К ноге!
— Милая, кажется, мне нужно в больницу, — Мэгги протянула вперёд окровавленные ладони, заставляя Сью снова отступить.
— Алекса! Прошу, скажи, что это иллюзия! — продолжала умолять Сью, чувствуя, как начинает задыхаться от сдавливающих грудь рыданий.
Но Алекса только процедила сквозь зубы:
— Клянусь, Сью, я заставлю мою матушку за всё ответить! — и, обменявшись взглядом с Ричардом, продолжила идти дальше к перекрёстку.
— Нееет! — Сью бросилась к матери.
Мэгги повисла у неё на руках, и они вместе осели вниз. Из леса начали выходить горожане, они указывали пальцами на Сью и повторяли:
— Ведьма убила свою мать! Ведьма убила свою мать! Ведьма убила свою мать! И бросит умирать! И бросит умирать! Ведьма убила свою мать!
Среди них был и отец Сью, от его холодного и безучастного взгляда девушка изошла на истерику:
— Это не я! Я не убивала!
— И бросит умирать! — толпа окружила Сью, окончательно отрезав от остальных, и продолжала скандировать: — И бросит умирать!
Ричард кинулся на горожан, он локтями распихивал их и отшвыривал, как котят, пока не добрался да самого центра и не опустился рядом со Сью на колени:
— Это ведьмы, — его спокойный и уверенный голос заставил Сью прислушаться, — Они всегда делают это, отбирают самое ценное, всё, чтобы сохранить свою власть! Ты не могла ничего сделать! Но я пойму, если ты останешься здесь...
— Мне нужна машина, Ричард, — Сью схватила вампира за лямки костюма, — Пригони сюда фургон, я отвезу её в больницу.
Но Ричард не сдвинулся ни на миллиметр, он остался на месте, взял руки девушки в свои и медленно отцепил:
— Я пойму, если ты останешься здесь, но я должен помочь Брендону. Алекса и остальные уже ушли, я нужен им.
— Всё это, только чтобы замедлить нас... — Сью не верила тому, что смогла сказать это вслух, — Ей уже не поможешь... До ближайшей больницы слишком далеко...
— И бросит умирать! — персонал местного госпиталя мелькал в толпе, давая понять, что в городе искать помощи сейчас бесполезно.
Ричард поднялся и собрался уходить, но Сью остановила его, уцепившись за край рукава. Затем аккуратно опустила свою мать на землю. Мэгги уже была без сознания, её губы посинели, а кожа казалась ледяной на ощупь.
— Прости, мам, прошу, прости... — она последний раз поцеловала маму в лоб, ощущая запах средства для укладки волос и пудры.
Чтобы не дать себе запомнить эту картину, Сью закрыла глаза, встала и отвернулась. И только затем снова открыла их и посмотрела на Ричарда. Вампир ждал её, он не торопил, давая девушке собраться с мыслями и решиться. Сью кивнула, чтобы показать, что готова идти.
И они с Ричардом побежали вперёд: им нужно как можно скорее догнать остальных. Толпа перед Сью расступилась, продолжая тыкать в девушку пальцем и повторять:
— Ведьма убила свою мать! Ведьма убила свою мать! Ведьма убила свою мать! И бросила умирать! И бросила умирать! Ведьма убила свою мать! Ведьма убила свою мать!
Вытирая лицо грязными руками, Сью чувствовала, как её кожа стала грубой и шершавой от бесконечных солёных слёз, но скоро она справилась с собой, а горе сменилось гневом. Когда гул толпы стих, до ушей донёсся далёкий шум бурной реки, чьё течение настолько сильное, что не замерзает даже зимой. Шум сложился в слова, и Сью услышала:
— Не переживай о матери, Сью Берри, все ведьмы попадают в Ад... И вы не разминётесь!
Догонять Алексу с ребятами им пришлось недолго. Сперва Сью заметила растерзанные тела полицейских, а затем уже довольных Мэтта и Дрю. Они вытирали рукавами окровавленные рты и наблюдали за тем, как Алекса сражается с Грегом. Схватка подходила к концу: измождённый оборотень обходил Алексу полукругом. Его шерсть слиплась от крови, а сквозь разорванную пасть виднелись дёсны с обломанными зубами. Ведьма хищно улыбалась, её волосы пламенем развевались за спиной, хотя ветер дул в противоположную сторону. Прыжок, и в следующий миг она оказалась верхом на Греге, прижала его к земле и коленом давила на шею. Её рука застыла в замахе, длинные ногти сверкнули в полумраке.
— Стой!
