ГЛАВА 17
Минутами ранее. Кабинет Дарио.
Как только дверь закрылась, в кабинете образовалась гнетущая тишина. Дарио нервно вытирал остатки крови, а Лука лишь тихо выдохнул. Спорить с Райаном никто из них не желал, как и испытывать его терпение. За время стажировки оба прекрасно изучили мужчину во всех возможных видах настроения, и наименьшее из которых хотелось повторить — злость, отдаленный холод и безразличный, пустой взгляд. Дарио провел слишком много времени рядом с Райаном, иногда умудряясь доводить до срыва, поэтому предпочитал покорно ожидать в кабинете, чем играть на нервах судьбы. Он брезгливо выбросил платок в урну, пару раз шмыгнув носом. Перелома удалось избежать и Дарио уже был рад хотя бы этому. Но в душе кроилось желание ответить Луке за содеянное.
— Дарио, мы же с тобой не враги.
— Рот закрой, — с ноткой раздражения отвечает Дарио. — Ты сказал достаточно.
— Мы оба вспылили и наговорили всякого, — Лука покачал головой. — Я знаю, ты злишься. Не можешь простить меня, хоть уже столько лет прошло.
— Два с половиной года, — четко отчеканил он, показав пальцами заветную цифру. — А я помню твое предательство, как будто это было вчера.
— Тогда я правда не понимал, что делаю. Но у меня было достаточно времени, чтобы все обдумать, и раскаяться, — он сделал незаметный шаг.
— Раскаяться? — надменность скользнула в голосе. — Ты всегда стремился ходить по головам, добиваться желаемого любыми целями. В тебе нет ни чести, ни справедливости. Так о каком раскаянии идет речь?
— Люди меняются, Дарио, — тихий вдох слетел с губ, в котором отразилось заметное отчаяние. — Я тоже изменился.
— Не верю, Лука. Подобные тебе не меняются.
Молчание создавало лишнее давление, вынуждало чувствовать себя дискомфортно. Ожидание Райана было ни с чем не сравнимо. Минуты впервые шли настолько долго, что терпение постепенно подходило к концу. Быть запертым в кабинете с открытой дверью выглядело, как настоящее испытание. Особенно с тем, кого бы еще век никогда не видел. Дарио осторожно коснулся собственного носа, желая полностью убедиться, что ничего не сломано. Лука же заметно оступился, чудом удержав равновесие.
— Дарио, мы не можем избегать друг друга, — он первым нарушил звенящую тишину, сдался. — Нас столько всего связывало.
— Это пережитки прошлого, — отмахнул Дарио, даже не посмотрев. — Ты был моим самым близким другом. Я практически считал тебя вторым братом. И в итоге в один момент получил нож в спину. Такое не забывается.
— Мы никогда после не говорили, — Лука все же нашел в себе смелость подойти ближе. — Затаили обиды, разошлись. Вычеркнули друг друга из собственных жизней.
— Не кажется ли тебе, что уже слишком поздно для откровенности? — он заметно морщится, присаживаясь на край стола.
— Поздно так и не успеть, — Лука прикладывает руку к груди. — Райан оставил нас дожидаться его, но разве это не хороший повод обсудить то, что так наболело?
— Лука, чтобы ты не сказал, это не изменит моего отношения, — Дарио устало потирает веки глаз. — Ты помнишь тот последний день своей стажировки?
— Как такое забыть? — странная усмешка слетела с уст. — Это был настоящий скандал.
— Ты пытался подставить Джорджа той выходкой в казино. Роуз была вне себя от ярости, рвала и метала. Хотела замять дело, чтобы не было проблем. И по чистой случайности застала меня с Джорджем в кабинете, — взгляд отразил заметный холод, который вызвал неприятные мурашки вдоль позвоночника. — Ты назначил ей встречу, но не явился. Ты знал, что я ушел поддержать Джорджа, и подослал Роуз именно туда. Ты подставил меня. Я чуть не вылетел вместе с тобой из университета.
— Я был глуп и безнадежно влюблен, — Лука развел руками. — Поступил опрометчиво, о чем сожалею. Но, Дарио, он не заслуживал тебя.
Удивление тенью скользнуло по лицу, скривила губы. Дарио подозрительно сощурился, не желая вестись на чужие речи. Но Лука выглядел обычно, не выдавая скрытую ложь через жесты. Это ослабило бдительность. «Может, он действительно сожалеет?» — проскочила мимолетно мысль.
