Её высший пост

Эрика проснулась от стука в дверь и приглушенных голосов за ней. Солнце уже поднялось высоко, и его лучи пробивались в комнату яркими полосами сквозь белые шторы. На мгновение девушка замерла, прислушиваясь к далёкому шуму океана и крикам чаек, прежде чем осознание ударило её с полной силой: сегодня день свадьбы.

– Эрика? – послышался голос Марии за дверью. – Ты проснулась? Визажисты уже здесь.

Она села на кровати, проводя рукой по лицу.

– Да, заходите.

Дверь открылась, впуская внутрь подругу, следом за которой потянулась небольшая армия людей с чемоданами, сумками и коробками. Комната мгновенно наполнилась суетой: кто-то устанавливал зеркало с подсветкой, другой раскладывал косметику, третий развешивал платья на специальные вешалки у окна.

– Доброе утро невесте, – Мария присела на край кровати, протягивая ей чашку кофе. – Как спалось?

Эрика приняла горячий напиток, делая медленный глоток.

– Удивительно хорошо, учитывая, что через несколько часов я выхожу замуж перед двумя сотнями человек.

– Нервничаешь?

– Пока нет, – призналась она. – Спроси меня через час.

Подруга усмехнулась, оглядывая комнату, где визажист уже начал раскладывать кисти и палетки.

– Кстати, твой будущий муж уже на ногах. Видела его минут двадцать назад на террасе с телефоном. Даже в день собственной свадьбы не может отключиться от работы.

Девушка закатила глаза.

– Типичный Виктор. Я бы удивилась, если бы он вёл себя иначе.

В это время, этажом ниже, в просторной спальне, он стоял перед зеркалом, застёгивая манжеты белоснежной рубашки. Джулиано, его старый друг, сидел в кресле у окна с бокалом виски в руках, несмотря на ранний час.

– Ты серьёзно пьёшь в десять утра? – спросил Виктор, бросая на него взгляд через зеркало.

– Я на свадьбе, – невозмутимо ответил Джулиано. – Разве не положено?

– Свадьба начнётся только в четыре.

– Тогда у меня есть шесть часов, чтобы протрезветь, – мужчина сделал глоток и откинулся на спинку кресла. – Кстати, ты удивительно спокоен для человека, который через несколько часов лишится статуса холостяка.

Виктор застегнул последнюю пуговицу и повернулся к нему.

– А каким я должен быть? Мне нужно паниковать? Или рыдать в подушку?

– Большинство делают именно так. Или напиваются накануне.

– Я не большинство.

Джулиано усмехнулся.

– Это точно. Кстати, Милтон уже третий раз звонил и говорил что-то про финальную проверку звука и размещение гостей.

– Пусть справляется сам. Для этого я ему и плачу.

– Жестоко, – заметил друг. – Бедняга еле дышит.

– Это его естественное состояние.

В комнате Эрики тем временем визажист начал работу. Девушка сидела в кресле перед зеркалом, пока умелые руки наносили основу, подводили глаза и придавали губам выразительный оттенок. Мария устроилась на диване рядом, листая телефон.

– Кстати, Пауло передаёт привет, – сказала она, не отрывая взгляда от экрана. – Он внизу помогает расставлять стулья.

– О боже, – усмехнулась Эрика. – В первый раз на нашей свадьбе и сразу в рабство.

– Он не против. Говорит, это лучше, чем слушать, как я в сотый раз обсуждаю твоё платье.

Визажист отступил на шаг, изучая своё творение.

– Глаза готовы. Теперь губы.

Эрика послушно замерла, пока тонкая кисть очерчивала контур.

– Как думаешь, – вдруг спросила она, когда визажист отошёл за новой кистью, – я всё делаю правильно?

Мария подняла взгляд от телефона.

– Сомневаешься?

– Нет. Просто... странно осознавать, что это всё действительно происходит.

Подруга встала и подошла ближе, положив руку ей на плечо.

– Эрика, я знаю тебя достаточно долго, чтобы понимать, что ты никогда не делаешь ничего, в чём не уверена. Если ты здесь, если надеваешь это платье – значит, уже приняла окончательное решение.

