Часть 21.
До свадьбы оставалось чуть меньше месяца. Дни Эрики пролетали в бесконечной череде переговоров с флористами, дегустаций меню, согласования списков гостей и обсуждения формальностей с Милтоном. Фонд тоже требовал её внимания: новые проекты, отчёты для спонсоров и встречи с чиновниками. К вечеру она падала в постель, едва успев снять туфли, а утром просыпалась, когда Виктор уже стоял у зеркала, застёгивая запонки. Они стали как два корабля, расходящихся в тумане. Утром - короткий кивок на кухне, вечером - беглый обмен фразами о делах. Иногда Виктор возвращался так поздно, что девушка уже спала. Иногда она засиживалась в своём кабинете до ночи, а когда поднималась в спальню, он уже спал, отвернувшись к окну. По идее, это не должно было её беспокоить. У них обоих была масса дел, к тому же организация свадьбы требовала особого внимания. Но что-то глодало изнутри. Не ревность - нет. Скорее это было похоже на осознание того, что они станут мужем и женой, но так и останутся чужими людьми, живущими под одной крышей. Эрика поймала себя на том, что скучает по его присутствию, по тому, как он смотрел на неё поверх бокала вина, по язвительным замечаниям, которые всегда балансировали на грани оскорбления и комплимента. По тому, как его рука ложилась ей на поясницу, когда они входили в зал, полный людей. По редким моментам, когда маска министра спадала и оставался циничный, расчётливый, но по-своему честный Виктор. И в один из вечеров, когда она вернулась домой раньше обычного и обнаружила свет в его кабинете, что-то внутри неё щёлкнуло. Она толкнула дверь и вошла.
- Ты рано, - он поднял на неё свой удивлённый взгляд.
- А ты всё ещё работаешь, - констатировала Эрика, подходя ближе.
- Как видишь.
Девушка обошла стол и, ничего не говоря, опустилась ему на колени. Виктор замер, положив ручку на стол.
- Что ты делаешь?
- То, что должна была сделать ещё неделю назад, - она встретила его взгляд. - Ты отменяешь все свои планы на завтра, потому что мы проводим день вместе.
- У меня встреча с губернатором Минас-Жерайса в десять утра, потом бюджетные слушания в два и ужин с представителями Министерства экономики Аргентины.
- Отмени. Ты министр финансов. Если кто и может переносить встречи, так это ты.
Виктор откинулся на спинку кресла, изучая её лицо.
- Ты серьёзно?
- Абсолютно.
- Эрика, там будет пресса.
- И что? Перенесёшь на следующую неделю, - она положила руку ему на грудь, чувствуя под пальцами ровное биение сердца. - Виктор, через три недели мы поженимся. И за последний месяц мы провели вместе от силы пару часов. Это ненормально.
- Ты была занята фондом и подготовкой к свадьбе.
- А ты был занят своими совещаниями, - парировала Эрика. - Если мы продолжим в том же духе, то дойдём до алтаря абсолютно чужими людьми. А мне это не нравится.
Он помолчал, переваривая её слова.
- Один день?
- Один день. Без телефонов, без отчётов и министерства. Только мы.
Виктор смотрел на неё ещё несколько секунд, затем выдохнул и потянулся к телефону на столе.
- Милтон? - коротко бросил он, когда помощник взял трубку. - Отмени встречу с губернатором. Переноси её на следующую среду. Бюджетные слушания пусть будут в понедельник. - На том конце послышался удивлённый голос, но Виктор не дал ему договорить. - У меня важные дела. Завтра меня не будет. Если что-то срочное - звони только в случае национальной катастрофы.
Он положил трубку и посмотрел на Эрику.
- Довольна?
Она усмехнулась.
- Вполне.
- Тогда слезай. Мне нужно закончить хотя бы этот отчёт, пока ты не придумала ещё что-нибудь.
Эрика поднялась, но прежде чем уйти, наклонилась и коротко поцеловала его.
- Спасибо.
Мужчина проводил её взглядом, затем покачал головой и вернулся к документам.