— Не ты ли свел меня с ним? — Дарио упирается руками в деревянную поверхность.
— Случайное стечение обстоятельств, не более, — Лука небрежно махнул ладонью. — Лишь спустя время осознал, что ты был достоин лучшего. Джордж в принципе никого из нас не был достоин. Он стал огромным препятствием между нами, разделил.
Дарио слушал внимательно, невольно проникаясь сочувствием. Было в словах Луки что-то особенное. Именно то, чего желало услышать сердце уже не первый год — искренне раскаяние, объяснение мотива своих поступков, дать возможность понять совершённое предательство.
— Мы довольно вспыльчивые с тобой, когда дело касается расхода мнений, и мой поступок не сотрется даже кровью, — Лука осторожно делает шаг, прикасаясь к прохладной ладони Дарио. — Но я могу сделать так, что уже завтрашним числом ты будешь отсюда уволен без последствий.
Искра надежды отразилась в этих бездонных и таких черных глазах. Дарио невольно сжал пальцы Луки, поджав губы.
— Ты — безупречный специалист, заслуживающий куда больше, чем быть на побегушках у Джорджа, — голос стал чуть тише, более меланхоличным и таким спокойным. Действовал, как настоящая колыбельная, усыпляла не только сознание, но и бдительность. И Дарио даже не заметил, как попался в паучьи сети. — Я могу помочь. Ты — мой самый близкий и единственный друг. Позволь исправить ошибку.
— Не знаю, Лука, — Дарио нервно моргнул, опуская голову. На сердце было неспокойно, но он не понимал причину.
Лука мягко обхватил ладонь Дарио, несильно сжимая, и совсем легко улыбнулся. Казалось, ни единый мускул так и не дрогнул, но эта непринужденность застыла на губах. Лука хорошенько покопался в самых заветных воспоминаниях, воссоздал визуально трепетные моменты их старой дружбы. И Дарио тихо выдохнул, вложив в это всю печаль и такое странное отчаяние.
Во время стажировки Лука часто проводил время в кабинете Дарио, пытался поддержать и успокоить, обсуждал негуманные методы Джорджа. Тогда Дарио еще не знал, что за этой доброй улыбкой скрывается настоящая, сладкая ложь. Каждый раз, когда Лука держал его за ладонь, несильно сжимая, на душе становилось спокойнее, а слезы сменялись глупой улыбкой и желанием послать собственного начальника как можно дальше. Прошлое осколками впилось в сердце, вызывая кровотечение. Дарио рвано выдохнул, ощутив притупленную и сдавливающую боль. «Как из друзей мы превратились в самых настоящих врагов? — печаль отразилась во взгляде. — Когда мы все потеряли?».
— Дарио, — совсем тихо позвал Лука, приподнимая рукав пиджака, — что с тобой случилось?
Дарио пару раз моргнул, глядя на перебинтованное предплечье, и тихо, совсем беззлобно, фыркнул:
— Неудачно отметил Рождество.
— Насколько неудачно? — он проводит пальцами по бинтам, словно изучая.
— Я точно не помню подробностей, — он пожал плечами. — Мы пересеклись с Джорджем на общем мероприятии, Майкл отказался составить компанию. Не помню, кто надоумил меня залезть на крышу дома за гирляндой, но это была роковая ошибка.
— Ты сорвался, — догадался Лука, поднимая взгляд.
— Не просто сорвался — оказался в больнице, — Дарио обреченно вздохнул. Этот диалог был странным и напоминал о старых временах, когда они еще были друзьями. Также беззаботно общались, не желая выполнять поручения Джорджа. — Врач сказал, что я чудом уцелел, но очень сильно повредил руку. Вот такой глубокий порез, — он провел указательным пальцем от запястья к сгибу локтя. — В некоторых местах наложили швы.
— Верится с трудом, ты всегда был сказочником, — Лука беззлобно фыркнул.
— Повешу в твоем кабинете рентген, чтобы неповадно было обвинять, — Дарио выдернул руку, прикусив кончик языка. За этой беседой он успел и позабыть, что уже давно не стажер, и Лука — не друг. — В любом случае, лучше лишний раз не тревожить руку, если не хочу расхождения швов.
— Тебе бы стоило дома отлежаться с такими повреждениями, — недовольство отразилось в голосе. Лука еще во время стычки подметил, что у Дарио одна рука была более сильная, чем другая. И теперь нашел объяснение этой странности.
