Пушечное мясо
— Куда ты пропала? — голос Мэгги в трубке звучал тревожно, — Исчезла ни свет ни заря, я тебя обыскалась!
— Извини, мам, — Сью старалась говорить непринуждённо и бодро, — Я с Алексой, останусь у неё ночевать. Всё хорошо?
— А, да, — слышно было, как женщина облегчённо выдохнула, голос дочери действовал на неё успокаивающе, — Лиззи внезапно не вышла на работу, так что я собираюсь в мотель. Звони туда, если что-то понадобится.
— Хорошо... Люблю тебя, мам.
— И я тебя. Повеселитесь там.
Повесив трубку, Сью замерла, держась за телефон. Ей безумно хотело оказаться рядом с матерью, почувствовать запах её волос. Хотелось, чтобы Брендон был где-нибудь далеко, чтобы группа Бледный Граф никогда не приезжала в их городишко, чтобы вампиры, ведьмы, оборотни и прочая нечисть осталась в фильмах ужасов, где им самое место. Но реальность была против Сью. И ей пришлось наконец отпустить трубку и заставить себя поспать хотя бы пару часов.
***
Когда на особняк опустились сумерки, Октава дала понять, что пора действовать. Она выдала Алексе и Сью по твидовому пальто со своего плеча и почтила их, пальто, конечно, минутой молчания, потому что понимала, что после сегодняшней ночи их не спасёт никакая химчистка.
Первым делом девушки перетащили тела ведьм на улицу. Они складывали по два трупа на покрывало и волоком тащили по полу до крыльца. Сью не могла позволить себе грубо скатывать ведьм по ступенькам вниз, как предложила Октава, потому они с Алексой вдвоём брались за покрывало с разных сторон и на нём опускали по одному телу за раз. Так медленно, но зато осторожно они спустили всех. После трупы ведьм рядком выложили на улице и оставили так, закапывать не стали. Только накрыли сверху всё тем же покрывалом и простынями, что нашлись в доме.
Пока Алекса и Сью отдавали дань уважения мёртвым ведьмам, Октава откуда-то прикатила большую железную бочку, сложила в неё снятые с ворот части тела Фрэнка. Он всё ещё вращал глазами, двигал руками и вёл себя будто живой, но в эпилептическом припадке. Закидав в бочку сверху обломки деревянных перил, тряпьё, старые газеты и полив аккуратно бензином, Октава прочитала короткую траурную речь:
— Я знаю, для тебя это не впервые. Но теперь, обещаю, никто более тебя не побеспокоит. Наслаждайся тихой загробной жизнью, Фрэнк.
Щёлкнув пальцами, Октава зажгла в бочке огонь. Фрэнк не кричал, ему не было больно, слышно было только, как он ворочается на дне, глухо ударяясь о края, но когда огонь разгорелся, и эти звуки прекратились. И под треск и шипение горящей плоти девушки встретили ночь.
Как только последние лучи солнца скрылись за горизонтом, из особняка вышла великолепная тройка: Ричард, Дрю и Мэттью. Сью могла поклясться, что они спускались нарочито медленно, демонстрируя свои наряды и безупречно уложенные причёски. Выглядели они так, словно собирались давать концерт, а не драться. Они нацепили сценические костюмы, намазали лицо чёрным и белым гримом и поставили ирокезы из волос. Ричард даже гитару прихватил: перекинул её ремень через плечо и оставил болтаться пока за спиной. Зато хотя бы Мэттью и Дрю были вооружены: Дрю взял огромную лопату, а Мэтт — пистолет.
— Вы вообще в этом двигаться можете? — Сью скептически смотрела на кожаные штаны, не представляя, как в них хотя бы даже ходить.
— Это будет лучшее наше выступление! — Ричард раскинул руки, приветствуя невидимую толпу фанаток.
— Как рука, Мэтт? — с интересом Алекса подошла ближе, чтобы рассмотреть шов.
— Как новая! Пока ещё не очень хорошо слушается, но со временем, благодаря вампирской регенерации, станет как родная.
— Вау! А если отрубить голову, сработает? — Алекса обращалась скорей к Октаве, нежели к Мэттью, но суккуб только пожала плечами.
— Хорошо, что хоть у кого-то из вас есть настоящее оружие, — Сью указала на пистолет, — С Ричардом всё понятно, он у вас дурачок, но, Дрю, почему лопата?