Рано утром, когда город ещё только просыпался и первые лучи солнца едва пробивались сквозь утреннюю дымку, они сели в чёрный Range Rover, который Виктор почти не использовал, предпочитая служебную машину с водителем. Эрика устроилась на пассажирском сиденье, наблюдая, как он заводит двигатель. Было странно видеть его за рулём, так как обычно Виктор сидел на заднем сиденье, разговаривая с кем-то по телефону, а кто-то другой вёз его по городу. Но сейчас он сам крутил руль, выруливая из гаража, и в этом было что-то неожиданно обыденное. Они выехали из Бразилиа в сторону национального парка Шапада-дус-Веадейруш - одного из самых красивых заповедников Центральной Бразилии, расположенного примерно в двухстах километрах от столицы. Дорога петляла через бескрайние саванны, которые сменялись холмами и поросшими низкорослыми деревьями. Асфальт был ровным, почти пустым, и внедорожник легко набирал скорость, оставляя позади редкие придорожные фазенды.
- Ты когда-нибудь здесь был? - спросила Эрика, когда они свернули на грунтовую дорогу, ведущую в парк.
- Давно, - ответил Виктор, умело лавируя между ухабами. - Лет двадцать назад, наверное.
- И как тебе?
- Я был там по работе, так что особо не обращал внимания.
Она усмехнулась.
- Конечно, у тебя же всегда работа на первом месте.
- Не всегда, - он бросил на неё короткий взгляд. - Вот сегодня, например.
- Только потому, что я тебя заставила.
- Не заставила, а убедила.
- Разница невелика.
- Как скажешь. - Виктор чуть улыбнулся, возвращая взгляд на дорогу.
Ещё через полчаса они добрались до въезда в парк. Горный массив возвышался впереди, а воздух с каждым километром становился прохладнее. Здесь, на высоте около тысячи метров над уровнем моря, даже в августовскую зиму температура опускалась до пятнадцати градусов по утрам, хотя днём воздух всё равно прогревался до комфортных двадцати пяти. Они припарковались на небольшой площадке у начала одного из пешеходных маршрутов, ведущих к водопадам. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь далёким криком каких-то птиц и шелестом листвы под порывами ветра. Туристов в это время года было мало - в основном местные, приезжавшие на выходные. Эрика вышла из машины, вдыхая прохладу, пропитанную ароматом влажной земли и редких кустарников, источающих терпкий смолистый запах. Она надела лёгкую ветровку поверх футболки, а Виктор остался в тёплой рубашке.
- Готова? - спросил он, запирая машину.
- К чему?
- К двухчасовой прогулке по тропе.
Она опустила взгляд вниз.
- Ты серьёзно собираешься идти в горы в этих ботинках?
Виктор посмотрел на свои дорогие кожаные ботинки, явно не предназначенные для походов.
- Справлюсь.
- Если сломаешь ногу, я тебя не понесу.
- Не волнуйся. Я тебя тоже не понесу.
Эрика фыркнула и направилась к тропе. Дорожка вела вверх, петляя между скал и невысоких деревьев. Виктор шёл рядом, изредка придерживая девушку за локоть, когда тропа становилась слишком узкой или скользкой. Где-то через час они вышли к первому водопаду. Поток воды обрушивался с высоты метров двадцати, разбиваясь о камни внизу, образуя небольшое озеро с кристально чистой водой. Вокруг стояли высокие скалы, поросшие мхом и папоротниками, а солнечный свет пробивался сквозь ветви деревьев, создавая игру теней и бликов на воде. Эрика остановилась у края, глядя на водопад. Здесь было прохладнее, чем внизу, и влажный воздух окутывал кожу лёгкой моросью. Виктор подошёл сзади, останавливаясь рядом.
- Красиво, - тихо сказала она.
- Да.
Девушка повернулась к нему.
- Признайся, ты скучал по таким местам?
- Не думал об этом.
- Врёшь. Ты просто не позволяешь себе думать о чём-то ещё, кроме работы.
Виктор усмехнулся.
- Может быть.
Эрика сделала несколько шагов вперёд, приближаясь к краю озера. Вода выглядела настолько чистой, что хотелось окунуть в неё руку. Но было слишком холодно для купания, даже несмотря на то, что солнце уже поднялось достаточно высоко.