— Работа у меня не пыльная, над отчетами не сижу, да и рукой особо не работаю, — и безразлично пожал плечами. — Ни к чему дома сидеть.
— Ты подружился с Майклом, — резкая смена темы удачно вписалась, не вызывая подозрений.
— Просто общаемся.
— Говорят, что он превзошел лучшего ученика за последние два года.
— Под руководством Джорджа это был лишь вопрос времени, — Дарио невольно улыбнулся, быстро потерев губы тыльной стороной ладони, и попытался вновь принять невозмутимый вид.
— Они очень близки, — осторожно продолжил Лука, не сводя с него пристального взгляда. — Майкл удостоился такой высокой должности, часто проводит время с Джорджем.
— Так это и неудивительно, — он закатил глаза, даже не понимая, как Лука до сих пор ничего не понял. Все было слишком очевидно для таких, как они. Кто прошел на личном опыте этот служебный роман и за версту может почуять влюбленность. — Майкл ведь... — Дарио вдруг замолчал, медленно переводя взгляд на Луку. Дыхание замедлилось, пока и вовсе окончательно не стихло. Он опустил рукав пиджака, заметно нахмурившись. — Подожди-ка, Лука Кастели... Ты только что втерся ко мне в доверие ради собственной выгоды?
— И в мыслях не было, Дарио, — Лука прикасается к кончику носа.
— Ты нарочно завел диалог о нашей дружбе, чтобы усыпить мою бдительность, и заставить вспомнить то славное время, когда ты еще не успел предать меня, — Дарио отстранился от стола, угрожающе надвигаясь. — Ты неисправим.
На душе стало до боли неприятно. Дарио успел поверить, что Лука действительно решил раскаяться, но все было лишь фальшью. Красивой картинкой, за которой нет ничего, кроме гнили. Лука был искусным лгуном, умеющий правильно завести диалог, и добраться до самого сердца, крепко схватить и сжать, не отпускать. Дарио печально скривил губы, тихо процедив:
— Ты пришел не прощение вымаливать, а найти способ подставить Майкла. Также, как два года назад подставил и меня.
Лука не стал отрицать и защищаться, да и не было в этом смысла. Его раскусили в самый неподходящий момент.
— Дело не в тебе или в Майкле, а в самом Джордже. Он сломал мне жизнь, а сколько было таких несчастных до меня? — голос пронзила холодная сталь. — Периодично он нарушал запрет о служебном романе, но тщательно скрывал это.
— Нас это как касается? — непривычное отчаяние вырвалось наружу. — Ты все еще питаешь ненависть к человеку, которому пытался испортить жизнь из-за отказа. Даже после того случая в казино, он так и не принял тебя. Так скажи мне честно, Лука, насколько хреново надо было раздвинуть ноги в тот злополучный вечер?
Атмосфера мгновенно накалилась, а в воздухе повеяло угрозой. Они смотрели друг на друга, желая прочесть истинные мысли и чувства, таящиеся на душе. И именно в этот момент дверь в кабинет открывается. Райан неспешно заходит, мгновенно разряжая обстановку.
— Вы чего тут волками стоите, будто готовы вцепиться друг другу в глотки?
— Ты где был? — кинул претензию Дарио, недовольно посмотрев.
Райан удивленно вскинул брови, на мгновение теряясь. Такую наглую дерзость он никак не ожидал услышать из уст самого Дарио.
— Решал вопросы... Ты вообще как со мной разговариваешь? — в голосе проскочила растерянность.
— Еще бы минута промедления и я бы вернул должок за переносицу, — угрожающе шикнул Дарио, переводя взгляд на Луку.
— Объясните мне, что между вами опять происходит? — Райан сложил руки на груди, переглядываясь между ними.
— Просто кто-то бесится, что не смог приласкать начальника своевременно, — уголки губ расползлись в самодовольной улыбке.
— По крайней мере меня не держат на цепи, как вшивую шавку, — процедил сквозь зубы Лука. — Я хотя бы свободный человек, а ты так и будешь до конца дней у ног хозяина сидеть и тихо скулить.
Райан нервно дернул бровью, даже не поверив сначала, что перед ним стоит два взрослых человека. Ни дети, ни даже подростки, а буквально осознанные и взрослые люди, которые кидались ядом друг в друга. Он положил ладонь на макушку каждого из них, слегка наклонившись:
— Если вы не перестанете кидаться оскорблениями, обоих посажу на поводок у офиса, чтобы был повод полаять.
