токсичный

Постель пуста, а на прикроватном столике я нахожу записку, в которой написано: «Вернусь позже». Также ниже наспех нацарапана еще одна фраза, словно он знал, о чем я подумаю, и хотел меня предупредить: «Не следуй за мной».

Я уже видела, на что он способен, но это не означает, что Грэйсин может решить все проблемы в одиночку. Этому человеку следовало бы знать меня лучше, особенно после того, что произошло минувшей ночью. Меня очень задело, что Грэйсин уехал без меня, ведь он знает, как я к этому отношусь. Он знает, что часть пролитой крови - моя. Они забрали у меня ребенка.

Я сбрасываю простыню и стараясь не шуметь, спешно натягиваю на себя одежду. Пистолет, который Грэйсин дал мне во время нашей вылазки в бар, все еще лежит в ящике прикроватной тумбочки, где я его оставила. И вынув его оттуда, я прячу оружие за пояс джинсов.

Мысли о ночи, которую мы провели вместе, не дают мне покоя, но я стараюсь не думать об этом и выглядываю в коридор из-за двери спальни. Теперь, когда я знаю, как попасть в комнату видеонаблюдения, я планирую проникнуть туда и взять один из автомобильных ключей, висящих на стене. Грэйсин не сможет обойтись без меня, и я найду его, даже если мне придется связать всех в этом доме.

К сожалению, Мари появляется раньше, чем я успеваю спуститься по лестнице.

- Куда это вы собрались? - спрашивает она.

В моей голове мелькает мысль солгать ей, но, клянусь, эта женщина словно умеет читать мысли.

- Собираюсь найти Грэйсина, - спокойно заявляю я. - Если ты попытаешься меня остановить, я надеру тебе задницу, и мне плевать, что тебе девяносто лет.

- Вы торопитесь на свои похороны, - с насмешкой говорит она, уложив руки на груди.

Почти уверенная, что Мари не последует за мной, я хмыкаю и, ускорив шаг, направляюсь к комнате видеонаблюдения, которую показал мне Грэйсин. Если мне удастся добраться до одной из его машин и уехать подальше от дома, то я смогу найти способ отследить его местонахождение. В машине же должен быть установлен GPS-навигатор, как и в его телефоне. Я не специалист в этой области, но постараюсь во всем разобраться.

Когда я приближаюсь к комнате видеонаблюдения, те же двое сотрудников, что были здесь вчера, одновременно смотрят в мою сторону.

- Где он держит Дезмонда? - прямо спрашиваю я, не желая тратить время на пустые разговоры. - И не морочьте мне голову.

- Мистер Кингсли дал нам указание... - переглянувшись, произносят они одновременно.

- Мне все равно, что вам сказал мистер Кингсли. Если вы не скажете мне, куда он направился, я найду его сама, - я достаю пистолет из-за пояса и направляю его на парня слева. - А теперь, либо один из вас заговорит, либо я буду стрелять.

Спустя десять минут я уже выезжаю из гаража на грузовике. Наверное, мне должно быть стыдно за угрозы в адрес охранников, но я не чувствую никакого раскаяния. Я ввожу в навигатор адрес, который они мне сообщили, и вспоминаю слова Грэйсина, сказанные накануне ночью: «Ты всегда можешь дать отпор обидчикам».

Вероятно, правительство США считает меня преступницей, скрывающейся от правосудия. Ведь я совершила убийство и причинила вред другим людям. Я понимаю, что стала такой же, каким был Грэйсин, когда мы впервые встретились. Это заставляет меня задуматься: была ли я когда-либо положительным персонажем
в этой истории? Может быть, я и есть тот самый проклятый злодей?
Оказывается, все это время Сэл находился совсем рядом. У него есть дом на границе Калифорнии и Мексики, где он общается со своими мексиканскими знакомыми и партнерами. По словам Грэйсина, между ними никогда не было деловых отношений, поэтому поиски Сэла заняли некоторое время. Однако мне неважно, сколько мы его искали. Для меня главное - его расплата за содеянное.

Дом, до которого я добралась всего за полчаса, поражает своей величественностью. Это место могло бы говорить о роскоши и привилегиях, если бы не его внешний вид. Лужайка перед домом напоминает поле битвы: повсюду валяются тела, здание охраны, перекрывающее подъездную дорогу, дымится, а ворота покосились. Возможно, это звучит странно, но зрелище заставляет мое сердце биться быстрее, а внутри словно взрываются фейерверки, как на День Независимости. Всех, кто оказывается на пути смертоносного гнева Грэйсина и становится его целью, ждет страшное. Однако осознание того, что он жаждет отомстить за меня, придает мне некоторую уверенность.

Я осторожно сворачиваю на подъездную дорогу, стараясь не задеть ни одно из лежащих на ней тел, и останавливаюсь рядом с внедорожником Грэйсина. Крепко сжимая пистолет, я выхожу из машины, пригибаясь, и внимательно осматриваю фасад здания, стараясь уловить малейшее движение. Не заметив ничего подозрительного, я крадусь вдоль машин, припаркованных у входной двери.

