Настоящая фанатка

Поспать удалось всего пару часов, но Сью всё равно заставила себя встать пораньше, чтобы нанести макияж и подобрать наряд, соответствующий её настроению: загадочно-мрачному. Отлично подошёл пиджак классического кроя, размера плюс, он скрывал фигуру и хорошо сочетался с ярким шёлковым шарфом. Если бы не опухшее от лекарств и сбитого режима лицо, Сью осталась бы вполне довольна своим отражением.

Ещё девушку очень пугало, что весь заученный вчера материал совершенно выветрился из её головы. Вместо важных исторических дат и персон там теперь осталось только воспоминание о кладбище и звучащий над ним голос Октавы, который даже вспоминать оказалось больно.

Неважно выглядела и Мэгги: после ночного дежурства у неё хватило сил только на то, чтобы сварить кофе и намазать тост джемом, и теперь она очень переживала, что отправляет дочь в школу голодной.

— Может, ещё денёк отлежишься, ты всё ещё очень бледная... — Мэгги насыпала сахар мимо кружки и потратила почти минуту, пытаясь собрать его со стола.

— Если мне станет плохо, я просто отпрошусь, не волнуйся, в конце концов, я в выпускном классе, так что не я одна прихожу на занятия в образе зомби.

Сью пробрало от собственных слов до мурашек, она поймала себя на мысли, что кто-то из её одноклассников вполне может быть кем-то наподобие Фрэнка: воскрешённым из могилы, чтобы беспрекословно служить ведьмам.

— Кстати, тут в почтовый ящик бросили интересную брошюру какого-то колледжа. На письме твоё имя, но всё равно похоже на рекламную рассылку.

— Хорошо, положи на мой стол, чтобы не потерялось, я всё равно ещё не выбрала, куда пойду учиться, — залпом проглотив несладкий кофе, Сью ушла одеваться и отвечала матери уже из коридора.

Сонная Мэгги услышала, как открылась и закрылась входная дверь, а после в доме снова стало тихо. Сью ушла.

Впервые за долгое время пришлось ехать в школу на автобусе среди таких же сонных и взъерошенных учеников. Кое-кто пытался доспать положенные часы, опёршись лбом о холодное трясущееся стекло. Сью заняла свободное место в середине автобуса и тут же почувствовала себя мухой на лобовом стекле. Ей казалось, на неё все косятся, и вовсе не из-за её безупречного стиля. Никто не пялился, как это делал Дрю, Сью и сама не знала прежде, каково это — быть в центре внимания, но она прекрасно знала вкус безразличия, когда окружающие считают тебя за пусто место. И сейчас, в салоне автобуса, она чувствовала нечто совсем противоположное.

Сью не подала виду, что что-то заметила.

"ТЗ, значит, и как мне вести себя, чтобы не вызвать подозрений? Наверно, так же как и раньше" — думая так девушка пришла к выводу, что не помнит, как она ведёт себя обычно. Расслабиться и просто "быть собой" не получалось совершенно, и Сью просто вытащила из сумки тетрадь наугад и сделала вид, что читает.

Ночью, из уст Октавы всё звучало очень просто: становишься ведьмой, получаешь доступ к информации; но утром стало ясно, что на деле всё не так уж легко. Сью не знала с чего начать. Она настолько отчаялась, что в обед хотела броситься на столик перед черлидершами с криками: "Как у вас тут ведьмами становятся?"

Спасла ситуацию Анна. Найдя подругу смертельно бледной у раздачи, она усадила Сью обедать и внимательно следила за тем, чтобы та тщательно жевала и не подавилась.

— А т-т-теперь ты всё мн-мне рас-расскажешь, — Анна пододвинула к себе пустой стакан из-под сока.

Опустив глаза, как нашкодивший котёнок, Сью почувствовала себя виноватой перед подругой, ей очень хотелось выложить всё-всё, но тайный заговор на то и тайный, что знают о нём только участники. Смирившись с мыслью, что теперь не имеет права обижаться на Брендона за молчание, потому как сама всё равно в итоге поступает точно так же, Сью решила, что самый простой способ солгать — сказать часть правды.