Дрю крепче обхватил черенок:
— Лопатой лучше получается.
— Ладно, детишки! — огонь в бочке догорел и Октава решила, что время подготовки окончено. — Мальчики, помните, что спасение Брендона — часть договора, фанатки любят его, у него прекрасный голос и милое личико, поэтому, пожалуйста, не проебите!
Сью в первый раз слышала, чтобы Октава так выражалась. Из её уст ругательство звучало особенно страшно и неприемлемо.
— По коням! Сью, ты за руль! — пришло время командовать Ричарду.
— Я? Почему не Октава?
Впрочем, Сью была совсем не против, ей нравилось водить, и ей хотелось переплюнуть те чудеса пилотажа, которые продемонстрировала суккуб в прошлый раз.
— Потому что... — хотел ответить Мэттью, но Октава начала стремительно увеличиваться вверх и вширь, скоро одежда у неё на спине лопнула, выпуская на волю огромные крылья и хлёсткий хвост. — Потому что вот.
С кошачьей грацией Октава запрыгнула на крышу фургона и уселась. Суккуб сладко потянулась, будто бы разминаясь. Она бы и вправду не поместилась в таком виде на водительское место, даже в огромный салон бы вряд ли вошла. Сью заняла место у руля, а Ричард сел рядом с ней.
— Ну уж нет! — хотела запротестовать девушка.
— Вот уж да! — передразнил её вампир.
Он крутанул ручку радио и поймал нужную частоту. Зазвучали первые аккорды, Сью сразу узнала эту песню:
— Нет!
Но Ричарда уже понесло, он начал подпевать:
— Ой! Ой! Ой! Ой!
— Там вообще-то жизнь твоего... моего друга в опасности!
— Ой! Ой! Ой! Ой! — Рич изобразил, что играет на невидимой гитаре, хотя у него была вполне нормальная осязаемая под рукой, но он словно забыл о ней.
— Кто-то из нас можете умереть!
— See me ride out of that sunset on your color TV screen!
— Ведьмы наверняка готовят нам тёплый приём!
— Out for all that I can get if you know what I mean!
Плюнув на его выкрутасы, Сью направила фургон к выезду. А радио продолжало, Рич прибавил громкость, и стало слышно, что Октава тоже подхватила песню:
— Women to the left of me and women to the right!
Они миновали ворота, оказалось, что суккуб не стала утруждать себя, ползая и собирая кусочки Фрэнка, как ребёнок пасхальные яйца, а просто уничтожила створки, порубив их на салат. Металлические обломки, украшенные искусной ковкой, торчали иголками из земли.
— Ain't got no gun, ain't got no knife. Don't you start no fight! Давай же, Сью!
Понимая, что спорить бесполезно, и что песня действительно хороша, девушка опустила стекло, чтобы как следует продать горло, подпевая изо всех сил вместе с Ричардом, Октавой и всеми остальными членами их "банды".
Cause I'm T.N.T. I'm dynamite!
T.N.T. and I'll win that fight!
T.N.T. I'm a power load!
T.N.T. watch me explode!
Голоса их разносились по всей округе, Октава барабанила ладонями и хвостом по крыше и пританцовывала. Мэттью открыл дверь салона и почти целиком высунулся, чтобы его тоже было слышно. Даже Алекса и Дрю оживились и присоединились к общей вакханалии. С грохотом и музыкой фургон нёсся по совершенно пустой и тёмной трассе.
Радиовещание оборвалось помехами так внезапно, что Сью чуть не оглохла, она тут же выкрутила регулятор громкости, чтобы радио замолчало. Белый шум смолк. Общее веселье оборвалось, даже Ричард посерьёзнел и напрягся. Темнота за пределами машины начала казаться аномальной, сперва девушка не поняла почему, но очень скоро догадалась.
— Рич, что ты видишь? — она понадеялась, что зрение вампира острей её собственного.
— Ничего...
— А мы уже должны видеть огни города...
Проявив предусмотрительную осторожность, Сью замедлила ход, и теперь фургончик плёлся со скоростью пешехода. Вскоре она смогла разглядеть в темноте очертания мотеля. В его окнах не горел свет, вывеска и фонари на парковке были отключены. Вместе со светом пропали и звуки: практически абсолютная тишина пугала. Урчал только мотор фургона.
