Залижи мои раны
Полина закрыла глаза и обняла его.
— Мы все исправим, ты будешь свободен, я не буду тебя сажать на цепь, как Астрид, ты будешь волен делать все, что пожелаешь, даже если бросишь меня — эти слова давались ей тяжело — Но это чертово клеймо...
Повторила она снова, сильнее стискивая зубы. Голос дрогнул от нахлынувших эмоций, но она взяла себя в руки, стараясь говорить твёрдо и уверенно.
— Я его уберу навсегда, шрамы тоже уйдут, каждый след, каждая царапина — растворятся в пустоте.
Дима замер в её объятиях, его тело напряглось, будто он не ожидал такой нежности среди всей этой ярости. Чёрные глаза прикрылись, когда он вдохнул её запах, смешанный с запахом своей крови и серы.
— Бросить тебя? — Его голос звучал хрипло, почти шёпотом. — Детка, я скорее позволю вырвать себе сердце, чем добровольно отпущу тебя.
Он приподнял голову, и в его взгляде горело что-то дикое, первобытное.
— Но если ты так хочешь зализать мои шрамы... — его губы растянулись в медленной, хищной ухмылке, — то давай начнём прямо сейчас.
Дима резко развернул её, прижимая спиной к своей груди. Его пальцы скользнули под её одежду, оставляя на коже следы от крови с клейма.
— Только учти... — он прикусил её мочку уха, заставляя вздрогнуть, — если ты начнёшь, я не позволю тебе остановиться. Пока не залечишь каждый шрам. Каждый грех. Каждый след её на мне.
Его дыхание стало горячим и тяжёлым, а руки — твёрдыми, как сталь.
— И тогда... тогда я буду действительно свободен. Потому что буду принадлежать только тебе.
Тени вокруг них зашевелились, будто чувствуя, как рвутся старые цепи и куются новые — но на этот раз по обоюдному желанию.
Полина отстранилась от него.
— Я не хочу этого, пока ты связан с ней, потому что знаю как работает этот чертов договор. Тебе больно и ты пересиливаешь себя, давай дождемся завтра и поверь, тебе очень понравится быть свободным — она подмигнула Диме
— А пока, нам пора уходить отсюда, и вообще, я удивлена как мои коллеги не зашли сюда за это время, а студия была полная перед твоим приходом, в каждом кабинете работали мастера
Дима засмеялся, но в этом смехе звучала усталость — будто он действительно держался только на адреналине и ярости. Его пальцы разжались, освобождая её, но перед этим он успел провести ладонью по её спине, оставляя кровавый отпечаток.
—Умная девочка, — прошептал он, отстраняясь. — Да, сегодня... лучше не искушать судьбу.
Он резко дёрнул головой, будто отгоняя наваждение, и потянулся за своей курткой, натягивая её на голое тело.
— Твои коллеги? — Дима усмехнулся, подмигнув. — Я наложил лёгкий морок. Им кажется, что тут просто пустое помещение... и запах серы они списывают на новую вентиляцию.
Он подошёл к двери, но перед тем как открыть её, обернулся. Его глаза блестели в полумраке, как у хищника.
— Завтра в полночь. У старой часовни за городом. — Губы растянулись в обещающем оскале. — Принеси что-нибудь острое... и аппетит.
И прежде чем она успела ответить, он растворился в тени коридора, оставив после себя лишь запах дыма и тёплое обещание мести.