Возвращение в реальность
Они стремительно направились к порталу, ведущему домой. Переступив порог своей квартиры, пара тут же приступила к укреплению защитных барьеров. Используя древние ритуалы и специальные амулеты, они заделывали каждую потенциальную брешь, через которую мог проникнуть демон. Заклинания переплетались друг с другом, создавая мощный защитный купол, надёжно охраняющий пространство от любых вторжений извне. Только убедившись, что квартира полностью защищена, они вздохнули с облегчением.
Дима обернулся к Полине, его чёрные глаза горели в полумраке прихожей.
— Ну что, героиня, — его голос звучал хрипло, но в нём явно читалось облегчение. — Опять вытащили мою задницу из ада. Надо бы тебе медаль вручить.
— А я то думала, когда ты уже додумаешься — она закатила глаза — мне уже несколько положено за верную службу.
Он шагнул ближе, пальцы небрежно скользнули по её белым волосам, оставляя следы пепла.
— Только не вздумай привыкать. В следующий раз я сам разберусь с этими ублюдками, — Дима усмехнулся, но в уголках его глаз читалась усталость.
Резко потянув её за талию, он прижал Полину к себе, ощущая, как её тело дрожит от перенапряжения.
— А теперь, пока мы не развалились, — его губы скользнули по её виску, — давай проверим, не осталось ли в тебе чего-то... лишнего.
Его ладонь легла ей на спину, и по коже побежали тёплые волны магии — не грубой, а осторожной, будто он боялся причинить боль.
— Если что-то почувствуешь — сразу говори. Поняла?
В его голосе снова зазвучала та самая властная нотка, но теперь она была приправлена чем-то более тёплым. Почти нежным. Почти.
Полина кивнула головой.
Дима провёл ладонью по её спине медленно, почти чувственно, но в его движениях читалась сосредоточенность экстрасенса, а не любовника. Магия струилась под кожей, выискивая чужие следы.
— Чисто, — прошептал он, но пальцы не остановились, скользя выше, к основанию шеи. — Хотя подожди...
Он резко нахмурился, прижав два пальца к её позвоночнику. Полина могла почувствовать, как что-то тёмное и липкое вытягивается из неё — последний отголосок демонического влияния.
— Вот и всё, — Дима разжал пальцы, и чёрная субстанция исчезла в клубах дыма. — Теперь ты точно моя.
— Фух, наконец-то мы это закончили... — выдохнула Полина.
Его руки опустились на её бёдра, резко приподняв Полину, чтобы она оказалась на уровне его лица.
— А теперь, раз уж ты так настаивала на совместной смерти... — его губы скользнули по её шее, оставляя горячий след, — давай займёмся совместной жизнью.
Он понёс её в сторону спальни, небрежно пиная дверь ногой. В его глазах горело что-то дикое, голодное — после битвы всегда хотелось убедиться, что они оба ещё живы. По-настоящему.
Дима повалил Полину на кровать, его тело накрыло её, как живая тень. Пальцы вцепились в простыни по бокам от её головы, черные волосы спадали ему на лицо, скрывая бешеный блеск в глазах.
— Ты вообще представляешь, что со мной было, когда я услышал твой крик? — его голос звучал хрипло, губы обжигали кожу на её шее. — Я готов был разорвать тот портал голыми руками, только чтобы добраться до тебя.
— Это ты начал раздавать мне указания, хотя я все прекрасно понимаю — начала спорить она.
Одна рука скользнула под её спину, резко прижимая Полину к себе так близко, что она могла чувствовать каждый мускул, каждую татуировку на его теле. Дима проигнорировал ее выпады.
— Так что теперь ты будешь молча слушаться, поняла? — зубы слегка сжали её нижнюю губу, не больно, но достаточно, чтобы заставить вздрогнуть. — Потому что если с тобой что-то случится...
Он не договорил, просто впился губами в её рот, яростно, безжалостно, словно пытаясь доказать, что они оба ещё здесь. Его пальцы уже рвали ткань её одежды, обнажая кожу, по которой тут же пробежали горячие ладони.