Дарио и Лука сверлили друг друга взглядом, но не стали спорить.
— Я понимаю, вас связывают не самые теплые чувства, но ведь это не повод пытаться вывести друг друга из себя, не так ли? — Райан мягко погладил каждого по волосам.
— Он пытается подставить Джорджа, — Дарио заметно хмурится. — Райан, ты так и будешь просто смотреть?
— Майкл переводится в другую компанию.
Новость ошарашила обоих. Даже Лука не смог скрыть удивления, теряясь. А вот Дарио находился в открытом замешательстве, и вопросов становилось только больше.
— Роуз предложила ему должность получше, — продолжил Райан, мягко улыбаясь. — Поэтому, Кастели, скоро твои свидания с Джорджем прекратятся. Будешь бегать в компанию «Терра-астра».
Такие перемены не были по душе. Лука заметно хмурится, ощущая, как теряет единственную нить, которая еще хоть как-то могла помочь душе обрести покой после всего, через что пришлось пройти. Перевод Майкла нельзя было допустить, когда он был так близок к завершению своей миссии. Телефонный звонок вынуждает Райана виновато улыбнуться, спешно покидая кабинет. Лука и Дарио остаются вновь наедине, но теперь в черных глазах читалось открытое ликование.
— Даже судьба открыто намекает, что здесь тебе ловить нечего, — Дарио не смог сдержать довольной усмешки. — Смирись с поражением.
— Думаешь, у меня нет козыря в рукаве? — лукавая улыбка озарила лицо. Лука спрятал руки за спину, приподнимая слегка голову. — Ох, Дарио, один неверный шаг, и их роман закончится столь плачевно, как и твой когда-то.
— Почему ты так убежден, что между ними что-то есть? — он действительно хотел понять.
— Ты подсказал, — Лука хитро щурит глаза. — Необязательно использовать язык, чтобы говорить. В свое время я хотел честности со стороны Джорджа, но он решил играть по грязному. Продвигал тебя только потому, что ты с ним спал.
— Я заслуженно получил свою должность, — глухо прорычал Дарио. — Неужели ты все еще этого не понял?
— Джордж закрывал глаза на твои косяки, одаривал вниманием, стал ко мне более требователен. Между нами двумя, я был выдающимся стажером, но его взгляд был прикован к тебе. Разве это честно? — Лука кривит губы. — Или хочешь сказать, что было справедливо отдать все самое лучшее постоянно плачущему стажеру, который даже не может проверить, кому доверяет свои отчеты? Справедливо было дать надежду и отобрать ее? Справедливо было добиться моего отчисления, когда Роуз умоляла решить это мирным путем? Из-за него я не смог устроиться ни в одну компанию, а ты получил замечательное место подле его ног. Я все потерял в тот роковой год. И хочу, чтобы он на своей шкуре испытал это отчаяние и боль. Когда все, что так было дорого, в один миг перестает быть твоим.
— Ты взращиваешь ненависть, хотя сам виноват во всем, что произошло, — Дарио делает шаг, оказавшись совсем вплотную к бывшему другу. — Мне плевать, что будет с Джорджем, но Майкл не должен стать частью твоего безумного влечения. Он не виноват в том, что с тобой произошло.
— Ох, Дарио, как же ты ошибаешься, — процедил сквозь зубы Лука. — Майкл является главной причиной, почему я здесь.
— Значит, ты собираешься сломать его жизнь также, как когда-то свою? — осторожно уточняет.
— Хочу доказать, что методы обучения Джорджа строятся только на его похотливых желаниях владеть стажерами. И специалисты в его компании и копейки не стоят.
Дарио тихо выдохнул. Хоть он и не успел как-то привязаться к Майклу, но сердцем понимал, что никто не заслуживает пострадать от интрижек других. Майкл грезил о будущем, дипломе и открытых возможностях. Был по праву прекрасным сотрудником, которого многие бы хотели получить к себе в компанию. Не только молодой, но и очень способный. У Майкла были все шансы в кратчайшие сроки достичь не бывалых высот. И всего это можно лишиться в одночасье из-за личных амбиций Луки. «Майкл не должен становиться частью этой истории, — Дарио медленно отводит взгляд. — Он вообще не должен был стать частью всего происходящего. Это только наше прошлое, где ему не место». Разговаривать с Лукой смысла не было, как и пытаться переубедить. Дарио видел в этих голубых глазах искру безумия, которая подпитывалась возможностью отомстить за всю несправедливость, которую он сам же и придумал.
