Юная жена

Сердце Дженни рвалось из груди. Волнение, страх, возбуждение — все стянулось в один тугой узел. Ей казалось, она не выдержит этого напряжения. Хотелось узнать: когда, где и как. А если прямо сейчас? Но леди не должна задавать таких вопросов — меньше всего ей хотелось смутить мужа.

Чтобы не расставаться с ним как можно дольше, она сплела пальцы с его пальцами.

— Я не жалею, что мне пришлось выйти за тебя замуж, — торжественным тоном призналась она.

Странно было вновь обрести способность говорить, знать, что говоришь, и не иметь возможности услышать звуки, слетающие с собственных губ. Вибрации щекотали ей горло, и Дженни ощущала, что с непривычки его уже начало саднить. Во рту пересохло. Она высвободила у Тэхена свою руку и потерла шею.

— Дать воды? — спросил Тэхен. — Тебе, наверное, больно, ведь ты не привыкла говорить.

Она кивнула.

Тэхен поднялся и прошел к маленькому столику у окна, где стоял кувшин с водой. Налил полный кубок, вернулся на прежнее место и протянул воду Дженни.

Первые же глотки стали успокаивать раздражение в горле, которое начало болеть еще раньше, когда она в первый раз закричала в главном зале. Теперь придется платить за собственную несдержанность.

— Я тоже не жалею, что женился на тебе, Дженни.

Ее глаза распахнулись. Она не ждала такого признания. Сама Дженни заговорила об этом только для того, чтобы Тэхен знал о ее отношении, и не рассчитывала, что он ответит тем же. Но его слова принесли ей облегчение и вызвали в душе признательность. А вдруг... вдруг у них все же получится такой брак, как у ее родителей?

— Не думаю, что наша супружеская жизнь будет легкой. Мы оба знаем, что наши семьи враждуют. Мое отношение к твоей родне не изменится. Я говорю это не для того, чтобы тебя обидеть. Говорю потому, что не буду тебе лгать.

Дженни сглотнула, но не отвела глаз от его губ, чтобы не пропустить ни одного слова, пусть даже эти слова причиняли ей боль.

— Но я не сожалею о союзе, который был нам навязан. — Он нежно коснулся ее щеки. — Я сумею защитить тебя, Дженни. И не позволю своим родственникам обижать тебя. И унижать тоже не позволю. Теперь надо решить, что мы им скажем. У тебя больше нет причин жить в уединении, хранить тайну, прятаться в тени. Здесь Ли Тэён  не может причинить тебе вреда.

Рука, держащая кубок, дрогнула.

Тэхен осторожно забрал его у Дженни и поставил на пол рядом с кроватью. Потом взял в руки обе ее ладони и нежно сжал, как будто этим жестом предлагал ей свою поддержку.

— Они, конечно, до сих пор считают меня полоумной, — прошептала Дженни. — Да я и правда не совсем нормальна.

Тэхен помрачнел.

— Ты в этом не виновата. С тобой произошел несчастный случай, из-за которого ты тяжело заболела. Ты можешь говорить, понимаешь, что говорят другие. Можешь делать все, на что способна нормальная девушка. Единственная разница в том, что ты не слышишь. Это не делает тебя глупее. И любой, кто заявит, что это не так, будет иметь дело со мной.

У Дженни потеплело в груди. Невероятное облегчение заполнило всю ее душу. Она улыбнулась. Ей пришлось столько времени жить в страхе перед разоблачением, с ощущением вины за обман, и теперь всему этому пришел конец.

Тэхен предлагал ей свободу, столь милую ее сердцу. Свободу от ощущения неполноценности, пусть даже вина за это лежала на ней самой. Теперь у нее будет нормальная, лишенная страха жизнь. Ей больше никогда не придется страшиться Ли Тэёна.

— Если ты считаешь, что надо сообщить правду людям твоего клана, я не возражаю, — сказала Дженни. — Может быть, они поймут, что иногда я не отвечаю не потому, что презираю их, а потому, что не слышу, как ко мне обратились.

Ее голос завораживал Тэхена. Конечно, он звучал несколько непривычно, но ему эти звуки казались музыкой. Другие наверняка будут порочить ее лишь потому, что тембр ее голоса звучит необычно. Некоторые слова давались ей с трудом, и она еще не научилась контролировать силу голоса. И неудивительно, ведь она долго молчала.

Пожалуй, именно это задание он как можно скорее даст Джису. У сестры с первого дня возникла симпатия к Дженни. Она стала для его жены надежным союзником. Тэхену не приходилось бояться, что она обидит свою невестку. Джису поможет Дженни научиться управлять голосом. По ощущениям в горле Дженни будет знать, насколько громко она говорит.

— Я думаю, лучше, чтобы они знали правду, — отозвался Тэхен на слова жены. — Не хочу, чтобы у них были причины относиться к тебе неуважительно. Правда, я заставил бы их уважать тебя, даже если бы ты была тронутой. Нельзя, чтобы люди ненавидели человека лишь потому, что не понимают его. Но дело обстоит так, что они узнают, насколько ты умная и способная, ведь, даже потеряв слух, ты научилась такому сложному делу — читать по губам.

