Часть 10
Камеры включились без отсечки. Ты стояла у ворот, а навстречу тебе вышла мать Марины Поспеловой — ухоженная женщина, лет сорока пяти, с красивыми руками и измождённым взглядом. В её глазах была безысходность, смешанная с чем-то тревожно-отчаянным.
— Здравствуйте... Спасибо, что приехали. Проходите, пожалуйста, — её голос дрожал, но она старалась держаться.
Ты кивнула и вошла.
Дом был приличный. Просторный, ухоженный. Светлые стены, чистые полы, мебель будто с обложки каталога. Но ты давно знала — за фасадом благополучия часто скрывается тьма.
Ты прошлась по комнатам: гостиная, кухня, ванная, родительская спальня. Всё выглядело нормально. До тех пор, пока ты не открыла дверь в комнату Марины.
Тебя ударило запахом сырости и чего-то гниющего.
Темно-красные шторы были задернуты, в комнате стоял мрак. Обои изодраны, местами содраны до голого бетона. На полу — клочья волос, бумажки, сорванные с книг страницы. Зеркало напротив кровати треснуто, но продолжало висеть, как будто оно держало всё это безумие в фокусе.
И на кровати, в позе замирающей куклы, сидела Марина.
Худая. Не просто стройная — измождённая. Под глазами тени, скулы острые, руки в синяках. Она уставилась в зеркало так, будто оно дышало.
Ты сделала шаг вперёд.
— Привет, Марина. Меня зовут Т/и. Я—
Но она резко обернулась. И когда её глаза встретились с твоими — у тебя внутри всё оборвалось.
Они были... мертвыми.
Ни искры. Ни страха. Только чёрная, ледяная пустота.
Марина медленно склонила голову набок, и голос, что вырвался из её рта, не был её.
— А ты, забитая до полусмерти папашей, думаешь, что теперь можешь кого-то спасать?..Пошла вон отсюда, девчока.
Ты замерла. В висках застучало. В груди поднялось что-то старое, забытое — страх. Настоящий.
Откуда она знала?
Ты молча развернулась и вышла, не давая лицу дрогнуть. Внутри всё горело.
Мать Марины кинулась к тебе:
— Что с ней?.. Что это?
— Мне нужны три её фотографии, — спокойно, сухо сказала ты. — На них она должна быть здоровой, до начала этого всего.
Женщина метнулась в другую комнату, и спустя пару минут принесла три одинаковые фотографии: Марина на фоне школы, улыбается. Живая.
Ты молча достала плотные чёрные конверты, вложила в каждый по фото и запечатала сургучом. Твоя рука почти не дрожала.
— Испытание пройдёт не здесь. Экстрасенсы начнут с перекрёстка, что в пяти минутах отсюда. Вы с мужем должны будете смешаться с толпой. Каждый из участников должен будет найти ваш дом сам. И рассказать, что происходит с вашей дочерью.
Женщина кивнула, поражённая твоей собранностью.
Ты вышла на улицу. Не оглянулась. Ни на тот дом. Ни на тот, что напротив.
Ты знала — скоро они будут в этом аду.
А ты будешь рядом.
***
Пока ты находилась в доме семьи Поспеловых, съёмочная группа и ассистенты быстро действовали снаружи. Толпа зевак уже собралась у условленного перекрёстка: местные жители, соседи, да и просто любопытные — они стояли в ожидании, перешёптывались, но сдерживались, как ты и просила.
Ты вышла из дома, выпрямив спину, словно отряхивая с себя то, что только что услышала. Лицо — холодное, спокойное, но внутри ещё горел огонь. Подойдя к толпе, ты подняла руку и громко, чётко сказала:
— Внимание, всем. Сейчас начнётся первое испытание. Я прошу вас: не разговаривайте с экстрасенсами. Не подсказывайте. Не пытайтесь сблизиться.Они должны сами почувствовать и понять, что происходит. Только тогда испытание будет настоящим.
Толпа согласно закивала. Кто-то достал телефоны, кто-то просто скрестил руки на груди, замерев в ожидании.
Через пару минут подошёл один из ассистентов и тихо сообщил:
— Экстрасенсы прибыли. Первым будет Артём Краснов.
Ты кивнула.
Медленно, со своей характерной плавной походкой, Артём вышел из машины и направился к тебе. На нём было чёрное пальто, длинные волосы были распущены, а на губах играла та самая полуулыбка, которая одновременно и притягивала, и пугала.
— Привет, ведьма-воин, — с усмешкой сказал он и вдруг неожиданно обнял тебя.
Ты сначала удивилась, но потом ответила коротким, крепким объятием.
— Не дерзишь сегодня, — сказала ты, вручая ему чёрный запечатанный конверт.
— Ещё успею, — подмигнул он, аккуратно убирая конверт в карман пальто.
Ты заговорила официальным голосом:
— В этом конверте находится фотография девочки. Ты не имеешь права его открывать. Твоя задача — понять, что с ней происходит, и найти дом, в котором она живёт. Время: 15 минут.
— Принято, — коротко кивнул Артём.
Он опустился прямо на землю, снял перчатки, достал свечу из внутреннего кармана и зажёг её.
Закрыв глаза, погрузился в трансовое состояние.
Толпа замерла.
Прошло минуты три, прежде чем он заговорил:
— Девочка... худая. Потерянная. Она не здесь, она в ловушке. Внутри что-то... что-то иное. Но... — он сдвинул брови, — мне кажется, она на аппарате ИВЛ. Врачи. Больница. Металл. Холод.
Ты вздрогнула. Это было ошибкой. Он видел и чувствовал, но интерпретация была неправильной. Девочка не в больнице.
Артём открыл глаза, взглянул на толпу.
— Но... её родители здесь, — сказал он уверенно. — Они в этой толпе.
Он вышел в круг, словно хищник среди потенциальной добычи, медленно оглядывая людей. Внезапно остановился перед женщиной, сжавшей руки.
— Вы её мать, — сказал он.
Женщина вздрогнула, лицо побледнело.
— Мне нужна кровь, — спокойно произнёс он. — Немного. Это поможет.
Ты быстро подошла ближе и мягко, но твёрдо сказала:
— Вы не обязаны. Если не хотите — скажите, и я сама...
— Нет, — женщина покачала головой. — Я... не могу, простите...
Артём посмотрел на тебя, его взгляд стал серьёзным:
— Т/и... можно тогда твою кровь? Мне нужна связь. Ты всё равно уже в этом.
Ты выдохнула. Подумала секунду. Потом сняла кожаную куртку, закатала рукав футболки и протянула руку.
— Только аккуратно.
Он достал тонкий лезвие, сделал почти незаметный надрез, провёл пальцем по крови и облизнул палец, закрывая глаза.
— Всё. Спасибо, — сказал он и взял тебя за руку.
— Что ты делаешь?
— Веду. Я вижу.
Он шагал уверенно, и ты шла рядом. Толпа молчала, операторы снимали всё без единого сбоя. Через пару минут вы остановились у дома Поспеловых.
— Здесь. — Он указал на дверь. — Здесь живёт тьма. Ты теперь тоже её чувствуешь, не так ли?
Ты посмотрела на него, сжав пальцы в кулак.
— Чувствую.И в этот момент — время вышло.