- Здесь есть ещё один водопад выше, - вдруг сказал мужчина. - Меньше, но более живописный. Туристы туда редко доходят.
- Откуда знаешь?
- Был там в прошлый раз.
Она повернулась к нему.
- Пойдём?
Он кивнул. И они продолжили подъём. Тропа становилась всё уже, местами превращаясь в едва заметную дорожку между камнями. Виктор шёл впереди, изредка оборачиваясь, чтобы убедиться, что Эрика не отстала. Ещё через полчаса они вышли к небольшому гроту, где из расщелины в скале тонкой струёй падала вода, образуя миниатюрный водопад. Здесь было совсем безлюдно. Только шум воды, тихий звон капель, падающих с потолка и низкое эхо, идущее из глубины. Эрика остановилась, оглядываясь вокруг. Внутри грота было сухо и относительно тепло, так как скалы защищали пространство от ветра, а солнце сверху прогревало камни. Она прошла внутрь, ощущая под ногами гладкую, отполированную временем поверхность.
- Сюда действительно никто не доходит, - заметила девушка.
Виктор вошёл следом.
- Поэтому я сюда тебя и привёз.
Она повернулась к нему, встречаясь с его взглядом, в котором читалось что-то, заставившее её сердце участить ритм.
- Виктор...
Мужчина шагнул ближе, а его рука легла ей на талию.
- Знаешь, - тихо сказал он, - я не зря выбрал это место.
- Ты собираешься мне что-то рассказать о геологии региона? - с усмешкой спросила она.
- Нет, - его губы тронула едва заметная улыбка. - Я собираюсь тебя поцеловать. И не только.
Эрика почувствовала, как по спине пробежала волна жара.
- Здесь?
- Здесь всё равно никого нет. Только мы, водопад и пара птиц, которым на нас плевать.
Она усмехнулась.
- Романтик.
- Ты же знала, за кого выходишь замуж.
Девушка ничего не ответила. Вместо этого она притянула его к себе, и их губы встретились в поцелуе. Виктор снял свою тёплую рубашку и расстелил её на песке, подготавливая им место. Затем помог Эрике избавиться от одежды, стягивая ветровку, футболку и расстёгивая бюстгальтер, высвобождая грудь, на которой соски мгновенно затвердели от прохладного воздуха. Он опустился на колени, сняв с неё джинсы и бельё, а его пальцы задержались на бёдрах, разводя ноги шире. Девушка стояла голая, пока песок лип к ступням, а солнечный луч скользил по коже, подчёркивая каждую линию. Виктор, быстро избавившись от своей одежды, прижал её к стене холодного камня, который контрастировал с жаром их тел, начиная целовать её губы и шею быстрыми, требовательными поцелуями. Затем провёл языком по линии её ключиц, пока дыхание не стало прерывистым. Он отстранился, чтобы посмотреть на неё своим тёмным от желания взглядом и, обхватив руками её талию, опустил на колени. Эрика, не сводя с него глаз, наклонилась и взяла его твёрдый член в рот. Руки Виктора запутались в её волосах, направляя девушку глубже. Вкус его плоти и солёной влаги разливался по языку, и она ускорила темп, слыша его стоны. Через минуту он отстранил её от себя и опустился на расстеленную рубашку. Эрика сразу же села на него сверху, направляя член внутрь, чувствуя, как он заполняет её. Тела соприкасались. Бёдра девушки скользили, а грудь терлась о торс мужчины, смешивая пот на коже. Одна его рука схватила Эрику за ягодицы, помогая наращивать темп, а большой палец другой скользнул вперёд и нашёл клитор, ритмично надавливая на него. Она издала протяжный стон, подаваясь назад. Солнечный луч, пробивающийся сверху, падал на их переплетённые тела, создавая игру света и тени на коже. Когда они одновременно достигли пика, Эрика, не сдерживаясь, закричала. Её стон почти заглушил шум воды и растворился в гулком эхе грота. Виктор последовал за ней, с низким рыком толкаясь вверх. Они остались лежать, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Песок прилип к их спинам и бёдрам, а пот охлаждался на коже от прохладного воздуха, проникающего в грот. Эрика чувствовала, как сердце мужчины колотится под её ладонью, постепенно замедляясь до привычного ритма, пока она лежала на нём, всё ещё чувствуя остаточные волны удовольствия, пробегающие по телу.
