Юная жена

— Мне надо с вами поговорить, — обратился Тэхен к Чимину и Чонгуку, разыскав их во внутреннем дворе замка.

Чимин опустил меч и сунул в кожаные ножны. Чонгук жестом отпустил группу молодых воинов, которые участвовали вместе с братьями в учебных боях, и они оба подошли к Тэхену.

— В клане недовольны твоими решениями, — буркнул Чонгук. — Очень немногие сочувствуют Квоновой сучке.

Ноздри Тэхена раздулись от гнева, он чуть не бросился на брата, но Чимин успел встать между ними и, положив ладони ему на грудь, объяснил:

— Это не он так ее называет, Тэхен. Он только повторил то, что говорили другие, когда ты выгнал женщин из замка.

— О ней не будут говорить таким тоном, хотя бы и повторяя чужие слова, — громко заявил Тэхен.

Чонгук успокаивающим жестом поднял руки.

— Я просто говорю, что многие недовольны. Им кажется, что, защищая девицу Квон, ты забываешь интересы своего клана.

— У нее есть имя! — проревел Тэхен. — Она больше не Квон. Она Ким!

Чимин вздохнул.

— Да мы-то это понимаем. Мы на твоей стороне, Тэхен. Но нельзя не обращать внимания на то, что говорят люди, только потому, что это тебя оскорбляет. Ты не можешь заставить клан принять Дженни, как бы тебе этого ни хотелось. Ты можешь сказать им, как нужно себя вести, что нужно говорить, но не можешь заставить их принять твою жену, потому что не можешь изменить то, что живет в их сердцах. А в их сердцах ненависть.

Тэхен вздохнул. Он знал, что брат говорит правду, и это его удручало.

— Если я могу принять ее, то почему не могут другие? Ее родственник виновен в смерти моего отца. Они убили многих из нашего клана. И все же я понимаю, что не могу обвинять девушку в грехах ее отца, как и Квон не могут винить Джису за убийства их родственников нашими людьми.

— Это так. Но ты заранее предполагаешь, что к Джису они стали бы относиться, как ты — к Дженни, — мрачно возразил Чонгук. — Не все такие, как ты, Тэхен. Не все мыслят так логично. Это ты можешь заявить, что нельзя винить эту девушку и что мы не должны заставлять ее расплачиваться за грехи родственников. Все остальные видят в ней врага и жаждут мести.

— Она не помешанная, — заявил Тэхен, недовольный направлением, которое принял их разговор.

Чимин вопросительно приподнял бровь.

— Вот как? Я и сам сомневался. Тогда почему все в ее клане считают именно так и почему она никогда не пыталась изменить это мнение?

— Она глухая.

Чонгук насторожился.

— Глухая? То есть не слышит? Тогда откуда она знает, что мы говорим? Она достаточно хорошо поняла оскорбления женщин, чтобы схватиться за меч.

Чимин усмехнулся:

— Рассвирепевший котенок с мечом в руках. Ну и зрелище!

— Она читает слова по губам, — объяснил Тэхен. — Просто поразительно, если подумать. Она потеряла слух после несчастного случая. Слух, но не разум.

— Все равно непонятно, зачем она поддерживала этот миф, — заявил Чонгук.

Тэхен пересказал братьям историю Дженни, рассказал, как она искала защиты у отца, чтобы избежать брака с Ли Тэёном, а оказалась замужем за ним самим.

Чимин и Чонгук выслушали рассказ брата с хмурыми лицами.

— Очень неглупо с ее стороны, хотя, на мой взгляд, это уж чересчур, — покачал головой Чонгук.

— А может, и нет, если в результате она сумела избавиться от человека, который постоянно грозил ей надругательством, — пробормотал Чимин. — Сам подумай: девчонка пришла к отцу со своими страхами. Тот отмахнулся от нее. Возможно, этот союз был ему нужен, вот он и не поверил дочери. А может, подумал, что все это пустые страхи. Решил, стерпится-слюбится. Ясно одно: сама она считала, что выбора у нее нет.

