Глава 17. Леонардо
Я практически никогда не ночую у себя на квартире. Там слишком холодно и одиноко, поэтому, когда я еду домой, приходится тащить за собой девушек, чтобы они разделили со мной одиночество, но сегодня даже развлекаться с пышногрудыми барышнями желания нет. Осталось два месяца. Два месяца моей жизни. Если я что-нибудь не предприму, я сгину в холодной земле совсем скоро. И кому тогда достанется вся империя отца? Натан и мама не справятся с управлением, я уже понял это на опыте. Кречеты завладеют всем городом. Разве я могу позволить такому случиться?
Буквально каждый считает, что должен напомнить мне про сделку с Леоном. Будто я сам об этом не думаю часы напролет! Все ждут от меня каких-то действий и решений, ждут, пока я разыщу подходящего киллера. Да черт бы всех побрал! Они неумехи. Я только проверяю их талант, они сдуваются на третьем выстреле. Я сам бы выстрелил намного лучше, да жаль мне нужно присутствовать на сделке. Я уже подумывал переписать все наследство на Пьера, потому что не нахожу выхода из данной ситуации, но тут меня загрузили делами насчет другой ближней сделки, пришлось отложить раздумья и эмоции в сторону.
Просидел я в офисе до глубокой ночи, естественно, домой не поехал, да и смысла уже не было. Посплю несколько часов, с утра схожу в тренажерный зал и дальше отправлюсь работать. Может, пойти в отставку? Нет, я не могу бросить своих людей на произвол судьбы. Да и во мне еще горит месть. Сколько лет прошло, а я не отомстил Леону. Пора убить его. Еще посмотрим, чьи это последние два месяца жизни. Может, гнить в земле будет Леон, а не я.
Было где-то около трех часов ночи, когда в кабинет бесцеремонно ворвался Натаниэль. Я удивленно глянул на брата. Что-то успело случится? Я оглядел его в поисках ран, но брат выглядел свежо и в полном здравии. Тогда из-за его плеча вынырнула молодая девушка в рубашке, брюках и черном жилете. Я узнал Камиллу еще по запаху духов и встрепенулся. Что она здесь забыла? Зачем брат привез ее в мой офис? Работает она у него мирно и работает, сколько можно привозить ее ко мне?
Мы не виделись с Камиллой уже месяц, поэтому я успокоился с последней нашей встречи и даже пожалел, что не застрелил Тодда. Что на меня нашло в тот день? Какие-то новые эмоции, которых я даже испугался. Но, прошу напомнить, Леонардо д'Артуа ничего не боится. Даже собственной смерти, подкрадывающейся к нему, как хищник к беззащитной жертве.
Я приглашаю их войти и сесть рядом со мной. Я не скрываю своего удивления. Как Натан привез сюда Камиллу? Она бы в жизни не решилась переступить порог «Vie noire». У нее даже руки не связаны. Натаниэль имеет такой контроль над Уокер? Или заманил сюда хитростью?
– Зачем ты приехал, Нат? – спрашиваю я у младшего брата. Понимаю, что он не с плохими вестями, и немного расслабляюсь.
– Не ждешь брата? – с привычной ему улыбкой спрашивает он.
– Брата жду, а вот Камиллу Уокер нет, – бросаю на нее мимолетный взгляд. Плечи расслаблены, глазами следит за нами обоими, но встречаться со мной взглядом не желает. Я ухмыляюсь, вспоминая ее реакцию на мой долгий взгляд. Она, тем временем, желает тоже участвовать в разговоре, и Натаниэль, естественно, ее не одергивает. Видимо, речь пойдет о Камилле, раз он привез ее сюда. Мне это не нравится, я хмурюсь.
– Я приехала сюда не по своему желанию, Леонардо, – мое имя слетает с ее уст позже всей фразы, и я вздрагиваю от ее нежного голоса. Необъяснимая дрожь покрывает тело. Мое имя, сорвавшееся с уст Камиллы, заставляет мое сердце пропустить удар, но я игнорирую реакцию тела.