— Я хочу стать ведьмой.

Анна схватила лицо Сью руками и подняла. Сью сглотнула, ей неловко стало смотреть в глаза подруге, и потому она всячески избегала прямого взгляда, рассматривая черты лица.

— Ой, что это у тебя на щеке? — она взяла руки Анны в свои и кивнула на нелепо замазанную жирным слоем тонального крема царапину.

— Ни-ни-ни-чего, — Анна дёрнулась, отстранилась и смущённо прикрыла щёку прядью волос.

Столовая заметно опустела, за столиками остались только отъявленные прогульщики и чирикающие со спортсменами черлидерши — вероятно, пользовавшиеся тренировками, как

поводом не ходить на скучные уроки. Поймав взгляд Сью, спортсмены помахали ей, приглашая присоединиться. Сью сделала вид, что не заметила их. Быть звездой школы льстило, но фальшь отравляла и сводила все приятные ощущения к нулю.

Анна так и не притронулась к своей еде, только откусила разок от булочки. Разговор между подругами зашёл в тупик, они молчали уже несколько минут. Сью попыталась разрядить обстановку перед тем, как им снова придётся разойтись по кабинетам:

— Пора в класс, возьми с собой хотя бы пудинг.

Но Анна проигнорировала слова подруги, вместо этого, схватила поднос своими тонкими бледными пальцами, встала с места и тихо попросила:

— Ж-ж-жди у в-в-ворот после урок-ков.

И, не дав Сью переварить сказанное, тут же ушла.

Провожая подругу взглядом, Сью заметила, как Анна ещё несколько раз попыталась прикрыть царапину на щеке, пока не исчезла из поля зрения. И сразу же Сью почувствовала укол совести: она настолько увлеклась игрой в шпиона, что совсем не интересовалась тем, что происходит с Анной.

Но тонкая ниточка лжи уже начала виться, и распутать её у Сью получится не так-то просто.

"Она обязательно всё поймёт потом, когда я сама расскажу, когда Брендону ничего не будет угрожать. Она поймёт" — словно мантру повторяла про себя девушка снова и снова.

В конце учебного дня Сью, как они с Анной и договорились, точнее, как сказала Анна, перед тем как сбежать, стояла у школьных ворот. На парковке остались лишь автомобили учителей и броская Мазда Алексы. Вечер ноября не радовал погодой: воздух наполнился влажностью, словно вот-вот начнется мелкий противный дождь, ветер гонял по земле грязные листы, вырванные из чьей-то тетради. Сью вдруг вспомнила, как в начале учебного года точно так же стояла у школы одна, тогда она увидела фигуру странного человека, вылезающего из окна школы, и не на шутку испугалась.

Радио из подъезжающей машины вырвало Сью из воспоминаний. Заглушая все окружающие звуки, Нина Симон упрашивала невидимого собеседника:

"Baby, you understand me now?

If sometimes you see that I'm mad

Don'tcha know that no one alive can always be an angel?

When everything goes wrong, you see some bad

But oh, I'm just a soul whose intentions are good

Oh Lord, please don't let me be misunderstood!"

От неожиданности Сью вздрогнула и прижалась спиной к каменной кладке, удерживающей створки школьных ворот.

— Извини, слишком громко?

Песня затихла, и теперь её было едва слышно из-за шума мотора, но вот смолк и он. Из авто вышел Грег Уильямс. Сью отметила про себя, что первый раз видит его без формы, и что ему идут узкие джинсы. Очень узкие. Очень идут.

— Ничего страшного, я просто от неожиданности, — начала оправдываться Сью.

— Давно стоишь? Извини, я опоздал? — Грег говорил уверенно, так что Сью засмущалась и подумала, что просто забыла о каком-то их уговоре.

— Прости, что?