Девушка встретила её взгляд в зеркале и медленно кивнула. К двум часам дня вилла превратилась в декорации для съёмок глянцевого журнала. Белые стулья выстроились ровными рядами перед аркой, увитой жасмином и бугенвиллией. Дорожка из белых лепестков вела к импровизированному алтарю, за которым простирался бескрайний океан. По периметру были расставлены высокие вазы с белыми орхидеями и гортензиями, а между рядами стульев стояли фонари, которые зажгутся с наступлением сумерек. Виктор вышел на террасу, окидывая взглядом детали. Всё выглядело идеально. Милтон бегал между рабочими, что-то яростно записывая в планшет и отдавал указания. Заметив министра, он поспешил к нему.

– Всё под контролем, – доложил он. – Гости начнут прибывать через час. Музыканты на месте, кейтеринг проверен, охрана расставлена по периметру.

– Хорошо.

– И ещё, – Милтон замялся, – представитель Globo просит разрешения на съёмку. Обещают не навязываться.

Виктор покачал головой.

– Никаких съёмок во время церемонии, только официальный фотограф. После банкета можешь выпустить пресс-релиз с фотографиями, которые мы одобрим.

– Понял.

К трём часам начали прибывать первые гости. Чёрные машины одна за другой подъезжали к входу, высаживая политиков, бизнесменов и их спутниц в дорогих нарядах. Виктор стоял у входа, обмениваясь рукопожатиями и короткими фразами. 

– Мануэль, Кармен, – тихо сказал мужчина, когда к ним подошла молодая пара.

– Виктор, поздравляю, – Мануэль крепко пожал ему руку. – Наконец-то ты выполнил своё обещание.

– Как видишь.

Кармен мягко улыбнулась.

– А где же невеста? Хочу её поздравить.

– Готовится. Увидите на церемонии.

Гости продолжали прибывать. Все они проходили к зоне церемонии, рассаживаясь на белых стульях и ведя приглушённые беседы, пока музыканты играли лёгкую классическую музыку, создавая ненавязчивый фон. В четыре часа вечера солнце стояло в зените, заливая всё ослепительным светом южного дня. Гости заняли свои места, а Виктор встал у алтаря. Музыка сменилась на более торжественную мелодию и все повернулись к началу дорожки. Эрика стояла у входа на террасу, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Платье облегало её фигуру, а шлейф струился позади. Джулиано, которому выпала честь вести её к алтарю, мягко улыбнулся и протянул девушке руку.

– Готова?

Она сделала глубокий вдох.

– Насколько это вообще возможно.

– Тогда пошли. И не споткнись. Виктор меня убьёт, если что-то пойдёт не так.

Эрика невольно усмехнулась, принимая его руку. Они сделали первый шаг и все взгляды обратились на неё. Камеры щёлкали, гости вставали со своих мест, а она медленно шла по дорожке из лепестков, чувствуя, как ноги становятся ватными. Виктор стоял у алтаря, и когда их взгляды встретились, на его губах появилась улыбка. Не та холодная, ироничная усмешка, которую он обычно носил как маску, а настоящая, тёплая улыбка, которая дошла до её глаз. Когда они достигли алтаря, Джулиано передал её руку Виктору и отступил в сторону. Регистратор, мужчина лет пятидесяти в строгом костюме, открыл папку с документами и начал церемонию.

– Дамы и господа, – его голос был ровным и торжественным, – мы собрались здесь сегодня, чтобы стать свидетелями союза двух людей. Виктора Галеса и Эрики Аллен. Брак – это не просто юридический акт, это добровольное решение двух людей разделить свою жизнь, поддерживать друг друга в горе и радости, в болезни и здравии.

Девушка слушала слова, держа Виктора за руки, пока его большие пальцы медленно поглаживали её ладони.

– Виктор Галес, – продолжил регистратор, – вы принимаете Эрику Аллен в качестве вашей законной супруги, обязуетесь уважать её, быть ей верным и делить с ней свою жизнь в соответствии с законами Федеративной Республики Бразилии?

– Принимаю. – сказал он, не отводя взгляда от Эрики. 

– Эрика Аллен, вы принимаете Виктора Галеса в качестве вашего законного супруга, обязуетесь уважать его, быть ему верной и делить с ним свою жизнь в соответствии с законами Федеративной Республики Бразилия?

Она сделала едва заметный вдох.

