XXIII.
Пройдя на кухню актриса разогрела ужин для Дмитрия. За ужином она наблюдала за ним. Уставшим, но горевшим своим делом, по всей видимости. Он неторопливо ел, паралельно воодушевленно разговаривая с подругой. Она подарила голову рукой и с лёгкой, искренней улыбкой смотрела на него.
***
Неделя протекала однотипно. Девушка сама занималась татуировками, погружалась в теорию; проводила уборку по дому, готовила еду. Дима — приходил ближе к часу ночи, и впрочем, все свое время проводил вне дома, на студии со своим альбомом. Каждую ночь приходил, ужинал и болтал с брюнеткой.
Даше в общем и целом было все равно на подобный режим друга. Она прекрасно понимала, что это работа. Что это его мечта. И что это важно. Потому в это она не лезла, да, и, тот приходил все время в хорошем настроении. Не измученный, улыбающийся.
Под первого, Дмитрий вернулся. Звон ключей и их поворот в дверном замке. Брюнетка стояла у плиты и занималась ужином, и видимо вовремя. Парень прошел к ней, слегка обнимая со спины.
Настроение было необыкновенно хорошее, спокойное. Белоснежная улыбка чернокнижника ещё больше заставляла улыбаться в ответ.
За столом, после очередной вилки пасты, Матвеев перевел взгляд и привлек внимание актрисы, готовясь что-то сказать.
—Дашуль, мне... Мне нужна твоя помощь, - произнес неуверенно тот.
—Помощь? Без проблем, в чем? - удивилась она, но ее это явно заинтриговало.
—В общем, мне нравится одна девчонка, - чуть смущаясь говорил брюнет.
«Мне нравится одна девчонка»... Ему нравится?
Девушка онемела, стараясь все также держать улыбку на лице. Ее обескуражило это сообщение от него.
—А я в чем должна помочь? - чуть тише спросила та.
—В этот раз я как-то непривычно оробел... Я не знаю как сказать об этом и что лучше сделать, - делился важным для него он. Но каждое новое слово про другую, заставляло стучать сердце брюнетки чаще.
—Я... Я даже не знаю. Я не имею такого опыта, - несуразно ответила она. —Наверное лучше сразу прямо сказать, поговорить о чувствах. Цветы... Не знаю, честно, смотря, что она любит.
—Ей розы нравятся. Как тебе, прикинь, - широко улыбался парень, чего нельзя было сказать о его подруге. Она старался не подавать виду и вести себя также, как и раньше, поддерживая.
—Прикольно..., - отводя взгляд сказала Дарья. —Тогда их и подари.
После ужина, как обычно, сразу разошлись по комнатам. Девушку разрывало изнутри. Она закрыла дверь в спальню полностью, не оставляя щель, как делала раньше, и Урала на кровать.
Накрываясь одеялом практически полностью, она заплакала. Тело начинало потряхивать, руки холодели, а слезы обжигали щеки.
Ему нравится другая... Ну конечно, на что я рассчитывала.
Теперь понятно, почему он возвращался таким со студии. Возвращался от объекта своего обожания и эйфории.
Зачем тогда был тот поцелуй? Зачем та забота?
«Ей розы нравятся. Как тебе, прикинь.» Он помнит про это, но...
Я люблю его. Люблю больше жизни. Больше всего во всей вселенной. И я думала, что это взаимно. По крайней мере, что будет взаимно.
Но на взаимность давно можно было не рассчитывать. Я не помню когда он последний раз называл меня «бусинка». Мы практически не обнимаемся, что было так важно раньше.
Какая я дура. Нельзя было привязываться. Он сразу давал надежды только на дружеские отношения.
Горечь правды жгла внутри. Она лежала на его кровати, в его квартире. И скоро на ее месте будет другая. Другую он будет ласково называть. Обнимать и целовать. Заботиться и спрашивать о проходящем дне, настроении. Запоминать любимые вещи.
В какой-то мере это была обида. Обида, что все, что было простые вещи, которые она романтизировала. Простые дружеские жесты внимания, которые она принимала за симпатию.
Душераздирающее чувство пожирало ее изнутри. А ещё больше терзали воспоминания. Теплые и искренние. Когда, казалось, существовали только он и она.
Заснула брюнетка только ближе к пяти часам утра. За счёт того, что уснула поздно, и спала плохо, проснулась не рано. Выходя из комнаты она ещё застала Матвеева, но тот уже собирался выходить. Он заметил подругу и мягко улыбнулся.
—Доброе утро, - улыбнулся тот.
—Доброе утро, - натягивая улыбку ответила она.