— Ах, мама, наверно, не смогла дозвониться до тебя в школе, — Грег шутливо хлопнул себя по лбу и расплылся в обаятельной улыбке, от которой на его щеках проступили малюсенькие ямочки.

"Вот так выглядит человеческая улыбка, Рич, а не твой дурацкий оскал!" — Сью невольно залюбовалась молодым офицером.

— Я заезжал в отель, и она просила тебя подбросить до дома, — Грег открыл дверь и жестом пригласил сесть на переднее пассажирское сиденье. — Она упоминала, что что-то не так с твоей машиной.

— Извини, я договорилась подождать подругу...

— Ничего страшного, я могу подвести вас обеих! — Грег ответил именно так, как хотела бы Сью, и девушка не удержалась от ответной улыбки.

Анна будто бы подгадала момент, чтобы подкрасться к парочке. Она подошла сзади, вцепилась в руку Сью и потащила подругу в сторону с неожиданной для такой миниатюрной девушки силой. Но больше всего возмущало, что на Анне был надет непонятной формы тёмно-коричневый плащ с капюшоном, и первым желанием Сью было сорвать его и сжечь, а затем найти тех, кто его сшил, и сжечь их тоже.

— Стой, Анна, Грег нас подвезёт, — Сью стоило немало усилий, чтобы сопротивляться подруге.

— Г-г-герг? — Анна подняла голову и откинула капюшон.

Офицер в ответ натянуто улыбнулся и кивнул:

— Дамы, прошу на борт!

— М-мы н-н-на мин-нуточку! — утягивая за собой подругу, Анна всё время оглядывалась, стараясь уйти как можно дальше от машины.

Когда на взгляд Анны расстояние стало достаточным, девушки оказались почти что на противоположной стороне парковки. Анна поманила пальцем, заставляя Сью наклониться.

— Он нас тут всё равно не услышит!

— Т-т-тише! — Анна почти закрыла рот Сью рукой, и зашептала: — И к-как т-тебе уд-даётся влип-пать в такое?!

— В какое? — передразнивая подругу, Сью шептала, но очень громко, заставляя Анну дёргаться.

— П-прош-шу зам-молчи! Д-д-давай п-поедем на автобус-се, я всё об-бъясню в мот-мотеле. П-прош-шу!

— Да не волнуйся ты, Грег нормальный парень! Он не кусается, а как-то даже спас меня от тех странных детишек и огромного пса, помнишь?!

Анна вдруг отстранилась, наклонила голову чуть на бок и задумалась, глядя сквозь Сью. Затем она сняла с плеча сумку, поставила на землю и начала рыться в ней. Переложила со дна в боковой карман бутылку с водой и толстую короткую стрелу, полностью сделанную из блестящего металла.

— Это что стрела?! — Сью опустилась на корточки рядом и теперь уже сама старалась говорить очень тихо, серьёзно опасаясь, что их услышат. — Нельзя носить такое в школу! Тебя могут исключить!

— В-в-во-пер-рвых, эт-то болт. В-в-о-вторых, н-не исключ-чат., — она закрыла сумку и поднялась. — Л-ладно, р-раз не кус-сается, поех-хал-ли!

Пропустив Сью вперёд, Анна уселась на заднее сиденье и уставилась в окно. Сью же, как положено законопослушной девушке, пристегнулась. Беседа в пути не задавалась, в этот раз Грег оказался неразговорчив, его поведение резко изменилось, когда девушки вернулись к машине. Он вдруг стал напряжённым и скованным. Не выдержав тишины, Сью попросила сделать радио погромче и под хиты диско пыталась наслаждаться видами родного городка до самого конца пути.

— Спасибо, что подвёз, — Сью выдохнула, неловкая поездка наконец-то закончилась.

Хлопнув дверью, Анна вышла и осталась ждать снаружи, не спуская взгляд с подруги.

— Может поболтаем как-нибудь наедине? — голос Грега звучал всё так же мягко и дружелюбно, но он словно спотыкался на каждом слове.