- Ну что, - хрипло произнёс Виктор, проводя рукой по её спине, - довольна своей идеей с походом?
Она приподняла голову, встречаясь с его взглядом.
- Вполне. Хотя ты слишком легко согласился. Я почти разочарована отсутствием сопротивления.
- Не привыкай, - он криво улыбнулся, не отпуская её. - В следующий раз придётся работать усерднее.
- Звучит как должностная инструкция, а не романтика.
- Я министр и бизнесмен, а не поэт. Не жди от меня сонетов.
- Циник, - поправила его Эрика. - И, кажется, гордишься этим.
- Очень горжусь.
Девушка опустила голову обратно ему на грудь. Время словно остановилось в этом каменном убежище, и ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Но реальность постепенно возвращалась. Полдень давно прошёл, а золотистый свет, пробивавшийся сверху, становился более рассеянным. Зимний воздух проникал в грот всё настойчивее, и Эрика поёжилась, несмотря на жар тела Виктора под собой.
- Нам пора, - тихо сказал он, прижимая её к себе в последний раз, прежде чем осторожно перевернуться на бок.
Они лениво поднялись и стали натягивать одежду на влажные, покрытые песком тела. Мелкие частицы налипли на кожу и забились в швы, вызывая лёгкое раздражение. Виктор подобрал свою рубашку, которая служила им подстилкой, и помог Эрике застегнуть молнию на её ветровке. Когда они вернулись к машине, солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в персиковый оттенок. Дорога домой была тихой, нарушаемой лишь негромкой музыкой из динамиков. Эрика смотрела в окно на проплывающие пейзажи, а Виктор вёл машину, изредка бросая на неё взгляды. Они вернулись в Бразилиа, когда город уже погрузился в вечерние сумерки, и фонари, включавшиеся один за другим, превращали улицы в реки света. Мужчина припарковался у дома и достал телефон из бардачка, где оставил его утром. Пролистав сообщения, он наткнулся на текст от Милтона, отправленный ещё в полдень: «Я перенёс все встречи на завтра. Губернатор недоволен. Придётся отправить ему подарок». Виктор усмехнулся и быстро набрал ответ: «Отправь что-нибудь дорогое и бесполезное. Он любит такое». Эрика наблюдала за ним, видя, как привычная маска министра начинает возвращаться на его лицо с каждой секундой, проведённой в городе.
- Уже скучаешь по работе? - спросила она, когда он убрал телефон.
- Просто проверяю, не сгорело ли министерство без меня.
- И?
- Пока стоит. Хотя Милтон явно в панике.
- Бедный Милтон, - с усмешкой произнесла Эрика. - Наверное, весь день провёл в ужасе от того, что его начальник куда-то пропал.
- Он справится, - равнодушно ответил Виктор, открывая дверь машины. - Не в первый раз.
Она вошла в дом, скидывая кроссовки у порога, и тёплый, застоявшийся воздух сразу обволок её, контрастируя с прохладой улицы. Виктор последовал её примеру, стягивая ботинки и бросая короткий взгляд на их состояние.
- Я же говорила, что они не для походов, - заметила Эрика, проходя мимо.
- Тем не менее выжили. Как и я.
Поднявшись по лестнице в спальню, девушка остановилась у двери, чувствуя, как тело начинает отзываться на каждое движение ноющей слабостью. Мышцы ног тянуло от подъёма в гору, спина отдавалась лёгкой ломотой, а между бёдрами чувствовалось приятное, но острое напоминание о том, что произошло в гроте. Эрика прошла к кровати и опустилась на край, стягивая ветровку. Песчинки посыпались на пол и простыни.
- Завтра я везде буду находить этот чёртов песок, - пробормотала она.
Виктор прошёл мимо неё к ванной, по пути расстёгивая рубашку.