—Прости, сегодня пораньше нужно идти, - надевая лямки рюкзака на плечи произнес Дима.
—Ничего, - слегка кивая сказала брюнетка. —Удачи.
—Спасибо, - принимая пожелание, парень шире улыбнулся. —Не скучай.
Спасибо...
Она закрыла за ним дверь, и, после тяжёлого звука наигранная улыбка пропала с ее лица. Актриса прислонилась спиной к двери и закрыла глаза.
«Ей розы нравятся. Как тебе, прикинь.»
Старалась убрать вчерашние мысли из головы, но это было безуспешно. Слова, чувства, жесты, эмоции, все, что делал брюнет ранило. Он любит другую. С ней шансов нет. Точнее, с ним у нее шансов нет.
«Мне нравится одна девчонка»
Весь день тянулся мучительно долго. На душе кошки скребут, а за окном предательски тепло и ярко светил солнце.
Зато он счастлив...
Ничего Вишневская за день не ела. И кусок в горло не лезет. Ничем не занималась. Тело ломило от боли осознания реальности.
Даша то сидела, то лежала на кровати. Не выходила из комнаты, хотя и там, ей было находиться тяжело. Глаза тяжелели то ли от новых проступающих слез, то ли от усталости. Голова склонила к ногам, но тут же вернулась обратно, услышав звон ключей. Она посмотрела на время: двенадцать.
Девушка вышла в коридор, к другу. Тот развувался, держа в руках букет темно-красных роз. Увидев Дарью улыбка на его лице мягко появилась, а уголки губ поднялись вверх.
Они вместе прошли на кухню. Он поставил цветы в вазу с водой, чтобы те не завяли раньше положенного срока. За столом повесила тягостная тишина.
—Как все прошло? - спросила брюнетка опустив взгляд на стол. Ногтем она еле касаясь стола вырисовывала круги на одном и том же месте.
—Я ещё не признался, - неловко ответил Матвеев, поглядывая на букет в вазе. —Не решился. У тебя как дела лучше расскажи?
—Нормально, - негромко произнесла та, не смотря ему в глаза.
—Точно? - заметив ее отчаянный вид уточнил он. —Все в порядке?
—Нормально все, - резче ответила она. Поняв, что слишком резко и грубо сказала, осеклась.
—Бусинка..., - все вокруг замерло от одного его слова.
—Нет, - не дав ему договорить перебила Даша. Как бы ей не хотелось, она не делала слышать больше этого в свой адрес. Зная, что он называть, а возможно и сейчас, подобно называет другую.
Он в непонятках глядел на нее. Отложил вилку, будто готовился к серьезному разговору. Но в его глазах не читалось недовольство или что-то подобное. Нет.
Он никогда не видел ее такой.
—Давай поговорим, - спокойной предложил чернокнижник, с надеждой смотря на брюнетку. Но она не отзывалась никак на его просьбу. —Дашуль.
—О чем? - она подняла голову и посмотрела ему в глаза. —О том, что мне нужно съехать? Да, давай, я только за.
—Что? Нет, зачем? - не понимал Дмитрий.
—Я не могу жить с тобой вечно. К тому же, что у тебя есть дама сердца. Как ты себе это представляешь? - громче говорила та. —Я прекрасно видела как ты приходил с горящими глазами со студии. Я видела, как ты воодушевленно говорил. Я не хочу вам мешать. Совет да любовь, от всего сердца хочу чтобы ты был счастлив.
Ее темные глаза наливались слезами. Она не говорила, скорее кричала о своим чувствах. О том, что переживала вчера.
—Спасибо тебе большое, что вытащил меня из дыры, что приютил, что научил многому. Но я не могу больше тебя напрягать и усложнять тебе, точнее, вам жизнь. Мне нужно идти, - вставая из-за стола сказала Вишневская.
Сразу за ней следом поднялся и Матвеев. Он встал рядом с ней, обнимая, стараясь прижать к себе.
—Отпусти, - стараясь отстраниться говорила та сквозь слезы. Конечно, он был сильнее ее, и все ее попытки оттолкнуть его твои тщетны.
—Ч-ш, успокойся, выдохни, - обнимая, тихо и спокойно произнес брюнет.
Ее силы быстро закончились, и она просто уткнулась ему в грудь. Слезы лились ручьем, в груди бешено билось сердце, в голове паника и полнейшее беспонятие что делать.
—Отпусти. Мне нужно идти, - рыдала она.
—Дыши. Вдох-выдох, - успокаивал чернокнижник. Он гладил ее по спине, прикладывая голову к ее плечу. —Ты никуда не пойдешь. А для начала мы поговорим.