– Что произошло, Нат? – спрашиваю я у брата, но смотрю на Камиллу. Она плотно сжимает губы. Значит, причастна к случившемуся. Я пытаюсь прочитать ее остальные эмоции, но она не позволяет.
– Сегодня в клуб ворвались люди Кречета, – я хмурюсь. Кречет переходит все границы дозволенного. Еще раз посмеет пойти на моего брата, я отрублю всем его советникам руки. А советников около десяти.
– Что опять надо Леону? – злюсь я.
– Якобы ему не понравилось, что я обвел его вокруг пальца на последней сделке. Да мало ли, что не нравится мне. Его личные проблемы! – с усмешкой рассказывает брат. Речь в его стиле, словно делится со мной сплетнями школы, а не важными делами клана мафии. – Правда он посмел тронуть одного гостя в зале...
– Он не просто тронул его, он убил! – вскрикивает Камилла на своем стуле. Я удивленно пялюсь на нее. И откуда в ней столько храбрости?
– Он за это поплатится позже. Их главный наставил на меня пистолет, вроде как я должен ответить за свои поступки. Я стою, думаю, как же выкручиваться? И тут пуля пронзает плечо предводителя Кречета, и он валится на пол. Я медленно поворачиваюсь в шоке, за мной вот эта леди с пистолетом, – мотает головой в сторону Камиллы. Я нисколько не удивлен. Я лично видел сцену, как Тодд передавал оружие Камилле. – Говорит, стреляет метко с детства, а оружием ее снабдил Тодд Миллсон.
– Какая душевная история, – поднимаюсь я со своего места. – Но я знал, что Уокер хранит у себя оружие. Я застал тот момент, когда она забирала «Baretta» у Миллсона. Мы с ним поцапались тогда еще. Хотел пристрелить, да в последний момент передумал, – что он мне тогда крикнул? Что я люблю Камиллу? А я не решился выстрелить в него. Черта с два, это просто совпадение.
– Совесть начала мучить? – издевательски спрашивает Камилла.
– Я от нее избавился еще во Франции, – не думая, ляпнул я. Когда это я перестал думать, что говорить Камилле? Она не в курсе ни про какую жизнь во Франции, она вообще не в курсе про мою жизнь. Впредь стоит задумываться, о чем я говорю Уокер. – Ты не верил, Нат, что Камилла может выстрелить? – дивлюсь с наивности брата. – Я тебе сразу говорил, ты пригрел у себя совсем не тихую девочку-мышку, – твердил ему это с самого начала, как только узнал про поддельные документы и ее дружбу с Миллсоном. Но Натаниэль отмахивался. На историю, как Камилла подожгла красную Мазду Адриана, брат только посмеялся. Не думает ли он, что Камилла может оказаться врагом? Или сразу сумел прочесть ее искренние намерения и не нашел ничего опасного?
– Леонардо, ты меня совсем не слушал? – немного расстроенно вторит мне Нат. Я догадываюсь о его мотивах, но не реагирую. – Я тебе сказал, у нее талант, – талант в умении заставлять думать о себе. Отвратительный талант.
– Рад за нее.
– Можешь поздравить лично, – грубо бросает она.
– Не хочу, – в ответ смотрю на нее, и она вздрагивает.
– Тебе напомнить про скорую встречу с Леоном? – добавляет Натан. В его голосе слышу усталость. Он пытается мне доказать свою правоту. Как обычно.
– Все только об этом и говорят. Впереди два месяца, я успею подготовиться, – одну и ту же фразу твержу всем подряд, кроме Адриана и Пьера. И всем от этой фразы становится легче, вот только не моему брату. Он слишком хорошо меня знает, и в курсе про мои проблемы.
– Тебе нужен киллер, – буквально приказ, чтобы я сию минуту отправлялся искать киллера. В такие моменты узнаю в нем отца. Почти незаметными отголосками проявляется его характер. Вся остальная часть досталась мне.
– Я помню, Натаниэль, – сдаюсь я и устало добавляю, надеясь, что Натан поверит в мой оптимизм. – Пока поиски безрезультатны.