Тэхен кивнул:

— Она не хотела продолжать этот обман, но боялась меня. Думала, что я жалею ее, потому что у нее не все дома. А если она признается, я больше не буду ей сочувствовать и стану относиться к ней как к врагу.

— А разве ты жалел ее потому, что считал малохольной? — спросил Чимин.

Тэхен не сразу нашел что ответить.

— Сначала — да. Я сочувствовал ей, несмотря на то что меня вынудили жениться на женщине, которая никогда не сможет стать мне настоящей женой. Я злился, но понимал, что нет смысла срывать зло на ней.

— Но сейчас все иначе, — заметил Чонгук.

— Иначе, — согласился Тэхен. — Она — особенная. Я не могу этого объяснить, но не жалею о том, что женился.

Чимин вздохнул и решительно произнес:

— У тебя впереди много трудностей, брат. Ей нелегко будет завоевать симпатию нашего клана.

— Да, я знаю. Но вы с Чонгуком мне поможете, правда?

Чимин и Чонгук переглянулись.

— Поможем, — наконец произнес Чонгук. — Если эта девушка устраивает тебя и ты всем доволен, мы доверимся твоему мнению и сделаем все возможное, чтобы облегчить ей жизнь.

Тэхен кивнул:

— Благодарю. Джису уже приняла... нет, уже подружилась с Дженни. Джису полезно общение с другой женщиной. Она почти не дружит с женщинами нашего клана.

Чонгук ухмыльнулся.

— Это потому, что она бы предпочла быть мальчишкой.

— Наступит день, когда ей придется выйти замуж, — заметил Тэхен. — Лучше бы она была к этому готова.

Чимин нахмурился.

— Мы не поступим так, как вынуждены были поступить Квон, — не пожертвуем ею ради союзников или ради благоволения короны. Нам не нужно ни то ни другое. Я не допущу, чтобы она вышла замуж за человека, который будет обращаться с ней так, как Ли Тэён  стал бы обращаться с Дженни.

«С моей Дженни», — мысленно добавил Тэхен. Ему нравилось даже ее имя. Она принадлежит ему. Пока не совсем, но скоро он это исправит.

— Джису так счастлива здесь, с нами, — угрюмо пробурчал Чонгук. — Зачем ей оставлять дом?

Тэхен улыбнулся.

— Я не предлагаю ничего подобного. Джису еще молода. Она может переменить свои взгляды. Может захотеть найти мужа, иметь собственных детей.

Чимин хмыкнул.

— Я бы не стал на это рассчитывать.

— Еще раз благодарю, что обещаешь поддерживать Дженни, — с чувством произнес Тэхен. — Для нее это важно. До сих пор одна Джису держалась с ней по-дружески. Я намерен изменить это положение.

— Если ты доволен, мне этого достаточно, — повторил Чонгук.

— Ты хочешь, чтобы мы рассказали другим о том, что узнали от тебя? — спросил Чимин.

— Я хочу, чтобы люди узнали, что Дженни не полоумная. Она глухая. И она не пыталась доказать обратное, потому что боялась брака с Ли Тэёном. Мы все не любим Квонов. И я готов использовать эту нелюбовь, чтобы поддержать Дженни. Пусть все считают ее жертвой Квонов и Ли. Тогда она скорее найдет сочувствие среди наших людей.

— Ты начинаешь опасную игру, — задумчиво произнес Чонгук. — Скорее всего твоей жене не понравится, если будут говорить такие вещи о ее родственниках.

— Тем не менее это правда, — угрюмо произнес Тэхен. — Джинен Квон был готов использовать дочь ради собственных целей и вопреки ее желанию. Конечно, они любили и берегли ее, но, на мой взгляд, этого мало, чтобы оправдать такие намерения.

Чимин кивнул:

— Неплохой план. Вызвать симпатию к Дженни, дав понять, что в нашем клане она стала счастливее, чем была дома.

— Мы с Чимином поговорим с ребятами, — пообещал Чонгук.

— Благодарю. Увидимся в главном зале за ужином.

Тэхен повернулся и пошел к дому. Ему страшно захотелось скорее увидеть жену.