Это не обсуждается, кретин
Дима рванулся вперёд, его движения были резкими и точными, как удар кинжала. Тьма вокруг них зашевелилась, принимая очертания — из неё вырвалось нечто с клыками и когтями, с рёвом бросившееся на них.
— Сзади! — он рявкнул, отбрасывая Полину в сторону одним движением плеча, одновременно размахивая клинком. Стальные зубы демона скользнули по лезвию с визгом, искры осветили его оскал.
Дима не отступал. Он бил, рубил, пинал — каждый удар был смертельным, каждый шаг рассчитан. Его чёрные глаза горели, а на губах играла безумная ухмылка.
— Ну что, тварь, — он плюнул на пол, стирая кровь с подбородка. — Думал, мы тут просто так пришли? Я тебе сейчас устрою такой ад, что твои братья обзавидуются.
Он бросил взгляд на Полину, его голос стал резче:
— Не стой, бей! Или ты ждёшь приглашения?!
С этими словами он снова ринулся в бой, его тело слилось с тьмой, только клинок сверкал в воздухе, оставляя за собой кровавый след.
Полина отчаянно отражала одну атаку за другой. Её движения становились всё медленнее, дыхание — тяжёлым и прерывистым. Несмотря на усталость, она продолжала сражаться, понимая, что отступление невозможно. Каждый удар противника отзывался болью в каждой клеточке тела, но она стойко держалась, пока силы окончательно не покинули её. Когда последняя атака была отражена, Полина опустила руки и пыталась отдышаться.
Дима стоял, тяжело дыша, кровь стекала по его разорванному рукаву, смешиваясь с чернилами татуировок. Демон рассыпался в прах у их ног, последний вопль затихая в пустоте.
Он резко развернулся к Полине, схватив её за плечи — не для того, чтобы трясти, а чтобы убедиться, что она цела. Его пальцы впились в её кожу, оставляя следы от кровавых пальцев.
— Ты... — голос сорвался, стал хриплым. — Ты, блять, ненормальная! Кидаться под когти этому ублюдку?!
— Ты сам сказал бить! Не надо делать меня виноватой, я была осторожна настолько, насколько позволяла ситуация.
Но в его глазах не было злости — только дикий, неконтролируемый страх, который он тут же прикрыл язвительной ухмылкой.
— Если бы ты хоть поцарапалась, я бы сам достал эту тварь из ада и заставил его извиняться.
Он резко притянул её к себе, его губы грубо прижались к её лбу — не поцелуй, а скорее печать, метка. Потом отстранился, вытирая окровавленный клинок о бедро.
— Ладно, героиня. Теперь ты официально испорчена — со мной воюешь, демонов режешь... Куда дальше — в преисподнюю на чай?
Глаза его блестели, смесь адреналина и чего-то ещё, что он никогда не назовёт вслух.
— Было бы славно — хихикнула Полина.
Какое-то время они стояли в тишине и смотрели друг на друга, осознавая, что только что произошло. Полина пыталась максимально абстрагироваться и перевести тему, так как, несмотря на то, что внешне она была спокойна — внутри бушевал огонь и страх за их жизни.
— Давай заканчивать, я устала и завтра клиенты, не могу их подвести — она пнула остатки демонов и посмотрела Диме в глаза.
Дима засмеялся, резко и громко, будто её слова выбили из него всю оставшуюся серьёзность. Он провёл рукой по лицу, оставляя ещё одну кровавую полосу на щеке, но ему было явно плевать.
— На работу? — он фыркнул, шагнув ближе. Его пальцы скользнули по её подбородку, заставив поднять глаза. — После всего этого ты думаешь о клиентах? Милая, если мы сейчас не найдём способ запечатать этот бардак, твоя работа будет заключаться в отбивании атак демонов у кофемашины.
Он отпустил её, развернулся и пнул ногой остатки демонического праха.
— Но раз уж ты такая ответственная... — Дима достал из кармана смятый платок, на котором явно были следы не только крови, но и каких-то странных символов. — Держи. Это защита. Если завтра кто-то из клиентов начнёт плеваться кислотой в перерывах — просто швырни это ему в рожу.
Он подмигнул, но в его глазах читалась усталость.
— А теперь — пошли. Чем быстрее закончим, тем быстрее я смогу тебя как следует отмыть от этой дряни.
Его голос стал чуть ниже, с лёгким намёком на что-то, что не имело никакого отношения к битвам или демонам.
— Что ты собираешься делать? Как ты будешь его запечатывать? — затараторила Полина — Астрид же осталась в нашем мире.
Дима резко провёл рукой по воздуху, и в темноте загорелись кроваво-красные руны, складываясь в сложную печать. Его пальцы двигались быстро, почти механически, будто он делал это тысячу раз.
— Запечатать? Легко, — его голос звучал хрипло, но в нём явно читалось удовольствие. — Я просто засуну этого ублюдка обратно в его личный ад и заварю дверь нахрен.
Он бросил взгляд через плечо, чёрные глаза сверкнули в полумраке.