Сью бросилась к Алексе, ей пришлось перепрыгивать через останки развороченной патрульной машины и части тел, в конце она запнулась, упала и содрала ладони. Остановившись, она оказалась на четвереньках рядом с Грегом. Из его пасти текла слюна, перемешанная с кровью, грудь дёргалась от едва слышных вздохов. Оборотень скулил.
— Хочешь сама? — Алекса опустила руку, готовая подняться. — Верно, он же пару раз чуть не сожрал тебя. Ты права, это твоя добыча.
— Что? — до Сью медленно доходил смысл слов, — Нет! Нет! Отпусти его! Хватит! Он просто хочет стать нормальным! Он нам не враг!
— Нормальным? — Алекса хмыкнула, но послушалась, она встала и сделала несколько шагов назад. — Он вполне нормален! Просто слаб, только и может скулить, как щенок, я слышала ваши разговоры с матушкой Грег... Помогите мне, сделайте меня человеком!
Оборотень завыл, его раны начали медленно затягиваться, а переломанные лапы срастаться, Сью видела, как в его пасти вырастают новые клыки. Он вскочил и зарычал, готовый наброситься на Сью. Но девушка не сводила с него взгляд, глядя в тёмные собачьи зрачки, она вспомнила как Алекса загипнотизировала её.
— Уходи! Спасайся! — произнесла Сью одними губами, она приказывала Грегу и чувствовала, как магия усиливает её слова, как она проникает в мысли оборотня, заставляя подчиниться.
На мгновение Сью ощутила ярость и боль Грега так, словно она сама сейчас стояла израненная посреди дороги, видела его глазами саму себя со стороны, как усмехается Алекса, и как напрягся Ричард, готовый в любой момент ответить на атаку.
"Мне так жаль!" — мысли Грега казались Сью своими собственными, но лишь на короткий миг, пока оборотень не отвёл взгляд и не скрылся в ночном лесу.
Воздух завибрировал. Из-под земли, с неба, из леса — со всех сторон раздался оглушительный бой барабанов.
— Неужели опоздали? — раздражённо зашипела Алекса.
Мэттью вставил в пистолет запасной магазин и проверил не разошёлся ли шов на руке.
— Брендон! — позвала Сью, надеясь, что он откликнется.
Рич опустился с ней рядом и помог подняться:
— Мы совсем рядом, нужно спешить.
Он хотел бежать дальше, но Алекса остановила его:
— Мы уже на месте. И мы вовремя. Оглядись.
Из темноты леса выступали облачённые в жёлтые мантии силуэты. Они раскачивались в такт барабанам. Мэтт и Дрю подошли ближе к остальным. Дрю обтёр край лопаты рукавом, чтобы очистить его кроваво-бурой грязи. Рич снял гитару с плеча и взял в руки подобно мечу.
— Серьёзно? — Сью всё ещё находила в себе силы удивляться его выходкам.
Асфальт пришёл в движение. Он плавился, будто жарким июльским днём, так что ноги слега вязли в нём. В нос ударил запах серы. Ведьмы приближались. Они танцевали, запрокидывали головы и медленно подходили всё ближе. Ковен двигался как единое целое, строго соблюдая ритм. Меж ведьм то и дело мелькали лица горожан, одурманенные, разукрашенные кровью, они двигались не так ловко и грациозно. На их лбах были нарисованы символы Луны и Солнца. И меньше всего Сью хотела знать чья это кровь. Отца среди горожан она не разглядела, и надеялась, что его здесь нет. Что он остался рядом с Мэгги. Хотя бы он...
Наконец она увидела троны. На одном восседала совершенно обнажённая Мелания, на другом — связанный Брендон. Кроме верёвок на его теле ничего не было. Его длинные тёмные волосы растрепались и полностью закрывали лицо, так что невозможно было понять, в сознании ли он. Подле трона Мелании шла Анна. Она водрузила на плечо арбалет, ясно давая понять, что готова его применить.
— Анна? — Сью ожидала, что так и будет, но всё равно до последнего надеялась на иной исход.
— Все в сборе! Добро пожаловать на наш шабаш! — Мелания привстала и властно развела руками. Барабаны стихли. — Кто у нас здесь? Несчастная сиротка, парочка настолько древних вампиров, что сами уже не знают, зачем продолжают жить, моя милая дочка и Сью. Сью, как твоя матушка?
— Ах ты дрянь! — оскалился Ричард. Он хотел, чтобы ведьма оказалась ближе, желал получить возможность поврать ей глотку.