— Когда мы последний раз встречали другую машину или людей?
— С тех пор, как выехали, я никого и ничего не видел... А ты, Октава? — вампир высунулся из окна, чтобы его было лучше слышно.
— Мы уже в их западне, — Октава оттолкнулась от крыши, и в боковое зеркало Сью увидела, как она расправила огромные красные крылья и полетела рядом.
Но ехать им оставалось совсем недолго. Впереди дорогу перекрыла толпа. В свет фар попали безжизненные лица, некоторые без глаз и носов, а иные вовсе без кожи.
— Дави их, это фамильяры, — спокойно скомандовал Ричард.
Но Сью не нравилась эта идея:
— Я не буду давить людей! К тому же я чувствую, что среди них не все зомби. Мы же можем называть уже фамильяров так, как это принято у нормальных людей?
Сью остановила машину. Октава приземлилась рядом, и даже несмотря на высоту фургона, голова её всё равно оказалась ещё выше:
— Зомби? Как грубо!
— Не хочу признавать это, — из салона вышла Алекса, в темноте её глаза светились по-кошачьи, — Но Сью права, где-то там есть живые.
— Смотрите, они словно уткнулись в невидимую стену! — вслед за Алексой фургон покинул Мэттью и молчаливый пока Дрю.
— Чёрт с ним, всё равно бы всех не передавили, — Рич открыл дверь и спрыгнул на асфальт, Сью последовала его примеру.
Они встали в линию напротив мертвецов. Сложно было понять, отреагировали ли как-то фамильяры на чьё-то присутствие. Сью внимательно всматривалась в гниющие лица, но они не выражали никаких эмоций, а заторможенные действия не выглядели агрессивными, зомби просто стояли, чуть покачиваясь из стороны в сторону.
Сью услышала за спиной протяжный стон, перешедший в хрип.
— Так и знала, что надо сжечь! — Октава недовольно взмахнула хвостом.
Со спины к ним подходили оставленные в особняке ведьмы. Из горла Милли вырывалось тошнотворное бульканье. Голова болталась на сломанной шее в такт шагам. Длинные чёрные волосы спутались и собрали на себя мусор, сухую траву и грязный снег, который не таял, а лишь слипался комьями.
Сью казалось, что взгляд Милли нацелен именно на неё. Ведьма шла вперёд, изрыгая изо рта чёрную вязкую жидкость, которая тонкой гадкой струёй текла по подбородку, вниз по шее и на обнажённую грудь. Не выдержав, Сью начала отступать назад: шаг, ещё шаг...
— Стой! — Ричард попытался схватить её за руку и остановить, но от его резкого порыва Сью только сильней испугалась и шагнула спиной в толпу фамильяров.
Мертвецы зарокотали, а те что лишились горла, клацали зубами, они все разом бросились к девушке. Сью почувствовала, как её укусили за руку и повалилась вниз, потеряв равновесие. Она приземлилась на четвереньки и тут же пришла в себя. Резка боль отрезвила её разум. Быстро перебирая руками и ногами, закрывая лицо от укусов, Сью ползла вперёд на четвереньках. Фамильяры оказались очень проворными, но постоянно мешали друг другу и сталкивались. Только это и спасало Сью от серьёзных увечий.
— Как их много! Я ничего не вижу! И меня сейчас вырвет! — завопила Сью уворачиваясь от рук и зубов зомби. Яркая вспышка оранжевого света справа показалась ей знаком, и Сью поползла в ту сторону. Протискиваясь под ногами мертвецов и едва дыша от мерзкого смрада, она выкатилась к сапогам Ричарда.
Милли и другие ведьмы горели ярким пламенем. Их тела тлели, но они продолжали медленно идти вперёд, пока не обратились в кучку пепла.
Рич стоял, замахиваясь гитарой. Её гриф уже дал трещину, а на струнах болтались куски плоти.
— Выбралась! Я думал, всё, и хоронить нечего будет! — он подал Сью руку, но девушка отмахнулась от него и встала сама.
— Я же не стану теперь такой, как они? — Сью показала укус Алексе, на что та не удержалась от колкости:
— Это был бы огромный прогресс для тебя!
— Как нам пробиться через эту толпу? — Сью решила не реагировать на выпад, укушенная рука хоть и болела, но это было только начало, — Где-то должна быть ведьма, которая ими управляет...