- Считай это сувениром. Бесплатным, между прочим.
- Как трогательно, - язвительно бросила она ему вслед. - Обычно за такие сувениры хотя бы открытку дарят.
Он обернулся в дверном проёме.
- Открытки для туристов. А ты уже давно не в этой категории.
Дверь ванной закрылась, и через минуту зашумела вода. Эрика, не раздеваясь, легла на кровать, чувствуя, как усталость волной накрывает её. Закрыв глаза, она позволила себе на мгновение просто полежать, слушая далёкий шум воды и собственное дыхание. Тело медленно расслаблялось, проваливаясь в мягкость матраса. Веки становились тяжёлыми, и она почти уснула, когда услышала, как открылась дверь ванной. Она с трудом приоткрыла глаза и увидела Виктора, стоящего у комода. Полотенце было небрежно обмотано вокруг его бёдер, а влажные волосы тёмными прядями падали на лоб, пока капли воды скатывались по его плечам и груди, оставляя блестящие дорожки на коже. Он достал что-то из ящика, затем повернулся к ней.
- Как там кстати подготовка к свадьбе? - спросил он тем же ровным тоном, каким обычно интересовался о всех её делах. - Всё идёт по плану?
Эрика медленно села, откидывая волосы с лица.
- В целом да. Платья выбраны, финальная примерка через неделю. Меню согласовано, цветы заказаны. Милтон уже третий раз перепроверяет список гостей и протокол рассадки. Кармен помогает с логистикой для моей команды. Фабио готовит пресс-релиз.
- Кажется, ты неплохо справляешься. Милтон небось уже составил запасной план на случай апокалипсиса.
- Иногда мне кажется, что проще было бы расписаться втихую где-нибудь.
- Слишком поздно для простых решений, - Виктор прошёл к кровати и сел на край.
- Я знаю, - Эрика замолчала, затем добавила: - Просто боюсь, что что-то пойдёт не так. Например, я споткнусь о собственное платье или кто-то из гостей устроит скандал. Или погода испортится. Или... не знаю.
Он обернулся и посмотрел на неё.
- Эрика, даже если всё пойдёт наперекосяк, мы всегда можем свалить вину на Милтона. Он у нас специалист по организации масштабных мероприятий с элементами хаоса.
Она невольно улыбнулась.
- За что ты так с ним? Сегодня твои скандалы, завтра вся ответственность за свадьбу.
- Такова его судьба, - равнодушно ответил Виктор, ложась на кровать.
- Иногда мне кажется, что ему недостаточно платят, чтобы терпеть тебя.
- Тогда это его проблема, а не моя.
Виктор протёр глаза, и Эрика заметила тени усталости под ними. День в горах, несмотря на всю свою насыщенность, вымотал их обоих. Он перевернулся на бок, устраиваясь поудобнее, и уже через минуту его дыхание стало глубже и ровнее. Девушка посмотрела на него, затем заставила себя встать. Тело протестовало против каждого движения, но она пересилила себя и направилась в ванную, где горячая вода обожгла кожу, смывая остатки песка, пота и следов их близости. Она постояла под душем дольше обычного, позволяя струям массировать затёкшие мышцы, а когда вернулась в спальню, заметила, что Виктор уже спал. В темноте спальни, освещённой лишь мягким светом прикроватного светильника, он выглядел обычным, вымотанным мужчиной, который позволил себе один день отдыха со своей будущей женой. Эрика осторожно легла рядом, стараясь не разбудить его. Она повернулась к нему, и его рука неосознанно обвилась вокруг её талии, притягивая ближе. Даже во сне он не отпускал контроль. Девушка прижалась к его груди, вдыхая знакомый запах его кожи, смешанный с ароматом геля для душа. За окном шум Бразилиа был приглушён и отдалён, превращаясь в низкий, монотонный гул. Но здесь, в этой спальне, в объятиях человека, который никогда не говорил слов о любви, Эрика чувствовала себя на своём месте. Она закрыла глаза, позволяя сну забрать её, и последней мыслью перед тем, как провалиться в темноту, было осознание: через три недели она станет его женой. И как бы безумно это ни звучало, она была к этому готова.