— Извини, Кастели, но я не могу позволить тебе загубить невинную жизнь, — с этими словами Дарио резко ударяет бывшего друга по лицу.
Лука взвыл от боли в челюсти, прикладывая ладонь, и невольно отступил на пару шагов назад.
— Думаешь, я не найду на тебя управу? — зло шипит Лука. — Дарио, не надо ввязываться в это.
— Майкл не должен стать козлом отпущения, чтобы потешить твое эго.
Он отказывался принимать тот факт, что Лука назвал Майкла главной причиной всего происходящего. Даже не хотелось уточнять детали, пытаться вытащить хоть какую-либо информацию. Они никогда не смогут стать вновь близкими друзьями, как и раньше, оставаясь навсегда злейшими врагами. И хоть Дарио не смог простить поступок Луки, но в глубине души крохотная надежда билась раненой птицей, что, может, еще будет шанс все исправить. Может... еще не слишком поздно?
Но точка была поставлена в тот день, когда Роуз заявилась в кабинет Джорджа, обнаружив там не лучшую картину для глаз. И сколько бы Дарио не пытался искать оправдания для Луки, в конечном итоге ненависть сожрала с головой, пуская корни в самое сердце. Когда вскрылись все подставы, которые Дарио получил от некогда близкого друга, на душе осталась только пустота.
— А знаешь, почему ты всегда будешь хуже Майкла? — Дарио сжал пальцы в кулаки, прекрасно осознавая, что лед уже треснул и следующая фраза полностью погрузит под воду. Он знал, на какие точки давить, ведь этому трюку обучил сам Лука. — Потому что Майкл полюбил не телом, а душой. Впустил в самое сердце, чего не смог сделать ты. Джордж видит в нем личность, которую никогда не увидит в тебе.
Лука сорвался с места, накинувшись на Дарио. Не нужно было слов, чтобы ощутить эту дикую ненависть между ними. Любая попытка подцепить за живое проходила с жутким успехом. Дарио никогда бы не подумал, что однажды будет так остервенело драться с некогда лучшим другом, и желать только хорошенько пройтись по этому прекрасному лицу, лишь бы оставить на память пару синяков.
Райан заходит в самый разгар драки, так и замерев у входа. Его не было пару минут, а этого хватило, чтобы грань терпения окончательно стерлась между Дарио и Лукой, сцепив их в безудержный комок желания избить друг друга. Райан сделал шаг, впервые теряясь в происходящем: не мог понять, как подступиться, что сказать, и как не получить самому пару тумаков в попытке разнять. Он принял решение протянуть руку, но также быстро одернул. Дарио заметно оступился, ощутив боль в перебинтованной руке, и именно в этот самый момент Лука перегибает с собственной силой: резко и быстро толкает его в шкаф, придерживая за пиджак.
Звук битого стекла разрезал тишину, выбил Райана из равновесия. Осколки посыпались на Дарио, который упал на пол, громко взвыв от боли. Пелена сползла с глаз Луки, который испуганно отскочил назад, постепенно начиная осознавать произошедшее. И сложившая ситуация вызвала только липкий, неприятный страх, который легкой дымкой осел на коже рук. Нервный вдох сорвался с губ Луки, и он в ужасе прикрыл рот пальцами.
— Я не хотел.
Дарио попытался подняться, но осколки неприятно вонзились в ладонь, вынуждая бросить эти бессмысленные попытки. Райан моментально подбежал, присаживаясь напротив, и с особой осторожностью стряхнул осколки с лица Дарио. Совсем мелкие порезы окропились кровью на щеке, срывая с губ тяжелый вздох. Райан постарался унять собственную дрожь, стряхивая стекло также с пиджака. Дарио лишь тихо заскулил от боли, приоткрывая глаза.
— Ты как, Дарио? — обеспокоенно уточняет Райан, нервно потерев собственную щеку.
— Кажется, я сейчас умру, — простонал в ответ Дарио, прикрывая лицо пальцами. — Как же больно.
Взгляд быстро оценил положение, замечая поврежденную руку. Райан осторожно обхватывает предплечье, а предательская дрожь пронзила подушечки пальцев. Он рвано выдохнул, замечая небольшой осколок, который так неприятно вонзился в руку, и внимательно осмотрел порезанную ладонь.