– Принимаю.

Регистратор кивнул и взял со стола два обручальных кольца.

– Кольца являются символом вечности и неразрывности вашего союза. Виктор, наденьте кольцо на палец вашей супруги.

Он взял его и медленно надел на её безымянный палец рядом с помолвочным.

– Эрика, наденьте кольцо на палец вашего супруга.

Девушка повторила жест, чувствуя, как её руки слегка дрожат.

– Властью, данной мне законами Федеративной Республики Бразилия, – громко произнёс мужчина, – я объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Виктор притянул Эрику к себе и их губы встретились в нежном поцелуе. Аплодисменты гостей накрыли их волной, смешиваясь с музыкой и шумом океана.

– Ну вот, – тихо сказал он, когда они оторвались друг от друга. – Теперь ты официально застряла со мной.

Эрика усмехнулась.

– И ты со мной. Надеюсь, не пожалеешь.

– Спроси меня лет через пятьдесят.

Они развернулись к гостям, и фотограф начал щёлкать кадр за кадром, запечатлевая момент, когда Эрика Аллен официально стала Эрикой Галес. И хоть в глубине души она знала, что это брак был союзом двух амбициозных людей, объединённых лишь общими целями, в этот момент, под ярким солнцем Баии, держа за руку мужчину, который стал её мужем, она чувствовала, что всё именно так, как и должно быть. После церемонии началась череда поздравлений. Гости выстроились в очередь, и Эрика, стоя рядом с Виктором, натянуто улыбалась. Рукопожатия, объятия, комплименты – всё сливалось в один непрерывный поток. Она механически кивала, благодарила, пожимала руки людям, чьи имена уже забывала через пять секунд.

– Поздравляю, сеньора Галес, – произнёс очередной депутат, чьё лицо показалось ей смутно знакомым.

Сеньора Галес. Звучало так странно. Так официально. Как будто она примеряла чужое пальто, которое было ей немного велико.

– Спасибо, – ответила она, сохраняя вежливость в голосе.

– Виктор, я так рада за вас обоих, – сказала Изабелла, подходя к молодожёнам.

Женщина, как всегда, выглядела безупречно. Рядом с ней стоял Джулиано, слегка покачиваясь явно не от первого бокала шампанского за день.

– Изабелла, – Эрика приняла её объятие, чувствуя лёгкий аромат дорогого парфюма. – Спасибо, что приехали.

– Как я могла такое пропустить? – женщина отстранилась, внимательно глядя ей в глаза. – Прекрасно выглядишь, дорогая. И это платье... просто идеально.

– Вы слишком добры.

– Я просто честна, – Изабелла бросила короткий взгляд на Виктора. – А ты наконец-то выбрал не только умом, но и сердцем.

Мужчина усмехнулся.

– Ты же знаешь, я всегда объединяю приятное с полезным.

– Надеюсь, полезного здесь не меньше, чем приятного, – женщина похлопала Эрику по руке и отошла к другим гостям.

Джулиано задержался, качая головой.

– Ну что, сынок, теперь ты официально потерял свободу. Как ощущения?

– Спроси меня через год, – невозмутимо ответил Виктор.

– Через год ты будешь жалеть, что связался с женщиной, у которой есть своё мнение.

– Тогда уже жалею.

Эрика фыркнула. Когда очередь гостей наконец закончилась, девушка почувствовала, как её щёки горят от натянутой улыбки, а ноги ноют от долгого стояния на каблуках.

– Мне нужно переодеться, – тихо сказала она Виктору.

Он кивнул.

– Пойдём.

Они прошли через толпу гостей, которые уже расходились к накрытым столам на террасе, и поднялись в её комнату. Дверь закрылась за ними, отрезая шум голосов и музыки.

– Устала? – спросил мужчина, снимая пиджак и вешая его на спинку стула.

– Вымоталась, – призналась она. – Сколько это продлиться?

– Часа четыре. Может, пять.

– Боже.

Мужчина подошёл к ней, поворачивая спиной к себе.

– Давай помогу.

Его пальцы нашли застёжку на платье и медленно потянули её вниз. Эрика почувствовала, как прохладный воздух коснулся кожи.

– Спасибо.