Глаза Дженни блеснули, лицо выразило изумление.

— Удивительно, что ты искренне так считаешь. Очень многие не были бы так снисходительны к тем, кто слабее или не так умен. Даже в моем собственном клане были люди, считавшие, что лорд должен избавиться от своей полоумной дочери. А многие не только не возражали против издевательств и насмешек, но даже сами принимали в них участие.

Тэхен нахмурился, рассерженный тем, что в ее клане нашлись люди, способные так к ней относиться.

— Я не стану сильнее, если буду унижать тех, кто слабее меня.

— Муж, ты мне нравишься, — улыбнулась Дженни.

От неожиданности Тэхен моргнул — его удивили эти слова.

— Ты мне тоже нравишься, Дженни.

Вдруг он заметил, что было слово, которого она еще не произнесла ни разу. Его охватило нетерпение — так хотелось услышать это из уст Дженни.

— Назови меня по имени, — внезапно охрипнув, попросил он. — Я хочу услышать, как ты произнесешь мое имя.

— Тэ-э-э-хен, — медленно и старательно протянула она.

— Чуть громче, — подбодрил ее Тэхен. — Ты сказала так тихо, что я почти не слышал тебя.

— Тэхен, — увереннее и громче произнесла Дженни имя мужа.

Эти звуки доставили ему настоящую радость. По спине побежали мурашки. Боль в сердце стала сильнее. Он поймал взгляд Дженни, которая была так близко и все же пока бесконечно далеко.

Теперь ему не приходилось бояться, что жена может не сознавать смысла супружеских отношений. Но она невинна, он должен действовать с осторожностью, чтобы не напугать ее и не нанести душевную травму.

Трудность была в том, что вожделение становилось невыносимым. С каждой минутой, проведенной в обществе Дженни, его желание нарастало и словно когтями впивалось в плоть. Тэхен знал, что такое похоть, был хорошо знаком с тем, что страсть делает с мужчиной. Но на сей раз все было по-другому.

Его чувство выходило за пределы примитивного влечения к женщине, способной удовлетворить его потребности. Дженни влекла его как-то иначе. Она словно бы напрямик разговаривала с его сердцем, будила в нем не только желание ее защищать, но и свирепое чувство собственника, которое, пожалуй, ему не очень-то нравилось.

Такое... сильное чувство к женщине опасно. Оно затуманивает разум мужчины. Заставляет забыть о долге. Забыть обо всем — кроме нее.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — прерывающимся голосом пробормотал Тэхен, сожалея в этот момент о том, что Дженни не слышит его и не может уловить новой интонации в его речи, слишком откровенно говорящей о его слабости, когда дело касается ее самой.

Она улыбнулась светлой улыбкой, в глазах вспыхнула радость.

— Мне тоже нравится мое имя у тебя на губах, — смущенно призналась она. — Пусть даже я его не слышу. Я воображаю, как оно должно звучать, чувствую вибрацию у себя в ушах, и это меня успокаивает.

Лицо Тэхена омрачилось.

— Наверное, тебе было очень трудно привыкнуть к глухоте, жить в мире безмолвия?

— Трудно, — прошептала Дженни. — Я много думала над этим. Считала, что я наказана за то, что пыталась не подчиниться отцу и даже Тэёну. Но я не могла поверить, что Бог желает, чтобы я вышла замуж за чудовище. Он ведь не так безжалостен, правда?

— Конечно, нет, — подтвердил Тэхен и коснулся ее щеки. — Бог отдал тебя мне, чтобы я защищал тебя и чтобы ты никогда больше не боялась Ли Тэёна.

Глаза Дженни широко раскрылись.

— Я об этом не подумала.

Тэхен улыбнулся.

— А ты подумай. Возможно, указ короля не так уж страшен, в конце концов. Я нахожу наш брак совсем не таким неприятным, как думал вначале.

Щеки Дженни порозовели от смущения, но Тэхен прочел в ее глазах удовольствие. Она на самом деле была очень красива, и с каждой минутой ее чары действовали на него все сильнее.

— Я перетяну братьев на свою сторону. Они помогут объяснить людям нашего клана твое положение. Я не стану делать официального сообщения, потому что не хочу ни в чем принизить тебя.

— Благодарю, — кивнула Дженни.

Тэхен пальцем приподнял ее подбородок и наклонился, чтобы поцеловать. Поцелуй был кратким, чтобы дело не зашло слишком далеко. Но, видит Бог, он был сладок.

— Мой приказ будет выполнен, — отстраняясь, сказал Тэхен. — Суджин и остальные женщины, которые тебя оскорбляли, больше не будут работать в замке. Более того, если у тебя снова возникнет конфликт с ними или еще с кем-то, ты должна тотчас сообщить мне. Их ждет суровое наказание.

Дженни сглотнула, но кивнула в знак согласия.

Тэхену не хотелось оставлять Дженни. Он с неохотой поднялся с кровати и повернулся так, чтобы она видела его губы.

— Я иду поговорить сбратьями. Скоро время ужина. Отдохни немного и приходи ко мне в главный зал.