— Ох, господи... — тихо взмолился Райан, вымазывая пальцы в крови, но совершенно не понимал, что делать.
— Я не хотел, — повторил Лука, чувствуя себя не менее напуганным.
— Останься с ним, — Райан поднялся, нервно зажмурившись. — И, ради Бога, больше не деритесь.
Лука лишь быстро закивал, не сдвинувшись с места, а Райан спешно покинул кабинет. Тихий скулёж Дарио воззвал к совести, вынуждая Луку ощутить давно забытое чувство — вину.
— Дарио, прости меня.
— Не слышу искренности, — хрипло отозвался Дарио, пытаясь держать себя в сознании.
— Я не ожидал, что ты такой хрупкий, — в панике заговорил Лука.
— Ох, извини, что в прошлом не рассказал, как лучше впечатать меня в стеклянный шкаф.
Чувство юмора до беспредела специфичное, но именно эти неуместные шутки сейчас были необходимы. Они хоть немного, но разряжали обстановку. На пороге первым появился Джордж, за ним следом забежал Майкл. И только Райан отрешенно уперся плечом в дверной косяк, потерев собственную щеку. Кровь осталась отпечатком на такой неидеальной коже.
— Ты как? Еще не успел увидеться с умершими? — Джордж присел рядом с Дарио, аккуратно уложив на грудь.
— После твоего прихода лучше бы я умер здесь и сейчас, — неприятный осадок царапнул горло, вызывая кашель.
— Шутить еще можешь, значит не так и сильно пострадал, — усмешка слетела с губ. Джордж с особой осторожностью обхватил раненую руку, положив ближе к Дарио.
— Что здесь случилось? — Майкл удивленно осматривал место происшествия, а Райан нашел в себе силы набрать номер скорой.
— Дружеское воссоединение, — Дарио небрежно морщит нос.
— Тихо, не шевелись, — шикнул на него недовольно Джордж, придерживая в области плеча.
— Два года назад я бы все отдал, чтобы еще хоть раз вот так оказаться совсем близко, — плохо скрытая печаль скользнула в голосе, и Дарио прикрыл глаза. Звучало, как настоящий бред, но слышали все. Волнительное сердцебиение Джорджа было настоящей колыбельной, под которую хотелось уснуть, и не знать более забот.
От услышанного по телу Майкла прошлась неприятная дрожь. Такая липкая и до боли отвратительная, окутавшая все тело, словно кокон. Осуждение кольнуло под ребрами, сорвав тихий вдох. Как же неправильно было ревновать в такой ситуации. И Майкл не мог понять, что его так задело: непривычная забота Джорджа или печаль в голосе Дарио. Но ревность, подобно опасной пиранье, грызла изнутри, начиная пульсировать под ребрами. Майкл испытывал сочувствие и одновременно зависть. И от этих противоречивых чувств захотелось влепить самому себе хорошую пощечину. Желая отвлечь мысли, он осмотрел место происшествия: осколки возле шкафа, разбитые стеклянные дверцы, окровавленная рука Дарио и испуганный Лука, который, казалось, и вовсе уже давно не дышит. Райан отстранился, бесшумно подходя к Луке, который невольно дрогнул. «Что вынудило их так яростно сцепиться?» — Майкл озадаченно склонил голову на бок, пытаясь хоть немного понять случившиеся события.
— Дыши, — тихий, меланхоличный голос Райана стал спасительной соломинкой. — Все хорошо, Лука. Дарио будет жить.
— Объяснитесь, — требовательный тон Джорджа нарушил тихую идиллию.
— Мы повздорили. И я, кажется, не рассчитал силу, — Лука растерянно взъерошил волосы.
— Вы когда-нибудь перестанете драться при любом удобном случае?
— Это не единичный случай? — Майкл удивленно округлил глаза.
— Стал бы я кидаться на этого недоумка, приди он сюда первый раз? — Дарио приоткрыл глаза, посмотрев в сторону Майкла. — Когда узнал о его предательстве, то первым делом оставил пару красивых синяков. И с тех пор мы периодично бросаемся друг на друга.
— Если языки не научились держать за зубами, то кто виноват? — Джордж раздраженно покачал головой. — Сколько раз говорил: драться на улице, подальше от офиса. И каждый раз застаю вас в кабинете.