– Прекрати делать вид, что не понимаешь моих намеков, Леонардо! Эта девушка твое спасение! – выпаливает он. У меня дух захватывает! – Ей нужна лишь легкая подготовка, – я готов кричать на брата за такие слова, но где-то в глубине души слышу отголоски внутреннего голоса, Натан-то прав...
– Ты с ума сошел?! – вслух выдаю лишь это.
– У нее талант!
– Она Уокер!
– А ты д'Артуа! Дьявол не в курсе, что ты привязался к ее фамилии!
– Ее отец предатель!
– А наш в земле! – выпаливает Натаниэль. Думаю, ляпнул не подумав. Как я про Францию. Но эта фраза резко выбивает из меня весь воздух, а язык немеет, поэтому приходится дослушать слова брата. – И я не желаю, чтобы ты после сделки с Леоном оказался там же. Леон именно на этом и обошел нашего отца, отсутствием того, кто прикроет ему спину.
Где-то в глубине души я понимаю, что Натаниэль абсолютно прав. И в том, что Камилла обладает чудесным талантом, в том, что она мое спасение, в том, что Леон обошел отца именно из-за отсутствия киллера. Зачем мой брат родился таким умным? Сидел бы сейчас тихо в Париже, куда я хотел его отправить, да сидел бы. Так нет! Не хочу, чтобы он наблюдал за моим провалом. Пусть лучше узнает о моей кончине также, как я узнал о смерти отца. Ему позвонят в Париж и расскажут новости. Уж лучше он будет за тысячи километров от меня, я буду скучать, но брат останется в безопасности.
– Тогда эта девушка окажется в опасности, – потираю я переносицу и гляжу на брата. Уже не вспоминаю, что в кабинете и Камилла.
– Сделай так, чтобы о киллере ничего не узнали! Она наш шанс! – опять твердит свое Натан. Ловлю взгляд Камиллы. Она спокойна, не дрожит, не пытается влезть в разговор. Неужели готова пойти убивать ради меня? Не-ет, она слишком хорошо меня знает и уверена, что я ее не выберу. Но когда Камилла сумела меня хорошо узнать, чтобы быть уверенной в моих решениях?
– Нет, – грубо отвечаю я. – Мы еще обсудим с тобой это, Нат, но не в присутствии Камиллы. Надо позвать Адриана. Уокер нужно доставить домой, – этот разговор не может продолжаться при ней. Я должен выяснить некоторые детали, но наедине с братом. А просто выставить ее в коридор небезопасно, она либо подслушает, либо успеет наворотить дел в офисе, а мои работники в ужасе будут убегать. Переполох Камилла уже устраивала, взорвав машину, повторять ситуацию не стоит.
– Я могу добраться сама, – поднимается она со стула. Я закатываю глаза. Нашлась сильная и независимая!
– Еще чего. Чтоб я отпустил тебя, а назавтра отыскали твой труп? Оно мне надо?
– Кому потребуется напасть на меня? – скрещивает она на груди руки.
– Люди Кречета. Ты подстрелила его советника, поверь, шайка Леона такое не простит просто так.
Кажется, до девушки доходит опасность всей ситуации, и она соглашается. Естественно, даже откажись она, я бы не отправил ее глубокой ночью одну домой. Я вызываю Адриана, называя его имя на весь практически пустой офис. Спустя минуту мужчина уже врывается в мой кабинет. Замечает Камиллу и удивленно ее разглядывает. Сначала подходит ко мне и Натаниэлю, здоровается.
– Опять отвезти ее домой, Лео? – усмехается он. Когда-нибудь Адриан точно объявит, что ему надоело таскать по ночным улицам Уокер. Я устало киваю. Провожаю взглядом Адриана и Камиллу. Наконец-то мы можем нормально поговорить с братом. Я откидываюсь на спинку стула и достаю сигарету.
Мы молчим. Никто не решается начать разговор. Не знаю, чего дожидается Натаниэль, но я ожидаю возвращения Адриана, который задерживается. Закуриваю уже третью сигару и начинаю говорить.