— Конечно, почему нет, — ещё более неловко было бы не согласиться.

— Правда? — на щеках офицера снова выступили ямочки, а губы расплылись в милой улыбке.

— Ага, созвонимся.

Выйдя из авто Сью помахала на прощание рукой и проводила машину взглядом. После девушки заглянули на ресепшен.

— Д-добрый веч-чер, Мэг-ги, — Анна с порога поздоровалась с сидевшей за стойкой мамой Сью. — В-вы сег-годня гов-ворил-ли с Грег-гом?

— Ах, новеньким из участка, — Мэгги задумалась на несколько секунд. — Нет, он не заезжал с тех самых пор, как завершилось расследование. А что?

— Нет, ничего, мам. Мы посидим в номере у Анны, потом вместе с па поедем, ладно? Он же ещё в мотеле?

— Да, делает обход. Хорошо, я позвоню в номер, когда он начнёт собираться.

Не понимая, зачем Грег соврал, Сью не стала допытываться до мамы с вопросами. Не могла же она забыть, что попросила подвезти из школы родную дочь?! Затолкнув сомнения поглубже в мысленный ящик с надписью "подумаю об этом потом", Сью последовала за Анной. Ноябрьский холод пробирал до костей, хотелось скорей оказаться в тепле. Узкий и прямой коридор мотеля никак не обогревался, и сейчас, когда Мэгги ещё не успела включить уличные фонари, освещался одной лишь яркой вывеской. Жуткий плащ Анны в сумерках казался призрачным, бесформенным.

— О боже! — Сью наконец догадалась. — Это была ты! В первый учебный день!

Анна ничего не ответила, в её руке сверкнули ключи, отражая свет вывески. Дверь в тёмный и холодный номер распахнулась.

— С-сейч-час, у мен-ня е-есть обог-греватель.

Уродливый плащ отправился на вешалку, Анна включила свет, воткнула в розетку обогреватель, и обстановка перестала быть мрачной. Но недосказанность никуда не делась.

Сью терпеливо ждала ответа, казалось, она уже привыкла, что люди вокруг неё предпочитают играть в молчанку. Это раздражало, но она и сама кое-что скрыла, потому не чувствовала себя вправе сердиться. Постепенно номер наполнялся теплом, Сью перестала бить мелкая дрожь, она согрелась. Вдали по шоссе проносились машины, разбивая тишину рычанием мотора. Накаляясь, щёлкал обогреватель. Наконец Анна заговорила:

— Д-да, я. Я-я-я зам-метила т-тебя т-т-тогда.

Анна отвернулась, и её и без того тихий голос стал вовсе похож на шелест сухой травы:

— П-п-признаюсь, я п-п-подошла к теб-бе первой, чтобы-бы понять, вид-дела л-ли т-ты моё лиц-лицо.

— Могу понять, но мы же уже несколько месяцев дружим, почему ты не рассказала раньше?

— Мн-не хот-телось пон-понять, нас-сколько ты соч-чувствуешь этим чудовищам.

— Чудовищам, ты о ведьмах?

Сью опустилась рядом и стала говорить так же тихо, как Анна, ей казалось, что магия ковена настолько могущественна здесь, совсем рядом с перекрёстком, что любое сказанное слово ветром несётся прямиком Мелании в уши.

— В-ведьмы? Н-нет! Они такие же люди, как мы с тобой. Я о вампирах! Об этих кровожадных детях ночи, — злоба Анны и то, как она резко перестала заикаться, заставили Сью отодвинуться. — Я понимаю, ты юна, ты росла в тепличных условиях. В этом милом городке, где тебе ничего не угрожало. Ведьмы прекрасно охраняли свою территорию. И теперь, когда они ослаблены, слетелись стервятники. И я пришла вслед за ними. Я выслеживаю их уже несколько лет, но Октава... Она слишком сильна. Одна я не справлюсь.