— Вы так спокойно об этом говорите, — растерянность проскочила в голосе, делая его тихим.
— За два года и не к такому привыкнешь, — Райан сложил руки на груди, постучав пальцами. — Когда Дарио избежал отчисления и смог вернуться к стажировке, Лука нашел в себе смелость сюда заявиться. Они подрались прямо в фойе. Луиза тогда обоих за шкирку выбросила на улицу.
— И не надо так удивляться, Тенфорд, — съязвил Дарио, отводя взгляд. — Лука предал меня и посмел заявиться. И потом еще раз, и еще. Мазохист какой-то.
— Я хотел поговорить, но ты отказывался слушать, — Лука демонстративно закатил глаза.
— Я думал, что вы оставили в прошлом свои стычки, — Джордж погладил Дарио по волосам. — Лука, тебе следует покинуть офис. И очень прошу приходить сюда по действительно важным моментам, иначе я предам огласке то, что здесь сегодня произошло.
Райан вызвался проводить Луку, чтобы немного развеяться и отрезвить мысли.
— Тише, не скули, — голос Джорджа стал совсем тихим, словно в данный момент хотел существовать только для Дарио.
Майкл ощутил себя лишним. Впервые за прошедшие полгода. Таким ненужным и ничтожным. «Я словно невольный свидетель чего-то интимного», — он мрачно хмурится, не сводя пристального взгляда. Дарио приподнимает голову, оказавшись слишком близко к лицу Джорджа. «Держи себя в руках, — Майкл сжал пальцами край пиджака, пытаясь унять подступившую злость. — Чего я так завожусь?». Видеть их настолько близко, прекрасно зная, что это буквально бывшие любовники, было неприятно. Майкл пытался воззвать к совести, посмотреть на ситуацию под другим углом, но получалось с трудом. Если бы он только знал, ради кого Дарио получил эти увечья, то ощутил бы себя пристыженным.
— Прошу, проходите сюда, — голос Райана мгновенно отрезвляет.
В кабинет заходит невысокая девушка, чьи темные волосы были завязаны в небольшую косу, а, благодаря маске, на лице выделялись прекрасные, зеленые глаза. От нее исходил аромат медикаментов и жасмина. Майкл перевел взгляд на Райана, который все также был в чужой крови, но вел себя меланхолично.
— Придется госпитализировать, — голос девушки был мягкий и такой приятный на слух, что Майкл зачарованно перевел на нее взгляд.
— Можно ли ввести ему успокоительное на язык? — интересуется Джордж без тени насмешки.
— Дарио опять повелся на провокацию? — она улыбнулась. И пусть маска не позволила этого увидеть, взгляд все прекрасно отразил.
— Оливия, вот так встреча, — Дарио пару раз моргнул, не веря собственным глазам.
— В последний раз я зашивала тебе бровь, а твоему дружку пришлось восстанавливать кисть, — Оливия покачала головой, помогая Джорджу поднять Дарио.
— Он мне не друг.
— Дарио, еще слово, и я засуну тебе пчёлку в рот, — пригрозил Джордж, осторожно передавая несчастного в руки Райана.
— А Луке никто ничего не хочет засунуть? — буркнул недовольно Дарио, позволяя Райану полностью взять над собой контроль.
Как только они вышли, в кабинете наступила тишина. Джордж бегло окинул взглядом разбитые дверки шкафа, покачав головой, и поспешил покинуть помещение. Майкл не стал задерживаться, выходя следом. В коридоре веяло прохладой, которая успокоила тревожные мысли. Джордж не сводил взгляда с Майкла, который выглядел совсем опустошенным.
— Ты в порядке?
— Я? А, да, — растерянно отвечает Майкл, покачав головой.
— А теперь будь со мной честен, — прозвучало это так мягко, что удержаться не было возможности.
— Да так, свои заботы, — голос совсем стал глухим. — Что тебя связывает с Дарио?
— Я же рассказывал тебе, — Джордж был удивлен.
— Ты не уточнял, насколько вы были близки, — Майкл чувствовал себя глупо, нервно потерев веки глаз. — И оставил ли кто-нибудь из вас это действительно в прошлом.
Пустой коридор оказывал сдавливающий эффект. Минутная тишина показалась вечностью, от которой хотелось завыть.
— Маленький ангел, ты ревнуешь? — Джордж не смог сдержать улыбки.