– Не за что, – его губы быстро коснулись её плеча. – Только не затягивай. Милтон будет в истерике, если мы задержимся.

Эрика усмехнулась, проходя к шкафу, где на вешалке висело её второе платье. Она быстро переоделась, поправила причёску и обернулась к Виктору.

– Как?

Он задержался на разрезе, который открывал её ногу почти до бедра.

– Опасно. Но мне нравится.

– Опасно?

– Для моей концентрации.

Девушка подошла ближе, поправляя его галстук.

– Тогда постарайся держать себя в руках. По крайней мере, до конца вечера.

– Ничего не обещаю.

Они вернулись на террасу, где гости уже рассаживались за столами, уставленными изысканными блюдами. Солнце медленно опускалось за океан, и небо над головой вспыхнуло всеми оттенками алого и пурпурного, смягчаясь лёгкой прохладой вечернего бриза. Эрика и Виктор заняли свои места за главным столом. Милтон появился как из ниоткуда, шепча что-то на ухо министру. Тот кивнул, и помощник исчез так же быстро, как появился.

– Что он хотел? – спросила Эрика.

– Проверял, не сбежали ли мы.

– Хотелось бы.

Ужин прошёл в потоке разговоров, тостов и смеха. Гости поднимали бокалы, произносили речи. Изрядно выпивший Джулиано произнёс длинный и путаный тост о том, как Виктор наконец-то нашёл женщину, которая сможет его терпеть. Изабелла добавила что-то про то, что брак – это искусство компромисса. Эрика слушала вполуха, улыбаясь и кивая в нужных местах. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, на террасе зажглись фонари, окутывая пространство приглушённым светом. Музыканты заиграли медленную композицию, и Виктор, отставив свой бокал, повернулся к девушке.

– Потанцуем?

Она удивлённо подняла бровь.

– Ты умеешь танцевать?

– Достаточно, чтобы не наступить тебе на ноги.

– Ну ничего себе.

Девушка приняла его протянутую руку, позволяя ему провести себя в центр террасы, где уже кружились несколько пар. Виктор притянул её к себе, а она обняла его за плечи, начиная медленно двигаться под музыку.

– Знаешь, – тихо сказала Эрика, глядя ему в глаза, – я думала, что всё будет намного хуже.

– Ты о церемонии, о гостях, или о том, что стала моей женой?

– О своей способности всё это выдержать.

Виктор усмехнулся.

– Ты прекрасно справляешься с ролью сеньоры Галес. Она тебе идёт.

– Это всего лишь роль, Виктор. И она требует слишком много улыбок.

– Но ты ведь не жалеешь, что взялась за неё?

– Нет.

– Вот и отлично. – его рука чуть сильнее сжала её талию.

Они продолжали танцевать, пока музыка не стихла и не сменилась более быстрой мелодией. Вечер продолжался. Эрика перемещалась между группами людей, поддерживая светские беседы и принимая поздравления. Виктор держался рядом, изредка вмешиваясь в разговоры. Около десяти вечера Милтон подошёл к мужчине и что-то прошептал ему на ухо. Министр кивнул и повернулся к Эрике.

– Через пять минут фейерверк.

– Фейерверк? Ты серьёзно?

– Милтон настоял. Сказал, что без него свадьба будет недостаточно грандиозной.

– Он так старается тебе угодить. 

– И, кажется, преуспел.

Гости начали собираться у края террасы, глядя на океан. Молодожёны встали в первом ряду, и ровно в десять часов небо над водой озарилось первым залпом. Огни взмывали вверх, взрываясь каскадами золотых, красных, серебряных искр. Гости ахали и аплодировали, а Эрика просто смотрела на это шоу, чувствуя, как рука Виктора ложится ей на поясницу.

– Красиво, – тихо сказала она.

– Да, – ответил он, смотря на неё.

Когда последний залп отгремел и небо снова погрузилось в темноту, гости начали медленно расходиться. Кто-то направился к своим номерам в гостевом крыле виллы, кто-то ждал машины, чтобы уехать в отели неподалёку. Милтон суетился, организовывая отъезд высокопоставленных гостей, а Эрика почувствовала накатившую усталость.

– Пойдём, – Виктор взял её за руку.

Они прошли мимо официантов, убиравших столы, и поднялись по лестнице в его комнату. Дверь закрылась за ними и тишина обрушилась так внезапно, что девушка на секунду замерла.