— Несколько лет? Тебе же всего семнадцать!

— Н-на сам-мом д-дел-ле, м-мне д-двадцать семь. Но м-маленький рост и мил-ловидное лиц-цо пом-могают мне обман-нывать.

— А тот мужчина, правда, твой отец?

— Н-нет. Но он род-д-дственник. Уговар-ривал меня бросить всё, вернуться на родину. Сдаться. Забыть дело наших предков. Но я так не могу! Я вижу, в какой ад погружается мир, этих тварей всё больше, они объединяются, создают привлекательный образ. Ты, вот ты, ты же попалась на этот крючок! Они питаются такими наивными девочками, как ты! Им уже мало твоей крови, они будут играться с тобой, как кошка с полумёртвым воробьём. Они уничтожат тебя изнутри, если не дашь мне их остановить. Они монстры, ты же понимаешь это?!

Каждое слово Анна чеканила, чётко проговаривая слоги, её голос, такой тихий, теперь звучал зловеще, как звучат в темноте бьющиеся об окно спальни ветки. Сью слушала, но не хотела слышать, и прервать подругу у неё не хватало смелости, как не хватило бы духу одёрнуть штору и убедиться, что это и правда всего лишь ветер тревожит старое дерево.

— Брендон не монстр! Я знаю его с детства, ему просто нужна помощь! — Сью замолчала, в ужасе закрыв рот руками.

Боясь, что уже разболтала лишнего, она вскочила и тут же начала собираться: схватила сумку, накинула только что небрежно снятое пальто и уже потянулась, чтобы открыть дверь, но нашла в себе силы обернуться:

— Ведьмы готовы убить невинное дитя, лишь бы не лишиться власти! Почему же для тебя они такие же, как мы? Почему ты не обзываешь монстрами их?

— Я-я не осуж-ждаю теб-бя. Т-ты оч-чень мол-лода. Но поз-зволь пом-мочь, как подруге.

Не дожидаясь ответа, Анна открыла шкафчик прикроватной тумбочки, вытащила оттуда маленькую бутылочку с водой, открутила крышку, поставила между ног и зажала. Освободив руки, она из кармана достала складной нож и резко провела по ладони. Под взглядом застывшей от изумления и ужаса Сью, алая кровь быстрыми каплями падала в бутылку и растворялась в воде. Анна забинтовала ладонь, закрыла бутылку, встряхнула и протянула Сью:

— М-моя кровь необ-бычная. Т-тепрь эт-то чт-то врод-де свят-той воды. Ес-если Грег или кто-то из вампиров поз-зволит себ-бе лиш-лишенго, прос-сто облей.

— А с Грегом-то что не так?! — чувствуя, как в голове пульсирует кровь, Сью понимала, что ещё секунда, и внутренне напряжение разорвёт её на части и превратится в многочасовую истерику.

— Об-боротень. Н-н-не так-кой мер-рзкий, но опас-сен в пол-полнолуние и пок-ка мол-молод. Эт-то он м-м-меня, — Анна стёрла тональник и показала красную полосу на щеке, по бокам ещё виднелись следы недавно снятого шва. — Спа-спасибо Мел-лании, быстро зажив-заживает.

Девушка встала и сунула бутылку с водой Сью в сумку, а после помогла открыть дверь, показывая, что не собирается её насильно удерживать:

— Я не жел-лаю теб-бе зла. Если ты и прав-правда хоч-чешь стать в-ведьмой, иди к Мелан-н-нии.

— И она мне поверит?

— А ч-ч-что, н-н-не долж-жна?

— Ты... Мы... — язык не слушался Сью, во рту пересохло, губы слиплись, каждое слово получалось скрипучим, надрывным. — Подруги?

— Теб-бе реш-шать.

Не желая продолжать разговор, Анна захлопнула дверь, оставив Сью одну в коридоре. И как раз в эту секунду зажглись фонари. Тьма за пределами мотеля стала непроглядной.