Сначала я не слышу ни звука, и на мгновение мне кажется, что я опоздала. Но затем раздаются голоса, среди которых я различаю голос Сэла, и меня охватывает ярость, которая вытесняет любой страх.

Я прохожу в широко распахнутую дверь и даю глазам привыкнуть к полумраку. Но пистолет, вдруг приставленный к моему затылку, не позволяет мне сделать ни шагу вперед.

- Что, черт возьми, ты здесь делаешь? - раздается голос Грэйсина за моей спиной.

- Зачем ты пришел сюда один? - спрашиваю я, чувствуя, как пистолет уже упирается мне в бок. - Ты же знаешь, что можешь опустить оружие.

- Разве я не велел тебе оставаться дома?

- С каких это пор я должна тебя слушаться? - с возмущением говорю я. - Ты же знаешь, что я не хочу снова остаться одна!

Он опускает пистолет и вталкивает меня в нишу рядом с главным коридором.

- Мне казалось, что после прошлой ночи ты должна была понять, почему я не захотел брать тебя с собой.

- Мне все равно, чего ты хочешь, Грэйсин, - говорю я. - Неужели ты думал, что секс изменит ситуацию?

В коридоре слышится шум, и мы оба оборачиваемся.

- Мы обсудим это позже, - говорит он, зарываясь носом в мои волосы. - У тебя есть пистолет?

Я поднимаю пистолет и с яростью смотрю на Грэйсина, но это вызывает у него лишь усмешку.

- Хорошая девочка, - говорит он.

Несмотря на раздражение, я улыбаюсь ему в ответ.

- Следуй за мной, - говорит он, - и, пожалуйста, не делай глупостей. Я потратил много времени и усилий, чтобы защитить тебя, а не для того, чтобы ты подвергала себя опасности.

Повернув за угол, мы возвращаемся в пустой коридор, и вдруг слышим голос Сэла.

- Возможно, лучше решить этот вопрос прямо сейчас, Кинг. Затягивать с такими вещами не в твоем стиле.

На мгновение Грэйсин останавливается рядом со мной, а затем продолжает наш путь по коридору. Не дождавшись ответа, Сэл снова начинает говорить:

- Хорошо, пусть будет так. Я планировал обсудить вопрос, как это делают взрослые люди. Но если ты не проявишь благоразумие, нам придется найти другой способ решения проблемы.

Я сильно сомневаюсь, что планы Сэла имеют какое-либо отношение к переговорам. Если он осмелился подвергнуть женщину пыткам, чтобы найти Грэйсина и отомстить за своего сына, то ничего не помешает ему расправиться с нами сейчас. Наш единственный шанс - это добраться до него первыми. Тогда мы с Грэйсином сможем забыть о том, что он с нами сделал.

Я не знаю, как сложится моя жизнь и смогу ли я разделить ее с Грэйсином. Однако, думаю, именно это нам предстоит выяснить, когда опасность минует.

Мы поворачиваем за угол, и перед нами открывается просторная гостиная. Сэл ждет нас там вместе с двумя другими мужчинами, которые были с Дэнни в ту ночь. Их имена мне неизвестны. Даже сам дьявол здесь, и, судя по его злобному выражению лица, я удивляюсь, как он не зарычал сразу, как только нас увидел. Мой палец дергается на спусковом крючке, но я стараюсь сохранять спокойствие, когда встречаюсь с ним взглядом.

- Сэл, - говорит Грэйсин, спускаясь по лестнице, и его небрежная походка совсем не соответствует сосредоточенному выражению лица.

- Кинг, мне так жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах.

- Нет, не жаль, - отвечает Грэйсин.

Сэл пожимает плечами и, не чувствуя за собой никакой вины, улыбается. Затем он обращает внимание на меня.

- Здравствуйте, дорогая леди, рад видеть вас снова. Должен тебе сказать, Кинг, она уникальна. Мало кто после встречи с Дэнни остается в живых, чтобы рассказать об этом.

- Чего ты хочешь, Сэл? - спрашивает Грэйсин, и по его тону становится ясно, что он не любит, когда люди пытаются увильнуть от ответа.

- Я жажду твоей смерти, - говорит он прямо, а затем поворачивается и встречается со мной взглядом. - Я готов предложить твоей милой маленькой подружке свободу и возможность начать все сначала, если она исполнит мою волю.

Стараясь, чтобы мое лицо не выдавало истинных эмоций, я поднимаю глаза.

- Это прекрасное предложение, но оно не включает в себя то, что я хотела бы от вас получить.

- Чего именно? - с любопытством спрашивает Сэл, приподнимая брови и искривляя губы в улыбке.

Когда я поворачиваюсь к Дэнни с недоброй улыбкой на лице, он замирает.

- Его жизнь, - отвечаю я.

На мгновение Сэл задумывается, а Дэнни, воспользовавшись паузой, будто оживает. Он рычит и бросается ко мне, но Грэйсин заслоняет меня своим телом. В следующую секунду по комнате эхом разносится звук выстрела.