— Анна! Разве ты не видишь?! Мелания, вот кто монстр! — Сью не хотела говорить с ведьмой, но надеялась докричаться до бывшей подруги, — Анна, они убили мою мать!
— Это я сдел-лала. — всегда тихий голос Анны вдруг стал для Сью подобен взрыву бомбы, — Прос-сто займ-ми верную стор-сторону. Мелан-ния в силах ожив-вить Мэг-ги. Теб-бе нуж-жно прин-принять верн-ное реш-решение.
— Сью, милая, когда всё закончится, я верну Мэгги Берри к жизни, с ней всё будет в порядке, обещаю. Отойди в сторону, девочка, это всё не твои проблемы. Здесь, в городе, пока я главная, ты и твоя семья в безопасности. Обещаю тебе, всё будет точно так же, как и прежде. Ты даже не вспомнишь сегодняшнюю ночь.
Брендон застонал, он подался вперёд и чуть не выпал с трона, но ведьмы рядом удержали его. Кляп во рту не давал ему говорить, и всё что мог Брендон, это смотреть на Сью. В его взгляде читалась тоска и вина. Анна вышла вперёд сделала пару шагов навстречу Сью, опасаясь приближать к вампирам, и протянула руку ладонью вверх:
— Пой-дём, я ув-веду теб-бя отсюд-да.
— Мелания не может воскресить мою маму, тебя обманули, — Сью не колебалась, она видела, на что способны ведьмы, и прекрасно знала, где границы их возможностей, — Они превратят её в зомби. Бездушное и послушное существо, от которого на земле осталось одно только гниющее тело.
Рука Анны опустилась, она развернулась и вскинула голову, чтобы видеть Меланию:
— Он-на говор-рит прав-правду?
— А тебе есть дело, охотница? — Мелания перекинула ногу на ногу, — Наш уговор в другом. Ты получишь головы вампиров, дела моих людей тебя не касаются. Они подвластны лишь мне. Я сама о них позабочусь.
Обернувшись, Анна смерила взглядом Ричарда и остальных, снова с сожалением посмотрела на Сью и вернулась к ведьмам, ничего больше не говоря.
— Вот и прекрасно! — Верховная встала и хлопнула в ладони, бой барабанов возобновился, ведьмы пустились в пляс. Асфальт нагрелся настолько, что ногам стало жарко в обуви. Воздух разогрелся до совсем не февральской температуры, лоб Сью покрылся липким потом.
— И какой план? — попыталась докричаться Сью до Алексы и Ричарда.
Они явно были в меньшинстве, бросаться на толпу ведьм не имело смысла, их просто задавят числом, но вампиры и Алекса выглядели уверенно, будто всё шло так, как и нужно.
— Просто разрушим алтарь, как и собирались, — Алекса встала ближе к Сью, так чтобы её хорошо было слышно, — Рич, Мэттью, Дрю, мне нужно оказаться в центре перекрёстка. Прикройте меня. Сью, постарайся быть рядом с Брендоном, сам он не справится с верёвками. Поняла?
Ведьмы обходили их, как течение реки обтекает камни. Троны пронесли мимо, Анна не спускала с вампиров взгляд и осталась немного позади толпы, чтобы держать своих врагов в поле зрения. Лес по краям дороги исчезал, патрульная машина и тела оказались далеко позади, магия искривляла пространство. Сью поняла, что их всё это время водили кругами иллюзией.
Земля вновь разверзлась, выпуская из своих недр каменный алтарь. Но Сью могла это лишь почувствовать, ведьмы спинами загородили центр перекрёстка, горожане, всё так же погружённые в транс, остались стоять на обочине. Вампиры и Алекса сделали несколько шагов вперёд, пока не нападая, в ответ Анна выставила перед собой зараженный арбалет. Всё замерло в ожидании. В ушах гремели барабаны, ведьмы кружили, не прекращая танец, то ступая на носочки, то поворачиваясь вокруг своей оси. К барабанам добавился низкий, рычащий звук — Мелания начала петь, и остальной ковен вторил ей.
На землю отправилось ставшее вдруг ненужным пальто, воздух вокруг разогрелся настолько, что Сью чудилось, будто она оказалась в тропиках. Она подошла к танцующим ведьмам и попыталась протиснуться между ними, но они отталкивали её, не давая зайти в круг. Сильные и грациозные, они издевались над её беспомощностью, передавая Сью друг другу как мячик. Сью ничего не могла поделать, она уже давно не видела Алексу и вампиров, не понимала, в какой стороне находится Брендон и Мелания — всё вокруг слилось воедино. Казалось, дорога, воздух, лес и весь мир двигается в такт барабанам и исчезает между ударами, оставляя после себя лишь эхо воспоминаний.