– Наконец-то, – выдохнула она, проходя к окну.

Мужчина снял пиджак, затем расстегнул первые пуговицы рубашки.

– Как ты?

– Хочу утопить эти туфли в океане. Но это был... хороший день.

– Хороший?

Она повернулась к нему.

– Да. Несмотря на всю эту показуху.

Виктор подошёл ближе, останавливаясь перед ней.

– И что теперь, сеньора Галес?

Эрика усмехнулась.

– Теперь я иду спать. А ты можешь составить мне компанию. Или остаться здесь и думать о политике.

– Пожалуй, выберу первое.

– Мудрое решение.

Девушка стянула туфли, чувствуя облегчение, когда ноги наконец коснулись прохладного пола. Виктор подошёл сзади, помогая расстегнуть платье, и ткань соскользнула вниз, обнажая кружевное бельё. Эрика развернулась к нему, встречаясь взглядом.

– Что будет дальше? – спросила она.

– Дальше мы живём, – просто ответил он. – Как и раньше. Только теперь официально.

– Романтик.

– Ты же не ждала от меня романтики.

– Не ждала, – она обняла его за шею. – Поэтому ты мне и подходишь.

Виктор притянул её ближе. Когда поцелуй стал глубже, Эрика отстранилась и сразу же направилась к кровати, где облегчённо опустилась на край.

– Иди сюда, – тихо сказала она.

Мужчина последовал за ней, ложась рядом, не снимая остатки одежды. Какое-то время они просто лежали в темноте, слушая далёкий шум океана за окном. Первая ночь их официального брака началась не с страсти, а с тихого осознания: теперь они связаны не только договорённостями и взаимной выгодой. Теперь они связаны законом. И, возможно, чем-то большим, о чём ни один из них не решался говорить вслух.

Эрика проснулась от громкого шума прибоя, пробивающегося сквозь тонкие стены виллы и приоткрытую балконную дверь. Она лежала на боку, лицом к Виктору, который всё ещё спал, что было достаточно редким зрелищем, учитывая, что обычно он просыпался раньше неё и уже к семи утра был на ногах. Девушка приподнялась на локте, внимательно изучая его расслабленное лицо. Тёмные волосы были непривычно растрёпаны. Его широкая грудь мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Эрика провела пальцем по линии его челюсти, едва касаясь тёплой кожи. Они так и не занимались любовью прошлой ночью. Слишком устали. Слишком вымотались. Просто уснули в объятиях друг друга. Но сейчас, глядя на Виктора в утреннем свете, она почувствовала то самое знакомое желание, которое всегда возникало между ними. Эрика осторожно откинула простыню и села на кровати. Её рука легла ему на грудь, начиная скользить вниз по животу. Мужчина не шевелился. Она наклонилась ниже, и её губы коснулись его шеи, оставляя лёгкий поцелуй. Затем ещё один. И ещё. 

– Я знаю, что ты не спишь, – тихо сказала девушка, проводя языком по его ключице.

Уголки его губ дёрнулись вверх.

– Откуда такая уверенность?

– Потому что ты слишком напряжённый для спящего человека.

Виктор наконец открыл глаза, встречаясь с её взглядом.

– Может, мне просто снится хороший сон.

– Тогда я могу сделать его ещё лучше, – её рука двинулась дальше, находя его уже твёрдый член через ткань боксеров.

Он выдохнул, а его ладонь легла ей на затылок.

– Ты всегда такая игривая по утрам?

– А что такое? Не нравится?

– Наоборот.

Эрика усмехнулась, стягивая с него боксеры и освобождая возбуждённую плоть. Она обхватила его рукой, медленно двигаясь вверх-вниз, наблюдая, как челюсть мужчины напрягается от сдерживаемого стона. Затем наклонилась ниже, проводя языком от основания до самого кончика, где уже выступила капля прозрачной жидкости.

– Эрика... – его голос был хриплым.

– Что? – она подняла на него невинный взгляд, облизывая губы.

– Ты знаешь, что.

– Хочешь, чтобы я остановилась?

– Чёрт, нет.

