Часть 11
Ты стояла у дома, глядя на Артёма. Он всё ещё держал твою руку, и ты мягко, но решительно убрала её, вернув себе контроль над ситуацией.
— Артём, ты хорошо справился. — Голос твой звучал уверенно, спокойно. — Теперь можешь открыть конверт.
Он достал конверт, аккуратно разорвал его и, взглянув на фото, слегка усмехнулся.
— Ну да, та самая тень, что висела над ней... теперь лицо стало яснее. Спасибо, Т/и.
Ты кивнула.
— Теперь ты должен подождать. Когда остальные пройдут испытание, семья сама выберет, кому доверить помощь. А пока — иди в тот автобус, — ты указала в сторону дальнего фургона, стоящего в стороне от остальных, — там никого нет.
Артём, не споря, направился туда, сунув фото обратно в конверт. Толпа провожала его взглядами.
***
Вернувшись на перекрёсток, ты сразу услышала голос ассистента:
— Готовьтесь Соня. Уже идёт к вам.
Ты кивнула и взглянула в сторону, откуда появилась Соня Егорова — в уверенной походке, одетая в чёрное, с сияющими серьгами в виде тонких полумесяцев.
— Т/и, — улыбнулась она, подходя ближе. — Ну, здравствуй.
— Соня, — ты обняла её, крепко, по-своему по-дружески. — Рада тебя видеть.
— Я тоже. Интересное задание, — с хитрой улыбкой заметила она.
Ты вручила ей новый конверт.
— Фото девочки. Не открывай. Твоя задача — понять, что с ней, и найти её дом. У тебя 15 минут.
Соня кивнула и сразу же развернулась к толпе. Ни секунды не теряя, она медленно, внимательно смотрела на лица, словно всматриваясь в души.
— Вы... — она остановилась перед матерью Марины. — Вы её мама. Девочка... у неё длинные волосы, когда улыбается — у неё ямочка на правой щеке. Она любила рисовать, да?
Женщина, побелев, кивнула.
Соня на секунду закрыла глаза, сделала вдох — и... пошла. Но не туда. Ты заметила, как она уходит в другую сторону, совершенно противоположную от дома Поспеловых.
Толпа ахнула.
— Куда она?.. — прошептал кто-то.
Но вдруг — резкий разворот. Соня остановилась как вкопанная, разворачиваясь на 180 градусов и буквально рванула назад.
— Туда! — крикнула она и побежала. Её шарф развевался за спиной. Все сорвались с места, бежали следом, камера тряслась от толчков.
Ты тоже побежала, придерживая волосы, чтобы не разлетались.ё
В последнюю минуту, ровно на 14:59, она вбежала к дому и остановилась у двери. Глубоко дыша, развернулась к тебе:
— Можно открыть?
Ты кивнула.
Соня открыла конверт, взглянула на фото... и вздрогнула.
— В этой девочке... — её голос дрогнул, но она продолжила, — в ней демон. Это не просто тьма. Она внутри. Она говорит от её имени. Глаза — это не она.
Толпа загудела, кто-то закрыл рот рукой.
Соня медленно перевела взгляд на мать девочки.
— Я не уверена, что смогу помочь. Это не моя специфика. Но, надеюсь, кто-то из других сможет.
Ты мягко кивнула, подойдя ближе:
— Спасибо. Теперь ты тоже должна подождать. Там, где Артём.
Соня сдержанно улыбнулась, передала тебе фото и пошла обратно, на этот раз спокойно.
***
Вы с оператором и несколькими ассистентами вернулись на перекрёсток. Солнце уже село, и всё вокруг окрасилось в синевато-фиолетовые оттенки. Камеры включили дополнительное освещение, мягко подсвечивая тебе лицо. Где-то за деревьями ухнула сова, и холодок пробежал по коже.
Ты стояла, слегка зябко поёживаясь, но сохраняла спокойствие. Остался последний экстрасенс.
Все ждали его.
Влад Чреватый.
Ты стояла у перекрёстка, когда к тебе, в мерцающем вечернем свете, подошёл Влад Чреватый. Он, как обычно, появился бесшумно — будто из темноты. В чёрном пальто, с пронзительным, почти колдовским взглядом.
— Ну здравствуй, — сказал он тихо, подходя ближе.
Ты слегка улыбнулась. Он протянул руку, обнял тебя — на секунду, крепко и тепло. Ты ответила тем же, чувствуя на себе десятки взглядов из толпы и объектив камеры, ловящей каждый кадр.
— Вот твоё задание, — сказала ты, передавая ему конверт. — Всё, как и остальным: фото девочки. Не открывай. Узнай, что с ней. И найди её дом. У тебя 15 минут.
Он взял конверт... и не стал ни садиться, ни зажигать свечу, ни закрывать глаза. Он просто сжал бумагу в руке и медленно выдохнул, будто вдыхая энергию самой девочки.
— Она не спит по ночам. — Слова полились сразу, будто кто-то включил радио. — С 3 до 4 утра. Именно в этот час она разговаривает сама с собой. Или не сама. Раньше рисовала, теперь жжёт бумагу. На кухне пропадает соль. Они не замечают, как она ходит по дому. Иногда стены скрипят, будто от тяжести чужого присутствия. Но это не просто сущность. Это демон. Внутри. Он не хочет уходить. Он насмехается.
Ты замерла. Он даже не заглядывал в конверт.
Толпа притихла. Даже камеры будто стали снимать тише.
Влад резко повернулся и пошёл в толпу, не сомневаясь ни на секунду. Его глаза выхватили из множества лиц нужное. Он подошёл к женщине — матери девочки, — и без слов взял её за руку. Она сначала испугалась, но ты слегка кивнула, и женщина шагнула следом за ним.
— Вы не спите, — говорил он ей по дороге. — Часто плачете. Пытались читать молитвы, но вам стало хуже. Ваш муж чувствует себя виноватым, но не говорит. Собака боится заходить в комнату. Девочка больше не ваша.
Каждое его слово было гвоздём в душу. Люди шептались, некоторые отводили глаза.
Ты шла следом, и когда они подошли к дому Поспеловых, ты остановила его:
— Ты можешь открыть конверт. Ты справился, Влад.
Он усмехнулся, глядя на тебя:
— Это ещё не худшая девочка, с которой я сталкивался. Хотя, честно, эта напомнила одну из моего детства. Только та кусалась чаще.
Ты невольно хмыкнула, ощущая, как напряжение немного спадало.
Он открыл конверт, мельком глянул на фото и только кивнул.
— Да. Он глубоко в ней. Но вытянуть его можно. Пока ещё не поздно.
Ты подошла ближе и чуть тише сказала:
— Иди к Соне и Артёму. Ждите в автобусе.
Он кивнул, бросил взгляд на мать девочки и пошёл прочь — спокойно, не оборачиваясь.
Ты осталась с родителями девочки. Они были бледные, напряжённые, но в глазах читалась решимость.
— Итак, — сказала ты, сев рядом. — Теперь вы видели, как прошёл каждый. Артём... Соня... И Влад.
Мужчина поднял глаза. Женщина — шепча, почти не дыша:
— Мы выберем... Влада. Он... он знал слишком многое. Даже то, что никто не должен был знать. Он будто... уже был у нас в доме. Он чувствует её.
Ты молча кивнула.
— Хорошо. Я скажу ему.
В темнеющем Подмосковье, среди шепчущих деревьев и тяжёлого воздуха обречённого дома, решение было принято.Демон знал, что за ним пришли.