– Значит, – обращаюсь я к Натану. – Ты уверяешь меня, что у нее талант?
– Да, Лео, у девчонки талант. Я расспросил ее. Думал, может она целилась в голову, но промахнулась. Только вот она сказала, что нет, и не планировала убивать противника, потому что не знала, кто он.
– Это...
– Это умно, Лео, признай! Я считаю, она твой последний шанс.
– Еще два месяца!
– Это безумно маленький срок, Леонардо! Ты с трудом девчонку-то успеешь подготовить, искать кого-то уже нет времени. Если ты сгинешь на это сделке, я пойду за тобой! Нет-нет, стану угрожать по-другому, если ты откажешься брать Камиллу, я лично буду стрелять в Леона!
– С ума сошел!
– По-другому тебя не уговорить!
– Прекратите собачиться! – грубо прервал нас Пьер. – Что здесь происходит? Куда уехал Адриан? Я видел в окно, как Инфинити покинула парковку.
– Вот он я, – заходит, как обычно, с улыбкой Адриан.
– Ты доставил ее до дома?
– Проследил, чтобы она зашла, не волнуйся, – улыбнулся Адриан. – Чего ты за нее так трясешься, если не собираешься делать киллером?
– Кого сделать киллером?! – ошарашен Пьер. – Вы чего тут без меня проворачиваете?
– Давайте все успокоимся, – предлагает Натаниэль. – Все на нервах из-за приближающейся сделки. Надо сесть и спокойно все обсудить.
Адриан и Пьер занимают свои места. Я тушу сигарету.
– Придется повторить мою историю еще раз для вновь подошедших, – заявляет Натаниэль и окидывает друзей взглядом, затем поворачивается ко мне. – Наберись терпения, Лео. Сегодня в «Мертвый Ворон» заявились люди Кречета. Наставили на меня дуло пистолета за небольшую ложь...
– В виде пяти миллионов долларов и четырех килограммов кокаина, – закатываю глаза я.
– Наша малышка Камилла выделилась, – улыбается во всем зубы Адриан. – Выстрелила в плечо советнику Леона.
– Откуда ты успел это узнать? – недовольно кошусь на друга.
– Мы с ней только что ехали вдвоем в автомобиле. У нас было куча времени заняться не только разговорами.
– Заткнись, Феликс, пока Леонардо не перерезал тебе глотку за такие слова, – одергивает его Пьер. Адриан продолжает улыбаться.
– Ты с ней общаешься? – спрашиваю я.
– Достаточно хорошо, – невинно пожимает плечами Адриан. – Она милая. Думаю, размер у нее не меньше третьего.
– Лео точно перережет тебе глотку... – вздыхает Пьер. Я закатываю глаза. Адриан смеется.
– Вернемся к разговору, – просит нас Натан. – Как вы поняли, Камилла выделилась, метко прострелив плечо советнику Леона. Я догадался, что у девчонки талант и привез сюда. До сделки осталось два месяца, каждый час дорог, мы не можем терять зря времени. Камилла шанс Леонардо выжить на этой сделке! Но...
– Но наш Леонардо разгневался на это предложение, – закатывает глаза Адриан, закидывая на край стола ноги. Никто ничего не говорит.
– Она Уокер, – сухо отзываюсь я.
– Кто-нибудь знает, чего он привязался к ее фамилии? – недовольно оглядывает всех собравшихся водитель.
– Вот-вот, мои слова дублируешь, Адриан! – порывисто добавляет брат. Я вновь закатываю глаза.
– Даже если я соглашусь с вами, что, конечно, вряд ли произойдет, решусь поставить Камиллу на роль моего киллера, кто будет гарантировать вам, что она меня не предаст? С чего вы взяли, что Камилла согласится быть верной мне?
– Это могу гарантировать я, – тоже сухо отзывается Адриан и плотно сжимает губы. – Думаю, она уже согласна на эту работу.
– С чего ты взял? – мрачнею я. – Представляете, какой опасности мы ее подвергнем!