— Не говори глупостей! — Майкл чувствовал себя загнанным в угол, но продолжал упорно бороться.
— Не пытайся обмануть меня, — он заметно наклонился, желая заглянуть прямо в глаза.
— Просто на мгновение мне показалось... словно... — правильные слова никак не лезли в голову, не желали оказаться на языке. Майкл неловко отводит взгляд, ощущая себя действительно очень глупо. Дарио пострадал, нуждался в поддержке, а получил молчаливую ревность.
Джордж берет на себя смелось, прикасаясь подушечками пальцев к лицу Майкла. Этот жест был опасным в рамках общего коридора, но одновременно таил в себе скрытую интимность.
— Не могу поверить, что удостоился чести быть тобой приревнованным.
— Тебя это настолько забавляет? — Майкл вопросительно вскидывает бровь.
— Я бы даже сказал... умиляет, — Джордж не смог сдержать улыбки. — Но могу тебя заверить, что к Дарио у меня чисто рабочие чувства. Наши отношения давно в прошлом и похоронены там же.
— Эта девушка... Оливия, кажется. Она так хорошо знает Дарио.
— Райан по знакомству нашел, когда Дарио так удачно вывихнул запястье Луки, что привело к разрыву связок.
— Это не первая их драка? — вопросы так и сыпались.
— Какой ты любопытный, Майкл, — Джордж отстраняется. — Они часто дрались в стенах офиса. Дарио очень вспыльчивый человек, а то, как обошелся с ним Лука, оставило свой непоправимый шрам на душе. Первый год он бросался на Кастели при любом, удобном случае. Оливия стала частой гостьей моей компании, а Дарио — больницы, где она работает.
Майкл задумчиво повел уголками губ. Он и подумать не мог, что корень конфликта между бывшими друзьями находится настолько глубоко, что уже слишком поздно пытаться избавиться. «Но что же послужило их очередной стычке? — такие волнительные вопросы, на которые не было ответов. — Надеюсь, это того стоило».
— Я бы хотел к нему съездить, — столь странное желание вызывало противоречие чувства, но только так Майкл мог попытать удачу получить ответы. Лука к чему-то готовился и, быть может, по старой дружбе мог сболтнуть чего лишнего. «Да и просто поговорить с Дарио уже будет неплохо», — убеждал сам себя Майкл, словно пытался найти хоть одну причину, почему так рвется поскорее покинуть офис.
— Первый рабочий день в этом году, а ты уже отпрашиваешься, — Джордж покачал головой, прикрыв глаза. — И что мне за это будет?
— А что ты хочешь? — как-то по наивному спрашивает Майкл.
— Тебя.
Осознание пришло не сразу. Понадобились секунды, чтобы полностью пропустить через себя столь краткий ответ, и полностью понять, что не послышалось. Джордж действительно сказал это. Так легко и просто, без тени неловкости. Майкл мелко дрогнул, заметно отпрянув, как от огня. Смущение отразилось на ушах и неловкостью в голубых глазах.
— Что ты такое говоришь... — еле слышно прошептал Майкл, прищурив глаза.
— Как есть, так и говорю, — невозмутимо продолжил Джордж. — Какие-то проблемы?
«Он не шутит?» — тень страха скользнула по лицу, опустилась в самое сердце.
— Прямо здесь?
Больше сдерживаться не было сил. Джордж заметно расслабился, засмеявшись. Так низко и почти утробно. В глазах дьявольски плясали смешинки. Майкл почувствовал себя до невозможности глупо, и поджал губы. «Опять повелся...», — облегчение не последовало. Только странная тяжесть разочарования.
— Можешь идти, маленький ангел, — Джордж вальяжно махнул кистью руки. — Но постарайся не сидеть у него слишком долго. Работа сама себя не сделает.
— И ты ничего не попросишь? — Майкл все же решил уточнить.
Но мужчина лишь отрицательно качает головой. Все оказалось донельзя просто, но чувствовался подвох. Майкл решил не медлить, развернувшись на пятках, и именно в этот самый момент пальцы Джорджа обхватили в области живота, а теплое дыхание коснулось кончика уха:
— Но я действительно желаю тебя, Майкл.
Предательская дрожь прошлась по телу. Майкл резко обернулся, но Джордж уже вальяжно следовал в сторону кабинета, словно ничего и не говорил. Майкл постарался отогнать от себя странное наваждение, решая все же поспешить проведать Дарио.