Она улыбнулась и взяла его в рот, медленно погружаясь до предела. Виктор выдохнул сквозь зубы, пока его пальцы путались в её волосах. Эрика двигалась в неспешном ритме, лаская языком каждый сантиметр, и чувствуя, как он напрягается под её прикосновениями. Когда она почувствовала, что он близок к разрядке, Виктор резко потянул её за волосы, заставляя оторваться.

– Иди сюда, – глухо приказал он.

Девушка послушно поднялась, позволяя ему перевернуть её на спину. Он стянул с неё кружевные трусики, единственное, что на ней осталось после вчерашнего вечера, и устроился между её ног. Его рука скользнула вниз, проверяя её готовность, и он усмехнулся, чувствуя влажность.

– Уже?

– А ты думал, я делала это только для тебя? – она выгнулась навстречу его пальцам.

– Эгоистка.

– Ты тоже не альтруист.

Виктор не ответил и тут же вошёл в неё одним мощным толчком, вырывая у Эрики протяжный стон. Она обхватила его ногами, притягивая глубже, и он начал медленно двигаться, позволяя им обоим насладиться каждым движением. Утренний свет заливал комнату, играя на их переплетённых телах. Она запустила пальцы в его волосы, притягивая к поцелую, пока их языки не встретились в жадном танце. Мужчина ускорил темп.

– Виктор... – она задышала чаще, чувствуя приближение оргазма.

– Давай, – прошептал он ей на ухо. – Кончи для меня.

Этого оказалось достаточно. Пик наслаждения накрыл её волной, заставляя тело содрогаться и сжиматься вокруг него. Виктор последовал за ней через несколько толчков, изливаясь внутрь с глухим стоном. Они остались лежать, тяжело дыша, пока их тела всё ещё были соединены. Эрика провела рукой по его влажной спине, чувствуя, как их сердца бьются в унисон.

– Доброе утро, миссис Галес, – тихо сказал Виктор, целуя её в висок.

– Доброе утро, мистер Галес.

Он приподнялся на локтях, глядя на неё сверху вниз.

– Как спалось?

– Отлично. А вам?

Виктор усмехнулся.

– Ещё лучше.

Они провели следующие несколько дней на вилле, не торопясь возвращаться в Бразилиа. Милтон организовал всё так, чтобы министр мог позволить себе короткий отпуск, где они позволили себе поздно просыпаться, завтракать на террасе с видом на океан и беззаботно проводить дни, гуляя по пляжу или просто лёжа на шезлонгах под солнцем. Эрика почти забыла, каково это не думать о работе, о фонде, о бесконечных обязательствах. А здесь, в этом временном убежище от реальности, она могла просто быть женщиной, которая вышла замуж за человека, которого не просто терпела, но и, возможно, даже по своему любила, хотя вряд-ли один из них когда-то это произнесёт вслух. В последний вечер перед отъездом они сидели на той же террасе, где два дня назад прошла их свадьба. Солнце садилось за горизонт, отбрасывая последние длинные тени на песок. Виктор держал её руку, переплетя пальцы, и они просто молчали, наблюдая за тем, как день медленно уступает место ночи.

– Знаешь, – вдруг сказала Эрика, – я бы могла привыкнуть к такой жизни.

– К какой?

– К этой. Без бесконечных совещаний, без прессы, без необходимости постоянно играть роль.

Виктор повернулся к ней.

– Но мы оба знаем, что это невозможно.

– Знаю, – она встретила его взгляд. – Но передышка иногда тоже нужна.

– Тогда будем устраивать отпуска почаще.

– Обещаешь?

– Постараюсь.

Эрика усмехнулась, прислоняясь головой к его плечу.

– Это самое близкое к обещанию, что я от тебя когда-либо получу, правда?

– Пожалуй, да.

– Тогда мне этого достаточно.

Они сидели так, пока лучи солнца не исчезли за горизонтом, оставив после себя лишь глубокую синеву ночного неба, усеянную первыми звёздами. Завтра они вернутся в Бразилиа. Вернутся к своей обычной жизни, полной работы и бесконечных встреч. Но сейчас, в этот момент, они были просто Виктором и Эрикой. Мужем и женой. Двумя людьми, которые нашли друг друга в самых неожиданных обстоятельствах и решили остаться вместе, несмотря ни на что. И, возможно, именно это было их версией счастья.