, знаю, что у тебя есть другой. Казалось бы, этого вполне достаточно, чтобы отпустить всю эту ситуацию, но нет... Я не могу. И сегодня я это окончательно понял. Ты была в моих руках, я целовал тебя и видел, как тебе это нравится. Я знаю, что это всё очень неправильно, особенно для тебя, но видя, как ты позволяешь мне всё это, я просто не смог остановиться. И я думаю, это именно тебе стоило всё это остановить, ведь это у тебя есть то, что не должно позволять так поступать. Знала бы ты, как трудно мне держать себя в руках, даже сейчас. Но я очень не хочу, чтобы ты жалела об этом. Хотя, признаю, в тот раз, когда я затащил тебя в свой кабинет и почти поцеловал, я хотел, чтобы ты меня возненавидела за такие действия. Хотел, чтобы ты не думала, что я всё такой же хороший, каким ты меня считаешь. Но сегодня всё покатилось к чертям... И, честно говоря, сейчас я окончательно запутался и теперь не знаю, что делать. - с последними словами Агрест прикрыл лицо одной рукой, словно боясь показать свои истинные эмоции.
Вслушиваясь в каждое слово парня, Маринетт стала осознавать, насколько их ситуация сложна на самом деле. Она не знала, что он так мучается, просто общаясь с ней. Она не знала... И сейчас, позволив ему сегодняшнее безрассудство, девушка всё усугубила в сотни раз.
- Прости... - чувствуя, как вновь в горле образовался давящий ком, еле выговорила Дюпен-Чен. - Прости. Я не знала. Не знала... Из-за своей неудовлетворённости я... - не выдержав, снова заплакала она, прикрыв рот рукой и посмотрев на юношу.
Не желая смотреть на это, Адриан просто опустил голову и смотрел на свои сцепленные руки, нервно перебирая пальцами, надеясь, что девушка скоро успокоится.
- Я думала, что ты просто хочешь воспользоваться мной... Думала, что за этим ничего не стоит, кроме животного желания. Поэтому я решила тоже воспользоваться тобой. - продолжила говорить Мари, продолжая выпускать жгучие слёзы. - Я совсем перестала чувствовать себя женщиной. Видя то, как я отошла на третий план для своего мужчины, сама того не осознавая, я затаила очень сильную обиду. И только сейчас я это поняла. Поняла, когда перестала противиться твоим действиям. Я настолько истосковалась по таким прикосновениям, что просто потеряла рассудок. Иного объяснения у меня нет... Если бы я знала, что за твоими действиями стоят чувства, я бы никогда этого себе не позволила...
- Я знаю. - тихо произнёс Агрест, оборвав поток слов девушки. - Теперь всё стало ещё сложнее. Но зато сейчас мы оба знаем, что будет дальше. И я надеюсь, после того, что ты узнала, тебе будет проще отстраниться от меня. Пожалуйста, облегчи мне задачу. - с натянутой грустной улыбкой произнёс Агрест.
- Адриан... - с горьким сожалением прошептала девушка, смотря в его глаза.
- Мари... - медленно поднявшись и пересев к ней, сказал он. - Мы оба знаем, что так будет лучше. Тебе же это всё совершенно не нужно. И не стоит делать необдуманные поступки из-за обиды, тебе это совсем не идёт. - взяв её руку в свои, продолжил парень, не отрывая взгляд с покрасневших глаз. - Давай на этом и закончим.
Сказав последнюю фразу, Адриан медленно поднёс руку Мари к своим губам и, коснувшись ими тыльной стороны ладони в невесомом поцелуе, поднялся с дивана и вышел из помещения.