— Брендон! — Сью попыталась закричать, но словно в дурном сне, не услышала свой голос: — Брендон! Брендон!
Ничего, из её рта не исходило ни звука.
Ей захотелось сдаться, упасть и отползти в сторону, дать ведьмам закончить ритуал, вернуть в городок мир, снова оказаться дома, на кухне, утром... Мама выливает остатки кофе себе в кружку, пока Сью поправляет сыпучие тени и наматывает вечно распрямляющийся локон на палец, чтобы он перестал выбиваться. Возможно, сегодня почтальон принесёт новое письмо от Брендона. Он уже так давно не писал...
Наваждение развеялось с очередным ритмичным ударом. Сью пихнули в спину, пытаясь уронить. Но девушка устояла, продолжая принимать на себя удары и щипки.
— Брендон! — Сью поймала за руку одну из ведьм, предупреждая очередной толчок и вцепилась в ладонь зубами.
Сжимая челюсти до боли в суставах, Сью вложила в этот укус всю свою злость, и скоро услышала мерзкий хруст. Сперва не понимая, сломались её зубы или пальцы ведьмы, Сью испугалась и отпрянула. Она ощупала свой рот изнутри языком и убедилась, что ничего не сломано, а вот ведьма, не прекращая танцевать, прижимала к себе раненую кисть, пальцы торчали под неестественным углом, с локтя капала кровь, лицо женщины исказилось от боли, но она терпела и продолжала петь.
Больше никто не рисковал толкать Сью, но ведьмы не давали ей пройти и старались плечами вытеснить из круга. Но девушка уже поняла, что может дать им отпор. Она в очередной раз жалела, что ничего не смыслит в магии и ей лишь остаётся довериться интуиции. Внутренняя сила нарастала, Сью чувствовала её в себе, но не понимала, как дать ей выйти наружу. В тот раз с Ричардом и сегодня с Грегом всё получилось само собой и очень быстро, сейчас же, пока Сью раздумывала, магия концентрировалась внутри, обжигая, пытаясь найти способ просочиться внутрь. Сила проверяла тело девушки на прочность, как цыплёнок клюёт скорлупу, пытаясь выбраться.
Сью не знала магических знаков и не умела петь на ведьмовском языке, но чувствовала, что ни одно заклинание не придало бы форму той мощи, что копится внутри неё. В памяти возник образ Джоэла, его закатившиеся глаза, изломанное изнутри тело и тот вихрь, та буря, что он породил. Сью должна отпустить её, она не смогла бы сейчас обуздать нечто подобное. Ей нужно не дать магии разорвать себя.
И она отпустила... Вложила всё в один крик:
— Брендон!
Голос Сью заглушил барабаны, заставил ведьм замолчать, а тех что стояли ближе всего к девушке, отбросило в стороны. Сью вошла в круг.
— Ах ты маленькая чертовка! — взвизгнула Мелания, мгновенно теряя всю царственность и уверенность. — Нужно было ещё тогда лишить тебя магии, как Алексу.
Из рук верховной вырвались тонкие и быстрые щупальца, они заструились по воздуху и впились в тело Сью. Но вместо того, чтобы высасывать магию, они растворились в ней. Мелания непонимающе уставилась на свои руки. Её трясло, она проревела заклятие и бросила его в Сью. Но попала в стоящих позади ведьм, они тут же упали замертво, их конечности тотчас превратились в чёрный пепел, и скоро на асфальте остались лежать лишь пустые жёлтые накидки.
— Что? — Мелания села на трон и сжала ногтями ручки, — Я тут верховная, я дала тебе эту силу, как ты можешь...
Но договорить ей было не суждено. Алекса воспользовалась замешательством матери и прыгнула на спинку трона. Схватила Меланию за волосы и сбросила на землю. Её магия стала другой, это не та прежняя ведьма с заговорами и заклятиями, она сама превратилась в сплошной сгусток энергии, рвущий всё на своём пути, подобно дикому зверю. Когти Алексы заострились, тело стало сильным, гибким и ловким, даже волосы оказались оружием. Они обвили Меланию за руки и ноги, не давая двигаться.
В образовавшейся тишине щёлкнула тетива, и сразу после звякнули струны: Ричард принял болт гитарой. Но Анна продолжала стрелять, ей удавалось уворачиваться от лопаты Дрю и сохранять дистанцию для дальней атаки. Мэттью вскинул пистолет и начал палить по ведьмам, не давая им опомниться.
Началась бойня.