– По той же причине она готова быть подвластна тебе, что и ты беспокоишься о ее безопасности, – подмигивает Адриан. – Я посмотрел на ее реакцию во время нашего разговора, когда я сказал, что она и правда твой последний шанс, Лео.
– И что она сказала?
– В ее голосе я слышу тот же трепет, что и в твоем сейчас. Она волнуется, Лео. Хотя в жизни не посмеет сказать об этом. В чем-то Леонардо прав. Гордость и вера Уокеров не знает границ.
– Я все равно сомневаюсь, – добавляю я. – Если ее убьют на сделке? Велик шанс того, что Леон тоже заявится с киллером.
– Ты же твердил, что желаешь убить ее, – встревает Пьер, наконец-то оценивший обстановку. – Мне рассказывал о том, как клялся ненавидеть ее до конца своих дней.
– Она прокляла день, когда встретила меня! – порывисто заявляю я. Звучит, как оправдание.
– Вот глупышка, проклинать день, когда встретила Дьявола! – ржаво смеется Адриан. Мне не смешно. Я запутался. Нужно принимать какое-то решение, а у меня в голове каша впервые за несколько лет. Уже пожалел, что брат вообще сегодня приехал и привез с собой Уокер. Несчастные Кречеты, вот надо же вам было заявиться в смену Камиллы!
По спине пробегает холодок... Ведь она спасла жизнь Натаниэля. Я только сейчас это понял. Даже поблагодарить не успел. Кто знает, чем бы все это кончилось, не пристрели Камилла советника Леона. Ладно, лучше уж я буду ломать голову, как мне поступать, чем Нат пострадал бы. Вот это я бы себе точно не простил.
Меж тем на улице светлеет. Я все еще задумываюсь над словами Адриана. Он твердит, что слышал в голосе Камиллы трепет такой же, как у меня. Какой еще трепет? Я вроде разговаривал обычно.
Неужели Камилла правда мой единственный шанс на спасение? Неужели, чтобы выжить, я нуждаюсь в какой-то девчонке Уокер? С каких пор Черный Граф нуждается в помощи? В моей голове всплывают рассказы мамы, как она смеялась со своих первых заданий в клане, когда папа был вынужден взять ее молодую на работу.
Неужели история повторяется?
Мне просто нужно поспать. Поспать и собраться с мыслями. Отдохнув, я решу, что мне делать дальше.
Камилла стоит рядом со мной с винтовкой с оптическим прицелом в руках. Спина ровно, голова прямо, пальцы изящно держат оружия. Она похожа на робота, а не человека, но ее выдает взгляд сапфировых глаз, который проникает в душу и заставляет сердце стучаться. Я не могу оторвать от нее взгляд, не могу пошевелиться. Она словно гипнотизирует меня сапфировыми глазами, отвлекает от чего-то.
Через секунду я понимаю, от чего она меня отвлекала. Перед нами возникает Леон. Он еще старше, чем я запомнил его в последнюю встречу, что была год назад. Хотя он стар, все также обладает мерзкой улыбкой и ровной спиной, но опирается на трость. Я видел его с тростью всего раз в жизни, в нашу прошлую встречу. Ему уже перевалило за шестьдесят пять, вот возраст и берет свое. Его улыбка, вызывающая отвращение, не сулит ничего хорошего.
Я не могу пошевелиться, тело сковано, словно его держат тысячи цепей. Камилла рядом в такой же прямой позиции без страха глядит в глаза Леона. Что это с ней?
Леон поднимает свободную руку и наводит на меня пистолет. Откуда у него пистолет? Когда он успел достать его? Улыбка не сползает с его лица, и меня начинает тошнить. Я чувствую, как смерть медленно подкрадывается ко мне и желает схватить, но в последний момент происходит самое страшное.