— Моя, — прошипел Дима между поцелуями, — только моя, чёрт возьми.
— Навсегда — проговорила ему в губы Полина.
Дима резко приподнялся над ней, его почти чёрные глаза сверкали в полумраке спальни. Он замер на мгновение, изучая её лицо, словно пытался запомнить каждую черточку.
— Навсегда — это когда даже смерть не разлучит, — его голос звучал низко, с хрипотцой. Пальцы медленно провели по её щеке, оставляя мурашки. — А мы с тобой, чертовка, уже и смерть обманули.
Он наклонился, прижав губы к её ключице, кусая кожу ровно настолько, чтобы оставить след, но не причинить боли.
— Так что да, — Дима откинулся назад, срывая с себя остатки одежды. Его татуировки мерцали в тусклом свете, будто живые. — Навсегда. Но сначала...
Его руки резко раздвинули её бёдра, пальцы впились в кожу.
...докажи, что не передумаешь.
Губы Димы снова нашли её, но теперь поцелуй был медленным, сладостным, полным обещаний, которые он намерен был выполнять каждый день. До конца. Навсегда.
— Уж я точно не передумаю, сколько можно говорить об этом? — Полину начинали уже злить его слова "докажи" — Я за тобой пошла в это ад, а ты все сомневаешься?
Дима рассмеялся — резко, почти грубо, но в его глазах читалось что-то тёплое. Он перекатился на бок, опираясь на локоть.
— Знаешь, что самое страшное? — Его пальцы скользнули по шраму на её груди, повторяя его контур. — Что я верю тебе. Чёрт возьми, после всего этого ада — верю.
Он резко наклонился, прижав губы к её шее, прямо над пульсом.
— Но если вдруг... — его голос прозвучал низко, с лёгкой дрожью, — ...я найду тебя даже в аду. Или вытащу тебя оттуда. Или останусь там с тобой. Потому что...
Дима оторвался, чтобы поймать её взгляд, и в этот момент он выглядел почти серьёзным.
— ...без тебя мне там всё равно будет хуже.
А потом снова превратился в того самого наглого чернокнижника, щёлкнув её по лбу.
— Так что давай без геройств, ладно? Ты — моя. Я — твой. И точка.
— Договорились — Полина запустила свои пальцы в его черные, как смоль, волосы.
Его рука уже скользила под её бёдра, явно намекая, что разговоры окончены, а вот кое-что куда интереснее — только начинается.
Дима лежал на боку, подпирая голову рукой, и наблюдал, как первые лучи солнца скользят по белым волосам Полины. Его чёрные глаза были наполовину прикрыты, но в них читалось удовлетворение и лёгкая усталость.
— Ну что, солнышко, — он провёл пальцем по её обнажённому плечу, оставляя за собой мурашки, — как тебе наше маленькое 'утро после'?
Его губы растянулись в самодовольной ухмылке, когда он заметил свежие следы своих зубов на её коже. Дима наклонился, чтобы коснуться их кончиком языка, одновременно с этим его рука лениво скользнула по её талии.
— Ты даже не представляешь, как чертовски красиво выглядишь сейчас, — прошептал он, вдыхая её запах, смешанный с запахом их страсти.
— Не представляю, потому что уверена, что выгляжу, как побитая собака после всего того, что с нами случилось за последние несколько дней — вздохнула Полина.
Дима лёг рядом, притягивая её к себе так, чтобы их тела соприкасались.
— Но если ты думаешь, что этим всё закончилось, — его голос прозвучал низко и обещающе, — то ты сильно ошибаешься.
— Ну можно хоть день отдохнуть от всех этих демонов, адов и прочего — заскулила она — Это же невозможно так жить, мы не супергерои и между прочим, героине нужно на работу, у меня важный клиент.
Дима закатил глаза с преувеличенным драматизмом, но в уголках губ всё равно играла усмешка. Он потянулся, демонстративно разминая плечи, будто только что вышел из тяжёлой схватки — что, в общем-то, было недалеко от истины.
— Ох уж эти твои 'важные клиенты', — проворчал он, цепляя её за талию и притягивая к себе. — Ну ладно, ладно, принцесса. Один день. Ровно один.