— Октава, — Рич серьёзным выражением лица повернулся к суккубу, — У этих тварей вроде нет крыльев, и прыгают они не очень высоко, может ты перенесёшь нас по воздуху? Скольких из нас ты можешь поднять за раз?
В конце вампир не выдержал и фыркнул, смеясь над собственной шуткой.
— Тебя я могу подопнуть так, что шмякнешься прямо на алтарь! Подставляй задницу!
Шутливо Ричард прикрылся руками и спрятался за Сью. Октава же снова взмыла в воздух:
— Все эти милахи нужны только затем, чтобы замедлить нас, Нет никакой разницы, начнём мы пробиваться через них или будет играть с ведьмой в догонялки, мы потеряем очень много времени.
— И что тогда нам делать? — подал голос Дрю.
— Пожертвуем мной... — тон Октавы звучал шутливо, но от её слов Сью стало не по себе.
— А суккуба мы скормили толпе, — пропел Ричард и повернулся к Алексе, — Ты конечно не так хороша, как она, но для прямого столкновения с ведьмами твоих сил же будет достаточно? Справишься?
Алекса кивнула:
— Я знаю, что нужно сделать.
Сью вообще ничего не понимала, но переспрашивать времени не было, и ей придётся довериться решению Октавы:
— Ты же не навредишь живым? Они где-то там, впереди, я чувствую!
— А живые уже ваша проблема, — голос Октавы понизился, а затем она рассмеялась: — Я же позову с собой мёртвых!
Земля под ногами задрожала. Сью вновь услышала адское многоголосье, они восхваляли Октаву и звали присоединиться к ним, слиться в единой благословенной агонии и страдать вечность, обожествляя Октаву за такую честь!
— В стороны, детишки! — прорычала суккуб, асфальт под ней вспучился. Фургон покатился назад, опрокинулся на обочину, перевернулся, врезался в дерево и остался лежать на боку. Вампиры и Сью с Алексой побежали в противоположную от фургона сторону, дорога плавилась под их пятками. С грохотом асфальт лопнул, и по центру шоссе пошла огромная трещина, из её нутра вырывались языки пламени. Стоящие на её пути фамильяры падали вниз, цепляясь руками за края. Гнилая плоть рвалась от жара и натуги, оставляя мерзкие следы. Но многим удалось спастись, и они ждали, когда Сью или кто-то другой вновь перешагнёт сдерживающую их невидимую границу.
Октава взлетела повыше, а после прижала крылья и руки к телу и упала камнем. И тут же из расщелины донёсся её демонический зов. Ужасная песня, от которой у живых кровь стыла в жилах, приковывая их к месту, а мёртвые с радостью шли к её источнику. Отталкивая друг друга скелеты и трупы прыгали в адское пламя и сгорали ещё на пути к самому Аду.
— Быстрей! Сюда! — Ричард схватил Сью за руку и повёл её за собой по обочине.
Остальные побежали сразу же следом. Фамильяры не обращали на них никакого внимания, главное было не оказаться на их пути, не мешать прыгать вниз. Хор всё звучал, снег по краям от дороги расплавился, трава начала тлеть. И когда Сью поняла, что сходит с ума от шума, всё кончилось.
Они остались впятером посреди совершенно пустого шоссе. Дорога позади оказалась цела, так словно ничего и не было. Только металлический бок перевёрнутого фургона служил доказательством того, что только что произошло. Но Сью продолжала ощущать присутствие живых. Алекса, судя по тому, как она оглядывалась и всматривалась во тьму леса, чувствовала то же самое.
— Дочка! Вы с Алексой должны уже быть в кроватях! Кто эти молодые люди? — из-за деревьев вышла Мэгги. Один её глаз был ярко накрашен, а второй совсем без косметики, папильотки висели на запутанных волосах, будто что-то или кто-то заставил её бросить прихорашиваться на полпути и прийти сюда.
Зрачки Сью расширились от ужаса, по щекам потекли слёзы, она прижала ладони к груди и отступила:
— Мам, пожалуйста, скажи, что это не ты...
Из живота Мэгги торчало несколько металлических болтов. Кровь пропитала одежду, и алые пятна продолжали расползаться в стороны, становясь всё ярче с каждым выдохом Мэгги. Женщина сделала пару шагов вперёд, пошатываясь.
— Нет! Не подходи ко мне! — срывающимся голосом взмолилась Сью.