Камилла делает шаг ко мне, поворачивается спиной к Леону, отбрасывает в сторону винтовку и обнимает меня. Леон стреляет. Пуля пронзает спину Камиллы. Кровь хлыщет фонтаном. Девушка обмякает в моих руках. Из глаз, рта и носа у нее течет кровь. Я хватаю ее, хотя тело практически не слушается. Пытаюсь закричать, но из горла вырывается лишь сдавленный кашель. Она умирает на моих руках. Леон дьявольски хохочет. Голос возвращается ко мне, и я кричу, что есть мочи.
– Нет! Что ты натворила!..
Я резко распахиваю глаза. Кажется, я кричал. По лбу стекает капелька пота. Я оглядываюсь. Я в своем кабинете, заснул на кресле. За окном уже ярко светит солнце, кажется, я заспался. Это был всего лишь сон. Кошмар. Самый большой ужас моей жизни. Сердце еще колотится в груди, я вытираю пальцами пот со лба. В кабинет врываются испуганные охранники с оружием в руках. Я отзываю их и прошу успокоиться. Последний страшный сон в моей жизни был сразу после смерти отца. Я впервые ощутил такую боль за восемь лет.
Встать с кресла нелегко, тело мне не поддается, в венах бурлит кипяток. Я достаю с полки коньяк и наполняю бокал наполовину. Продолжаю твердить, что это был всего лишь сон, Леон никого не убил, Камилла не бросилась меня спасать, она жива. Этот сон еще раз доказывает, что я в жизни не соглашусь принять ее на работу киллера.
Вызываю усталым голосом Адриана. Он торопится подойти ко мне.
– Выглядишь помято, – хмурится он. – Может, съездишь домой и нормально отоспишься?
– Нет, я выспался, – это чистая правда, те несколько часов взбодрили меня.
– Тогда чего так паршиво смотришься?
– Свяжись с Камиллой.
– Ты все-таки решился взять ее на работу? – воодушевился Адриан.
– Нет. Просто свяжись с ней и поговори. Спроси, как она себя чувствует. Пусть отвечает честно. Скажи, что звонишь от себя, и я ни при чем.
– Ты волнуешься за девчонку Уокер?
– Мне приснился кошмар.
– С каких пор д'Артуа опирается на кошмары?
– Ее убили на моих руках, – перебил его я. Адриан вздрогнул и испуганно выпучил глаза. – Несколько минут назад во сне ее убили на моих глазах, – поясняю я. Адриан продолжает хлопать глазами, не веря в услышанное.
– Я сейчас же свяжусь с ней, Леонардо. Не думай про сон, твоя фантазия выдумала всякого из-за...из-за событий прошедшей ночи.
Я благодарно киваю.
– И попроси кого-нибудь принести самый крепкий кофе, – отставляю бутылку коньяка в сторону. – Оставлю алкоголь на потом.
Адриан возвращается через несколько минут с хмурым выражением лица. Я начинаю ждать плохих новостей, и противный голосок внутри меня твердит, что сон не выдумка.
– С ней все в порядке? – обеспокоенно спрашиваю я.
– Да. Я позвонил от себя, как ты просил. Камилла сказала, что чувствует себя прекрасно, а мой звонок ее немного смутил, потому что она этого не ожидала. Заявила, что внимание ей приятно. Я спросил, какие у нее сегодня планы. Она...она сказала про какого-то парня. Он вроде как пригласил ее на свидание. Естественно, Камилла попросила не говорить об этом тебе, но...
– Миллсон? Парень, что пригласил ее на свидание? – злюсь я, делая большой глоток кофе.
– Нет. Она назвала его Фрэнком.
Я киваю.
– Иди в архив, я сейчас подойду, – заново открываю бутылку коньяка и дополняю стакан до конца алкоголем. – Кажется, без спиртного я сегодня не обойдусь.
Приходится осушить напиток в два глотка и следовать в архив за Адрианом. Да простит меня Камилла, но придется отследить все звонки девушки за последние пару дней, чтобы выяснить, что за Фрэнк посмел пригласить ее на свидание.