Его пальцы лениво запутались в её белых волосах, а зубы слегка прикусили мочку уха.
— Но только если ты пообещаешь, что вечером мы вернёмся к обсуждению... других важных дел, — его голос стал низким, с явным намёком. — А то я уже придумал, как можно использовать новый ритуальный нож. И поверь, это куда интереснее, чем твои татухи.
Дима отпустил её, с театральным вздохом повалившись на спину и закинув руки за голову.
— Ладно, героиня, беги на свою работу. Только смотри — если опять нацепляешь на себя какую-нибудь демоническую хрень, я лично буду выбивать её из тебя. И поверь, — он бросил на неё вызывающий взгляд, — мой метод 'лечения' тебе точно понравится.
— Очень смешно, я мыться! И без тебя! — прокричала Полина и убежала в сторону ванны.
Она собралась на работу, аккуратно натянула шёлковый топ, подчеркивающий её стройную фигуру, подошла к большому настенному зеркалу и критически оглядела себя сверху вниз. Проведя рукой по волосам, слегка подкрасила губы яркой помадой, сделала пару шагов назад, внимательно изучив образ со всех сторон и воскликнула:
— ДИМА, НУ ЭТО НЕВОЗМОЖНО, твои укусы, синяки и засосы по всему моему телу, что мне надевать, паранжу? — с возмущением говорила она.
Дима, услышав её возмущение, лениво перекатился на бок, подперев голову рукой. Его чёрные глаза с явным удовольствием скользили по её фигуре, останавливаясь на каждом свежем синяке и засосе.
— Паранжу? — он фыркнул, проводя языком по собственным зубам, будто вспоминая вчерашний "ужин". — Да брось, это же твои боевые отметины, солнышко. Носи с гордостью.
Он неспешно поднялся с кровати, голый и совершенно не стесняющийся этого, и подошёл к ней сзади. Его пальцы скользнули по её бёдрам, цепляясь за край топа.
— Но если уж так переживаешь... — Дима наклонился, чтобы шепнуть ей прямо в ухо, одновременно прижимаясь всем телом. — ...я знаю парочку заклинаний, которые могут сделать их менее... заметными. Правда, взамен придётся кое-что отдать.
Его рука медленно поползла вверх, под материал топа.
— Ну так что, Поль? Договоримся? — он ухмыльнулся, зная, что она уже поняла, какую именно "плату" он имеет в виду.
— Не все хотят знать, что я только и делаю что трахаюсь, знаешь ли — она нервно перебирала волосы — Надену толстовку, если ты не хочешь ничего делать без сексуального подтекста. И да... — она стояла и рассматривала его через зеркало — прикройся уже наконец.
Дима замер на мгновение, его ухмылка слегка потухла, но не исчезла полностью. Он медленно отстранился, скрестив руки на груди, и приподнял одну бровь, изучая её с явным любопытством.
— Ох, ну вот, теперь я официально обижен, — он фыркнул, но в его глазах мелькнуло что-то более серьёзное. — Ладно, принцесса, давай по-взрослому.
Он шагнул назад, давая ей пространство, и потянулся к стулу, где валялись его вещи. Натягивая их на себя, Дима бросил на неё оценивающий взгляд.
— Ты правда думаешь, что для меня ты только... это? — он провёл рукой по воздуху, изображая нечто абстрактное, но его голос потерял привычную язвительность. — Ладно, надевай свою толстовку. Только знай...
Он внезапно оказался перед ней, уже полностью одетый, и приподнял её подбородок пальцем.
— ...что бы ты ни надела, мне всё равно, что под ней. И дело не только в том, как ты выглядишь без одежды.
Дима отпустил её, развернулся и направился к двери, но на полпути обернулся, уже с привычной дерзкой усмешкой.
— Но если передумаешь — я в мастерской. Буду колдовать над новым эскизом. Без сексуальных подтекстов. Ну... почти.
И прежде чем она успела что-то ответить, он исчез за дверью, оставив после себя лёгкий шлейф пачули и чего-то тёмного, почти осязаемого.