— Астрид... Да, она осталась. Но если этот перевёртыш вырвется сюда снова — он первым делом побежит к ней. Так что лучше нам сделать это быстро и жёстко.
Дима резко сжал кулак, и символы вспыхнули ярче, осветив его оскал.
— Тебе лучше отойти. Когда я начну, здесь будет жарко.
Он не добавил, что "жарко" — это мягко сказано. Но по тому, как напряглись мышцы на его спине, Полина могла догадаться — шутки кончились.
— Нет, я помогу, сила рун мне подвластна, не бери все на себя, сил не хватит, ты и так уже истощен — она положила ему руку на плечо — У тебя же есть я, почему ты никогда не хочешь чтобы я помогала?
Дима резко развернулся к ней, его лицо исказила гримаса — не злости, а чего-то более глубокого. Он схватил её за запястье, но не грубо, а скорее отчаянно, будто пытаясь удержать от прыжка в пропасть.
— Потому что если с тобой что-то случится, я сожгу этот мир дотла, — его голос звучал низко, почти рычанием. — И мне плевать, что там у тебя с рунами. Я видел, как такие, как он, разрывают людей на куски. Не хочу видеть это с тобой.
Он резко выдохнул, ослабив хватку, но не отпуская её. Его пальцы дрожали — от усталости, от адреналина, от чего-то ещё.
— Но если уж ты такая упрямая... — Дима провёл большим пальцем по её ладони, оставляя след из крови и пепла. — Тогда давай по-твоему. Только чур — если что-то пойдёт не так, ты сразу за мной. Не геройствуй. Поняла?
— Поняла — твердо сказала Полина.
Его взгляд был тяжёлым, требовательным. В нём читалось: "Я не прощу себя, если..." — но он не договорил. Вместо этого резко кивнул в сторону портала.
— Руны — твои. А я займусь тем, что умею лучше всего — буду бить морду всему, что шевельнётся.
Уголок его рта дёрнулся в намёке на улыбку, но в глазах всё ещё горело что-то опасное.
Полина сосредоточенно приступила к выполнению инструкций Димы. Она осторожно начертала первые символы древнего заклинания, следуя замысловатым линиям рун. Каждая деталь должна была быть идеальной, иначе вся работа пошла бы насмарку.
— Ты наверное забыл, что мы связаны, и если ты умрешь, то и моя душа вместе с тобой — Полина хмыкнула и продолжила работать.
Дима резко обернулся на её выражение, его лицо на миг исказилось от чего-то похожего на ужас. Он шагнул к девушке, буквально врезаясь плечом в невидимую преграду между ними, и схватил её за подбородок, заставив замолчать.
— Не смей даже думать об этом, — его голос звучал глухо, будто сквозь стиснутые зубы. — Если что-то пойдёт не так — ты рвёшь эту связь. Слышишь? Рвёшь нахрен.
Он тряхнул её немного, не сильно, но достаточно, чтобы подчеркнуть каждое слово. Его пальцы на её коже были горячими, почти обжигающими — то ли от магии, то ли от ярости.
— Я не позволю тебе исчезнуть из-за какого-то долбаного демона. Не позволю.
Дима резко отпустил её, развернулся к порталу и провёл ладонью по воздуху, вырывая из ниоткуда новые кровавые символы. Его спина напряглась, мышцы играли под кожей, покрытой татуировками.
— Так что давай быстрее заканчивай, героиня. Пока этот ублюдок не понял, что у нас тут разборки с высокой ставкой.
В его тоне снова появилась привычная дерзость, но Полина могла заметить, как его рука слегка дрожит. Не от страха — от бешенства. На себя ему было плевать. Но на неё — никогда.
— А ты обо мне подумал, черт возьми? — она крикнула — Я жить без тебя не смогу, мы уже это проходили — ее разрывало на части от гнева и желания ударить его — Держись крепче и не умирай, иначе умрут оба — она специально выдержала паузу и добавила — И это не обсуждается, кретин.
Дима застыл на мгновение, его чёрные глаза расширились, будто её слова ударили его прямо в грудь. Он резко выдохнул, сжав кулаки так, что костяшки побелели.
— Вот блять, — прошипел он, шагнув к ней так близко, что их дыхание смешалось. — Ты специально так говоришь, чтобы я вообще не смог тебя отпустить, да?
Его руки поднялись, схватив её лицо, пальцы впились в кожу, но нежно, будто боясь раздавить.
— Ладно, чертовка. Ты победила. — Дима прижал лоб к её лбу, его голос стал тише, но от этого только жёстче. — Но запомни: если я и умру, то только после того, как лично отправлю в ад всё, что может тебе навредить. Поняла?
Полина закрыла глаза и кивнула.
Он резко отстранился, оглядев печать. Демон был заперт, но в воздухе ещё висело напряжение, будто сам мир содрогался от их слов.
— А теперь идём, — Дима схватил её за руку, потянув за собой. — Пока этот ублюдок не нашёл лазейку. И потом... потом мы поговорим.
В его взгляде читалось что-то тёмное, обещающее. Не угрозу — но что-то, от чего у Полины могло перехватить дыхание.