Фрэнк Долберс, двадцать шесть лет, сын Елены и Гилберта Долберс, живет в Санта-Кларите с рождения, сейчас проживает на моей территории на востоке в своем доме вместе с родной младшей сестрой Вивиен Долберс. Работает неврологом в больнице, имеет высшее медицинское образование. На фотографии, предоставленной мне в архиве, улыбается во весь рот, темно-русые волосы спадают на лицо, внешность смазливая, отталкивающая. Неприятный тип.
– Я представляю, какие изощренные казни ты придумываешь для этого паренька, – одергивает меня Адриан с привычной ухмылкой на губах. Я поднимаю от фотографии свои нахмуренные брови и говорю совершенно не в тему.
– Адриан, давай так, чтоб моя просьба позвонить Камилле и узнать ее самочувствие не дошла до подчиненных. И даже до Пьера. И кошмар мой тоже.
– Конечно, я все понимаю, – слишком серьезно отзывается Адриан. – Он же тебя женит побыстрее на этой девице. Ему уже плевать, на ком, он считает, раз тебе тридцать, вот-вот конец света, а ты не успел жениться.
Я начинаю смеяться.
– Ты абсолютно прав, Адриан. Самому уже за тридцать, так он думает, что никогда не женится. Боится, что я повторю его участь.
– Вот я и думаю, – задумчиво трет подбородок Феликс. – Может свести его с кем-то?
– Где ты отыщешь столь эксцентричную мадам для нашего друга?
– Ты же нашел, – срывается с его языка. Во мне вспыхивает огонь, но тут же тушится другими чувствами. – Извини, Леонардо! Серьезно, сорвалось случайно.
– Все в порядке. Просто сделай вид, что ничего не говорил. Но в следующий раз я буду лично сдирать твою кожу вместе с татуировкой «Vie noire».
Адриан невинно улыбнулся. Я задал еще один вопрос.
– Во сколько Камилла отправляется на свидание с Фрэнком?
– В шесть он должен заехать за ней, и затем они поедут в парк.
– В парк? – хмурюсь я. – На большее денег не хватает? Он же все-таки врач, хоть бы в ресторан ее сводил.
– Ну знаешь, он не владеет фамилией д'Артуа, – пожимает плечами Адриан. – И вряд ли способен выкупить ради нее весь город. Даже вряд ли ресторан, про какой город идет речь! Думаю, для Камиллы это даже много. По-моему, она редко ходит на свидания с парнями.
– Даже у Миллсона свидания лучше, – добавляю я. – Тодд хоть ее стрелять водит, настроение ей поднимает, а этот...*povero romantico.
Я терпеливо жду вечера, занимаясь работой. Мне нужно наведаться к мадмуазель Камилле Уокер. Ее стоит уберечь от этих отвратительных парней, которые так и жаждут заполучить ее тело. Хотя один мечтал узнать ее душу? Я готов даже принять ее на работу и изнурять тренировками, лишь бы она была под защитой.
В мыслях все еще всплывают картинки ужаса из сна. Я никогда не позволю этому случиться. Даже если придется умереть самому. *E ' meglio spezzare il cuore di pietra piuttosto che lasciare che qualcuno tocchi Camille.
Моя черная Инфинити дежурит у входа в парк. Заехав внутрь, я стану слишком заметен, поэтому жду их здесь. Свидание уже должно было начаться, но Фрэнк и Камилла не приехали. Неужели изменили свои планы? Если понадобится, я буду разыскивать ее всю ночь по Санта-Кларите. Пьер прав, она мой шанс. А я считаю своим долгом привести ее в клан. А еще выжить в той сделке через два месяца. Похоже, у Камиллы не остается выбора.
Наконец, подъезжает белая Тойота. Из нее выходит хохочущая Камилла и молодой парень с фотографии. Я морщусь. Неужели у Камиллы столько свободного времени, что она разъезжает с какими-то олухами по паркам? Надо попросить Натана загрузить ее по полной. Или лучше возьму к себе в киллеры, тогда времени отдыхать у нее не останется. Я терпеливо жду в машине. Придет время, и я вынесу свой вердикт мучителя.
*Нищий романтик (итал.)
*Лучше разбить свое каменное сердце, нежели позволить кому-то коснуться Камиллы (итал.)